– Профессор Локвист, ваша теория… Она достаточно радикальна, скажем так.
Вздрагиваю всем телом, и золотой диск выпадает у меня из рук.
– Когда речь заходит о драконьей трансформации не может быть ничего радикального. Ведь мы, по сути своей, рождены из стихии. Стихией и обращаемся.
Голоса исходили из диска. Такие громкие, уверенные, словно я слушала какой-нибудь подкаст.
Но это, черт побери, был никакой не подкаст!
Это был золотой диск, который, легонько крутясь, воспроизводил запись…
– Но большинство исследователей единодушны во мнении, что катализаторами обращения выступают драгоценные камни, или, реже, металлы, а еще реже – другие природные материалы. Это общепринятая норма. Вы же утверждаете, что… Триггером часто служит другой дракон?
– Ну, «часто», конечно, преувеличение. Это происходит в особенных случаях. Мои исследования, основанные на анализе некоторых трансформаций, указывают на поразительную закономерность. В зафиксированных эпизодах, предшествующим превращению было взаимодействие – физическое, эмоциональное… Но главное, интимное слияние – с другим драконом.
– Интимное? Простите, профессор, но это звучит… Провокационно. То есть, другими словами, чтобы, к примеру, молодой дракайне, у которой не выходит оборот, необходимо… Простите, вступить в сексуальную связь с первым встречным драконом?
– С первым встречным – ни в коем случае. Вся соль заключается в том, что драконий оборот – это своего рода биологический «переключатель», активируемый определенным спектром гормональных и энергетических выбросов, происходящих при тесном контакте лишь только с другим драконом, с которым у этой дракайны установится глубокая эмоциональная связь, если уж вы взяли такой пример. Химия, если хотите. Знаете, в стародраконьем есть такое интересное понятие… Nexus. Связь. Незримые узы. Порой – клетка…
И Локвист почему-то вздохнул.
– Прошу заметить, один из драконов должен быть опытным и обращаться безо всякого активатора. Опытный дракон – неопытный дракон. Это работает только так.
– Профессор, а, к примеру, простое прикосновение может запустить процесс превращения?
– Запустить может. Будут отдельные признаки в человеческом обличье. Например, драконьи когти, или хриплый голос, или узоры на теле после взаимодействия с драконом-катализатором. Иногда это проявляется в возрастании силы, повышении быстроты реакции и эмоциональных всплесках – гневе и злости, например. Но они быстро пропадают, если не происходит самой близости. Речь идет именно о глубине связи, мощнейшем эмоциональном резонансе. Согласитесь, нечасто встретишь между двумя драконами настолько сильные чувства. Для окончательного оборота необращенному необходим акт, совершенный не единожды. Впрочем, порой и одного раза хватает. Вы же слышали о Дракодеве?
– Кто же не слышал о самой жене Драковойна?
– Так вот она не могла обратиться до тех пор, пока не вступила с ним в интимную близость. Поженились они уже потом.
– Но как же так… Неужели, ничто другое не смогло вызвать в ней оборот?
– Только через близость со своим активатором-драконом. Только так она смогла обрести крылья.
– А после, профессор? Что происходит после? Этот дракон и дракайна обречены навсегда быть вместе? Как Драковоин с Дракодевой?
– Отнюдь. Вся прелесть nexus в том, что он влияет лишь только на оборот. Два дракона не привязываются друг к другу какой-то там любовной магией – каждый волен делать, что пожелает. Каждый свободен в любой момент.
Несколько секунд стояло молчание. Видимо, интервьюер профессора никак не мог прийти в себя.
Только медленно, шипя, крутился диск.
– Ваша теория способна шокировать всю Драковию, профессор Локвист!
– То не теория, мой друг. И именно поэтому мне велено умалчивать…
Я вышла из аудитории по технике противопожарной безопасности и, проверив, что меня никто не видел, тщательно прикрыла за собой дверь.
Убрав все в папку, припрятала ее на то же самое место.
Мысли кружились в голове, как стая темных птиц.
Много-много мыслей – от них меня в буквальном смысле замутило.
Я не ожидала! Такого я не ожидала и теперь брела, с трудом глядя под ноги.
Будут отдельные признаки в человеческом обличье.
Драконьи когти…
Или узоры на теле…
Или хриплый голос…
После взаимодействия с катализатором.
А потом они быстро пропадают.
Все окружающее было, как во сне.
Я не могла поверить в то, что услышала. Не могла осознать это.
