В тишине космоса нам не рады

16. А можно хватит на сегодня?

Лиара Т’Сони

Инстант, осталось 5.

— Слишком много событий на один раз.

Это всё, о чем я могла думать, опираясь спиной на холодную стену подземного комплекса. Пусть холод через броню и не ощущается, но опереться спиной о стену и представить это не мешает. Тишина и покой подземного комплекса неплохо способствует расслаблению. Ни гула механизмов, ни ветра, ни движения. Даже свет с потолочных панелей падает ровно, словно дневной, хотя место находится на глубине. И это несколько расслабляет.

Себе можно признать: эта неделя по праву займет место среди наиболее опасных. Рядом с битвой против Властелина, охотой на меня со стороны Серого Посредника и вторжением жнецов.

Не в глобальном плане, конечно же, Властелин мог повлиять на всю галактику, как и жнецы. Но тогда тоже приходилось активно лезть в самую середину, пытаясь сделать всё как надо. Рискуя собой, рискуя окружающими. Но тогда рядом были Шепард и команда «Нормандии», безумно везучая команда мастеров вылезать из любой дыры. В этот раз приходится изворачиваться самой. И времени на передышку нет.

Сначала похищение Ли, беготня в попытке её вытащить и отбиться от наемников саларианцев и разумных Арии. Потом этот странный батарианец, неизвестный корабль со странным двигателем, огромное кольцо, после которого говорить, что Цитадель большая, уже несколько неудобно. И наконец армия роботов, обороняющая этот мир-кольцо и ранение, и это не геты. А теперь все мы заперты в этом подземелье, снаружи роботы, корабль разбит, и непонятно, куда двигаться дальше. Оставаться нельзя, рано или поздно роботы сюда доберутся, а нам нужно спать.

Ранение было неприятным, огромный робот накрыл дождем красных кристаллов площадку лифта, словно дождем пуль, очень быстрых, острых и взрывающихся после попадания в цель.

С закономерным итогом, все, у кого не было брони, там и остались лежать разорванными в клочья. Мне повезло больше, оглушило, немного ранило, помяло, все же у меня броня была, так что меня только контузило и помяло саму броню. Кварианцам хуже, их броню порвало почти поголовно. И их теперь ждет куда более неприятная судьба, пусть они и выжили. Инфекции, которые негде лечить. Но это все еще лучше, чем смерть.

Более менее прийти в себя, залатать броню и подлечиться удалось уже внизу. Ли, сидящая рядом, ввела немного медикаментов, чтобы подстегнуть регенерацию, чтобы вернуть меня в строй. Голова гудит, ребра болят, но теперь я могу вполне спокойно двигаться. Сама младшая выглядит устало, но держится, так же сидит рядом и смотрит в пространство.

— Ли, как ты?

А мы ведь так и не поговорили, просто некогда было. Ли тяжело вздохнула.

— Наверное, я должна радоваться, — на мой вопросительный взгляд пояснила, — ну, мы в подземном комплексе неизвестной расы. Как археолог я должна быть в восторге. Но я устала, Лиара. Столько погибших, столько проблем. Там, на лифте, наверху. Роботы убивали всех, знаешь? Ну да, ты видела. Прости. Как ты с этим справляешься?

Я грустно рассмеялась, вызвав недоумение Ли.

— Я говорила, как мы познакомились с Шепардом?

— Нет, — покачала та головой.

— Мы исследовали древний протеанский город, когда напали геты. Здания ушли в грунт на всю свою высоту, их нашли шахтеры, так что мы были в шахте, бежать некуда. Геты убили почти всех, а я оказалась заперта в протеанской системе защиты, висела в воздухе. Неспособная пошевелиться больше суток, может двое или больше, я не знаю. Из-за жары и обезвоживания начались галлюцинации, я не понимала, где я и что происходит. Паниковала, истерила, пыталась кричать, всякое было за эти дни. Думала уже никто не придет, там были километры тоннелей и куча роботов-убийц, только в моем случае гетов. Когда пришли Шепард и команда, я была полумёртвая, перемазанная в собственных поту и отходах, в бреду, почти сдавшаяся. Вот и подумала, что тебе, в некотором смысле, досталось похожее приключение.

