Сегодня ты моя

Глава 8

Тимур понял, что что-то не так, еще до того, как Ольга спрыгнула со сцены. Ее взгляд — острый, дерганый — не метался в зал, как у обычной артистки, а постоянно возвращался к четырем мужчинам у кулис и еще паре, растворившихся в толпе. Она кого-то выискивала. Или от кого-то искала спасения.

— Взять ее и тех, кто рядом, — коротко бросил он в миниатюрный микрофон на лацкане пиджака.

Ответом был едва слышный шорох в ухе. И уже через секунды его охрана начала движение — незаметное для публики, но выверенное. Темные силуэты стали вытесняться из зала ближе к сцене, размыкая пространство.

Прыжок Ольги был неожиданным даже для них. Но охрана сработала так, будто ждала этого — она ударилась о чей-то стол, вскочила, и тут же двое мужчин перекрыли ей дорогу, аккуратно направляя её к центру зала. Кто-то из ее похитителей попытался вмешаться — и тут же был повален лицом в пол.

Ольгу буквально мягко подтолкнули — прямо ему в руки.

Первая секунда ошеломила его. От её волос пахло чем-то простым — дешевым шампунем с ноткой жасмина и мокрым воздухом. Это было неправильно: не дорогими духами, не запахом элиты. Неправильное, честное. Живое.

Она обернулась, подняла на него глаза — удивленно расширенные, почти детские.

— Неожиданно, — тихо выдохнула она. — И… я почти рада вас видеть.

Уголок его губ дрогнул.

— Почти? — с мягкой насмешкой.

Он смотрел на нее — и понимал, что за пять лет она почти не изменилась. Разве что стала тоньше. Хрупче. Но внутри всё та же — острая, прямая, неудобная.

Он легко обнял её за плечи, почти по-доброму, почти нежно.

— Пройдемте в мой кабинет. И вы расскажете мне, что произошло.

Она не сопротивлялась. Просто шла рядом, глядя вперед. В её взгляде — усталость, обреченность… и странное облегчение.

Для него это выглядело, как победа. Новая встреча. Случай? Нет. Судьба. И в этот раз он был уверен: он её не отпустит.

Роскошный кабинет встретил их тишиной — мягкий ковер заглушал шаги, панорамные окна выходили на темнеющий океан, в воздухе висел легкий аромат дорогого табака и кожи. Полированные стены, тяжелый дубовый стол, бар с хрусталём — все выглядело идеально ухоженным, холодным, слишком правильным.

Ольга словно не замечала этой роскоши. Она тихо опустилась в кресло, локти на колени, пальцы сжали виски. Волосы упали вперед, скрывая лицо.

— Минуту… дайте мне минуту, — прохрипела она едва слышно.

Тимур кивнул, не сводя с неё взгляда. Он прислонился к краю стола, сложив руки на груди, и просто ждал. Молчал. Этот порыв — не трогать, не задавать вопросы, дать ей собраться — был нехарактерным для него. Но сейчас… он сам не понимал, почему.

Рискованно. Безрассудно. Но она не выглядела ломкой жертвой. Скорее волчицей, чью лапу зажали, но которая все равно вгрызается в капкан.

В дверь негромко постучали.

— Войдите, — бросил он.

Вошел Сергей. Тихо прикрыл за собой дверь, бросил вопросительный взгляд на Тимура. Тот, не отводя взгляда от Ольги, коротко кивнул в сторону кресла напротив. Сергей все понял. Прошел и сел, скрестив руки на груди, глядя внимательно, но без давления.

Ольга глубоко вдохнула. Медленно расправила плечи. Подняла голову — взгляд мутный от усталости, но прямой.

— Меня похитили, — произнесла она ровно, почти без эмоций. — Несколько месяцев удерживали… в каком-то подвальном помещении. А сегодня… собирались перевозить за границу.

Тимур слушал, не перебивая. Ледяной взгляд. Челюсть чуть сжалась. Ни один мускул не дрогнул. Только пальцы на краю стола сжались чуть крепче.

— Они держали меня в черте города, — продолжила она, голос стал чуть увереннее, словно слова сами потянулись наружу. — Я… поняла это не сразу, но дорога от студии до того места была слишком короткой. И… — она прикрыла глаза, вспоминая, — по ночам слышала звуки. Машины, сирены, поезда. Город был рядом. Всегда.

Сергей чуть наклонился вперёд, опершись локтями о колени.

— Как ты оказалась на палубе первого класса? — спросил он тихо, будто боялся спугнуть её откровенность.

Ольга опустила взгляд, на губах мелькнула усталая, почти горькая усмешка.

— Хорошее поведение, — произнесла она с легкой иронией.

Тимур нахмурился, но не перебил.

— Я не сопротивлялась, — объяснила она спокойно, но пальцы вцепились в подлокотники кресла так, что побелели костяшки. — Не кричала, не пыталась сбежать в первые дни. Они привыкли, что со мной нет проблем. Со временем начали доверять. Даже… брать с собой наверх, на воздух. Под присмотром и с мешком на голове, конечно. Так я убедилась что нахожусь еще в городе.

Она глубоко вдохнула, продолжая:

— А сегодня один из них… сказал, что если буду вести себя тихо, смогу иногда ходить на палубу вместе с ними. Мол, свежий воздух, солнце — не хочу ли? Я согласилась. Они думали… что так мне будет легче смириться.

— И ты пошла, — уточнил Сергей.

— Да. Они снимали верхнюю палубу, как VIP-зону, чтобы никто не мешал. Там почти никто не появлялся. Я делала вид, что всё в порядке. — Она хрипло усмехнулась. — Даже кофе им наливала, представляете?

В кабинете стало тише. Даже тиканье часов будто стихло. Тимур смотрел на неё, не мигая. Она не сломалась. Приняла правила игры — и выжила.

— Потом я услышала, как они собираются переправлять меня за границу. Сегодня. — Она подняла на них глаза. — И поняла: если не попробую сейчас… второй возможности не будет.

Сергей перевёл взгляд на Тимура.

— И ты воспользовалась тем, что они тебе доверяют?

— Да. Я сказала, что хочу воздуха. На палубе мы были втроём. Я… попросила минуту одна. Они позволили. — Она слабо улыбнулась. — Они думали, я смирилась.

Тимур склонил голову чуть набок.

— Ошиблись.

Она кивнула.

— Очень.