Ты мое наказание (СИ)

Глава 74

Артем проснулся и тут же подскочил в кровати. Взъерошенный как воробышек, глаза еще сонные, волосы торчат в разные стороны, щеки розовые от сна.

— Папа приехал? Я пропустил папу! — взволнованно воскликнул он.

Я подошла к нему и села рядом, на краешек кровати, любовно пригладила его вихры.

Папа ушел готовить тебе морс.

— Не обманываешь? — прищурился он с подозрением.

Я покачала головой.

— Смотри сам. На столе гостинцы.

Он соскользнул с кровати, пошатываясь на ватных после болезни ногах, и прошлепал босыми ступнями до стола. Поднялся на цыпочки, вытянул шею, заглянул в бумажный пакет, принесенный Владом.

Я поймала себя на улыбке.

Это простое движение, детская непосредственность, с которой он заглядывал в пакет — все это было таким живым, что казалось, болезнь действительно отступила.

— О! — глаза Артема загорелись, когда он увидел яркие пачки конфет. Он начал перебирать их, шурша упаковками, как маленький кладоискатель, устраивающий ревизию сокровищ. На лбу появилось сосредоточенное выражение, как у взрослого, который тщательно планирует, с чего начать.

— Конфеты только после еды, — сразу предупредила я, не удержавшись от привычного тона.

Он печально вздохнул, с сожалением глядя на соблазнительные сладости, достал из пакета коробку с конструктором и уселся на кровать. Открыл упаковку и вытряхнул разноцветные пластиковые детальки на одеяло.

— Ты же никогда не любил такое, — удивилась я.

— Теперь люблю, — буркнул он, сосредоточенно пытаясь соединить не подходящие друг к другу детали.

— Там есть инструкция, — подсказала я, улыбаясь его упрямству.

Он развернул листок с мелкими картинками, поднес ближе к лицу и посмотрел на меня с надеждой.

— Поможешь?

— Ну уж нет, — покачала я головой. — Сам разбирайся. Там все шаги пронумерованы.

В этот момент на пороге появился Влад, держа в руках поднос с графином морса и стаканом.

— Пап! А ты поможешь? — Артем аж подпрыгнул от радости, забыв про болезнь.

— Конечно, давай посмотрим, что там, — Влад поставил поднос на стол и сел рядом с сыном. Он взял инструкцию, развернул, нахмурил брови и с самым серьезным видом стал рассматривать схему, будто перед ним был чертеж настоящего самолета.

— Так, — протянул он задумчиво. — Смотри, нам нужна сначала большая красная деталь. К ней крепится желтая. А потом…

— Потом вот та зелёная, — перебил его Артём и ткнул пальчиком в картинку.

— Верно. Ты внимательный, — похвалил Влад.

Они склонились над конструктором, головы почти соприкасались.

Влад что-то объяснял, показывал, а Артем, раскрасневшись, ловко подбирал нужные элементы. Комната наполнилась тихим щелканьем пластмассы, шорохом бумаги, спокойным голосом Влада и смехом Артема.

Я стояла у стены и смотрела на них.

Эта картина выглядела слишком милой, слишком правильной.

Мужчина и мальчик — одинаковые профили, одинаковый прищур, одинаковое упрямое выражение лица. Казалось, даже дышат в унисон.

Я стояла, держась рукой за спинку стула, и не могла оторвать взгляд. На душе было тепло, тихо, спокойно. Я видела, что они нужны друг другу, и я не хотела им мешать.

Артем поднял голову, заметил мою улыбку и радостно крикнул:

— Мама, смотри! Истребитель почти готов!

— Наш сын — настоящий инженер, — улыбнулся Влад.

Наш сын… Это звучало непривычно. И в то же время правильно.

— Артем, надо поужинать. Я принесу тебе еду.

Торопливо вышла из спальни, боясь, что кто-нибудь из них заметят выступившие на глазах слезы.

Я всегда считала, что моей любви хватает Артему с лихвой. А теперь я видела, как на самом деле ему недоставало отца. Мне было жаль упущенного времени.

Наверное, если бы все сложилось иначе, из нас бы получилась хорошая семья.

На кухне никого не было. Няня Рита с бабулей смотрели турецкий сериал. Я позволила себе немного всплакнуть. Потом разогрела пюре и котлету для Артема и пошла наверх.

Влад с Артемом успели переместиться на пол.

Они сидели среди гигантской кучи разноцветных фигурок и пытались ее разобрать.

Через несколько дней после дня рождения Артем распотрошил все полиэтиленовые пакетики, по которым были рассортированы детали подарка Влада. Перемешал все. И на этом интерес к конструктору у него угас.

Теперь он вдруг вспомнил о нем.

— Мам, Мама! Папа поможет мне собрать Хогвартс! — с радостным выражением лица сообщил Артемка.

— Сегодня мы не успеем, — предупредил его Влад.

— Ты уж постарайся. Собирай до позднего вечера. Потом можешь немного поспать. И снова примешься за работу, — наставлял его Артем.

— Я приеду завтра. И мы продолжим собирать. И послезавтра. Буду приезжать столько, сколько понадобится.

Но ответ Влада не устроил Артема. Его брови медленно поползли вверх, в то время как уголки губ поехали вниз.

— Нет! Ты должен остаться здесь! — захныкал он.

Никогда раньше Артем не был таким капризным и плаксивым. Из-за стресса и болезни он вел себя совсем непривычно.

— Артем у папы есть свой дом. Он должен спать там.

Мои слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Артем заревел во всю силу и закашлялся.

Влад покачал головой, будто упрекая меня за это.

Прокашлявшись, Артем с вызовом посмотрел на меня.

— У всех моих друзей папа и мама спят в одном доме! В одной комнате! В одной кровати! У тебя кровать большая. Пусть папа спит с тобой.

Я открыла рот, но так и не нашла, что сказать.

— Отличная идея, — проговорил Влад. — Мне нравится! Но боюсь, твоя мама будет против. Чтобы спать с кем-то в одной комнате и тем более в одной кровати, нужно хорошо знать человека. Вдруг он храпит или лягается во сне? А тебя это раздражает. И в итоге никто не выспится. Выйдет одна мука.

— Няня Рита храпит так, что ее слышно на втором этаже, — согласился с аргументом Артем, но тут же добавил: — А мама не храпит. Она спит как мышка. И даже вообще не шевелится.

К таким манипуляциям от собственного сына я не была готова.

Вздохнув, я сказала:

— Если твой папа захочет, он может остаться. В комнате для гостей.

Для меня это был огромный шаг. Еще день назад у меня и мысли такой не возникло бы. Я бы его и на порог дома не пустила.

— Нет. Не сможет! Там кровать сломана.

Я вопросительно изогнула бровь.

— В день рождения мы прыгали на матрасе, и там выскочили пружины, — признался Артем.

Ругать больного сына за то, что было сделано давно, я не стала. Хорошо, что хоть сейчас признался.

— К няне Рите я не пойду, — красноречиво посмотрел на меня Влад.

Я развела руками: я пыталась. Но, видно, не судьба.

— Если ты хочешь, чтобы я остался, если я тебе нужен здесь, — Влад повернулся к Артему, — Я могу спать в твоей комнате на полу.