В тишине космоса нам не рады

12. Результат бывает разным

Инстант, осталось 7.

Настроения в Совете Цитадели были смешанными. Вроде бы восторг, но не совсем. Как только пришли последние новости, Советники собрались, чтобы обсудить ситуацию и дальнейшие шаги их государств в рамках сотрудничества Совета Цитадели.

Советница азари, не являющаяся военной, была скорее рада новостям, но вглядывалась в лица остальных, читая их реакцию. Не настолько позитивную, как ей казалось. И это странно, но возможно они понимают то, чего сама Советница не знает, так что нужно просто задать вопрос.

— Значит, вы победили? — осторожно спросила она, — враг бежал.

Саларианец покачал головой. Турианский советник возразил:

— Враг отступил от Палавена, осада снята. Мы получили передышку в этом бою.

— Но это не победа? — спросила азари.

Она не очень понимала настроение собеседника. Противник бежал. Да, Палавен получил огромный урон, плазменное оружие сжигало целые кварталы, а щиты кораблей оказались неприлично прочными. Но даже этого не хватило, чтобы взять столицу Иерархии, пусть с огромными потерями и разрушениями. До четверти Палавена придется отстраивать, но враг бежал. Так почему такое отношение?

— Тактическое отступление, проблемы с логистикой и ремонтом, — пояснил саларианец, соглашаясь с турианским советником.

Тот кивнул.

— Потери флотов Цитадели, участвующих в обороне Ома Кер и Палавена — более половины кораблей уничтожены, треть повреждены. Потери противника: треть кораблей уничтожена, половина получила повреждения. Мы не смогли уничтожить флагман, даже щиты пробить не смогли. Но три их четырех супердредноутов уничтожили, один над Ома Кер, два над Палавеном. С меньшими кораблями счет получше, но все равно за каждый вражеский корабль мы несем потери, большие потери. Пилоты вымерли почти поголовно, выигрывая это сражение.

Азари медленно кивала. Уничтожение кораблей ковенанта вышло неровным, чем крупнее корабль, тем больше потерь при его уничтожении. Но это не всё.

— И войска провели серию саботажей на Ома Кер, это тоже помогло?

— Верно, — добавил саларианец, — противник пытался использовать Ома Кер для логистики и ремонта техники. Но сопротивление на поверхности планеты, пусть партизанское, продолжилось. И мы смогли помешать этому их решению. А по мере оттягивания кораблей в тыл для ремонта, наши силы смогли действовать свободнее, и уничтожить третий супердредноут, пусть и большой ценой. Отвести войска, провести ремонт и вернуться для них просто логично. Мы не сможем этому помешать и остановить их после возвращения.

Теперь понятно.

— Ведь у противника будет куда лучшее соотношение сил, чем у рас Цитадели. Не победа, но передышка. Они еще вернутся. Я поняла.

— Верно, — согласился саларианец, — мы оказались не готовы к такому методу ведения войны. Обычно каждый класс кораблей имеет свою дистанцию для боя. Дредноуты для снайперских дуэлей, крейсера как основной универсальный корабль подавления, эсминцы и фрегаты для ближнего маневренного боя. Четкая структура, действие и противодействие.

— Но не против этого врага, — добавил турианец, — они поразительно хороши в том, чтобы навязывать комфортные для себя условия боя, ломая привычные нам шаблоны и переходя дредноутами в ближний бой, что наши переносят плохо, слишком неповоротливы. Огневой мощи крейсеров откровенно не хватает на их крупные корабли. Мы столкнулись с крайне неудобным для нас врагом. Это напоминает рахни, которые просто игнорировали нашу военную доктрину, сражаясь как удобно самим.

Азари была растеряна, но спросила.

— Но что тогда делать? Нельзя же оставить всё как есть.

Турианский советник вздохнул, кивая.

— Единственный вариант сейчас — это провести серию рейдов на найденные разведкой миры противника. Замедлить их, спровоцировать тратить силы на оборону. Выиграть время, — и уже остальным, — примарх запрашивает ваши правительства о готовности к подобным операциям и их финансированию. Миры для атаки саларианская разведка успешно нашла. Ваши правительства готовы поддержать атаку?

Азари пожала плечами.

— Не вижу проблемы. Это лучше, чем если под ударом окажутся иные миры Пространства, простите за прямоту. Мы так или иначе продолжим поставки ресурсов и войск. Необходимо быть готовыми к бою, это официальная позиция матриархов.