Говорить «если выберемся» не стала. Нас и так слушают, нужно хоть делать вид, что сохраняю оптимизм. У входа оставили половину наших солдат, на случай, если придут роботы, чтобы отбиться. Но боевой дух нужен и им.

Ли попробовала улыбнуться, и заметила:

— Да уж, похоже, — она посмотрела на других разумных в зале, — Ты знаешь, они все думали, что летят на раскопки протеанского архива. Поэтому тут столько кварианцев, им обещали дать часть данных, для паломничества. Заключили договор от лица института в Терминусе, в качестве спонсора банк протектората Вол. А привезли сюда. Попробуй встать, лекарства уже должны подействовать.

Я кивнула и с некоторым усилием и шипением поднялась. Ребра болят, все еще. Ладно, я готова продолжать. Кивнула Ли, осматриваясь. Мы заняли длинное помещение с…

— Это что, мост из света?

Кварианка, осматривающая колонну, в нише которой светятся какие-то схемы, ответила:

— Какая-то форма твердого света. Возбужденные фотоны сместили воздух вокруг пути прохождения света, что означает, что свет стал когерентным, сплошным. Что-то наподобие механизмов омнитула, но нам для этого нужны поля массы, а тут тридцать метров стабильного моста шириной четыре метра без чего-то похожего. Потрясающе! Вероятно, это еще не предел!

Я кивнула.

— Да уж, странное место. А где остальные? Роботы же не появлялись?

Огромный зал из серого металла с сужающимися к потолку стенами, световой мост и надписи неизвестными символами. Будь чуть больше времени, я бы тут жила, да и Ли тоже, это же комплекс неизвестной цивилизации! Но сейчас вопросы безопасности и выживания важнее. На площадке пара турианцев, пара кварианцев, мужчина и женщина, пара десантниц и я с Ли. Остальные куда-то ушли, пока я была в полубреду.

— В глубину комплекса пошли, — ответила дева, — в разведку. Это место большое, там дальше сплошные одинаковые залы во все стороны. Роботов пока не видно, но нужно найти другой выход. Не лезть же обратно, к роботам.

Да уж, вспоминая того гиганта с алыми дротиками, которыми он палил как из крупнокалиберного пулемета, и которые на раз прошили кинетический щит и перемололи выживших… Лучше туда нам не идти.

— А еда, запасы? Не уверена, что тут есть что-то сьедобное.

Ли вздохнула.

— Медикаментов не так много, особенно у кварианцев. Что с собой было, то и осталось, полевые аптечки.

— Раненым нужны антибиотики, у квариков скафандр порвало, я видела. У нас проблемы, по сути таймер, прежде, чем они начнут сильно болеть и умирать.

Ли покачала головой.

— У меня немного есть, еще у некоторых, кто похватал. Остальные бежали с пустыми руками, когда роботы начали убивать. Это же не солдаты, гражданские, пустотники. У нас тут почти три десятка выживших и почти нет еды, серьезных медикаментов мало, а для декстро еще меньше. Воды тоже нет. У нас проблемы. Так что ищем выход, иначе никак.

Я с шипением вздохнула, соглашаясь с оценкой наших проблем. Так хотелось бы, чтобы не было всех этих роботов, и можно было поддаться археологическому порыву и всё тут осмотреть, записать, задокументировать. Ведь получается, что саларианцы всё это время прятали от всех такое!! Нет, в теории к ним претензий нет, передача технологий в общее пользование по договору касается только техники протеан, а это место, будем честны, на протеанскую архитектуру не похоже вообще.

Вот только кого в Совете будут волновать такие мелочи? Тут даже на армию роботов можно сказать, что с помощью войск Цитадели комплекс давно был бы захвачен и изучался. Да, совместно.

