Служанка ректора Академии военных драконов

ГЛАВА 11

С полами в атриуме я справилась быстро – не так уж сильно я его и загрязнила, пока шла. Так, несколько следов.

Я убрала их, а все полы мыть не стала. Комендантша, конечно, могла бы прискакать и заставить меня мыть все. И, скорее всего, так бы и сделала. Но, почему-то не прискакала…

Благо, перед отбоем здесь практически не было кадетов, да и свет уже притушили.

И слава богу – всеобщего внимания на сегодня мне явно хватило.

Правда, убирая мокрой тряпкой свои засохшие следы, я не могла избавиться от ощущения, что за мной наблюдают глаза с витража на потолке.

Огромные и злые драконьи глаза.

Казалось, хозяин этих глаз ведал все. В том числе и то, что в теле Тессы Кук теперь была заключена другая душа.

– Да пошел ты! – прошептала я дракону.

И, прополоскав тряпку в ведре, отправилась в Хозяйственную башню.

Она, так же, как и остальные башни, была соединена с главным зданием академии полукруглой галереей.

Всего этих башен, как я поняла, было семь: Кадетская, Офицерская, Кухмистерская, Хозяйственная, Книжная, Небесная и Боевая.

И это не считая арен, тренировочных и строевых плацев, прочих построек и корпусов.

За стенами АВД находился целый военный городок со своими домами и магазинами.

Но об этом я уже думать не могла, потому что единственным моим желанием было просто куда-нибудь прилечь и закрыть глаза.

Я устала, просто смертельно устала – не только физически, но и морально.

И даже в пустом желудке уже перестало бешено урчать – единственное, чего мой новый организм сейчас хотел больше всего на свете – начисто вырубиться на ближайшие семь, а желательно и все восемь часов.

Сумки у Тессы не было, поэтому я просто сгребла все ее вещи в простынь, завязала, да так и пошла.

С мыслями о постели (не обязательно даже теплой и мягкой – хоть какой-нибудь), я прижимая к себе тюк, зашла в лакейскую.

Да так и замерла на пороге.

Потому что я не учла одного момента.

Такого себе момента, если честно сказать...

Все слуги в АВД были мужчинами. Это повелось с давних времен, когда обучение в военной Академии было прерогативой исключительно мужчин-драконов, дабы не соблазнять их на связи со служанками и не отвлекать от обучения делам ратным.

С тех пор многое изменилось – в Академию стали принимать и девушек-драконов, хоть их и было меньше.

Но вот эта традиция со слугами осталась, хотя одно время некий прогрессивный ректор разрешил брать в АВД девушек-горничных, но его последователь тут же отменил это послабление.

Таким образом, я оказалась в самой настоящей казарме с рядами двухъярусных кроватей, заполненной мужчинами разного возраста.

Они готовились отойти ко сну, но при моем появлении в лакейской воцарилась мертвая тишина.

Покрепче прижав к себе тюк, я сделала шаг вперед.

Слуги смотрели на меня со всех сторон. Я чувствовала на себе эти взгляды, почти физически ощущала.

Но шла по проходу, взглядом отыскивая пустую койку.

– Ого-го, это за пташка к нам залетела?

– Эй, деточка, чего глазами шаришь? Ложись ко мне под бок – не прогадаешь!

– Да у нее, наверное, только на ректора Уинфорда набухает роза, куда уж там какому-то Толю Маллоу?

– Так она ж вроде, с Обочины, как и я, почему бы и не приютить землячку на своей койке?

Они как шакалы, стекались поближе к проходу, но я все шла и шла вперед.

Шуточки, смех, свист…

Разумеется, слуги Академии, были, как никто, посвящены в господские дела. И о том, кто я такая, тут все хорошо знали.

Вот только на сочувствие надеяться не приходилось.

Слуги всегда перенимают отношение господ, поэтому на теплый прием я и не надеялась.

Издевки и насмешки здесь даже грубее, чем у драконов. И взгляды откровеннее. Потому что я – вроде бы и дракайна, но неправильная, не принятая своими. Поэтому на мне можно отыграться за отношение господ, и знать, что за это ничего не будет.

Какая же эта Жупело тварь!

Поселить одну-единственную девушку к мужчинам!

Стараясь не показывать своего страха, я нашла, наконец, в самом углу кровать, где были свободны оба яруса.

На нижний и бросила тюк со своими вещами.

Но внутри меня все индевело.

Как мне переодеваться среди толпы мужиков, которые смотрят на меня так, как будто живой девушки отродясь не видели?

Нет, они-то, конечно, видели других кадеток, но смотреть на высококровных дракайн, как на женщин, лакеям было категорически запрещено.

Но я не высокоровная дракайна, а униженная и втоптанная самим ректором в грязь помойная девка, хоть и тоже формально в статусе курсантки.

Поэтому они могли себе позволить смотреть на меня, как свора голодных псов на брошенную кость…

– Привет, Тесса. А вот это тебе старшина Старховяк велела передать. Меня зовут Толь, я тут на кухместерской работаю. А вообще я тоже с Обочины. Видел, как тебя эти высококровные нагнули. Какие же эти драконы – сволочи, ну правда?

Прямо передо мной возник парень в темно-красной короткой куртке и таких же штанах. На голове у него была круглая красная шапочка-таблетка с золотистым ободком – такие носил обслуживающий персонал в заграничных фильмах про дорогие отели.

Парень положил на мою постель аккуратно сложенную стопку с лакейской формой – такой же, как у него, и даже эта дурацкая шапка там была.

– Старшина сказала, чтобы ты носила форму такую же, как у нас, потому что женский ее вариант не предусмотрен. И просила напомнить насчет прически – ты должна подстричься так же коротко, как и мы. Вон, кстати, Стивенс отличный цирюльник – он сможет тебя хорошенько оболванить.

Толь присел рядом со мной на кровать и как бы невзначай приобнял меня одной рукой, а другой бесцеремонно сграбастал мои волосы своей лапищей.

– Хотя, до чего же жалко такую красоту отрезать! – посетовал он, пристально рассматривая мои темные пряди. – Вообще, я у Старховяк на хорошем счету, смог бы замолвить за тебя словечко. Ты такая милашка, давно на тебя поглядываю. По-моему, мы вообще смогли бы с тобой подружиться, раз оба с Обочины и оба теперь в статусе слуг…

Толь болтал что-то еще, а остальные, ухмыляясь, прислушивались к этому разговору.

Я ясно видела, как он строит из себя дружелюбного паренька, который хочет поддержать бедняжку, обиженную злыми драконами, но на самом деле все это было очень навязчиво и противно.

И сально поблескивающие глазки Толя выдавали его с головой.

– Спасибо, что передал униформу, Толь. Но я бы хотела отдохнуть – это был тяжелый день, сам понимаешь…

Все он понимал, но с кровати моей не убрался, наоборот, придвинулся ближе.

– Да я вот как раз про это и хотел тебе сказать – ты самое плохое место заняла, Тесс. Тут сыро, сквозняк, а сейчас, в дождик, еще и с потолка может накапать прямо на голову. Ложись вон там, рядом со мной – там и теплее, и светлее… Давай, помогу тебе вещи перенести!

– Не стоит. Я довольна этим местом, – холодно проговорила я и сбросила с плеча руку слуги. – А сейчас – будь добр, отвали от меня и забудь о моем существовании!

Маска наигранного дружелюбия мгновенно слетела с парня.