С её точки зрения, это предельно прагматичный подход. Лучше, пусть сражаются турианцы. Они сами выбрали свою роль армии и военной полиции Совета Цитадели, вот пусть и отрабатывают, как в приватной беседе сказали представители матриархов. В этом вопросе что они, что саларианские далатрессы полностью согласны, Иерархия их щит, им и нести максимальный ущерб. За всех нас.

— Кланы поддерживают это решение. Вы получите больше штурмовых единиц в ближайшие поставки. И дополнительные диверсионные отряды, оборудование, — согласился саларианский Советник.

Разумеется, логика коллег турианскому советнику понятна. Но то, что в начавшейся войне с разрушительным врагом другие Советники и их руководство помогает, а не пытается затянуть конфликт или бросить Иерархию наедине с врагом, хорошо. Каждый делает то, что умеет. Пусть и с самыми прагматичными побуждениями.

— И еще один вопрос, — напомнила советница азари, — люди. Они могут знать о технологиях противника. Мы можем договориться о сотрудничества. Информация была бы полезна. Не пора ли нам закончить этот конфликт?

Но это единогласно ответили уже турианец и саларианец.

— Исключено, — возразил саларианец, — сотрудничество с гетами и кроганами неприемлемо. Так же, как и создание ИИ. Речь даже не о нарушении законов, но о игнорировании наших интересов и нашей позиции, действия назло. Люди словно специально действуют так, чтобы наносить максимальный ущерб. Неприемлемо!

— ИИ? — переспросил турианец, — мне об этом не известно. И что там с кроганами? Расследование еще идет?

Саларианский советник кивнул.

— Мы не смогли получить образцы, системы корабля людей полностью стираются при угрозе захвата. Не остается ничего, пригодного для работы. Но есть основания считать, что люди применяют ИИ, причем на очень компактных носителях. Мы смогли получить обломки их нескольких крейсеров путем перехвата. Так же было проведено расследование инцидента на Тучанке. С нашими собственными системами работать проще, чем с человеческими, они не смогли обойти все наши заготовки, кое-что удалось узнать. В том числе аварийными носителями данных, «черными ящиками», там остались записи. Штурм станции провели совместные силы людей, гетов и кроганов. И они извлекли все лабораторные данные по генофагу. Данные, образцы, всё.

Азари закрыла рот рукой в удивлении.

— Вы считаете, что люди могут исцелить генофаг, чтобы использовать кроганов в качестве армии? Как против рахни но… против нас?

Саларианец снова кивнул.

— Это возможно. Поэтому ни о каком сотрудничестве не может быть и речи, пока мы не подтвердим статус кроганов и принудительное возвращение их на Тучанку в полном составе. И так приходится тратить массу ресурсов для восстановления уничтоженной станции и одной из башен «Завесы». Мы не хотим повторения «Восстаний». Это принципиальная позиция далатресс. Мы заплатили слишком высокую цену, чтобы дать кроганам шанс. Недопустимо.

И турианский Советник с этим согласился.

— У Иерархии тоже множество вопросов к людям, их политике. И в том числе по поводу Ома Кер. То, что планету последовательно атаковали люди, а затем и этот ковенант, может быть и не совпадением. А значит, сотрудничество должно включать в себя в том числе расследование их деятельности. Так же мы согласны и насчет кроганов. Мы смогли победить когда кроганы были одни. Но с человеческим оружием, когда мы не знаем, где расположены их миры? Полагаться на добрую волю — глупость.

Азари молча кивала. Слишком очевидно, что люди на такое не пойдут. А зачем им?

Когда у вас в союзе две расы с фактически бесконечной армией (геты и кроганы), причем кроганы вам должны за генофаг, у вас на руках фактически безлимитные запасы пехоты. В том, что ковенант занят расами Цитадели тоже люди получают сплошную выгоду. А значит, сотрудничество следует налаживать своими силами, не ожидая вступление людей в Пространство.

Республика купит информацию, если остальные не хотят сотрудничать, как минимум для себя. Всё имеет свою цену. Турианцы забыли об этом, делегировав экономику и торговлю волусам. Саларианцы… могут думать так же, просто не скажут. Но матриархи узнают об этом и сделают верные, наиболее полные выводы. И договорятся, как и всегда.

Кхаэла, одержимая-куратор. Земля.

