Сделка, окрашенная кровью

Глава пятнадцатая

Мое желание сделать последние шаги к Великой Библиотеке значительно ослабло при мысли, что меня тоже могут испепелить, если узнают, что я помогаю вампиру.

Судя по дружелюбному лицу, которое выглядывало из-под ярко-синего капюшона младшей Библиотекарши, этот секрет был в безопасности, несмотря на все их знания.

— Имя? — спросила она со всей вежливостью хозяйки какого-нибудь чайного магазина.

— Самара. — Я не осмелилась назвать здесь вымышленное имя.

— Самара… — она замолчала в ожидании.

Я сглотнула, заставляя язык работать.

— Самара Коисеми. — Имя, которое я не называла много лет.

Она кивнула в знак согласия, но не проявила особого интереса, наклонив голову, как будто прислушиваясь к чему-то. Хотя я ничего не слышала, Библиотекарша снова кивнула и протянула руку в знак приглашения.

— Сюда, Самара Коисеми.

Переступить порог Великой Библиотеки было не менее удивительно, чем попасть в другой мир. Меня поразил запах пергамента, безошибочно узнаваемый и манящий. Башни книжных полок тянулись гораздо выше, чем это было возможно, учитывая габариты здания. Книги свободно парили между полками наверху, перемещаясь с одного места на другое, не издавая ни единого шелеста страниц. На самом деле, во всем помещении царила тишина.

Моя проводница пошла вперед. Я поспешила за ней, чтобы не отстать. Она вела меня по периметру зала — в то время, как стеллажи уходили ввысь, центр занимала широкая лестница, по которой Библиотекари спускались на нижние уровни. На них были одежды разных оттенков синего — от яркого, как у моей спутницы, до темно-синего.

— Мне вам задавать свой вопрос? — прошептала я.

— Нет, Самара Коисеми. — Меня тревожило то, как часто она повторяла мое имя. Это было имя преступницы, и само его звучание казалось обвинением. — Я всего лишь ученица, все еще изучающая язык Библиотеки. Вы встретитесь с одним из наших подмастерьев.

В конце концов она подвела меня к столу и усадила за него. Напротив сел мужчина в плаще на два тона темнее, с чуть более толстой цепью, скрепляющей застежки. Синий капюшон скрывал его лицо.

Подмастерье.

Он смотрел на меня с легким любопытством. Вероятно, это было базовое проявление интереса, которое Библиотекари испытывали ко всему, что не имело отношения к книгам.

— Каков ваш вопрос?

Мой вопрос. Единственный вопрос, который мне позволялось задать в жизни, единственный шанс воспользоваться магией оракула, хранящейся в Великой Библиотеке, и я тратила его не только на вампира, но и на миф.

Нет. Я тратила его на свою свободу.

Я повторила в точности те слова, которые Рафаэль прошептал мне в ухо, стараясь произносить их медленно и размеренно, чтобы не перепутать порядок. Библиотека не позволяла исправлений, если язык заплетался хоть на одном слове.

— Как именно можно максимально быстро завладеть Черным Гримуаром?

Подмастерье отшатнулся назад, будто я ударила его электрической картой. Капюшон соскользнул, открыв самое обычное на вид лицо, а губы открылись, как у кракена, выброшенного на сушу.

— Этот вопрос, — прошептал он. — Откуда вы о нем знаете? Зачем вы его задаете?

Я нахмурилась от его бурной реакции. Я ожидала, что подмастерье просто рассмеется мне в лицо. Но его поведение говорило о том, что в рассказах куда больше правды, чем я думала.

— Просто любопытно, — уклонилась я от прямого ответа.

— Выберите другой вопрос, — прошипел он, стиснув зубы.

Я нахмурилась еще сильнее.

— У меня нет другого вопроса. Мне нужно, чтобы ответили именно на этот.

Точнее, я совсем не хотела возвращаться к Рафаэлю без ответа.

— Что-нибудь другое! — прошипел он. — Спросите, как разбогатеть. Где найти того, за кого вы выйдете замуж. Или как избежать своей смерти.

