Сделка, окрашенная кровью

Глава восьмая

Деревня не должна была пугать больше вампира.

Но Рафаэль, кем бы он ни был, оставался всего лишь одним существом. Город же был… чем-то гораздо более масштабным. Звуки и запахи боролись за мое внимание. Послеполуденное солнце палило над головой, согревая макушку. Плащ, который Рафаэль достал неизвестно откуда, был накинут на плечи. Сам Рафаэль был одет в такой же, с низко натянутым капюшоном, чтобы скрыть его красные глаза и защитить от солнечных лучей.

Мое внимание перескакивало с одной картины на другую, а шаги были медленными и неуверенными. Когда мы наконец вышли из леса на главную дорогу и перед нами показались крыши домов, я замерла на месте. Рафаэль потянулся ко мне, подгоняя. Это настолько меня напугало, что я продолжила двигаться, хотя чувствовала себя так, будто попала в другой мир.

К нам на встречу бежал мальчик, догоняя улетевший мяч.

Ребенок.

Боги, я так давно не видела детей. Мой разум убедил меня, что единственные люди, которые существуют, — это мужчины от пятнадцати до тридцати пяти лет, отбывающие срок в Греймере. Но… здесь был мальчик с мягкими каштановыми волосами, растрепанными во все стороны, и с протянутыми к мячу нестрашными руками.

У меня перехватило дыхание.

Рафаэль подтолкнул мяч ботинком, которые он украл у какого-то бедолаги, и тот легко приземлился прямо в руки мальчику. Тот хихикнул, прижал свой трофей к груди и побежал в другом направлении в поисках новых развлечений.

— Пока мы здесь, раздобудем припасы, — объявил Рафаэль.

— У нас нет денег. — Я посмотрела на его украденные вещи.

Он протянул мне ладонь, в которой был маленький кожаный мешочек. Я взяла его и вздрогнула, услышав звон монет.

— Где ты их взял?

Его лицо было скрыто плащом, но я знала, что он осуждает меня за мои глупые моральные принципы.

— Нашел их вместе с твоим плащом. Тебе нужно более подробное объяснение?

Нет, не нужно.

— Используй их, чтобы купить все необходимое для путешествия в Город Ответов. Обувь и одежду получше той, что у тебя сейчас. Некоторые продукты питания, если они не будут нас замедлять. И карты. Не уверен, что это найдется у крестьян, но постарайся торговаться с умом.

— А ты куда? — Я нахмурилась.

— Беспокоишься, голубка?

— Вряд ли. — Я нахмурилась еще сильнее.

Он тихо и мягко рассмеялся.

— У меня другие дела. На окраине деревни есть таверна. Встретимся там после заката.

Рафаэль с легкостью исчез в толпе, а я направилась к рынку. В моем животе появилось странное чувство. Люди смотрели на меня, любопытно разглядывая новое лицо. В деревне такого размера, конечно бывали приезжие, но, скорее всего, одни и те же. Ну, а я… я была кем-то абсолютно новым.

В мои планы не входит запомнится местным. Будет не очень хорошо, если солдаты придут сюда искать нас после убийства Нельсона.

Найти карты было сложнее всего, поэтому я занялась более простыми вещами. Новая блузка и юбка стоили по монете, но я стыдилась признаться, что после всех этих лет вынужденного аскетизма не смогла перед ними устоять. Не тогда, когда я наконец смыла грязь со своей кожи. Носить изношенную, грязную одежду, ту же самую, которую я носила несколько лет, было все равно что носить железные кандалы.

Постоянные замечания Рафаэля о запахе моей одежды не имели никакого отношения к моему решению.

Еда была… ошеломляющей. Мои воспоминания о дворце витали в голове туманными ориентирами, подсказывая, что я не должна впечатляться скудным выбором выпечки, твердым сыром и вяленым мясом. Но годы крыс и черствых, заплесневелых корочек превратили эти простые продукты в самые роскошные блюда, которые я когда-либо видела. Я не знала, сколько еще продлится наше путешествие, но не позволяла себе тратить слишком много денег. Можно с уверенностью сказать, что Рафаэль не одобрил бы, если бы его «с трудом заработанные» деньги уйдут на покупку вещей, которые он не оценит, а мне не хотелось выслушивать нотации от вампира.

Или чтобы он укусил меня в отместку.