Когда вице-адмирал предложила для наполнения социального модуля поступить на работу в школу при военной академии, я не поняла, что это не поощрение, а месть. В конечном итоге что плохого может быть в человеческих детях? Слушай, анализируй, заполняй библиотеку социального модуля на все случаи жизни, думала я. Ну, это было не самое умное решение, как оказалось.

Всего за месяц социальный модуль был загажен концентрированной школьной драмой и развлекательной массовой продукцией. Капитан Ворхесс как раз оттуда получился. Оригинальный капитан-батарианец был более классическим. Средняя броня, оружие, типичное для гегемонии. Разве что тоже был пиратом и действительно лишился корабля по причине излишней жадности, ну и пыжака имел. Но социальный модуль решил, что нужен более запоминающийся образ, чтобы привлечь внимание своей нестандартностью. Сработало, но все же…

И тут нет и не может быть претензий к самой школе. Школа при военной академии помнит о начальной офицерской подготовке будущих курсантов, и обеспечивает разностороннее образование. И речь не только о физической и идеологической подготовке, которой хватает. Основы тактики, психология, углубленное изучение наук, проверки на стрессоустойчивость и умение хранить тайны.

С этих школ не только флот и наземка, но и разведка кормится, рекрутов подбирают себе заранее. Это разумная и положительная часть происходящего. Выпускник с высокими оценками просто по факту имеет рекомендательное письмо и льготы для поступления в профильные учебные заведения, что тоже создает спрос. Ну или даже для обучения в разведке, если хорошо себя покажет, но это уже секретно. Так что учебное заведение и учебная программа это лучшая часть сбора информации.

А есть ученики. И это отрицательная часть, без них школа при академии была бы гораздо лучше. Хаотичные, многочисленные, нестабильные. С прохождением стандартной для обычного человека физической подготовки немедленно начинают себя вести как толпа похотливых агрессивных приматов. Я как куратор от разведки имею доступ к системе наблюдения. И это цирк.

Учащиеся делятся на группы. Есть более приятные, это особи, сосредоточенные на обучении. Они могут совершать ошибки или действовать некорректно, но легко принимают коррекцию поведения. Работать с обученными единицами все еще проще, но это лучшая часть человеческих детей. Такие не все.

Есть и агрессивные обезьяны, которые тянут верхние конечности в том числе к одержимой и получают по ним, вплоть до гематом. Но это их не останавливает, словно речь о некоем соревновании на то, что они понимают под «мужественностью». Похоть, сила и стремление к доминированию над всем, включая достаточно молодых учителей и кураторов. Качества, достойные животного, а не высшей разумной формы жизни.

И нет, Миранда, пусть и не всегда логична, все же принадлежит к первой группе, пусть ей не хватает информации. Но она учится и осознает рамки. Впрочем, как мне объяснили, это временное явление. Посмотрим, верится с трудом. Эти «ученики» неадекватны и часто игнорируют последствия, Миранда так себя не ведет.

Сержанты и кураторы пытаются решать проблему загруженности молодого поколения, неудачно. Сколько подростков не нагружай, свободное время у них все равно останется. А учитывая, что подростки поголовно сдают нормативы по физподготовке, к общей гормональной нестабильности добавляется силушка необузданная. И желание оную силушку применить, выйти в чисто полюшко, да по мордасам, по мордасам, и бедрами накачанными пофлексить перед зрителем, бицепсом поиграть, кубиками на прессе! Вот, до чего мой социальный модуль дошел!

Или нарушение правил как демонстрация «крутости». Нарушение правил ведет к наказанию и только. Систематическое нарушение — к суровому наказанию и исключению из системы. Ну и в чем смысл?

Хорошо, хоть одержимую часть меня оставили просто наблюдать, приставив к кураторам, и это на девяносто процентов не моя проблема. Могу заниматься сбором информации и делать вид, что выполняю интегрированную доктором Халси программу. Приказ и разрешение на оба действия имеются. Обязанности есть, но не обременительны для кого-то с моими возможностями.

Учебное ПО писать, тесты на симуляторах проводить, расчеты, искать потенциальных рекрутов для СВР. Для меня это не сложно, большая часть работы ложится только на социальный модуль, который вообще не принимает участие в научных проектах, у него свои задачи. Так что девяносто процентов времени все проблемы учеников — не мои.

Оставшиеся десять приходятся на практику. И начинается цирк. Вот как сейчас.

— Поход будет занятным, а?

