Моя стая-семья и не только

Ксюхин Угрюм

После ночной смены так хочется спать. На улице уже с утра плюс сорок. В домике прохладно, вентилятор гоняет сквозняк из открытых окон и двери. Все накормлены, обласканы, выслушаны. Всё! Спать!

Только впала в состояние безмятежности, звонок по телефону. У меня давнишняя привычка не отключать телефон. Это ещё с тех пор, когда держали коз и продавали козье молоко. Звонили в любое время ─ деткам надо.

Но сегодня звонит знакомая. Причём, на тот, старый номер, которым я не пользуюсь уже года четыре. Но номер сохраняю.

─ Женя, привет! Поцелуйчики оставим на встречу. Я коротко. Ты Угрюма моего помнишь?

Да уж, как забыть пса, который восемь лет назад порвал мне руку? Я пыталась его спасти, а молодой угрюмый кобель (за что и получил свою кличку) не понял, или ему было больно и страшно. Уж не знаю, какой идиот поставил в городском парке капкан? Рванул клыками по руке, пришлось накладывать швы.

─ Помню, Ксюха, до сих пор шрамы чешутся.

─ Приезжай! Вот прям сейчас. Я на твой адрес такси вызвала.

А машина уже под калиткой сигналит. Влетаю к ней на девятый этаж. Сейчас хоть лифты работают, а то раньше пешком пёрлись. И Угрюма тогда на руках тащили.

Дверь открыта, Ксюха прыгает от нетерпения в дверях.

─ Нет, ты иди, посмотри!

Это вместо «здрасте»! На своей подстилке лежит Угрюм. Вроде бы здоровый, улыбается. Правда, морда седая и старческая худоба появилась. А так, ничего!

─ Видишь?

─ Вижу! Привет, Угрюм! Узнал крестницу?

Узнал, узнал, каналья, смотрит виновато, колотит хвостом по полу.

─ Нет, Женька, ты смотри внимательно!

Проснулась, присмотрелась. Батюшки! Между лап собакена копошится не менее пяти котят! И это у пса, который на дух не переносил не только кошек, но и собак, и всё, что ходит, летает, ползает. Для Угрюма существовало только одно живое существо в мире ─ это Ксюха. Моё присутствие рядом с богиней терпелось только по её велению. И тут такое!

─ Ксюша, ты извини, конечно, я с ночи, соображаю туго. Это то, что я вижу? Ты собралась разводить кошек?

─ Ладно, пошли на кухню. По рюмке чая нам не помешает.

Коротко. Угрюм, детёныш овчарки и какого-то дворянина-великана, появился у Ксюхи десять лет назад. Озлобленным, истеричным щенком, месяцев девяти от роду. Он ненавидел всех. Ксюха буквально спасла его от гибели. Ксения животных не то чтоб не любила, но жить не хотела даже с рыбками в аквариуме. Характер у неё весёлый и свою свободу она ценила выше домашних дел.

Это она потом назвала пса Угрюмом, как его звали до этого, нелюди (по-другому назвать их не могу) они не сказали. Занесло Ксюху с друзьями в особняк. А после шашлыков хозяин предложил забаву. Вот этой забавой и был Угрюм. На короткой цепи, не имея возможности спрятаться. Его били палками, чтоб разозлить. Потом били ногами, чтобы присмирел. Вот таким Угрюм и попал к Ксюхе. Она выкупила его за две бутылки водки.

Полгода она в своей квартире ходила как сапёр по минному полю. Правда, гулять Угрюм просился на улицу и ошейник надеть разрешал. А через полгода для него перестал существовать весь мир, кроме Ксюхи.

─ Ну, рассказывай, что сие значит? Надеюсь, это не ужин для Угрюма?

─ Дура, что ли? Угрюм эту чёртову коробку волок от самого моря. Женя, там шесть слепых котят! Шесть! Слепых! Котят!

─ Ну и что?

─ Я не знаю, что с ними делать! Угрюмка перетаскал их к себе и пытается стать им мамой. Или папой. Он их облизывает и рычит на меня!

─ Рычит на тебя?

Мир перевернулся с ног на голову. Угрюм, за десять лет, впервые зарычал на Ксюху? На свою богиню?

─ Колись, подруга, чем провинилась?

─ Честно? Хотела опять собрать их в коробку и вынести к подъезду. Ой, хоть ты на меня не рычи! А что мне с ними делать?

─ Ладно, я тебя не покусаю. Молоко есть? Нет?

Да, объяснять женщине пятидесяти лет, у которой не то что внуков, детей не было, как и чем кормить новорождённых котят, ещё то удовольствие.

Надеясь, что Угрюм меня не сожрёт, отправила Ксюху в зоомагазин. А пока решилась осмотреть котят.

─ Слушай, папаша, детишек надо осмотреть. Вдруг врач нужен.

Угрюм, дёргая верхней губой, утробно урча, позволил вытащить пищащих слепушат. Все, как один, серенькие, тупоморденькие, с розовыми подушечками и носиками. Да, от силы дней пять. Разевают ротики, писк, наверно, только Угрюм и слышит. Ещё пахнут кошкой и молоком.

Влетает, распаренная от жары и нервов Ксюха. Угрюм настороженно, смотрит на нас. Ну, вот и накормили!

Угрюм с облегчением вздохнул и, загородив собой котят, перестал обращать на нас внимание.

─ И что мне делать дальше?

Ксюха нервно крутит сигарету.

─ Что делать, что делать! Выкармливай, бабушка! Это твой Угрюм решил на старости лет стать папашей, с ним и разбирайся. А я домой. Звони!

Заглянула в комнату. Угрюм вежливо постучал по полу хвостом, явно давая понять что он занят. Ну, что ж, моим друзьям есть чем заняться и ради кого жить дальше.