Служанка ректора Академии военных драконов

ГЛАВА 46

Когда я вошла в личные покои ректора, он стоял около окна.

Спиной к двери.

Прикинула – стоит ли как-то сообщать о своем появлении, но решила, что глухотой Уинфорд не страдает, а поэтому замерла, сложив руки на фартуке, готовая простоять так целую вечность в ожидании высочайших повелений.

Но вечность ждать не потребовалось.

Лейтон повернулся ко мне, расстегивая пуговицы на своей форменной рубашке с черными погонами.

Затем последовал черед манжет, а затем…

Затем эта белая рубашка полетела прямо мне в лицо.

Уинфорд швырнул ее размашисто, даже на меня не глядя.

На реакцию я не жаловалась, поэтому поймала ее, прижав к груди. Рубашка пахла мужским запахом и дорогим арктическим парфюмом.

– Постирать и отгладить к завтрашнему утру, – велел ректор небрежно.

Я понятливо кивнула в полупоклоне, прижимая к себе это великое сокровище, и стала, крадучись, отступать к двери, надеясь, что этим коротким стриптизом Уинфорда все и ограничится.

Но эмоции и реакции тела Тесс все еще жили во мне, и сейчас к ним примешалось собственное любопытство.

Я как-то видела ректора в расстегнутой рубашке и уже поняла, что у него есть татуировка. А теперь, когда он остался в одних форменных брюках с армейским ремнем, можно было рассмотреть ее во всей красе.

Почти всю левую сторону торса Лейтона, а так же весь его левый бицепс занимала большая татуировка черного дракона со злобно оскаленной мордой. Сложный, замысловатый, дерзкий узор, выполненный с непревзойденным мастерством. Практически один в один копия того чудовища, в которое он оборачивался.

В сочетании с рельефным торсом Уинфорда, всеми четырьмя кубиками его проработанного пресса и накачанными мускулами на руках смотрелось просто убийственно.

В моем понимании парни с татуировками обладали несколько иными чертами характера, нежели сдержанный хладнокровный аристократ, сноб, которым был Лейтон. И то, что его строгая военная форма и все эти классические белые рубашки с погонами и галстуками скрывают такое мощное тату… вызывало некий диссонанс.

Интересно, имеет ли татуировка какое-то магическое значение, или это просто узор на его гладкой, чуть смугловатой коже?

Может, мне тоже стоит наколоть себе дракона и тогда легче будет обратиться…

– Что это за убожество, третьесортная?

Я нахмурилась – оказывается, слишком рано обрадовалась, решив, что можно ретироваться.

Совершенно не заметила, как ректор приблизился и стоял теперь в паре шагов.

Полуобнаженный, небрежно сунувший руки в карманы форменных брюк, с этой своей татуировкой, которая против воли притягивала взгляд.

– Не понимаю, о чем вы, майор Уинфорд.

– Об этом, – Лейтон легонько пнул своим отполированным ботинком носок моих старых стоптанных бот. – И об этом.

Внезапно его рука легла на мое бедро, бесцеремонно задирая черное платье и обнажая полоску чулка.

Обычного чулка телесного цвета – из тех, которые я купила на свой выигрыш.

Он был из тонкой шерсти, приятной к телу.

Разумеется, не брендовый, не тончайший капрон и кружево, но вполне приличная вещь.

С ужасом почувствовав, как его рука скользнула вбок, ко внутренней части моего бедра, я отпрянула назад, одергивая платье. Правда, отступать было особо некуда – Лейтон снова припирал меня к стенке.

– Обычная обувь челяди с Обочины. А нижнее белье – не ваше дело. При всем моем почтении.

– Тебе доставили туфли, в которых ты должна ходить передо мной, Тесса Кук. Какого черта ты приперлась в этом убожестве?

Ректор как-то незаметно наступал на меня, а я отступала назад, пока не уперлась спиной в стенку.

А он оказался прямо надо мной, мало того – оперся ладонями с двух сторон от моей головы, нависая.

Буквально давя своим ростом, силой, положением.

Мощный обнаженный торс с черной татуировкой замаячил перед самым моим носом. Меня окутал его запах, точно такой же, как от его рубашки, только сильнее – запах мужского тела и холодного парфюма.

Но еще холоднее были глаза Лейтона, которые смотрели на меня сверху вниз.

– Размер не мой, майор Уинфорд, – проговорила я, выдерживая его напор и его взгляд.

– Лжешь. Я уверен, что не ошибся с размером.

– Лично покупали туфли прислуге? Какая честь.

– А ты окажи честь мне – иди и вернись в них.

Он ударил по мне ментальной волной – неожиданно, резко и сильно.

Приказ надеть кружевные чулки и обуть туфли Веленто набатом отдался в моей голове, но теперь я могла поставить щит.

Что и сделала с огромным удовольствием. Как же приятно было осознавать, что никто теперь не сможет заставить меня делать то, чего я не хочу!

Ректор изогнул бровь.

– Тогда получилось сгенерировать щит от Рояна, а сейчас получилось его повторить. Поздравляю, мутантка наконец-то, спустя столько времени, с превеликим трудом справилась с тем, с чем нормальные драконы справляются одной левой.

Я молчала, глядя в льдистые глаза.

Так близко…

– Ты же помнишь, как это было, Тесса Кук? Вспоминаешь об этом каждую ночь, и не можешь заснуть в своей постели? – вкрадчиво продолжал Лейтон, сокращая между нами расстояние. – Как ты расстегивала эти пуговицы на платье, как облизывала губы и терлась об меня бедрами?

Сукин сын снова меня выводит, а я снова не должна позволить ему насладиться моими эмоциями!

Только спокойствие.

Только ровный тон.

– Это был приказ вашего друга. От меня в нем не было ничего. Слепое подчинение его воле.

– Разумеется, было. И мы оба это знаем. Ментальные приказы не выполняют с такими горящими глазами. С такими эмоциями. Глаза того, кто подвергся воздействию и подчиняется чужой воле, мутные, как грязное стекло. А твои такие яркие… Они горели.

Изо всех сил вжимаюсь затылком в деревянную панель стенки, но больше отступать некуда.

– Ты ведь кончала потом, вспоминая?

Сейчас Лейтон близок настолько, что я чувствую его дыхание. И тону в его голубых глазах – они утягивают в свою бесконечную темную бездну.

– А вы?

Что-то в этой бездне неуловимо меняется. Словно жадное и злобное чудовище ворочается на самом ее дне, готовое наброситься и поглотить меня.

Сожрать без остатка.

Неужели, и правда... Сейчас сожрет?!