Но вместо этого саларианцы решили все скрыть, оставив информацию только себе. И им это еще припомнят, это будет информационная боеголовка, которой можно будет шантажировать далатресс всех поголовно или бить их по голове по желанию. Осталось только самую малость, ага. Выбраться.

Словно напоминая о себе дверь в дальнем конце зала с шипением открылась, пропуская роботов. Отряд тут же бросился по укрытиям, даже я, помогая себе биотикой.

— Огонь!

Не особенно сложно. Роботы не могут уклоняться, им в узком переходе в наш зал просто некуда деться, можно закидывать биотикой и техническими навыками особенно не целясь, а значит не подставляясь под удар. А большие роботы к нам просто не пролазят. Как итог наши враги — компактные и не особенно прочные малые роботы. На уровне гетов-солдат, но поглупее.

— Вот так бы сразу, — довольно заметила кварианка, — в тоннелях с нами никакие роботы не справятся.

Роботы это тоже поняли и отступили, оставив после себя гору металлолома в проходе. Неожиданно сзади раздался крик:

— Бежим! Уходим, нужно уходить!

Я обернулась, увидев еще пару десантниц и группу гражданских. Они выбежали из двери на нашей стороне комплекса. И они испуганы? Видно, что бежали быстро, гражданские тяжело дышат, хватаясь за стены, что-то их там впечатлило. Или напугало. Отряд тут же развернулся, целясь в дверь, ожидая роботов или еще какую гадость. Но никто не пришел, дверь спокойно закрылась.

— Что такое? — уточнил турианец из нашего отряда, — там тоже враг?

— Нежить, — выдохнула азари.

На нее посмотрели все. Недоверчиво. У нее галлюцинации? Хотя, сейчас я почти готова поверить, что в комплексе неизвестной расы под охраной роботов будет нежить. Почему нет? Или хаски. Ли знает о них из моих описаний, но одно дело знать, другое видеть и сражаться против них. Эти же разумные могут не знать даже этого.

— Нежить? — переспросила Ли с сомнением.

Тут же зашумели те, кто пришел из глубины комплекса, подтверждая: да, там нежить. Они исследовали помещения, которые были все скучные и одинаковые, когда боковую дверь выбили и на них полезли твари, убивая, заражая и пожирая. В раздувшихся телах с трудом узнали тех, кто пришел в это подземелье, но пошли в другую сторону. Вывалив на нас эту информацию, отряд начал дергаться, думая, куда бежать. Они боятся.

— Нужно уходить, — кивнула Ли, давая руку, — мы между роботами и этими хасками, нас просто раздавят, если останемся. А так может друг друга задержат.

Некоторые разумные, видя, что мы не торопимся, ломанулись в случайные двери, которые есть слева и справа площадки. Наконец, военные немного пришли в себя и стало понятнее, что на них напало. Страшно и непонятно было и им.

— Там внутри комплекса, в залах стоят капсулы с какой-то живностью. И или роботы напали, или кто случайно разбил, не знаю, не важно, — проговорила десантница, — но эти штуки начали заражать гражданских, мы стреляли им в голову, в тело, но это не помогло. Они снова встали! А потом одна из этих штук атаковала биотикой…

Десантница говорила, а я вспомнила хасков. Сначала были человеческие, те, что созданы гетами с помощью «зубов дракона». Потом появились хаски и из других рас. «Каннибалы» из батарианцев, их жатвой накрыло первыми, еще были «банши» (азарийские хаски из ардат-якши), коллекционеры, твари (спаянные воедино кроган и турианец), «налетчики» из турианцев и многие иные. Мерзость, созданная жнецами в качестве дешевой и быстровосполняемой армии…

Щеку обожгло, а на меня посмотрела недовольная Ли.

— Прости, но у нас нет столько времени. Если они не шутят, нужно уходить. Сейчас.

Снова поморщившись от боли, я вздохнула и пошла за отрядом.

— Да, пошли.