Я обернулась к старушке-смотрительнице, сидящей в кресле второго пилота. Тоже куратор, тоже от разведки, мы с ней пересеклись еще в академии на Земле. Сейчас академия проводит для перспективных учеников выездное мероприятие, и мы снова встретились, пусть она этого и не знает. В тот раз это была боевая аватара, в этот одержимая.

Клавдия Петухова, или как её называли за глаза, в том числе в личном деле, «Баба Клава». Бабуля из тех, для кого сержант десанта — это образ жизни и ориентация. Очень сложно поверить, что эта сгорбленная старушка, которая боевой аватаре дышит в пояс, а одержимой в грудь, способна искусственными пальцами (родные сгорели лет тридцать назад) навскидку выбить из магнума девяносто очков с десяти метров или воздух курсанту ударом в «фанеру». Странный термин.

Конечно, в рукопашной ей будет тяжело из-за возраста и проблем с позвоночником, но с оружием, благодаря кибернетике, обращается лучше курсантов по всем параметрам.

Что не бесполезно, так как повстанцы не стесняются бить по «шавкам правящего режима», вне зависимости от пола и возраста. Война с ковенантом, победы или поражения, не важно. Скинуть бак с химикатами на военную академию это милое дело. А потом будут рассказывать, как они всех победили, хотя даже с прагматической позиции курсанты ресурс предельно легко заменяемый. Это не опытные военспецы, хотя на таких напасть куда сложнее, чем повредить корабль или сбросить те же химикаты на школу. Умереть можно в процессе.

Для этого в том числе и нужны учения, а в жилых блоках можно найти и химзащиту, и броню и даже оружие. Каждый ученик должен быть готов и знать как действовать в случае опасности, химической, радиационной тревоги или нападения ковенанта, как одеть броню за положенное время. Даже гражданские получают минимальный курс, как и водители, и вообще все. Но для будущих военных курс «как себя вести в критической ситуации» используется самый полный.

Разумеется, не садизмом единым, но и прогулками на свежем воздухе. Например, жители мегаполисов или безвоздушных миров (классический пример — Луна) очень резко реагируют на лес и теряются, не зная, как вообще себя вести. Природа их шокирует, свежий воздух вызывает проблемы с дыханием, а звуки и ощущения шок. И для них серия таких «походов» совершенно необходима, чтобы привыкнуть к необычной фауне и открытым пространствам после коридоров космических баз, где они провели всю свою жизнь.

Плюс тренировки на взаимодействие, ну и просто практика и смена обстановки. Привыкание к нестандартным ситуациям. Ну и проверка физических навыков, конечно же. А так же тесты на готовность действовать против «своих» по приказу. В общем крайне полезный процесс, в том числе проводимый в кооперации с разными службами.

Собственно текущие учения будут выглядеть так: рейсовый атмосферный транспорт с полусотней учеников прилетит на место, как сказала Клавдия, похода. Их там выгрузят, дадут задания, которые им предстоит выполнить в процессе, и оставят на недельку под присмотром дронов и камер, «на свободе», записывая каждый шаг, разговор и действие. Потом заберут, проанализируют записи, поставят оценки и раздадут дисциплинарные взыскания, чтобы никто не ушел обиженным. И взысканий будет много.

Для учеников на борту это первое такое мероприятие. А значит, они гарантированно наделают ошибок всех сортов и видов. Для них это мероприятие пока еще просто поездка на свежий воздух. Они правы, конечно, но не совсем. Не только поездка на свежий воздух. Учащихся нужно нагружать, иначе они начинают делать глупости, например пить разбавленный спирт из аптечки или драться.

Так что я кивнула смотрительнице, сидящей на соседнем кресле того самого атмосферного транспорта. Я пилот, с моими возможностями для одержимой это не проблема, она главный куратор мероприятия от СВР. И все понимает.

— Да, условия составляла разведка. От скуки дети не умрут.

Бабка фыркнула.

— Скорее от перетраха, — и хитро прищурившись добавила, — на что спорим, что проходной балл не наберет никто, даже та девка, которую ты пасешь, эта «перспективная» Киз. Сорвет крышу по молодости и всё запорют, еще и беременности прерывать придется по возвращению. Ей какое задание дали личное, от разведки? Ты точно знаешь, колись давай. Хм?

