Ты мое наказание (СИ)

Глава 27

— Кто я? Я помощница!

Наташа рассмеялась:

— Ну да, конечно, все мы так говорим. Я своему стресс помогаю сбрасывать и от лишних денег на карте избавляться.

— Вот только сейчас не надо разыгрывать представление: я не такая, я жду трамвая, — подключилась Ира, оторвавшись от нарезки моркови. — Мы здесь взрослые девочки и все прекрасно понимаем.

— Да нет у нас с ним ничего!

— Нет, значит, будет. Мы же не слепые! Он тебя весь вечер то обнимал, то за ручку держал. Скоро за другое место подержаться даст! За морковку! — она выбрала самую крупную и с хрустом отгрызла кусок.

— Пошлячки! С чего бы тогда Инга прикатила сюда?

— То есть ты для дела, а она для тела? А мне кажется, он просто любитель оргий.

Девушки тут же переключились на обсуждение клубов, где это практикуют. Я слушала вполуха, кромсая перец и время от времени поглядывая по сторонам. Ни Инги, ни Владислава Михайловича не было видно.

Да с чего это меня вообще должно заботить?

Может, они уже успели помириться. Не обязан же он меня в известность ставить. Взял меня с собой, чтоб развлекала его как Петрушка на ярмарке. Так, чтобы фоном болтала всякую чепуху вместо радио.

Обидно.

Хочется отхлестать себя по щекам, чтобы привести себя в чувство.

Я не должна испытывать подобных эмоций! У нас просто договор! Все!

Пусть проводит время, с кем хочет. Меня это не касается!

От аутотренинга меня оторвал Геворк.

— Девочки, девочки! Умницы, красавицы! Хорошо справились! Несите овощи в большую беседку! Сейчас будет чудо. Овощи превратятся в блюдо, да в такое, что ум отъешь.

Я взяла свою чашку с перцем.

— Отдай перец Наташе, — я замерла на месте и посмотрела на Геворка, не понимая, что ему от меня надо. — Сходи позови Влада.

— Я?

— Ты. Ты ж его помощница, — усмехнулся он. — Вот и помоги его найти. Его за розжигом послали, а он провалился.

Без особой охоты я потащилась к домику. Что если он сейчас не один? Развлекается с Ингой, а я вломлюсь. Нет, вламываться я не буду. Просто постучу в дверь и скажу, чтоб поторопились. Половой акт в среднем занимает восемь минут. Спасибо гуглу за познания. Уже десять раз могли бы успеть. А если не успели, сами виноваты.

Представлять, чем Владислав Михайлович занимался в домике с белобрысой, было неприятно.

Логичное утверждение «если неприятно, не представляй» не работало. Картинки пикантного характера сами всплывали в воображении.

Однако неудобной ситуации удалось избежать.

Я столкнулась с Ингой на главной дорожке. И судя по лицу, довольной она не выглядела. Скорее неудовлетворенной и злой. Ну, женские оргазмы, если верить курсам, вещь такая — не каждый может испытать. Видимо, в этот раз не удалось.

Проскочить мимо нее не получилось.

Она преградила мне путь, криво усмехаясь.

— Думаешь, ты у него надолго? Да знаешь, сколько у него таких, как ты, было, но он всегда ко мне возвращался. Особенной себя считаешь? Ты ему просто интересна как диковинная зверушка. Наиграется и вышвырнет тебя из своей жизни. Потом не плачь. Не говори, что тебя не предупреждали.

Я сделала шаг в сторону, чтобы обойти ее.

Она вела себя так, словно они не помирились, или опять успели поссориться.

Что за у нее привычка винить во всех бедах меня?

— Ты пожалеешь! Ты обо всем пожалеешь! Но а сейчас наслаждайся! — крикнула мне вслед.

Дура какая-то!

Подойдя к домику, я потопталась на крыльце, раздумывая, грозит ли мне напороться на гнев Соколова.

Может, белобрысая его выбесила, и теперь он сорвет гнев на мне? А мне очень не хотелось терпеть его перепады настроения.

Постучав несколько раз, отворила дверь.

Взгляд сразу упал на низкий столик у дивана. Свечи. Ведерко со льдом. Уже без шампанского. Мясная и сырная нарезки на пластиковых тарелках.

Романический завтрак, плавно перетекший в обед?

Сердце кольнуло.

Они здесь сидели, пили, ели, потом поругались. Милые бранятся только тешатся. Соколов сидел на диване, жевал сыр и прикладывался к бутылке.

Он повернул голову на звук. Морщинка между бровей разгладилась, выражение лица стало мягче.

Обрадовался, наверное, что это не Инга вернулась, чтобы продолжить выносить мозг.

— Вас ищут. Розжиг, скорее, всего уже не актуален. Наверное, у вас были более важные дела.

— Варь, это не то, о чем ты подумала.

— Я ни о чем не думаю. Вы вправе приглашать к себе кого хотите и проводить время как хотите.

— Варь, я никого не приглашал.

Он встал и двинулся ко мне.

А я увидела на диванной подушке полосу кружевной материи. Бюстгальтер.

Все же было?

Просто поругались потом.

— Инга сама приехала. Пробыла здесь недолго. Минут десять от силы.

— Если учесть, что за это время вы успели еще и поесть, и поругаться, то я бы на вашем месте такой информацией не делилась.

— Что? Что ты имеешь в виду?

Я указала движением головы на забытый бюстгальтер.

— Пф, — он потер переносицу. — Ты подумала что я и она..? Хорошего ж ты обо мне мнения.

— Ну, у всех разная физиология. Не стоит стыдиться, — не удержалась от того, чтобы не съязвить. Не знаю, что меня больше задело, то, что он проверял на прочность диван со своей бывшей или то, что он пытается убедить меня в том, что ничего не было.

— Варя, послушай, — мне показалось, что у него дернулся глаз.

— Мне неинтересно.

Он подошел ко мне так близко, что между нами практически не осталось расстояния.

— У меня ничего с ней не было.

Я закатила глаза. Ну почему он считает, что для меня важна эта информация?

— У меня ни с кем ничего не было с тех пор, как ты стала моей… помощницей.

— Ну, нормально! Сейчас вы меня еще в снижении своей потенции обвините.

— Варя, ты невыносима!

— Ну конечно, вчера вы говорили, что я комфортна как диван. Уже передумали?

— Я такого не говорил. Я сказал, что мне с тобой хорошо, несмотря на твой гадкий характер.

Уже и характер гадкий. Что ни слово, то новое открытие.

— Ну поздравляю! У вас не только там проблемы, вы еще и мазохист.

— Еще какой.

Его губы внезапно стремительно приблизились к моим, и я не успела отстраниться.