Служанка ректора Академии военных драконов

ГЛАВА 52

Но зато, кажется, изумрудный не солгал.

И тот слух про меня пустил все-таки не он.

Неужели Роян правда будет говорить с Лейтоном насчет меня? Если Эльчин действительно попросит, чтобы ректор передал меня ему, интересно, как на это отреагирует сам ректор?

Но Лейтон настолько непредсказуем, что его реакцию сложно предугадать…

Самое противное, я даже не знаю, что хуже – высокомерное пренебрежение черного дракона или приставания изумрудного?

Вот уж не думала, что когда-нибудь окажусь между Сциллой и Харибдой, практически в прямом смысле слова, потому что Уинфорд – чудовище, а Эльчин больше похож на водоворот.

Если мне не изменяет память, в мифе Одиссей принял решение проплыть ближе к Сцилле…

От неприятных мыслей еще больше разболелась голова, и я решила заглянуть в лазарет Академии. Может, дадут какое-нибудь обезболивающее?

Но не только это было моей целью.

На самом деле, к местному эскулапу я планировала заглянуть уже давно, а тут и повод сыскался.

Старший военный врач, черноглазый офицер Халид, снабдил меня каким-то голубым порошком, велев растворить его в кипяченой воде. Он был куратором группы целителей, где училась Юнис.

На всякий случай я попросила несколько саше – запас обезболивающего всегда пригодится.

– Не положено. Заболит – тогда придете, кадетка Кук, – флегматично отозвался Халид, не глядя на меня, и уткнулся в какие-то баночки и скляночки на своем столе. – У вас все ко мне?

А я посмотрела на лабораторный шкаф за его спиной.

– Вы можете проверить мою кровь?

– Что?

Халид аж голову поднял.

– Вы можете проверить мою кровь дракомером? Вон они у вас, – и я указала на шкаф.

– С чего вам проверять свою кровь? – Халид вытаращился на меня, словно я, по меньшей мере, попросила его познакомить меня с Драковоином-прародителем. – Думаете, с ней какие-то изменения?

– А вдруг?

– Ваш цвет крови зафиксирован в вашей карточке. Обычно он не меняется.

– Такая карточка есть у каждого кадета?

– Разумеется. Если на этом все, я попросил бы вас…

– Я прошу вас проверить мою кровь.

– Делать мне больше нечего!

– Вы отказываете мне в простейшей процедуре?

Халид поморщился и с явной неохотой вытащил из шкафа продолговатый футляр из лакированного дерева. Внутри, на зеленой бархатной подушечке лежала штука, больше всего похожая на старинный медицинский шприц.

Роскошный такой шприц из горного хрусталя, украшенный разнообразными узорами и инкрустированный драгоценными камнями.

Что-то он там с иглой сделал, смочил какой-то пахучей жидкостью и не слишком любезно проговорил:

– Прошу!

После чего всадил иглу мне в локтевой сгиб и потянул кровь.

В принципе, я всегда спокойно относилась, когда у меня брали кровь, что из пальца, что из вены. Но эта процедура показалась такой болезненной, что я поморщилась.

Словно Халид нарочно делал это так, чтобы мне было побольнее.

– Офицер Халид, ведь это вы зафиксировали отравление Кристалины?

Врач замер над моей рукой.

– Да, я первым осмотрел кадетку Вадэмон и оказал ей первую помощь.

– Как вы поняли, что это был именно тот яд… С ягодами тиса?

– Уж вам-то про тот яд, очевидно, все известно, кадетка Кук. Вы же ей его подлили, – врач усмехнулся тонкими губами.

– И все-таки, как вы так сходу смогли определить, что это был именно «Шепот тишины»?

– Существуют определенные признаки, которые сразу видны специалисту. К тому же, я провел экспертизу содержимого, оставшегося на чашке и сразу же предоставил отчет майору.

Халид дернул шприцом в моей вене, и я чуть не зашипела от боли.

– Знаете, будь я на месте майора, я бы никогда не дал вам второго шанса.

– Я раскаялась в своем деянии.

– Хорошо, если так.

Закончив, врач небрежно приклеил к моему локтевому сгибу полоску, смоченную в остро пахнущем составе, и поднял шприц, внутри которого переливалась моя кровь.

Алая – совершенно обычного и привычного человеческого цвета.

Но я знала, что тут не все так просто. И Халид тоже знал.

Сжимая дракомер в руке, врач подошел к окну.

– Ну что, убедились, кадетка? И нужно было тратить на это мое время?

Я посмотрела на дракомер и увидела, что на дневном свету кровь внутри него изменилась.

Причем, судя по всему, не только цвет, но и консистенция.

Густая алая жидкость в колбе шприца стала напоминать слабо окрашенную желтенькую водичку.

Халид помахал дракомером перед самым моим носом.

– Слышал, вы интересовались по поводу седьмой крови. Я солидарен с другими офицерами в этом вопросе – на мой взгляд, это просто смешно. У высокоровных драконов в дракомере кровь густая, блестит и переливается, как расплавленный драгоценный камень. Оттого и пошли такие названия: сапфир, рубин, изумруд… У вас ни о какой густоте и ярком цвете речи не идет. Если бы она была яркой и блестела, то еще можно было бы с натяжкой говорить про янтарь. Но у вас, кадетка Кук, простое стекло. Точнее, мутировавший вариант отклонения от нормы стекла. И в этом я полностью солидарен с офицером Каном. Вы же сами видите. Результат налицо. Если вам нравится заниматься глупостями и мечтать, что вы не такая, как все – ради всех богов. Но мое время прошу не тратить. В отличие от вас, Кук, я действительно занимаюсь делом, чего и вам советую.

И, оправив свой белый мундир, врач вернулся к баночкам и скляночкам.

У меня после его обезболивающего порошка, кажется, голова разболелась еще больше.

После отповеди целителя очень хотелось впасть в отчаянье и не тащиться в библиотеку, которая порядком надоела.

Я будто металась по лабиринту, из которого не существовало выхода.

За очередным поворотом оказывалась глухая стена. Седьмой крови не существует. Об этом говорили все.

И преподаватели, и книги в библиотеке, которых я уже перелопатила немало.

Закрыв последнюю, научный трактат Никола Бармса «Алхимия дракови», я сжала пальцами виски.

Больше никаких книг, в которых тема групп драконьей крови поднималась хотя бы отдаленно, в библиотеке не было.

Что, если все они правы, и я на самом деле – просто «стекляшка», к тому же еще и мутантка?

В это можно было бы поверить…

Если бы не мой ментальный щит.

Если бы не этот сложный, замысловатый золотой узор, который переливался у меня перед глазами, когда я отбила атаку Эльчина в бильярдной.

Я не успокоюсь, пока не испробую все! Пока не пророю все возможные и невозможные источники информации!

Отправив «Алхимию дракови» обратно на полку, я решительно подошла к библиотекарше.