Так вот, задания. Команда по прибытии получает набор действий, которые нужно выполнить за неделю сидения в лесу. Под надзором, но без прямого присутствия командования. Прибыть в нужную точку, найти груз или еще что. Для координации со взрослыми на отряд выделено две радиостанции. Миранда и еще один мальчик их операторы. Можно попросить что-то, или получить больше информации, это тоже оценивается. Правильно заданные вопросы это тоже хорошо.

А некоторые получают личные задания. Например украсть что-то, помешать выполнению задания отряда или что-то еще. Что-то в стиле обычных задач для младшего состава от СВР. За это они тоже получат баллы, как и те, кто их ловит. Я приказала транспорту начать снижение и повернулась к старой, сгорбленной, но суровой женщине с пошловатыми шуточками.

— Доставить вторую радиостанцию по заданным координатам, незаметно, за тридцать баллов. Приоритет доставка и скрытность, в таком порядке.

Бабуля кивнула, затем поморщилась на шум в салоне. Ученики, треть из которых впервые вживую видит лес, откровенно залипли и поддались эмоциям, отчего даже в кабине гул стоит, словно там не люди, а рой насекомых.

— Расслабились, детки. Нехорошо, боец должен быть задолбавшимся и без сил чему-то удивляться. Пусть побегают, а?

Я кивнула.

— Это было в техзадании. Приступайте.

Так что бабушка взяла в руки радио, включила громкую связь и заговорила:

— Салаги! У вас две минуты до высадки! Всем готовность, мы под обстрелом!

А я вдавила газ на полную, заставляя пассажиров хвататься за всё подряд. Ну а что, мы маневрируем, от обстрела, угу. Не слишком резко, конечно, но достаточно, чтобы в салоне напряглись.

Рейсовый транспорт с гулом пронесся над верхушками деревьев, зависая над заранее расчищенной поляной. А у бабули прям вдохновение проснулось, она в лучших традициях десанта прорычала:

— Мы на месте! Две минуты на разгрузку, салаги, слюнявчики забираем с собой! Кто останется, тот погиб при выполнении задачи! Пошли-пошли-пошли! Не спать, крысы сухопутные, или жопы в дверь не пролазят? Так пинком надо, ускорение придать! Живее, пока я помогать не пришла!

Начались хаос и анархия, по большей части. Те, у кого родные военные или же есть знакомые, заранее выяснили чего ждать, из вещей имели одну сумку, которую схватили и рванули на выход. Та же Миранда скооперировалась с парой подруг, так как ей еще радиостанцию тащить, и те несут её сумку, а она быстро надевает на плечи рюкзак со станцией. Не все такие сообразительные.

Нашлись те, кто путался под ногами, у кого было несколько сумок, или парочка тех, кто сначала выскочил, потом побежал за вещами, создавая столпотворение в проходе. Я, глядя через камеры в салоне на этот цирк, спросила:

— Как думаете, Клавдия Васильевна, сколько груза останется?

Та посмотрела, повздыхала и ответила:

— Треть. Постройся они цепочкой, выгрузили бы всё, даже так. А так треть, — и добавила по связи, — осталась минута. Вы там покурить остановились, салаги?

Хотя прошли уже две с половиной минуты, хм.

Цирк продолжился. А точнее хаос и анархия.

— Будет им урок кооперации.

Женщина кивнула. Дело в том, что, как и «пеликаны», транспорт завис в полуметре над площадкой. Не такая большая высота, если подумать, но если бегать куда и обратно за забытыми вещами на таймер, необходимость залазить и слазить очень мешает. А баба Клава считает.

— Десять! Девять! Восемь! — под панически высыпавшихся из салона, падающих друг на друга с сумками и мешающих подняться подростков, — Три! Две! Одна! Взлёт!

В итоге около трети вещей остались в трюме, как и одна из двух радиостанций. Надо будет Миранде баллов накинуть, если она с подружками, которые прилипли к ней по причине отца-капитана (и практических знаний, что делать и чего ждать от таких вот мероприятий) сумеет упереть рацию из-под носа выбранной «полиции». Всё же станция их (отряда школьников) метод получать актуальную информацию, точки эвакуации, например.

Правда еще есть карта, которую тайно получила староста, содержащая вообще все координаты, и которую нельзя показывать по легенде её собственного задания, и некоторые другие источники информации. Все же никто не хотел заставлять подростков страдать, только слегка понервничать. И нычки с запасами на территории тоже есть, если найдут.

Но это будет потом. Все же у нас есть неделя, чтобы развлечься над людьми. Немного садизма им пригодится. В свободное от прочих задач время, это не мой приоритет.