Было неуютно ходить между прилавками, вести беседы с продавцами и жителями деревни. В Греймере я могла не разговаривать неделями. Наши беседы с Рафаэлем тоже были краткими. Но это был мой шанс собрать информацию. Конечно, я назвала вымышленное имя и сделала неопределенные намеки на мужа, с которым я путешествую. Несмотря на то, что деревня казалась безобидной, было бы глупо позволять кому-либо думать, что я одна и никому не принадлежу. Мы были в двух днях езды на лошади от Города Ответов — ближе, чем я предполагала. Пешком пришлось бы идти около пяти дней.

Я осторожно поинтересовалась новостями из столицы, но в эту деревню доходило очень мало информации. Король Стормблад по-прежнему правил, что не было удивительным — если бы с ним что-то случилось, об этом узнали бы даже в Греймере. «Принц Марсель Щедрый — свет королевства», — добавила девушка моего возраста, подмигивая, когда рассказывала мне о его последних подвигах на турнире.

Я улыбнулась ей и спросила, где найти продавца зачарованных карт. Она пожала плечами и указала мне на магазин в нескольких шагах от нас.

Когда я вошла, дверь зазвенела, хотя на ней не было колокольчиков. Это был верный знак, что я попала в нужное место.

Каждая ведьма имела свою специальность в магии, как король Стормблад, который управлял погодой, или Марсель, который создавал изобилие по своему желанию. Они могли использовать свою магию или хранить ее с помощью сложных заклинаний в виде карт. Если кто-то хотел получить доступ к магии других, он мог сделать это с помощью карт, что привело к процветанию торговой индустрии по всему королевству. Пиромант зимой мог изготовить для кого-то карты с достаточным количеством тепла, чтобы разжечь в камине огонь без дров на несколько недель или всего на несколько часов, в зависимости от своей силы. Все ведьмы платили королю десятину магии через свои карты.

Будучи пустотой, я не обладала магией и была вынуждена полагаться на карты других, чтобы использовать ее. А поскольку у меня не было ничего, чем я могла бы торговать, мой единственный выбор был купить ее.

— Приветствую, путешественница, — сказала продавщица из-за прилавка.

Женщина таяла. Это была моя первая мысль, когда я ее увидела. Каждая часть ее тела казалась провисшей. Уши повисли, подбородок опустился, подчеркивая обвисшую кожу на шее. Волосы были серебристыми, с вкраплениями темных прядей, а рот был полуоткрытым, как будто ей было лень его закрывать.

Моя мать бы пришла в ярость, если бы когда-нибудь выглядела так. Она бы использовала все карты красоты в королевстве, чтобы этого избежать.

Но, с другой стороны моей матери никогда не суждено было дожить до такого возраста.

— Здравствуйте, — поспешила сказать я, прежде чем воспоминания захлестнули меня. — Мне нужны карты.

Она фыркнула и указала на стеклянные витрины, заполненные зачарованными картами.

— Ты, как и остальные, кто заходит в мой магазин.

По-видимому, отношение торговцев к обслуживанию клиентов изменилось с тех пор, как я была ребенком.

Я подошла ближе и осмотрела карты.

— Мне нужны основные дорожные заклинания: тепло, укрепление тела и защита. И две карты для маскировки.

Мы могли бродить по деревне, скрывая свои личности одними лишь плащами, но в городе, чтобы спрятать красные глаза Рафаэля, потребуется нечто более сильное. К тому же я не знала, не явятся ли стражники за мной раньше, чем я доберусь до Монастыря.

— Это все? — фыркнула она. — Сейчас посмотрим, что у меня есть.

Продавщица с трудом поднялась со стула и поплелась подсобку. Дверь снова зазвенела, сообщая, что кто-то вошел. Я перебирала монеты в мешочке, пытаясь понять, сколько будет разумно заплатить, и просматривала карты. Одна из них была зачарована для чистой питьевой воды — работа аквамантера. Могла бы пригодиться. Были разные виды: от маленьких, где воды хватало лишь на глоток, до таких, что могли зачаровать флягу, которая никогда не опустеет.

— Хорошо, я нашла для тебя карты. — Она бросила небольшую колоду на стеклянный стол и вернулась на свой табурет. Карты разлетелись веером, и она стала указывать на одну за другой.

