Сделка, окрашенная кровью

Глава вторая

Мне хотелось с криком выбежать из камеры. Но, если я не подчинюсь приказу Нельсона, он накажет меня. Он может сделать что-то похуже, чем просто отправить меня чистить туалеты.

Но прикасаться к вампиру…

Что из этого было хуже?

Его медные кандалы блестели в свете факела — медь, вместо обычных толстых железных оков, которые использовали для ведьм. Он был связан: руки скрещены перед собой, ноги привязаны к вбитому в землю колу там, где он стоял.

У меня заурчало в животе. Я сглотнула подступившую желчь и поставила чашку, радуясь, что не опустошила ее по дороге сюда.

— Я чую запах ужина?

Его голос был… неожиданным. Более сильным, чем должен быть после полученных побоев. Не животное рычание, а шелковистый баритон, обволакивающий меня.

— Это не для тебя. Ты все равно не ешь. — Мой голос дрожал.

— О, я могу есть, — это было почти мурлыканьем. — Просто у меня другие предпочтения.

Его слова заставили меня вздрогнуть, прежде чем получилось это скрыть, и я не упустила из виду, как сузились его глаза от этого движения. Он был хищником. Любой страх был бы воспринят как признак слабости.

Я расправила плечи. Послушание Нельсону, возможно, помогло бы мне выжить, но этот кровосос лишь увидел бы во мне легкую добычу.

— Я пришла позаботиться о тебе, — сказала я, приняв решение. Он был связан. Я могла справиться с этим. — Но уйду, если будешь меня доставать.

Это была пустая угроза. У меня здесь не было никакой власти, но было бы проще, если бы он думал иначе.

— Тогда, конечно, милости прошу.

Я вошла в камеру, за спиной скрипнула дверь.

Внутри было темно, лишь тусклый свет факелов из коридора освещал небольшой участок. Камеры и без того были небольшими, но присутствие вампира, казалось, поглотило больше пространства, чем оправдывала его огромная фигура.

Я сжимала баночку с бальзамом, словно защитный талисман, держась поближе к стене, пока не оказалась позади него.

Единственной реакцией, которую я себе позволила, был резкий вдох через нос. Жестокость и насилие стали моими постоянными спутниками за время пребывания в Греймере. Но это…

Его спина была разорвана. Я видела разделанные туши животных, которые выглядели менее изуродоваными. Я окунула два пальца в бальзам, раздумывая, с чего начать. На его правом плече еще оставалась часть уцелевшей кожи, поэтому я начала именно оттуда. Часть меня хотела отбросить мазь, вонзить ногти в раны и закончить то, что начали стражник. Разорвать его на куски. Отомстить.

Обнаженная плоть сочилась кровью, создавая темно-красное полотно. Если он был чудовищем, то кем же были стражники, которые сделали это?

Я прогнала эту мысль. Конечно, он заслужил это. И даже хуже. Кому было дело, что с этого ракурса, когда его красные глаза не попадали в поле зрения, он ничем не отличался от любого другого мужчины? Он был злобным существом. Я видела, на какую жестокость способны вампиры.

Но я продолжала осторожно втирать лекарство. Должно быть, это было невыносимо больно. Как он вообще мог стоять на ногах? Единственным признаком его дискомфорта было короткое шипение, прерванное в самом начале. Потом — тишина. А вампиры вообще дышат? Я чувствовала, как движется его грудь под моими пальцами, но он был нежитью. Они не нуждались в воздухе.

Нет, только кровь, кровь и кровь…

— Ты собираешься продолжить или просто всю ночь будешь дразнить меня звуком своего пульса?

Его слова были неторопливыми и дразнящими, словно кот играет с мышкой. И совершенно не соответствовали состоянию его спины. Этот голос вырвал меня из мрачных мыслей. Я продолжила свои действия, набрав еще мази и покрыв ею его спину широкими мазками. Хотелось побыстрее покончить с этим.

— Ты… ты не хочешь моей крови.

Тихое фырканье.

— Не понимаю, почему ты считаешь себя экспертом в этом вопросе. Ты рядом, и твой пульс бьется, как у кобылы на ее первом забеге.

— Ты не хочешь, — настаивала я. Он был в цепях, но это ничуть не успокаивало мои нервы. — Крысы питаются лучше меня. Вода, которую я пью, наполовину состоит из грязи. Моя кровь была бы ужасной на вкус.

— Учитывая, сколько крови я потерял, думаю, я не был бы слишком разборчив, — сказал он легкомысленно. — Наклонись поближе, и мы сможем это выяснить.

Я представила себе эту картину. Как я подаюсь вперед, а он вонзает в меня свои клыки.

Кровь, кровь и…

Меня чуть не вырвало. Я с силой захлопнула крышку бальзама. Я почти закончила, но даже если бы едва начала, то была бы на пределе. Пусть Нельсон хоть на месяц отправляет меня в туалет. Это будет лучше, чем провести еще хоть секунду в этой камере.

Я отступила, прижавшись к стене как можно ближе, пробираясь к выходу.

— Прежде чем уйти… Посмотри на меня.

Его слова не должны были меня остановить, но в голосе вампира звучал приказ. Я подчинилась, даже не успев осознать это.

Я не позволяла себе смотреть ему в глаза с того самого момента, как вошла в камеру. Несмотря на то, что его спина была разорвана, он стоял прямо, гордо. Его грудь была обнажена, и, хотя вся передняя часть была в синяках, это не скрывало рельеф его мышц. У него было тело воина. Странно для такого паразитического существа. Но его лицо… Даже в крови и в синяках его можно было назвать только красивым. Это была не нежная, царственная красота. Это была безжалостная красота, которую только подчеркивали порезы. Линия его челюсти была острой, отбрасывая тень на шею в свете факелов. Брови были белоснежными, как и волосы.

Его красные глаза заворожили меня.

— Сними с меня цепи. — В отличие от прежнего властного тона, он говорил тем же успокаивающим голосом, что и раньше.

Неужели он подумал, что я сумасшедшая?

Вот что я получила за то, что осмелилась заговорить с вампиром.

— Нет.

Он вскинул брови, как будто удивился.

— Сними с меня цепи, — приказной тон вернулся, обещая последствия в случае неповиновения.

На этот раз я не ответила. Я быстро собрала свои вещи и повернулась к выходу.

— Освободи меня от цепей, и я позволю тебе сбежать со мной, — прошипел он мне в спину.

Я с силой захлопнула за собой дверь камеры.