Зверь внутри

Глава 49

— Женщина в красном несомненно играла важную роль в жизни Пера Клаусена. Интересна уже сама разница в возрасте и социальном положении. Наша проблема в том, что мы не знаем, где ее искать. Марка машины, приверженность к красному цвету и две встречи в магазинчике более двух лет назад — вот все, что мы имеем. А этого недостаточно.

Конрад Симонсен пробормотал что-то в нетерпении, но на Поуля Троульсена это никак не подействовало. Хороший доклад занимает время.

— Каспер Планк говорит, что, по утверждению владельца магазина Фархада Бахтишу и его сыновей, женщина в красном прихрамывала на одну ногу.

— Это важная деталь. Но что она нам дает?

— Собственно, ничего, но тут выявился один новый факт — речь о ее визитной карточке, которая висела на стене в подсобке. Один из сыновей вспомнил характерную деталь: название улицы, на которой женщина живет, оканчивается на вай. Сам по себе этот факт для нас ничего не значит, но дело в том, что вместо значка краткости над и было сердечко.

— Ну и что?

— А то. Я ведь вырос в Йегеребэрге и мне известно, что в муниципалитете Гентофте особые уличные указатели и таблички на домах. Если название улицы оканчивается на вам, то вместо знака краткости над и красуется маленькое красное сердечко. В других же случаях над и располагается обычный черный значок. Информация эта, понятное дело, не секретная, но на практике немногие, кроме самих жителей Гентофте, знают об этом. Моя мать, к примеру, всегда рисовала над и сердечко, когда писала обратный адрес на почтовых открытках. Помимо прочего, женщина в красном, по-видимому, человек весьма обеспеченный, так что ей сам бог велел жить в Гентофте.

— Что ж, вполне возможно, что наша таинственная незнакомка живет в Гентофте. Давай дальше.

— Пера Клаусена связывают с Гентофте два обстоятельства. Во-первых он там вырос, а во-вторых, его дочка училась там в школе. Предположительный возраст женщины позволяет утверждать, что она познакомилась с Клаусеном через его дочку.

— Снова согласен, но пока все строится лишь на предположениях.

Поуль Троульсен не обратил внимания на его слова.

— После возвращения из Швеции в январе 1993 года Хелена Клаусен закончила общеобразовательную школу Транехойсколен в Гентофте. Следующий учебный год она начала в первом классе гимназии Ауэрегор, которая располагается рядом со школой. Тот факт, что, живя в Гладсаксе, она посещала школу в Гентофте, с самого начала должен был насторожить, поскольку это не совсем обычно.

Конрад Симонсен прервал его.

— Я знаю эту историю не хуже тебя.

Поуль скептически на него посмотрел. По делу накопились сотни отчетов и прочих документов, и сам он только вчера обнаружил связь между фактами, о которых рассказал шефу. Конрад Симонсен почувствовал во взгляде Поуля недовольство. И ответил сухо:

— Мы были невнимательны, признаю, но два дня спустя нам удалось все выяснить благодаря поездке Арне в Швецию. Когда Хелена Клаусен вернулась в Данию, она отказалась от помощи психотерапевта. Но ее отец сделал не худший выбор. У одного из его коллег супруга работала с имевшими проблемы с психикой детьми в Копенгагенском регионе и одновременно — психологом в Транехойсколе. Пер Клаусен навестил ее, и она обещала помочь. После этого она переговорила с одной из подруг о том, чтобы в обход правил, установленных на уровне муниципалитетов, устроить девочку в школу в Гентофте. А подруга была замужем за тогдашним бургомистром Гентофте. К сожалению, Хелена Клаусен так и не прошла настоящий курс психотерапии. Возможно, именно это и стоило жизни целому десятку людей. И пожалуйста, перестань сомневаться, когда я говорю, что мне что-то известно.

— Извини, но я просто думал, что, исходя из количества бумаг…

— Ладно, давай дальше, Поуль. С чего начнешь? У нас одна группа работала в школе, другая — в гимназии, и обе проделали изрядную работу. А что нового у тебя?

— Возможно ничего. Но они в первую голову выясняли, подвергалась ли Хелена Клаусен сексуальным домогательствам в период жизни в Швеции, а также обстоятельства ее смерти. А вот возможными связями между Пером Клаусеном и одноклассниками его дочери они не занимались.

Конрад Симонсен кивнул.

— Понял, куда ты клонишь.

— Благодаря проведенной ранее работе я нашел прекрасный исходный пункт. По данным отчетов, в группе девочек первого класса гимназии Аурегор в 1993 году был своего рода неформальный лидер. Сейчас она владеет агентством по найму временных работников, и я с ней договорился о встрече.

Конрад Симонсен сложил руки и уставился в потолок. А потом объявил:

— Возможно, ты гоняешься за призраком. Возобнови поиски серебристого «Порше», раз уж теперь мы можем ограничиться только Гентофте, и не отключай мобильник. Счастливого пути.