— Тепло для плаща, чтобы защитить от весенней прохлады в течение недели. Заклинание для ног, чтобы они не уставали. Заклинание голода, чтобы задержать потребности твоего тела на срок до трех дней. Если хочешь карту, которая создаст еду, за нее придется доплатить. Эта карта создаст тебе палатку без лишней суеты и хлопот и уберет ее, когда она больше не будет нужна. Две для маскировки. — Она бросила на меня осуждающий взгляд. — Изменят твое лицо. Просто представь, как ты хочешь выглядеть, и она сработает. Эти позволят тебе разжечь огонь, даже если дрова промокли. А для защиты — эта лучшая, что есть.

На карте был изображен рой насекомых.

— Пчелы? — спросила я.

— Ха! — Женщина посмотрела на меня сверху вниз своим опущенным носом. — Осы. Намного лучше.

— У вас есть что-нибудь помощнее? — Осы не помогут против огров или троллей. У меня был вампир для защиты, пока что. Но полагаться на кого-то, чтобы обеспечить свою безопасность, это значило напрашиваться на неприятности. — Например, огненный шар или… или взрывчатка? — спросила я с надеждой.

— Пф! — фыркнула она. — Удивлюсь, если ты вообще можешь себе это позволить. Пятнадцать золотых монет.

— Пятнадцать? — я сжала монеты в пальцах. Звучало дорого, но, по правде говоря, я не имела ни малейшего понятия, какая цена считалась справедливой.

— Пятнадцать? — эхом раздался голос. — Да ладно, Дарлин, мы с тобой оба знаем, что это все максимум стоит девять. Восемь, если палатку сделал Брайан.

Я моргнула.

Другой покупатель, который вошел в магазин, подошел поближе. Это был парень, или, точнее, мужчина моего возраста, только он казался гораздо мягче всех мужчин, которых я видела.

Он подошел ближе и заглянул мне через плечо, чтобы посмотреть на карты.

— Серьезно, Дарл?

Хозяйка магазина Дарлин нахмурилась, явно недовольная тем, что он торгуется за меня.

— У тебя разве нет собственных дел, которые можно испортить? И не называй меня Дарл, мальчик.

Я подняла глаза, чтобы увидеть его реакцию, и мое плечо коснулось его. Он бросил на нее строгий взгляд. Мой спаситель был блондином, будто само солнце любило его, с ярко-карими глазами, в которых сверкало озорство, и с губами, которые даже в момент строгости, казалось, хотели улыбнуться.

— Не могу же я позволить тебе нагло обсчитать такую красивую девушку, правда?

Дарлин гневно посмотрела на меня, как будто это была моя вина.

— Двенадцать.

Парень положил руку мне на плечо, наклонился ближе и заговорщицки прошептал:

— Если честно, это максимум семь стоит. Она уже давно не держит у себя хорошие карты.

Я вспыхнула от легкого прикосновения и от его озорного тона. Он говорил шепотом, хотя явно хотел, чтобы Дарлин услышала. Сколько же прошло времени с тех пор, как кто-то просто… прикасался ко мне? Не чтобы причинить боль, не чтобы угрожать. Просто прикасался, как к обычной деревенской девушке.

— Десять. Бери или уходи.

Я вынула пригоршню монет и положила их на прилавок, прежде чем парень успел продолжить торговаться за меня.

— Я возьму.

Я собрала карты и убрала их в мешочек. Следовало бы купить нормальный держатель для колоды на пояс — у большинства он был. Но это была трата на другой день. Тем не менее, я колебалась.

— У вас есть что-нибудь специально против вампиров?

Дарлин нахмурилась.

— Витрина слева от двери. Задний ряд.

Я пошла смотреть, пока парень разговаривал с ней. В заднем ряду было несколько карт, которые мне не подходили. Только одна из них могла быть той, о которой она говорила. Я никогда раньше ее не видела. Стекло было зачаровано, так что я не могла достать карту, поэтому мне пришлось вернуться к Дарлин.

— Интересует или нет?

— А что она делает?

Она закатила глаза, пробормотав себе под нос:

— Соплячка просит карты и даже не знает, что они делают. — Закончив свой спектакль, она уставилась на меня с хмурым выражением лица. — Она удерживает вампирский морок до недели. Редкая. Три золотых. Без торга. — Последние слова адресовались парню.

Морок. Стражник в Греймере упоминал что-то такое.

