Моя стая-семья и не только

Светлые воспоминания

Мои светлые воспоминания… Конечно же, о Скарлетт, моей немецкой овчарке, моей рыжей доче.

С появлением рыжего щенка, трёх недель от роду, в нашем доме поселилась ревность. Тогда я жила с мужчиной, которого считала мужем уже шесть лет. И вдруг, в нашей съёмной однокомнатной квартире, ключи от которой были даже у мамы моего мужчины, появляется хвостатый ребёнок.

Как все зверёныши, Скарлетт взрослела быстро. Она была ещё неуклюжей, по-щенячьи нелепой, но характер уже сквозил вовсю! Обычно, я с ней старалась уходить перед явлением маменьки сыну. В этот день маменька появилась без звонка, открыв своими ключами двери. Её сынуля, разменявший шестой десяток, просто оторопел.

Был скандал, при котором я и пятимесячная щенулька сидели на балконе. Не помню, чем закончились разборки между мамой и сыночком, но меня позвали пить чай. Я, придерживая Скарлетт за ошейник (собачий ребёнок вымахал как пони), вошла в комнату.

Наверно, мамочке захотелось показать, что она была, есть и будет единственной любимой женщиной сына. Она обняла его у меня на глазах. Но для меня-то это нормально ─ мать обнимает своего сына (даже пусть назло сожительнице).

А вот Скарлетт такие изыски, как оказалось, были чужды! Вырвавшись, с глухим то ли визгом, то ли рыком, она вцепилась в ногу несостоявшейся свекрови. Слава Богу, что молодые острые зубы находились в ещё детских челюстях.

Мужчина держал захлёбывающуюся в злобном лае Скарлетт, я вытирала и обрабатывала йодом царапины у маман. Та орала благим матом проклятья в мой адрес. В общем, разошлись в этот раз почти мирно.

Мой мужчина терпел выкрутасы маменьки ещё полгода. Потом начал пить. Наверное, и я виновата, может, надо было быть терпимей. Я могу многое стерпеть в отношении себя. Но не к собаке. И когда мы пять часов гуляли со Скарлетт под проливным дождём, потому что снова пришла в гости мама, я ушла от любимого мужчины.

Я-то ушла без последствий, а вот чувство ревности в Скарлетт зародилось и выросло махровым цветом. Причём ревновала она ко мне только людей. А может, это была не ревность, а попытки защитить меня от тех, кого она не назначила мне в друзья?

Сейчас невозможно это понять. Прошло много лет. Скорее всего, я просто её идеализирую. Один мой знакомый сказал: «Она же просто бывшая собака!». После этих слов бывшим знакомым стал он.

Я её помню и знаю, какой она была. Это она, моя рыжая бестия, научила стаю ревности, да и коз, наверно, тоже. А в придачу научила Пиню, Кузьму и Айку верности и любви.

Да, я люблю всех своих животных. Но та, которая вытащила меня в жизнь, навсегда останется единственной.