Мы двинулись в боковой коридор, и уже я смогла оценить местные красоты, точнее их отстутвие. Типовые серые комнаты разного размера, четырех стандартных конфигураций. Зал со световыми мостами и три типа залов под разное количество и размер капсул, соединенные коридорами.

Это место совершенно точно не выглядит заброшенным. Пустым да, среди серых залов очень много не занятого ничем пространства, заброшенным — ни в коем случае. Чистые залы со свежим, не спертым воздухом, горящий свет на потолке, работающие механизмы и терминалы на незнакомом языке с голограммами, горящими незнакомыми символами. Никаких сигналов тревоги или подобного, тишина и порядок. Словно и нет ни армии роботов, ни нежити.

— Как археолог могу сказать, постройки не протеанские, — заметила Ли, вертя головой во все стороны.

Я кивнула.

— Согласна, не их архитектура, не их язык. Это место, оно как новое. Протеанские руины давно заброшены. А тут словно вчера построили и строители просто ушли.

Выделяются только стоящие где в центре, где у стен капсулы с этим… Этим. Я просто не знаю, как описать бугристый мешок из плоти с лапками и усиками. И в каждой капсуле под мерные щелчки и тихий гул оборудования находятся эти штуки. Похоже, они хранятся здесь в стазисе. Зачем-то.

— Эти штуки и делают из людей зомби. Может их тут изучали, — произнес гражданский-батарианец, указывая на капсулу, — они тоже напали, с нежитью. Или это лаборатория, где их вывели. Ну, армия нежити, биологическое оружие.

— Возможно, — согласился кварианец, Раэль’Зора, — может это кольцо — военная база.

— А роботы это охрана? Ну, тогда у нас проблемы, — сделала вывод турианка, — тут и другие системы защиты могут быть. Ну и солдаты противника.

Нас тут набралось полтора десятка. Шесть десантниц азари, я и Ли, два батара, четыре кварианца, салар и два турианца. Где остальные, мы не знаем. Куда идем… тоже не знаем, в общем-то. Просто подальше. Да, это глупо, но альтернатива — сидеть и ждать, пока нас перебьют.

— А куда мы вообще? — все же спросила, глядя на уже не первый и даже не второй типовой зал, который не отличается от предыдущих вообще ничем. Может остальным и страшно но мне… Мы, экипаж «Нормандии», уже сражались с хасками, я думаю, разумно было бы дать им бой. Не думаю, что увижу что-то новое. В узком проходе перебить будет несложно. Но остальные решили иначе, бежать.

Отряд прошел еще один зал, затем остановился. Похоже, их немного отпустило и разумные немного расслабились.

— Может, мы уже достаточно далеко, может, мы спрятались.

— Тогда привал.

Отряд расселся прямо на пол, благо он чистый, в очередном типовом зале. Интересно, смогли бы тут находиться кварианцы без скафандров, или все же недостаточно чисто. Пока остальные сели, я подошла к капсуле, записывая видео на инструметрон. На вопрос, легко пояснила:

— Нужно заснять тут всё. Эти записи нам пригодятся. Потом продам, думаю военным понравится.

С этим согласились все, и Ли, и остальные разошлись, снимая все подряд на инструметроны. Это хорошо не только из-за записей, но и как отвлечение. Мы не знаем, куда идти, где безопасность, что мы вообще будем есть и когда. Мы можем сделать для них не так много, пусть отвлекутся и займутся делом.

— Ворхесса кто-нибудь видел?

Десантницы переглянулись.

— Нет, — остальные подтвердили, — как вошел, так и пропал. Может из-за него нежить и выбралась.

Эта идея легко нашла поддержку.

— Точно он нежить выпустил. Он же батарианец. Может он прячется, или привез нас в жертву своим хозяевам!

Эм, что? Что мне не нравится, так то, что народ начал шуметь. Не то, чтобы я защищала этого жлоба, но все же.

— Я бы на вашем месте была потише, мало ли, твари услышат.