Я задумалась на мгновение. Если попросить рассказать мне, как избежать любой возможной угрозы и начать новую жизнь, Библиотекари с готовностью дали бы ответ. Или можно было спросить, обрела ли покой душа моей матери на Благословенных полях, или же попала в девятый круг ада, чего я и боялась.

Я заставила себя посмотреть прямо в глаза подмастерью. Я хотела использовать свой вопрос для поиска мифа Рафаэля. Хотя, судя по реакции подмастерья, это был далеко не такой уж и миф, как мне говорили в детстве.

— Вы согласились на мою просьбу. Мне полагается ответ на мой вопрос.

Я надеялась, что он не сожжет меня на месте, как это сделала ученица с возмущенным мужчиной у двери. Но тот пытался нарушить правила. Он был жадным. Я же только хотела получить ответ, который они согласились мне дать.

— Это мой единственный вопрос.

Подмастерье сузил глаза, скрипя зубами от раздражения. Но магия Великой Библиотеки взяла верх, и его губы принудительно раскрылись. Он заговорил тем же наслоением голосов, что я слышала раньше — магия коллективного разума Библиотекарей проходила через него.

— Идите на север, к болотам, к заброшенному храму Анагенни. Черный Гримуар был захоронен там семьсот семьдесят семь лет назад. Он заперт за статуей покровительствующей богини и защищен ловушками, о которых даже мы ничего не знаем, поэтому только достойный может завладеть книгой.

Голос стих, а подмастерье гневно посмотрел на меня.

— Вы получили ответ. А теперь уходите.

Меня не пришлось просить дважды. Я выскочила из библиотеки с ловкостью, которой позавидовала бы самая хитрая крыса. И все же я не удержалась и оглянулась на библиотеку при выходе. Книги, знания, хранящиеся там, навсегда останутся недоступными для меня, потому что я отдала свой вопрос вампиру.

Вопрос, который оставил меня с десятками собственных.

Анагенни. Богиней чего она была? Мать не была особенно набожной, но в Королевстве Ведьм и ведьмы, и пустоты использовали пантеон как специи: щепотку удачи от Ликсы, молитву за здоровье к Аскли. Это усиливало магию, которую мы пользовались. Было обычным делом видеть иконы, разбросанные повсюду, но в наши дни никто не строил храмов богам. Зачем, если даже пустоты имели магию под рукой? Только Монастырь был исключением.

Я проскочила через выход, мимо ученицы, которая сопровождала меня внутрь. Очередь все еще тянулась вокруг здания. В эту ночь, как и в любую другую, не было недостатка в людях с вопросами.

Я вгляделась в темноту в поисках Рафаэля, но ни красных, ни синих глаз видно не было.

Что ж, это было нормально. Не зная, сколько времени займет посещение библиотеки, мы договорились встретиться в полночь.

Но… я все же надеялась, что, возможно, он будет ждать меня.

«Глупая», — упрекнула я себя.

Возможно, именно поэтому я не спешила к месту встречи, любуясь ночным городом.

Улицы были освещены волшебными огнями, чтобы рынки могли работать и после наступления темноты. Разумеется, ассортимент на Апанте менялся с заходом солнца. Судя по звукам, доносившимся из отдельных зданий, люди пытались удовлетворить совсем иные желания ночью. Проходя мимо заведения для развлечений, я невольно засмотрелась, гадая, каково это, иметь близость с другим человеком. Украденные монеты тяжестью оттягивали карман, искушая, хотя я ни за что не позволила бы себе поддаться. Не тогда, когда у меня не было способа раздобыть еще.

Двое смазанных маслом фигур — мужчина и женщина — следили за мной, когда я проходила мимо. Их бронзовые тела были выставлены напоказ, несмотря на легкий ночной холодок, а золотая бахрома одеяний лишь подчеркивала их привлекательность. Что бы они ни увидели во мне, они поняли: я — цель. Не то чтобы их привлекательные улыбки особенно меня интересовали, но часть меня отчаянно хотела удовлетворить любопытство, которое копилось годами. В Греймере я превратилась из девочки в женщину лишь формально. Я была невежественна, но знала об этом, а это было еще хуже.

