Волчья Ягодка

Глава 63

— Хорош мосток.

— А вы пройдитесь, Сергей Захарыч, проинспектируйте, — Иван поигрывает топором в руках, на лице привычная улыбочка с подначиванием.

— Каких слов — то понабрался умных, а ума тоже? Или только показушничать?

— Обижаете, — скалится, ничуть, очевидно, не задетый. — Наигранно стучит, даже не касаясь дурной своей головы рукоятью топора. — Не пусто, видите.

— Вижу, — махнув рукой на балагура, выливаю на голову ушат воды. На озеро сегодня лучше не ходить. Мне, конечно, ничего не грозит, но всё же не стоит лучше. Не приведи Боги ещё Маша что-то не то поймёт. Она же в традициях, что слепой котёнок.

От мыслей о моей волчьей ягодке, как её теперь зовут в стае, теплится на душе. Ох уж попортила она мне крови за неполные две недели, но теперь, будто бы в самом деле уверилась в своём решении. Прислушался к себе в очередной раз.

Волк молчал.

Не потому, что я привычно подавлял его волей. Просто молчал, не беспокоился, что непомеченная ещё им его истинная бродит Где-то, где скоро будет много молодых волков. На Вельку тоже уже даже не рычал. Как чувствовал нутром, что всё — уже вопрос времени только. Я мог бы спросить и раньше, даже была идея сразу две свадьбы сыграть, чтобы скорее уже перешагнуть этот рубеж, но Марья заслуживала своей собственной, не разделённой с кем-то свадьбы. Да и самому хотелось закатить гуляния в её честь.

Вечер набирал силу, воздух стал прохладнее и размашисто лизал дыханием голую, мокрую спину. Отфыркавшись, вытерся тряпицей и накинул льняную, светлую рубаху.

— Ну мы пойдём, Сергей Захарыч? — пора уж.

— Смотри мне, девок не обижай шутками своими! — Макар — парень незлобивый, но шутит, бывает, очень обидно. А девчонкам разве много надо, чтоб губы надуть.

— Так, ведь никогда! — ударив себя в грудь, пообещал он.

Мальчишки и неженатые парни собирались поездом к озеру. Сам бы с ними пошёл, так дела не пускают. Мы с Олегом, Киром и Севой будем заняты приготовлением обряда. Пойдём к храму Дивии и вернёмся аж когда невесту поведут обратно в дом родни.

— На свадьбу— то позовёшь? — Кощей улыбается, как будто нет между нами ни прошлого, ни холода.

— Если жив буду, — Кир сначала напряжённо ищет что-то на моём лице, а потом поддерживает шутку весёлым смехом.

У храма красиво. Деревья обвязаны лентами, венки кругом, что отбрасывают на каменные стены занятные тени, как будто рисуя сплетённых руками— ветвями любовников.

— Молодые рады, что вы с Ягой будете на свадьбе, — между делом говорю Киру. Как и наши предки, мы зовём на свадьбу тех, кто близок нам и кого хотели бы ввести в семью. Это не просто попили— поели, а негласный договор помогать в случае необходимости молодой семье.

Отсюда и бралось старое “свои люди”. Те, что друг с другом на короткой ноге и всегда можно обратиться за помощью.

— Только я с пустыми руками, — Кир разводит ладони, подтверждая слова.

— Какой подарок, такой отдарок, — уловив последнюю фразу разговора, Всеволод выходит из храма с ритуальной одеждой для Кощея. Тот кланяется и забирает обновки. Ему тоже нельзя на девичник. Сговорённые уже не должны были вдвоём идти невесту провожать, потому что молодых свита разводит по разным домам, а значит, и сговорённые тоже разойдутся в разные стороны — плохая примета.

Я жертвую в поднесённую чашу несколько капель крови, для счастья молодых.

На самом деле, чтобы укрепить кровную связь в стае и избежать сложностей в дальнейшем. Всеволод смешает мою кровь с травяным сбором, вотрёт в чашу жертвенника, и над нею молодые станут приносить свои клятвы Дивии. А кровь моя будет им проводником и гарантом принятия нового члена в стаю.

Спустя час жду Марью, сидя на крыльце с чаем. Рядом на скамье свёрток. Чую её задолго до того, как процессия подходит ближе. От самой процессии уже и не осталось почти ничего. Марью, как главную самку последней ведут.

— Серёжа, — моя суженая, махнув провожатым, торопится по ступеням, сжимая в руках Тихона. что-то смутно напоминавшее Тихона… Смущается, явно.

— Это мне, душа моя? — кивнув на рукоделие, мягко интересуюсь я.

— Тебе, вот…

— Решила не отдавать? — даже от мысли всё внутри сжимается, как от мороза, но я знаю, что Марья останется. Чувствую. И могу справиться с иррациональным страхом потерять её.

— Ничего лучше мне не дарили, — рассматриваю неказистый подарок. Выглядит не шедевром, но слова похвалы правдивые. Правда ведь, самый дорогой мне подарок. Публичное признание, что свадьба не за горами.

— Я тебе тоже что-то принёс, — наклонившись поцеловать обветренные немного губы, тянусь к свёртку.

— Отдарок? — явно гордая собой, что знает такие подробности, Машенька улыбается.

— Отдарок. И символ моей любви.