Моя стая-семья и не только

Выходной в степи

У меня случился выходной. То есть полный! Свобода! Открываю калитку:

─ Ну, кто со мной в степь?

В общем, пошли в степь мы втроём ─ я, Кузьма и Люка. Остальные, с вежливыми улыбками, дескать, и двор кто-то должен охранять, остались дома.

А в степи ─ благодать! Хоть уже и зашкаливает за +30, но ветерок пока ещё не обжигает.

Господи, как пахнет казахская степь! Если бы я могла, то консервировала бы этот воздух в банки на зиму!

Кузьма увёл Люку на ручей, гонять проснувшихся моих врагов ─ лягушек. Вот никого не боюсь. Да, есть существа, которые неприятны. Но панический ужас, до сердечного припадка, вызывают невинные, безобидные лягушки!

Послушав, как рьяно Кузьма и Люка гоняют лягух, я осмелела и полезла, сквозь молодой камыш, к ручью.

На ручье растёт мята. Но эта мята уникальная. Она не растёт в огородах, садах на грядках. Ей нужна проточная вода, илистое дно, куча всяких сорняков вокруг и много, много солнца. Я называю её болотной мятой. Она отличается не только листьями, но и запахом.

Когда то давно, в прошлой жизни, когда был жив Олежка, у меня росло пятнадцать сортов мяты. Но вот эта, болотная, никак не хотела жить в саду. Как и степному чебрецу, подавай им волю степную. Вот и приходилось мне, в пять утра, идти собирать этих капризуль.

И вот я аккуратно (а вдруг где фазанка на гнезде сидит) прокрадываюсь сквозь камыш к ручью. А вот и мята, молодые веточки пахнут так, что мозг уносит напрочь. Кажется, что вот на этом ручье и начинается рай!

Но, видимо, мне до рая ещё рано. Только я потянулась ножницами срезать стебелёк, как, откуда ни возьмись, скакнула лягушка.

Что я успела сказать? Рухнув в холодную воду, матерясь так, что завяли цветочки, я проклинала свою фобию. Лягуха прыгала далеко от меня. Но только одно её присутствие ─ и я в нокауте.

Кузьма и Люка, стоя на берегу, с недоумением взирали на меня, сидящую в холодной воде ручья. Да, картина ещё та! Но, раз уж я всё равно в ручье, мяту я настригла. Домой шла вся в чарующих ароматах степи: ветер, солнце, тина и мята!

Самое главное, собачи были счастливы. Не каждый день увидишь маму по пояс в воде и иле. А виной моему испугу ─ маленькая лягушка! Надеюсь, о моём позоре стая-семья не узнает.