Хотелось побыть одной и все обдумать, но АВД, как нарочно, сегодня бурлила – повсюду были красные, синие, зеленые и оранжевые мундиры.
Последний официальный день перед зимним каникулярным отпуском и он же – день помолвки ректора академии!
А глупенькая низкокровная ему послание опубликовала, да еще какое откровенное!
Им было, что обсудить.
Не обращая внимания на взгляды и перешептывания, я отправилась в комнату общежития, понадеявшись, что соседок не будет. Завалятся куда-нибудь отмечать сданные зачеты.
Не на вечеринку Ченинга Паджета, конечно, которая будет завтра вечером, но хоть куда-нибудь.
К сожалению, в комнате была Марзи. Когда я зашла, она аккуратно складывала форму в новенький чемодан в серую и красную клетку.
Я закрыла открытое окно, из-за которого в комнате стоял морозильник, ожидая, что сестрица будет возникать.
Вместо этого Марзи вполне мирно поинтересовалась:
– Уже собрала вещи?
– Зачем это? – нахмурилась я.
– Впрочем, ты права – время на сборы еще есть. Это я вечно заранее чемодан собираю!
Марзи закатила глаза и махнула рукой. А меня охватило нехорошее предчувствие.
– Время на сборы… Куда?
– Как это куда? Через день за нами прибудет дилижанс, и мы поедем к нам, в Розингтон! Ты проведешь этот каникулярный отпуск в кругу любящей семьи, дорогая. В последнее время мы не ладили, но теперь станем настоящими сестренками!
Дальше произошло нечто, шокирующее меня до глубины души.
Марзи присела ко мне на кровать, и приобняла, улыбаясь, как в рекламе молочного шоколада.
Или майонеза… Именно в рекламе майонеза чаще всего показывают счастливые семьи.
– Мамочка ужасно соскучилась и очень-очень ждет тебя в гости!
– Я собиралась провести каникулы в Академии.
– Что за глупости? Как будто ты сирота, и у тебя совсем нет родственников? – Марзи замахала руками. – Даже думать об этом не смей. Мама, как твой попечитель, прислала в АВД официальное уведомление. Так что отказаться ты не можешь, да и зачем тебе? Мы чудесно проведем время, обещаю, сестренка!
Я хотела ответить, но тут в дверь постучали, и на пороге показался Руперт Аллиот, адъютант Лейтона.
– А я повсюду вас ищу, леди Кук, – с облегчением вымолвил парень. – Майор Уинфорд вызывает. Это срочно!
– Спасибо на добром слове, но никакая я не леди, – машинально поправила и вскинулась. – Как вызывает? У майора же сегодня помолвка. Он что, разве в АВД?
– Начальник в АВД, – скупо сообщил Аллиот. – И он немедленно желает видеть вас.
– Я думала, майор не в академии… – повторила я, чтобы потянуть время.
– Нет, майор здесь. И вам лучше поскорее пойти к нему, – нетерпеливо проговорил Руперт.
Перед тем, как выйти из комнаты, я взглянула на себя в зеркало.
Собственное отражение выглядело красивым, но растерянным.
Да и как было не растеряться от того, что я узнала.
– Надеюсь, Уинфорд будет не сильно лютовать. Удачи, Тесс! – пожелала Марзи.
Ничего не сказав, я поправила на своих темных волосах белую наколку и вышла за дверь.
Не знаю, почему, но у меня было такое ощущение, что иду на плаху.
И эти мысли в голове. Слишком много мыслей.
Настораживающее дружелюбие Марзи. Это приглашение от тетки Элиры, чтобы я провела у них каникулы…
Но все это – лишь фон.
А на переднем плане, прямо перед моими глазами крутился диск из античного золота, и профессор Локвист рассказывал о своей теории.
Будут отдельные признаки.
Когти у меня появились, когда ректор принял меня за Кристалину в ее комнате…
А узор на руке – после того, как он обработал мне ссадины.
Быстрота реакции, всплески физической силы и эмоциональные вспышки.
Я вплотную подошла к тяжелой дубовой двери, глядя на нее невидящим взглядом.
Именно рядом с ним я ощущаю, как расплавленное золото кипит в моей крови.
Рядом с черным драконом чувствую, что я не человек, а существо, подобное ему…
Потому что Лейтон Уинфорд – мой личный активатор обращения.
И, чтобы стать полноценной дракайной…
О мой бог, что я должна сделать!
– Майор, можно?
Затаив дыхание, стучу в дверь его кабинета.
И вхожу...
Конец первой книги.