Служанка ректора Академии военных драконов

ГЛАВА 80

– Как это – отказаться? – с набитым ртом проговорила Юнис, хрустя галетами. – Мы же так хотели выигать у высококговных! И Люсиль, и остальные девочки – я им уже все гассказала, они так счастливы! Допуск подписал даже не гектор, а сам наш Высокомилостивый Госудагь Импегатог! М-м-м, печеньку хочешь? Угощайся!

– Не хочу…

Новость о том, что ОЛУХ будет участвовать в Битве братств, ударила меня буквально, как обухом по голове. Одно дело – какой-то смотр перед комиссией, на котором я могла позволить себе пустить шпильку в сторону Лейтона, и другое дело, этот…

Целый, черт побери, турнир!

Юнис дожевала печенье, и мы с ней вместе пошли из кухмистерской. Попутно она бурно радовалась предстоящему участию в Битве, как будто не понимая, чем это всем нам грозит.

Заодно уже не в первый раз расспрашивала во всех подробностях о моих визитах к Лейтону, чтобы побольше услышать о нашем общем кумире. Но ей даже в голову не могло прийти, что между нами там происходило.

Вроде того, как в последний раз ректор набросился на меня с поцелуями и чуть было не порвал форму горничной…

Знать об этом Юнисе, разумеется, не стоило. И кому-либо тоже.

У входа в восточную галерею мы с Крайвуд расстались – ее ждал зачет по фармакогнозии, а меня – любимая генеалогия с Каном.

Пусть мой лежал через главный холл, в котором было многолюдно и шумно.

И у очень многих в руках были знакомые красные листки.

Меня провожали взглядами и ухмылками, чуть ли пальцами не тыкали.

В данном случае дежавю было очень неприятным чувством.

Снова меня накрыло, как в тот проклятый день, когда я попала в этот мир…

Уже понимая, что ничего хорошего не ждет, я подошла к лотку с кадетскими газетами, который стоял в углу. Приложив к нему жетон, истратила целых три империала и получила свой собственный экземпляр «Знамени АВД».

Оно было на самой последней странице, набранное красивым шрифтом, с пояснением перед ним…

Салют, бравые кадеты и кадетки славной АВД!

С трепетом и волнением наша редакция объявляет о запуске новой рубрики «Признание». Ведь в нашей Академии военных драконов так не хватает места для теплых искренних чувств, идущих от самого сердца!

«Признание» – возможность сказать то, что давно хотелось, но то, что вы не решались поведать своему любимому дракону!

Мы открываем рубрику совершенно особенным признанием. Это трогательное стихотворение из дневника кадетки второй ступени Тессы Кук, посвященное ректору нашей академии Лейтону Уинфорду, и опубликованное по ее личной просьбе.

А дальше шло само стихотворение…

Про смятые влажные простыни и стоны на губах, про затвердевшие соски и горячую пульсацию, про холодные голубые глаза, смотрящие с жаром, и божественное удовольствие…

Наивное, неумелое, и откровенное стихотворение девушки, которая мечтает о близости с мужчиной, еще не испытанной ей до этого.

Вот и всплыл личный дневник Тессы, мать его!

Как же я этого боялась…

Теперь понятно, почему этот выпуск «Знамени» стал таким популярным. Почему отовсюду на меня смотрели эти насмешливые глаза, и раздавалось сдавленное хихиканье.

Это был удар ниже пояса. Удар под дых.

Лучше б Лика меня еще раз в туалете об стенку приложила, чем этот… Вулкан страсти!

А редактор газетенки – «стеклянный» Гейзел Глюк стоял неподалеку от стойки, потирая от радости потные ладошки, что экземпляры его газетенки расходится, как горячие пирожки!

Невзирая на то, что до зачета по генеалогии осталось пять минут, я широким шагом подошла к Глюку и, схватив его за грудки, прижала к стене.

Не знаю, откуда у меня взялось столько силы – редактор был весьма упитанным товарищем.

Силы и злости.

– Дневник, Глюк… Отдай!

– Так у меня его и нет, Кук, – «стеклянный» пожал пухлыми плечами. – Кто-то прислал в редакцию вырванную страничку... Анонимно. И пообещал, что будет так же присылать по страничке для каждого выпуска!

– Может, нужно было сначала меня спросить – хочу ли я, чтобы ты публиковал отрывки из моего ЛИЧНОГО дневника? – прорычала я.

Действительно прорычала, отметив, что мой голос прозвучал более низко, более хрипло.

– Да чего это ты так взвилась? – искренне удивился Глюк. – Между прочим, очень неплохой стишок, это я тебе, как настоящий профессионал говорю! Благодаря мне ты проснулась знаменитой, а еще чем-то недовольна. Пожалуй, можешь даже подать заявку в мое поэтическое братство «Пламенные строки». Все лучше, чем этот твой ОЛУХ. Попроси Уинфорда, может, он позволит тебе перейти к нам?

– Я запрещаю тебе публиковать следующие страницы. Ты должен будешь отдать их мне!

– И не подумаю! – заупрямился Гейзел и с невиданным энтузиазмом поведал, – Да я ни разу еще не продавал почти весь тираж газеты за одно утро! А ты, между прочим, стала настоящей звездой, Кук! Лучше б не выделывалась, а предоставила новый стих, мы бы его в спецвыпуске опубликовали. У тебя есть это… Чувство стиля!

Время поджимало, поэтому я не стала больше спорить с Глюком, и помчалась на генеалогию.

Однако, зачет отошел на второй план..

Стала звездой, черт!

Интересно, Лейтон уже видел новый выпуск «Знамени»?

При мысли о том, что он прочитал стихотворение, мне стало дурно.

Ведь Аллиот всегда доставляет Лейтону свежую почту...

И потом будет доставлять, когда придурошный Гейзел Глюк станет публиковать новые странички из дневника, присланные таинственным анонимом!

Аноним, который стащил дневник и хранил его все это время, а теперь решил использовать против меня…

Кто же ты?

Марзи? Криста?

Кто-то из ее ручных псин?

Лика?

Кто-то из парней-кадетов?

После опубликованного на всю АВД эротического стихотворения, посвященного Лейтону, даже мой врожденный оптимизм трещал по швам.

Неважно, что не я писала стих... Ответственность за него ложится на меня.

И это еще не говорю про Битву братств, которая может доконать меня окончательно…

Спокойно. Нужно решать проблемы по мере их поступления.

Надо выследить эту анонимную тварь, когда она пошлет Глюку следующий листок!

На последнем перед зачетом занятии Кан предупредил, что не потерпит опозданий. Опоздал – считай, зачет не сдал.

Я успела заскочить в кабинет по генеалогии буквально в последние секунды, офицер уже подошел к двери, намереваясь ее закрыть...