Моя стая-семья и не только

Дракоша

Наверное, семьи создаются не только по любви, а и по родству душ. В молодости сватались ко мне двое ─ Сергей и Борис. Сергея отшила сразу после того, как отпихнул ногой котёнка. Меня с раннего детства учили: животные не должны бояться ни ног, ни рук хозяина.

На счёт Бориса я тоже сомневалась, пока мы не поехали с друзьями на Капчагай ─ недавно созданное рукотворное море. Берега ─ то камыш, то мелкий белый песок. Непуганая пока живность бегала, прыгала, ползала прямо под ногами людей. В метре от вас могла разыграться трагедия или свадебный танец. Или вас приобщат к удивительному зрелищу обучения детёнышей. Просто сиди и смотри.

Вот мы и увидели. Огромный варан (сейчас на нашем берегу уже такие не водятся) напал на детёныша своего сородича. Учитывая пасть, усеянную кривыми острыми зубами, мёртвую хватку, удары мощного хвоста и абсолютное бесстрашие, варан ─ серьёзный зверь. И вот этот крокодил пустыни напал.

Маленький варанчик верещал, как сверчок. Взрослый, схватив мальца за шею, тряс его, как перину. Слава Богу, что даже у молодых варанов шкура на голове, шее и спине уже бронированная.

Нет, я точно сумасшедшая. Я была готова кинуться к крокодилу, пусть и пустынному, в пасть, спасая детёныша. Но меня опередил Борис. Через минуту подоспели ещё наши парни. Представляете, четыре человека, четыре крепких парня, еле сумели отбить малявку.

Старый варан бился серьёзно. Бил хвостом по ногам, шипел, как раскалённые угли под холодной водой. А выпустив дракончика, пытался вцепиться в людей. Парням пришлось быстро делать ноги, чтоб не пострадать.

С крейсерской скоростью, гордо неся голову и задрав хвост, варан ретировался с поля боя. Побеждённым он явно себя не признал. А шипящий малыш, размером чуть больше мужской ладони, остался у нас в руках. И хоть он и был весь в крови, израненный и испуганный, он оставался бойцом. У меня на руках до сих пор остались шрамы от его укусов, пока я его обрабатывала.

А к вечеру у Дракоши поднялась температура. Он лежал в коробочке, такой маленький, раненый и стонал. Если стоном можно назвать еле слышное шипение. Выпускать его в природу было нельзя ─ погибнет. У меня тоже поднялась температура, начало тошнить и жутко хотелось спать. У наших варанов, хоть это и не комодские вараны, слюна тоже токсична. Так у меня поселился варан Дракоша.

К моей свадьбе мы выздоровели, а Дракоша даже уже не шипел и не пытался меня укусить. Борис вместо кольца подарил мне огромный террариум для зверя.

Дракоша прожил с нами год, потом ещё год со мной и сыном. Ему было два года, когда я упросила знакомого отвезти нас на море. Всё-таки я решила выпустить варана на свободу. Он вырос большим, сильным, недобрым и неласковым. Он стал взрослым вараном, хищником. А у меня рос сынишка — несмышлёныш.

Когда мы выпустили его там же, где и нашли два года назад, Дракоша растерялся. Он лежал пузом на горячем песке и медленно поводил головой по сторонам. Язык, раздвоенный как у змей, усиленно пробовал воздух. И вдруг он исчез! Вот прямо на глазах: был ─ и нет его. Только столбик взбитого песка показал, куда исчез Дракон.

Так закончилась моя первая и последняя близкая встреча с признанным королём наших степей и пустынь, вараном.

Как мне жалко было с ним расставаться! За два года я полюбила этого пустынного крокодила. Хотя он сам не очень-то проявлял любовь, но блаженно жмурился и тихонько шипел, когда я его гладила.

«Вольному ─ воля! ─ так сказала моя бабушка, видя, как я переживаю. ─ Если любишь по-настоящему ─ отпусти, когда придёт время».