Ты мое наказание (СИ)

Глава 59

Мне было жаль, что Варе пришлось через это пройти.

Но она сейчас явно пыталась сделать меня виноватым во всем.

Я не собирался брать на себя вину за то, о чем даже не догадывался.

— У меня на Артема такие же права как у тебя, и ты об этом прекрасно знаешь. О судебной процедуре тебе тоже можно не рассказывать. Ты сама понимаешь, каким будет исход. Но я не хочу так. Варь, давай договоримся как взрослые люди. Давай решим без суда. Я не отступлюсь от сына. Я хочу наверстать упущенное. Потому нам с тобой придется как-то сосуществовать, хочешь ты того или нет.

Пока я это говорил, Варя молчала, нервно покусывая костяшку указательного пальца.

— Я так понял, Артем знает, что Багрянцев не его отец, — при упоминании мужа лицо Вари вытянулось. — Так проще. С Багрянцевым я могу поговорить хоть сегодня. Не переживай, я объясню ему, что ты меня интересуешь исключительно как мать моего ребенка, — я посмотрел по сторонам, будто мог определить этого типа, с которым Варя связала свою жизнь. — Где он?

— Его нет, — Варя как-то странно улыбнулась.

— Дай мне его контакты. Я свяжусь с ним в ближайшее время.

— Багрянцева нет, — повторила Варя.

— Я понял, — я достал телефон. — Диктуй номер.

Она шумно вздохнула и посмотрела на меня так, будто я собирался надевать трусы через голову.

— Я не замужем и никогда не была.

С моих плеч будто многотонная плита упала. Отчего-то я испытал облегчение, смешанное с радостью.

— Фамилия?

— Взяла бабушкину.

Заметала следы. Потому я и не нашел сведений о ней. Я ведь спрашивал про Ромашкину. Я бы мог высказать ей за то, что она не только не сказала мне о сыне, но и сделала все возможное, чтобы я случайно не узнал о нем. Но к чему подкидывать дрова в костер конфликта? Нам нужно прийти к консенсусу, а не выяснять, кто дурак.

— Ты в данный момент в отношениях?

Поверить в то, что такая женщина одна было сложно.

— Это тебя не касается, — ощетинилась.

— Пойми меня правильно, я не хочу чтобы из-за меня у тебя были проблемы.

Она хохотнула:

— Не хотел бы, не явился бы сюда.

Я пропустил ее реплику мимо ушей.

— Так у тебя есть кто-то?

Она неестественно выпрямилась и шумно выдохнула.

— Неужели так сложно ответить?

Она криво улыбнулась:

— Ты так спрашиваешь, будто собираешься склеить меня.

— А что если и так?

Ее щеки вспыхнули, в глазах мелькнула злость.

— Когда-то нам было хорошо вместе. Пока ты не придумала какую-то дурость про разный социальный и финансовый статус. Для меня это не имело значения.

— Конечно, не имело. Ведь ты не планировал ничего серьезного. Потрахались и разбежались!

Я будто снова оказался в том дне. Тогда мы говорили на разных языках. Но теперь, когда у Вари появился опыт общения с мужчинами, должна же она была меня понять.

— Я ничего не планировал. Обычно для того, чтобы возникли мысли о браке, отношения должны достичь определенной ступени. Люди встречаются, узнают друг друга и только потом понимают, что хотят не просто проводить время вместе, а хотят быть вместе всегда. Для этого мало недели в горах. Будет ложью, если я тебе скажу, что непременно женился бы на тебе. Может, да. А может, нет. Не знаю.

— Спасибо за ликбез, — сзъязвила Варя. — Ты мне явно показал, что значила для тебя та неделя, когда позвал меня полюбоваться на ваше счастье с Ингой. Вот тогда я окончательно убедилась, что поступила правильно.

— Вот сейчас не понял.

— Ты же специально дал мне поручение привезти документы к тебе домой.

— Считаешь, у тебя были основания для ревности? — я шагнул к Варе, она отступила и вжалась спиной в дерево. — Ты сказала, что у нас ничего не выйдет. И что дальше? Я должен был постричься в монахи? Или, может, ночевать под дверью твоей квартиры, умоляя передумать? Или от страданий у меня должна была наступить импотенция? Назови мне хоть одну причину, почему я должен был отказаться от секса.

— Зачем было демонстрировать все это мне? Чтоб я поняла, как тебе плевать на все? — она сжала кулаки.

— Не было никакого умысла. Считаешь меня таким мелочным? Кинула меня — ну так смотри, как я провожу время с другой?

Она вскинула подбородок и, посмотрев мне прямо в глаза, громко сказала:

— Да!

Меня осенило: ей неприятны воспоминания об этом. Тогда она приревновала меня, ей было больно, она что-то чувствовала ко мне. Может, это была юношеская влюбленность, но что-то однозначно было.

В один шаг я подошел к ней вплотную. Она замерла как лань перед хищником. Я слышал ее сбившееся дыхание.

Пока она не опомнилась, накрыл ее губы своими. Сердце забахало в груди, разгоняя жар по венам. Я и забыл, что поцелуи могут такими пьянящими, даже тогда, когда имеют горький привкус давних обид.

Больших усилий мне стоило удержать руки на ее плечах. Им не терпелось пройтись по ее спине, зарыться в волосы с ароматом ванили, огладить округлости под юбкой.

— Варь, тогда у тебя были причины. Что сейчас мешает узнать друг друга поближе? Ты больше не бедная девочка-студентка. Ты юрист. Мы на равных. У тебя никого. И у меня никого. Не отрицай, нас тянет друг к другу.

— Говори за себя! — зло выпалила она, отталкивая меня и вытирая рот тыльной стороной ладони. — Мне неприятно все, что связано с тобой. Кроме Артема. За сперматозоид тебе спасибо.

Только что она дрожала в моих руках, отвечая на поцелуй, а теперь ее трясло от злости. Перемена была слишком разительной для того, чтобы я мог в нее поверить.

— Я не буду препятствовать встречам с сыном, — продолжала она, — если он того захочет. Но можешь даже не надеяться, он не захочет.