Но возмущение народа не пожелало заканчиваться так легко. Организовался митинг, требующий найти и линчевать Ворхесса, хотя кроме десантниц, его никто почти не видел даже. Продолжалось это ровно до тех пор, пока дверь с грохотом не разлетелась на куски, открывая вид на… это.

Если раньше я предполагала увидеть хаска, то это даже близко на него не похоже. Азарийские хаски, банши, высокие, тощие, а дистрофичные тела поддерживаются трубками пополам с имплантами и механизмами. Жнецы полагаются на импланты и наниты, в их марионетках легко угадывается, из кого сделан хаск.

Здесь же плоть лезет из брони, словно крем из рожка. Голова бесполезно болтается и не понятно, нужна ли она вообще (хаскам нужна). Торс раздут, хлысты на руках. И только голова и свет биотики точно говорят: это была азари. Взгляд «банши» был злобным, осмысленным. Это существо, разбившее дверь и стоящие за ним, подобными мелочами решили не заморачиваться, им безразлично. Их лица ничего не выражают. Вокруг крупных существ под тихий и размеренный шелест лапок стали проникать мелкие, как в капсулах. И под утробное:

— Увеууууууууурррр! — бросились на разумных.

Разумные, благо что больше половины имеют военную подготовку, попытались даже защититься. Стрелки отошли назад, обстреливая монстров из автоматов. Те, кому автомата не досталось, приготовились встречать врага в ближнем бою.

Я тут же бросила в одну тварь «стазис», еще один монстр оказался в нем же от другой десантницы, немного блокировав проход. Два зомби ударились о стенку «бросками», давя собой мелочь и оставляя после себя облачко спор, после чего мы все принялись заливать оставшихся тварей пулями. Мелочь, которая ломилась из прохода сплошным ковром. Они очень хрупкие, одна пуля заставляет их лопаться, как шарик, наполняя помещение зеленоватым туманом. Еще несколько больших попытались обойти своих коллег, но уж очень удобно сработал стазис, превращая тварь в мишень.

— Мелких, мелких бейте.

— Аааарррррхкха, кха, — застонал пустотник-батарианец, когда пара маленьких напрыгнула на него. Первый начал душить, и кожа батара вокруг щупалец начала желтеть, пока второй, впиваясь в грудь, буквально рвет её, вскрывая грудную клетку и заставляя жертву дергаться, испытывая невероятную боль. Десантница, стоящая рядом могучим пинком и ударом сбила нападавших, но их вокруг уже пара десятков бегает и все новые просачиваются. Так что батар, хрипя на четвереньках, пополз прятаться, а за ним еще несколько ползучих мешков со щупальцами.

Вогнав в голову сломанному «броском» монстру еще пару пуль, заставила того пораскинуть мозгами и переключилась на биотика. Тот как раз отмер и метнулся к нам. Пули рвут плоть, но боли мертвяк явно не чувствует. Ему оторвало голову, левую руку, мясо кусками отрывается, но он осветился желтым, ударяя десантницу, готовую принять удар на кинетический щит.

Хлыст на руке существа тут же порвало в клочья, азари тоже сломанной куклой улетела в стену, где на нее набросилась мелочь. Раздался крик боли, переходящий в хрип. Взвыл от удара хлыстами щит, и я обернулась.

— Почему ты не сдох!

Тварь, лишенная половины черепа, с перекошенным на одну сторону телом и без половины грудной клетки, в обрывках скафандра кварианца, в дырой вместо желудка, просто замахнулась, атакуя хлыстами. И еще. Второй удар заставил заскрипеть броню, и я повторно ударила броском, отбрасывая это. А затем добавила еще пули, отступая.

Ли, турианец и кварианец держатся рядом, отходя к двери за нами, еще целой. Остальные… у них все не очень. Когда кончился стазис, дверь была разблокирована, пули твари держат и ломятся сплошным ковром.

— Всем привет! Сегодня в роли спасителя прекрасных дам я, капитан Ворхесс!