— Что это значит?

— Если ты даже не знаешь, что такое морок, тебе, наверное, эта чертова карта и не нужна, — фыркнула она. — Она работает так же, как морок кровососов. Один взгляд в их красные глаза, и они могут заставить тебя делать что угодно. Они могут подчинить любого — пустоту или ведьму — одним только взглядом, если только у тебя нет заклинания. А оно тоже редкое. Три монеты, — повторила она.

У Рафаэля была такая способность? В первую ночь… он велел мне посмотреть на него и приказал развязать. Но я не желала подчиняться ему. Хотя, с другой стороны, Греймер блокировал всю магию ведьм. Возможно, он блокировал и силы вампира.

Я протянула золото и добавила карту к остальным, а затем направилась к выходу.

Колокольчик позади меня звякнул.

— Скажи, почему такая красивая девушка, как ты, беспокоится о вампирах?

Парень вышел за мной.

— Э-э… Просто паранойя, — пожала я плечами.

— И это после всего, что я сделал, чтобы спасти твое золото, — он покачал головой, но его улыбка говорила, что он просто дразнит меня. — Кстати, меня зовут Томас. Друзья и красивые девушки, которых Дарлин пытается обобрать, зовут меня Том.

Красивая. Он уже дважды так меня назвал.

Он протянул мне руку, и я пожала ее, чувствуя, как запылали мои щеки. Его кожа была теплой, слегка мозолистой, но мягкой.

— Я Сэм, — выпалила я, прежде чем вспомнила, что должна была назвать то же вымышленное имя, которое называла другим. — Сокращенно от Саманты, — добавила я, пытаясь хоть как-то исправить ситуацию.

Он подошел немного ближе. Не настолько близко, чтобы я почувствовала необходимость отступить, но почти.

— Сэм. Ты очень мило краснеешь, Сэм.

Я не знала, что на это ответить, поэтому пролепетала что-то похожее на слова, но без всякого смысла.

Он улыбнулся так, будто я вовсе не выставила себя дурой.

— Часто ли я буду тебя здесь видеть в будущем, Сэм? Надеюсь, ты скажешь «да».

На мгновение я позволила себе просто насладиться разговором. Представить жизнь, где я могла бы просто встретить парня, пофлиртовать и узнать, каково это — целоваться.

Жизнь, в которой я не была бы в бегах после предательства своего королевства и сговора с одним из наших самых опасных врагов, чтобы проникнуть в Город Ответов.

— Скорее всего нет, Том.

Он потянулся к моей руке. Рефлекторно я отдернула ее, но была слишком медлительна, и он схватил меня за запястье.

— Тогда, мы могли бы пойти в лес и немного развлечься, прежде чем ты продолжишь свои дела, — сказал он, и на его щеке появилась ямочка, когда он одарил меня широкой улыбкой.

Я моргнула, удивленная его прямотой.

— О. Эм. Не нужно.

Он снова улыбнулся, хоть и чуть разочарованно, и достал карту из своей колоды. Какое-то заклинание быстрого перемещения, скорее всего, на небольшие расстояния, ведь на дальние были дорогими.

— Тогда до встречи, Сэм.

Письмена на карте исчезли, когда он активировал ее, и магия, жаждущая выполнить свою задачу, обрушилась на него небольшим торнадо. Она закружилась, подняв его в воздух, а внезапный порыв ветра ударил в меня. Как только его стало невидно, я пошла в таверну, чтобы найти Рафаэля. На деревню уже спустился закат, а по краям сгущалась темнота. Я плотнее закуталась в плащ. Пусть в деревне и не было огров, но я была хрупкой женщиной, еще и не местной, которая бродила одна на улице в темноте.

Со слабым чувством ненависти к себе самой я поняла, что на самом деле соскучилась по вампиру. По крайней мере, когда он был рядом, ни о ком другом мне беспокоиться не приходилось.

Шумные звуки указывали на местонахождение таверны, из замерзших окон которой просачивался свет. Я распахнула двери и, снимая плащ, огляделась в поисках вампира.

Но Рафаэль нашел меня первым. Едва я сделала несколько шагов в теплую таверну, как вампир оказался рядом. Его капюшон немного сполз, так что я могла видеть красные, пылающие глаза, хоть для остальных они были скрыты.

— Почему от тебя пахнет мужчиной?