Зверь внутри

Глава 35

Женщина в подъезде произнесла с холодной яростью в голосе:

— Дверь не закрывается, как видите. Что-то с замком. Вот он и попросил меня присматривать за квартирой в его отсутствие, — будто кто-то попрется на седьмой этаж, чтобы его обворовать… Но я согласилась, что ж тут скажешь, мы же вроде добрые соседи. А сейчас ничуть не жалею. Дважды я выходила в подъезд посмотреть, не случилось ли чего, и во второй раз услышала какие-то странные звуки и вошла. Оказалось, это телевизор работал, он видео забыл выключить. Войдите и поглядите, чем занимается ваш дружок. Скотина.

Она жестом указала на дверь. Один из мужчин нерешительно запротестовал:

— Мы не так уж хорошо его знаем и не можем вот так, запросто к нему ворваться.

— А вы сперва его фильм посмотрите, может, по-другому запоете. А что с Ангелиной?

Внезапно по лестнице пробежал мощный сквозняк — это распахнулась дверь за спиной женщины. Из-за двери вышла девочка, ветер трепал ее длинные черные волосы. Молча, не глядя ни направо, ни налево, она проскользнула мимо мужчин к соседней двери и пальцем ее приоткрыла. По-прежнему ничего не говоря, она повернулась и с каким-то особым достоинством увлекла мать за собой в свою квартиру. Сквозняк исчез, а близнецы уставились на закрытую дверь, где на табличке красовалось имя хозяйки: Эя Кольт Йессен. Это была их двоюродная сестра. Время от времени она звонила им и доставала своими просьбами. Вот и теперь она потребовала, чтобы они немедленно приехали. Поколебавшись, они вошли в соседнюю квартиру.

Кузина оказалась права. Все сомнения отпали, когда они просмотрели видеозапись. Они тяжело опустились на диван и стали ждать. Настроение — мрачнее некуда.

— Как думаешь, это Ангелина нас испугалась? Ведь не поздоровалась, ничего…

Они привыкли, что, завидев их, люди начинали нервничать. Как же: здоровенные мужики с резкими, грубыми чертами. У каждого из них от рождения было подвисшее веко, что придавало им особо злобный вид. Тому же способствовала и кожаная одежда в рокерском стиле: дело в том, что кожаные куртки и потертые джинсы очень удобны, если вы занимаетесь стрижкой овец. Но, может, именно одежда и напугала четырехлетнюю девочку.

— Не знаю. Вроде нет.

Они немного помолчали.

— Черт побери, я этого уже видеть не могу!

Они поставили видео на паузу, но застывшая на экране картинка все равно вызывала неприятные ощущения.

Один из братьев поднялся, сорвал салфетку с чайного столика, отчего стоявшая на нем ваза упала и разбилась вдребезги. Он накрыл салфеткой экран. На стене у него за спиной висели два застекленных плаката. На одном, по-видимому, сувенирном, привезенном из какой-то поездки, над улыбающимся Микки-Маусом было выведено пухлыми радостными буквами Welcome to Disneyland! Другой — репродукция портрета Фридриха Ницше работы Эдварда Мунка. Наверху красовалось написанное от руки знаменитое высказывание философа о том, что Бог умер. Один из братьев схватил стул и засадил его в плакат с Микки-Маусом. Стекло треснуло по диагонали, большой осколок упал на пол, но сам плакат не пострадал. Он разорвал его по краю стекла и поглядел на оказавшуюся в руке добычу: половина мышонка и непонятное neyland. Он смял бумагу и принялся за следующий плакат. А брат отправился в спальню, помочиться.

Хозяин квартиры оказался человеком крупным и в неплохой спортивной форме, но против братьев у него не было шансов.

Не обращая внимания на вопли, они схватили его и поставили так, чтобы он мог видеть экран. Коробка из-под видео валялась на полу. Судя по названию, в фильме речь шла о блокаде Ленинграда — просто маскировка, если не брать во внимание вводную часть. Братья сдвинули салфетку с экрана и, придерживая хозяина за рыжие волосы на затылке, ткнули носом в изображение обнаженного ребенка.

— Это что такое?! Отвечай, ублюдок!

Тот пытался что-то промычать, но когда двое верзил выворачивают тебе руки, не очень-то легко быть убедительным.

— Это не мой фильм! Я его взял у одного из друзей, он коп! Ей-богу, я его еще не видел, вы же меня знаете!

Последнее замечание только ухудшило его положение, ибо ни одному из братьев не понравилось напоминание об их знакомстве.

— Полицейский, говоришь? Ну-ну, с каких это пор полицейские распространяют детское порно?

Нет, не поверили ему братья, да и не могли поверить.

— Любишь маленьких детей? Ну, значит есть у нас нечто общее. Я тоже их люблю, вот только не в том смысле.

Короткий и сильный удар кулаком в область почки, и он закричал от боли. Первый удар ногой в пах попал в бедро, зато второй оказался гораздо точнее.

Сосед снизу позвонил в полицию.