Легкость моего кошелька взяла верх, и парочка переключила свое внимание на более перспективных потенциальных клиентов. Я пошла дальше. Остановилась лишь один раз, чтобы послушать уличную певицу. Она была одета в тонкий шелк и заигрывала взглядом со всеми зрителями, хотя ее мысли были явно заняты музыкой. Голос опускался до низких тонов, пробиваясь сквозь шум города. Когда песня закончилась и она поклонилась, ее встретили небольшие аплодисменты.

Хотела бы я иметь возможность дать ей монету.

Старая столица могла похвастаться еще одним чудом, помимо Великой Библиотеки, — прекрасным садом, посвященным давно забытой королеве. На его создание, должно быть, было затрачено огромное количество магии. Сад занимал всю восточную часть Апанте. Вход представлял собой великолепные мраморные ворота, которые могли быть созданы только с помощью магии. Две крылатые фигуры, высеченные из мрамора, выглядели почти как люди, настолько красивые, что за них можно было умереть.

Я прошла через ворота, следуя по тропинке. Место не было совсем пустынным, но в нем было значительно меньше людей. Легкий ветерок, шелестевший в кронах деревьев, заглушал тихие разговоры. Я заходила все дальше, наслаждаясь атмосферой этого места. Оно напоминало леса, в которых мне приходилось спать, но здесь все было куда более продуманным. Ни одно дерево не походило на другое. Все они были разными, очевидно, скрещенными ведьмой, одаренной магией растений. Или, точнее, целой командой таких ведьм.

Даже ночью некоторые деревья цвели. Их бутоны наполняли воздух сладким и приятным ароматом. Несмотря на огромную площадь сада, свисающие ветви создавали ощущение уединенности. Я была одна поздним вечером в практически пустом месте, поэтому оставалась настороже, но поблизости никого не было видно. Мне попалась скамейка у декоративного валуна, высеченного в форме трех лун, расположенных друг над другом.

Наконец-то я была действительно одна.

А потом оказалось, что уже нет.

Не было ни звука, ни движения, которые выдали бы его. Но я все равно почувствовала его присутствие.

— Ты все же вспомнил обо мне, — сказала я, удивившись собственному раздражению. С каких это пор отсутствие вампира стало проблемой?

Рафаэль сел на скамейку рядом со мной, небрежно вытянув ноги.

— Я был рядом все это время.

— Скорее, ты коротал время в одном из заведений для удовольствия.

Я и сама не знала, зачем это сказала. Рафаэль был слишком сосредоточен на своей миссии, какой бы она ни была, чтобы поддаваться таким низменным утехам. Я могла поверить, что вампиры в какой-то степени способны испытывать подобные желания, но трудно было представить, чтобы он платил за близость со смертной. И это при том, что его внешность не уступала самым успешным мужчинам, продающим свое тело, а голос был сладким ласкающим шепотом, который даже сейчас соблазнял меня больше, чем любой другой… хотя он наверняка убил бы меня, если бы я озвучила подобное сравнение.

Возможно, я сказала это, потому что думала: раз его миссия настолько важна, он будет ждать меня у выхода из Великой Библиотеки, несмотря на то, что мы договорились встретиться здесь. Что он будет с нетерпением ждать моего возвращения с ответом.

Но он не ждал. Я была одна.

— Полагаю, именно о нем ты и задумалась.

Я покраснела. Значит, он говорил правду о том, что был рядом. И внимательно наблюдал за мной. Почему же он держался на расстоянии? Что бы он сделал, если бы я все-таки вошла в заведения для удовольствия?

— Вряд ли. Это бессмысленно.

— Это удовольствие.

— Это бессмысленно. — Выживание было единственным, что имело значение. К черту любопытство и желания.

— Смысл в наслаждении. — В его голосе снова прозвучала та самая нотка. Как будто он хотел сказать что-то еще, но сдержался.

