Служанка ректора Академии военных драконов

ГЛАВА 56

Небольшой, правда, но…

Удача не на моей стороне, потому что очухивается Лейтон слишком уж быстро.

В комнате сапфировой вспыхивает яркий свет, а вся та практически непроглядная тьма, что до этого стояла в комнате, сгущается прямо передо мной, образуя форму сумрачного щита.

Или, скорее заграждения, заслона, серьезного препятствия на пути к двери.

Черный дракон – тьма ему подвластна.

Мою руку обжигает холодом, когда я по инерции касаюсь щита, после чего он рассыпается осколками слюды, открывая путь.

Но не тут-то было!

Лейтон уже здесь – прямо за моей спиной.

Высокий, мощный и неотвратимый.

Он хватает меня за запястье, и выкручивая руку, заламывает мне ее за спину, отчего я едва сдерживаю стон.

Как же сильно я надеялась, что в состоянии опьянения он хоть немного подрастерял свою реакцию!

Напрасно.

И мы с драконом оказываемся лицом к лицу, но уже без спасительного покрова тьмы, в которой все происходило.

Голова побаливает от удара, который я ему нанесла, а вот вид чертова сукина сына на удивление цветущий – кажется, у него даже синяка не останется!

А еще – судя по виду, буквально за одно мгновение он абсолютно протрезвел.

Голубые глаза Лейтона – ледяная буря, разрушение в чистом виде, тотальный апокалипсис, который кроет собою и меня, и весь окружающий мир.

Он дышит тяжело, учащенно, с явным трудом пытается смотреть мне в глаза.

Но его блуждающий взгляд все время опускается ниже – на мои губы, грудь и шею в вороте блузки, на которой наливаются ало-фиолетовым яркие следы его засосов.

Под этим его голодным, жадным взглядом я стягиваю ворот рубашки и непослушными пальцами наглухо застегиваю верхние пуговицы.

Гибельное пламя вспыхивает в голубой радужке – я смотрю на дракона, жуткого, яростного, злобного монстра.

И тем более страшно звучит его холодный голос, потому что он становится спокоен.

Обманчиво спокоен, как плотина, за которой неистовствует бешеный ревущий поток за минуту до того, как он снесет ее в щепки и затопит землю, небо и весь мир.

– Что ты здесь делала, Тесса Кук?

Уинфорд склоняет голову набок и мне кажется, что его зрачки становятся вертикальными.

А стальные пальцы впиваются в мое запястье с такой силой, что я сдавленно выдыхаю, и он ловит этот полувыдох-полувскрик, глядя на мои губы.

И сжимает еще сильнее.

Неимоверным усилием мне удается вырвать руку – похоже, только потому, что он позволяет это сделать.

– Что ты делала в комнате моей невесты в ее отсутствие в день ее возвращения? Новая попытка отравления, только теперь уже насмерть?

Слова Рояна Эльчина о том, что Уинфорд пытает пленных, всплывают в голове и мне до жути хочется отвернуться, а еще лучше – расплакаться.

– Я не собиралась вредить Кристалине Вадэмон, – сквозь зубы проговариваю я, потому как понимаю, что должна держаться. – Можете проверить все здесь, проверить меня…

– Тесса Кук, ты говоришь правду?

Ментальное воздействие, которое он применяет ко мне на этот раз, в разы сильнее, чем все, что я испытывала до этого. Оно буквально сбивает с ног, аж дрожат колени.

А главное, что я не собираюсь сопротивляться и ставить щит, позволяя ему убедиться.

Пожалуй, только в этом сейчас мое спасение, потому что, если Уинфорд решит, что я пролезла к Кристалине, дабы покуситься на ее здоровье или жизнь…

Мою историю в этом мире можно считать завершенной.

Он ведь сказал, что второго шанса не будет.

– Я говорю правду.

– Зачем ты пробралась сюда?

Напор Лейтона очень тяжело выдерживать, но я выдерживаю – через силу.

– Я… Всего лишь примерила одну вещь, принадлежащую Кристалине.

Легкая усмешка трогает губы Лейтона, и с этой усмешкой он так великолепен, но так омерзительно надменен, что я испытываю стойкое желание снова заехать по его головушке.

– Так сильно хочется оказаться на месте моей невесты, что готова пойти на все, лишь бы прикинуться ею, Тесса Кук? Даже рискнуть головой, пойти на опасный, идиотский и абсолютно варварский обман... Узнала, что Кристалины в ее комнате нет и догадалась, что я приду? Наверное, твой обочинский жених слегка расстроится, если узнает, о ком на самом деле все твои мечты.

– Я больше о вас не мечтаю, Дракодева упаси. А Толь мне не жених, и вы это прекрасно знаете.

Холодная высокомерная ухмылка Лейтона становится чуть шире, но его льдистые глаза пылают.

Горящий лед.

– Сейчас под своей юбкой ты такая? Ярко-алая, горячая и влажная, жаждущая меня принять…

Он произносит это вкрадчиво, будто гипнотизируя меня взглядом.

Хочет смутить? Ждет, что я покраснею и начну отнекиваться?

Или что-то другое...

Черт его знает!

Быстро соображаю, какую реакцию выдать, чтобы ему стало неинтересно.

В конце концов, останавливаюсь на почтительной туповатой служанке.

Присаживаюсь перед ним в реверансе.

– Послушайте, майор, я искренне и от всего сердца сожалею, что вы приняли меня за свою невесту, – опустив взгляд в пол, я старательно провожу между нами дистанцию. – Я действительно не хотела ей навредить, в чем вы, надеюсь, убедились. Я не предполагала, что вы придете. У меня уж точно в мыслях не было сталкиваться с вами и… Причинять вам неудобство. Это ужасное недоразумение. Мне вообще-то вовсе не понравилось… все это. Я терпела. Растерялась, не знала, как прекратить, как вам признаться? Я ударила вас от испуга, прошу, простите!

Самое удивительное, что мои извинения за тот весьма нехилый, между прочим, удар, Лейтон пропустил мимо ушей, как будто его вообще не волновало, что его высококровной особе был нанесен физический ущерб.

– Терпела?!

Его голос звучит хрипло и как-то странно.

На него совсем не похоже.

Это не его обычный холодный, высокомерный и отстраненный тон.

Лейтон делает резкий, неровный шаг ко мне, и кажется, что сейчас меня накроет гигантским ледяным цунами, от которого уж точно ничего не спасет!

– Милый…

На этот высокий голос я и ректор поворачиваемся оба, одновременно.