И другой голос, принадлежащий явно турианке:

— Быстрее сюда, не спать! На открытой местности вас просто задавят числом!

Глупо отказываться от спасения, даже от такого жлоба. Тем более, что они заняли позиции у спасительной двери, обстрелом создавая нам коридор, свободный от мелочи.

— Я почти рада тебя видеть, — прошипела Ли, в её костюме застрял кусок хлыста и костяной шип, пробивший металл брони.

Ворхесс на нее покосился и заметил.

— Ну и где бы вы без меня были? Едой! Так что я готов совершить этот подвиг за поцелуй прекрасной дамы!

Я, уже зайдя в коридор, оглянулась. Ранее чистое и тихое помещение наполнилось шелестом маленьких лапок, хрипами и стонами убиваемых и разрываемых, урчанием зараженных. Батарианец, ранее спасенный, лежал с вскрытой грудью, стремительно раздуваясь и покрываясь желтыми полосами кровеносных сосудов, мелко дрожа, а из рук полезли кости, формируя костяной хлыст. Я вздрогнула, подавляя тошноту. И не я одна.

Ли дернула за руку и мы побежали далее.

— Ты говорил, что никто не выжил, — жестко бросила Ворхессу азари.

Пират выглядит так же, как и несколько часов назад, почти даже не запачкался, разве что без пыжака. Хотя если присмотреться, на одежде видны следы грязно-желтых потрохов нежити.

— Я сказал, что их сожрут, — поправил Ворхесс, — и так и оказалось. Тварюшки не слишком умные, но упорные. Вам повезло, со стрелками не встретились.

Кварианец на это сказал:

— Биотики хуже, думаю.

Но турианка из тех, что пришла с Ворхессом, не согласилась.

— Биотик боец ближнего боя. Стреляют они тоже метко. Куда дальше, капитан?

Только тут я обнаружила, что именно капитан ведет нас по сложному маршруту, куда-то. Похоже слишком уж задумалась, пытаясь соединить этих тварей и хасков. Хаски не настолько живучи и не настолько отказываются умирать. Ребра не болят, но нас тут осталось семеро, включая двоих и капитана. Не лучший расклад, совсем не лучший.

— Ворхесс, откуда у тебя карта?

Тот ухмыльнулся.

— Я пират, куда же я без верной карты сокровищ? Нашел на терминале у входа в комплекс. Нет, роботы не моя работа. Твари тоже. Я вообще в сокровищнице был.

Я фыркнула, остальные не очень поверили.

— Чем докажешь, что не ты тварей выпустил? — резко спросила выжившая азари.

Ворхесс посмотрел на нее как на дуру.

— Оригинальный способ предложить переспать, — и на грозный взгляд добавил, — ну а что ты предлагаешь? Я не самоубийца. Без корабля мы тут долго не протянем, а улететь не даст защита. Её нужно отключить, и я понятия не имею, как.

Мы вбежали в еще одно знакомое помещение. Лифтовая шахта, но, судя по целому потолку, ведет она не наверх, а вниз.

— Мы не уходим?

Ворхесс вздохнул.

— Вот вроде большие, а такие глупые. На поверхности роботы дерутся с монстрами, питающимися мясом. Нам точно надо туда, а? Я иду в технические тоннели, там должен быть реактор и транспортная система. Это кольцо огромно, надо же по нему как-то двигаться.

— У нас мало пищи, — возразил кварианец, — мы устали. Как далеко мы еще убежим?

Но тут уже вмешалась я, признавая правоту капитана.

— Внизу отдохнем, как можно дальше от драки. Надо попробовать взломать систему, может и правда есть транспорт.

Ворхесс же приглашающе махнул в сторону лифта. Еще ничего не кончилось, но хоть проживем подольше. Вероятно, выживших за спиной уже нет. Аккуратно посмотрела на Ли, которую явно лихорадит после ранения. Нехорошо. Медикаменты есть, но помогут ли… Совсем нехорошо.