Пытаясь уйти от разговора, я поднялась со скамейки бесцельно побрела по тропе. Рафаэль оказался рядом в тот же миг, но, по крайней мере, не стал продолжать спор. Одно дело — гадать, каково прикасаться к мужскому телу. Совсем другое — чтобы Рафаэль знал о моих размышлениях.

— Ты видела Библиотекарей, — сказал он, переходя к другой теме.

— Да. — Я повторила ответ, полученный от подмастерья, пытаясь понять, что для него значит эта информация, но его выражение лица не выдавало ничего, кроме терпеливого наклона головы. — Он не хотел отвечать, но магия заставила его. Почему?

— Потому что так работает магия Великой Библиотеки. Как только они соглашаются на просьбу, у них нет выбора, кроме как выполнить ее

Я закатила глаза.

— Я знаю. Почему он хотел пойти против своих священных обетов? Что такое Черный Гримуар?

Мы шли по грунтовой дороге уже несколько минут, и я была полна решимости не нарушать молчание первой.

И когда мне уже показалось, что мы будем молча идти до самого рассвета, Рафаэль вздохнул, готовясь ответить.

— Черный Гримуар содержит магию смерти и нежити. В руках подходящей ведьмы он становится опасным оружием.

Я нахмурилась. Ни одна ведьма не владела магией, управляющей смертью. По крайней мере, мне о таких не доводилось слышать.

— Зачем он тебе нужен?

На этот вопрос он не ответил. Вампир продолжал идти по тропе, вдумчиво глядя на деревья.

— Значит, ты отправишься в болота? — Я и сама не понимала, зачем задаю столько вопросов. В груди осел какой-то ноющий комок. Я чувствовала себя ребенком, отчаянно пытающимся привлечь внимание матери перед тем, как она уйдет на очередной бал, оставив меня запертой в ее комнатах. Она ушла бы, что бы я ни делала. Но пока она смотрела на меня, говорила со мной, можно было притвориться, что никакого бала нет и меня не ждет ночь в одиночестве.

— Да, отправлюсь.

— Ты вообще знаешь, как найти храм?

— Разберусь.

— Там сказано, что только достойный сможет забрать его. Ты правда думаешь, что это ты? Вампир, крадущий Гримуар мифической ведьмы?

— Ты переживаешь за меня, голубка? — Его губы изогнулись в улыбке.

Скорее уж за себя.

— Почему ты так меня называешь? — Из всех загадок, которые таил в себе Рафаэль, эта была той, которую мне сильнее всего хотелось разгадать. Если не спрошу сейчас, то, возможно, никогда не узнаю.

— Потому что ты напоминаешь мне маленькую птичку своим трепетом сердца и явным желанием расправить крылья.

Я проглотила любой возможный ответ. Как этот монстр мог видеть меня насквозь? Я была настолько предсказуемой? Или он действительно… знал меня?

Вскоре тропа вывела нас обратно к главным вратам. Один из двух ангелов был повернут внутрь. Казалось, он смотрит прямо на меня — обвиняюще, требовательно, спрашивая, почему я привела вампира в их сад.

Я гадала, почему мне не хотелось, чтобы он уходил.

— Вот и все. — Я взглянула на три луны. — У тебя впереди несколько часов темноты, чтобы идти.

— Верно. — Рафаэль не последовал за моим взглядом к лунам. Вместо этого он продолжал смотреть на меня. Синий цвет начал исчезать из его глаз, и красный вернулся, когда магия маскировки иссякла. — Ты уверена, что хочешь пойти в Монастырь. — Его голос не поднялся в конце, как при вопросе, но это был он.

— Это лучшее место для меня.

Рафаэль промолчал. Я оглянулась и сглотнула. Не от страха. Мою грудь наполняло другое чувство. Оно было странным и ужасным, но вампир был самым близким мне существом за последние десять лет.

Может, и дольше.

— На этот раз ты меня отпустишь? — пошутила я.

— Если это то, чего ты хочешь. — Он не ответил на мою улыбку.

— Да. — Почему было так трудно ему ответить?

Рафаэль кивнул, его белые волосы упали на лицо, когда он наклонил голову. А затем повернулся, и больше не оглядываясь исчез в ночи.

Я снова осталась одна.