Зверь внутри

Глава 27

Ночь выдалась холодной, и Ползунок, проводивший ее на площади в Аллереслеве, замерз.

Время от времени он принимался размахивать руками, но согреться ему не удавалось. Вообще-то он привык работать на свежем воздухе и одеваться по погоде, но в этот раз дул пронизывающий северный ветер, и вскоре у Ползунка зуб на зуб не попадал. Он взглянул на мощную крону бука, особо величественную в прозрачном лунном свете. Ствол был уже подпилен, и если ветер усилится — дерево может не устоять. «Продержись еще полчаса», — взмолился он. Утро на подходе, магазины вот-вот откроются, и можно будет приступить. Перед сосисочной лавкой уже свалили кипы газет, в которые продавец заворачивал товар. Подняв воротник куртки и засунув руки в карманы, Ползунок спрятался за ствол, стараясь лишний раз к нему не прикасаться.

Внезапно он увидел мужчину с бутылкой пива в руке, нетвердой походкой пересекавшего площадь в направлении дерева. Он отодвинулся еще дальше в тень. И тут же ему в нос ударили пары мочи. Он услышал, как мужчина пробормотал что-то неразборчивое. Ползунок осторожно натянул маску, чтобы по крайней мере не показать лица в случае, если его обнаружат. Потом беззвучно произнес:

— Погоди, погоди, Аллан, таких везунчиков не бывает.

Обращался он к владельцу сосисочного киоска. И в тот же момент в палатке зажегся свет, разогнавший темноту. На пару секунд Ползунок задержал дыхание, но потом с облегчением услышал шаги мужчины, удалявшегося прочь от дерева. Он осторожно проследил за пьянчугой, пока тот не повернул за угол здания. Тогда он взял свою палку и направился через площадь к киоску.

Сосисочник сидел на корточках и разбирал газеты. Сперва он даже не почувствовал, что к нему пожаловал гость. Но голос, хорошо знакомый голос, которого он никак не ожидал здесь услышать, заставил его подпрыгнуть:

— Доброе утро, Аллан, передай привет брату.

Огромной палкой, вырезанной им из ветки того же бука, Ползунок ударил жертву по голове. Аллан, обмякнув всем телом, растянулся на земле, а головой уткнулся в газетную пачку. Кровь хлынула у него из носа, заливая новости. Палач отошел на шаг влево и вложил в следующий удар всю свою силу. Он всегда ловко управлялся с топором, и теперь ему не составило труда нанести удар точно по затылку. Через десять секунд он вернулся к дереву и, не заботясь больше о шуме, включил бензопилу.

Оглушительный грохот разорвал утреннюю тишину. Звуковая волна прокатилась по улицам, отражаясь от стен домов, сотрясла землю и пробудила городок ото сна.

Ползунок улыбнулся в темноту и, прежде чем исчезнуть с места событий, некоторое время наслаждался видом казненных бука и человека.

Глава 28

На площади в Аллерслеве, где примерно пять часов назад Ползунок свалил дерево, фотограф-полицейский подняла газету. Ее внимание привлекло то самое «Обращение». Ветер чуть не вырвал газету у нее из рук, и она сложила ее пополам, так, что «обращение» смотрело прямо на нее. Девушка быстро просмотрела его, по ее спине пробежала дрожь. В голове возникли кое-какие вопросы. Спасатель из Фалька[16], подойдя сзади, положил ей руку на плечо.

— Милочка, вам бы отойти на пару метров назад.

Девушка резко обернулась, готовая дать за «милочку» в глаз, но, узнав парня, только фыркнула. Тот расхохотался.

— Прости, не мог не подколоть. Но ты и правда как-то нехорошо стоишь. Учти, поваленные деревья такого размера очень опасны. Оно лежит нестабильно и, если вдруг сдвинется с места, — ветка может проткнуть тебя, как игла — бабочку. Хватит с нас одного трупа…

Девушка поглядела на огромный бук, чья крона занимала большую часть площади. Пятеро спасателей, вооружившись бензопилами, осторожно продвигались к разбитому вдребезги киоску. Фотограф скомкала газету и швырнула на землю. Здесь и так бедлам, так что одна бумажка ничего к нему не добавит. Газеты и без того разлетелись по всей площади.

— Вид у тебя усталый, — произнес спасатель.

— Устала черт знает как. Всю ночь вкалывала, мне бы сейчас в койку часов на десять. Когда вы закончите? Хочу побыстрее все отснять.

— Минут десять, не больше. А где ж тебя ночью припахали?

— В Институте судебно-медицинской экспертизы в Копенгагене. Было тяжело. Страшно даже! Зато ужасно интересно. Со мной в команде пластические хирурги, скульпторы, судмедэксперты и специалисты по компьютерной графике. Некоторые приехали из-за границы. Нами руководит милый старикан-самодержец, вот он-то как раз и считает, что спать ночью и отдыхать вообще — страшная глупость. Я вернулась из Копенгагена в десять утра, и меня почти сразу же вызвали сюда.

— Речь об этих педофилах из Багсвэрда?

— Именно. Правда, я не знаю, педофилы они или нет. Я ведь только трупы видела, как тут определить…

Ее позвал полицейский эксперт. У подножия дерева стояла полупустая бутылка пива, на которую он ей показывал. Она вопросительно поглядела на спасателя и подошла к эксперту только тогда, когда спасатель кивком дал понять, что это безопасно. Девушка сняла крышку с объектива, готовясь заснять бутылку из-под крепкого пива «Элефант». Она присела на корточки перед ней и тут же почувствовала зловонный запах мочи. Стараясь не дышать, девушка быстро сфотографировала бутылку, рывком поднялась и глубоко вдохнула свежий ветер. Почти в то же мгновение кто-то крикнул, что проход к киоску открыт.

Эксперт, указавший ей на бутылку, провел ее к убитому. Он лежал на животе, лицо повернуто в сторону. Мощная буковая ветвь прошила его насквозь в районе поясницы, пригвоздив к полу. Выглядело это так, словно древний скандинавский бог поразил его огромной стрелой. Девушка склонилась к лицу погибшего и ахнула от изумления. Спасатель, неверно истолковав ее реакцию, обнял ее за плечи и попытался отвести в сторону, но она нетерпеливо высвободилась и вновь принялась разглядывать лицо мертвеца. Сомнений не оставалось.

Сегодня ночью она его уже фотографировала.