Король волков

Глава тридцать первая

Два Волка смотрят друг на друга через поляну.

Воздух наэлектризован. Кажется, будто сам лес затаил дыхание. Наблюдает. Ждет.

Слышу только стук собственного сердца и шелест листвы, на ветру.

Словно она говорит:

Борись, борись, борись.

Из оскаленной пасти большего волка — Каллума — вырывается рык. Такой низкий, что я чувствую его вибрацию в собственных костях. Тени, кажется, пятятся от него прочь.

Каллум был устрашающим противником и в человеческом облике: высокий, широкоплечий, с мускулами, будто высеченными из камня. Теперь же он выглядит столь же диким, сколь и сильным.

Его зубы достаточно остры, чтобы разрывать плоть, а лапы сотрясают землю.

Его глаза, светятся душой леса, и в них отражается ярость.

Блейк отвечает собственным рычанием. Темный волк стоит так близко ко мне, что я чувствую исходящее от него тепло. Он защищает меня, понимаю я. Держит свою добычу рядом. Если он двинется резко, то может разорвать мою плоть.

Я пытаюсь отползти назад, и острые камни впиваются мне в ладони. Под моим сапогом с хрустом ломается ветка.

Голова Блейка поворачивается.

Я понимаю его замысел слишком поздно.

Блейк прыгает на меня в тот самый миг, когда Каллум бросается вперед через поляну. Воздух вырывается у меня из легких. Сердце колотится, пока я отталкиваю его морду, пальцами впиваясь в черную шерсть. Его зубы цепляются за мой плащ, едва не сомкнувшись на плече, но тут более крупный волк сбивает его с ног. Раздается звук рвущейся ткани, когда Блейк уносит с собой клок моего плаща.

Я перекатываюсь на живот и вижу, как Блейк уже встает на лапы.

Каллум так близко, что я могла бы дотронуться до него, и каждая мышца в его теле напряжена. Он рычит. Я смотрю на него настороженно, пока он смотрит на Блейка горящими глазами.

Блейк срывается с места, зажав в зубах часть моего плаща, и исчезает в чаще, между узкими стволами деревьев. Каллум бросается за ним, взметая ковер мокрых листьев и скользя по грязи, замедляясь лишь у самой кромки поляны.

Он снова рычит в темноту, бросая вызов Блейку и предлагая ему ответить.

Потом поворачивается.

И мое сердце замирает.

Поднимайся. Стучит в висках пульс. Вставай.

Заставляю нервы успокоиться, как это приходилось делать, сталкиваясь с отцом или Верховным Жрецом во дворце.

Какой бы охотничий инстинкт сейчас ни бушевал в Каллуме, я не хочу его провоцировать.

— Каллум, — тихо, осторожно произношу я. — Всё в порядке. Это я.

Я не знаю, остался ли внутри мужчина, которого я знаю.

Все, что я знаю о волках, это лишь истории, которые мне рассказывали. Истории о чудовищах, которые охотятся и убивают без причины и милосердия. Они разрушают деревни и пируют плотью. На севере даже есть города-призраки, обнаруженные нашими войсками, где нет ничего, кроме костей.

Я уверена, что волк, стоящий передо мной, способен на все это.

Фрески во дворце изображают волков тощими, похожими на упырей, с тусклой шерстью, пеной у рта и дикими, лишенными разума черными глазами.

Каллум выглядит совсем иначе. Он величествен. Держит себя высокомерно и гордо. А его глаза светятся умом.

Он крадется ко мне. Лунный свет, просачивается сквозь ветви над головой, и отражается от его блестящей шерсти. Я отступаю, хотя за спиной уже слышен яростный рев реки о камни.

— Каллум, — шепчу я. — Ты не причинишь мне вреда.

И вот он уже нависает надо мной, так близко, что я чувствую волны исходящего от него тепла.

Он смотрит на меня, совершенно неподвижно. Словно пытается что-то сказать. Он опускает голову, склоняясь в поклоне. И я понимаю, что он мне говорит. Я в безопасности. Он не причинит мне вреда.

Меня охватывает облегчение, смешанное со странным, жгучим любопытством.

Робко я поднимаю руку. Он не двигается, и я касаюсь его морды, мои дрожащие пальцы погружаются в густую шерсть.

Он напрягается, и я замираю.

Кажется, лес снова затаил дыхание. Листья шепчут.

Дура. Дура. Дура.

Он подталкивает мою руку головой, и я выдыхаю, мое дыхание клубится белым облачком перед лицом.

Я не знаю, что будет дальше. Отпустит ли он меня обратно в замок? Пытаюсь подняться на ноги.

Но он мягко, толкает меня обратно. Не успеваю я возразить, как он укладывается поперек моих коленей. Его вес даже больше, чем у Блейка, а жар пробивается сквозь ткань платья.

— Богиня, — я задыхаюсь. — Каллум… слезь с меня, ты, большой увалень…

Пытаюсь оттолкнуть его, и он щелкает зубами в воздухе у самой моей руки.

— Каллум!

Он опускает морду на ковер из листьев.

— Что ты делаешь? Лучше тебе не… — Он закрывает глаза. — Не смей засыпать!

Он лениво приоткрывает один глаз. И, даже в его волчьей форме, я улавливаю проблеск веселья.

И это чертово, глупое животное снова закрывает глаза.

Я пытаюсь вывернуться из-под него, но не могу пошевелиться. Словно на мне лежит валун. Большой, теплый, дышащий, похрапывающий и глупый валун в форме волка.

Толкаю его еще несколько раз, но он даже не шевелится.

Сдавленный крик досады вырывается у меня, когда я понимаю, что это бесполезно.

— Ты точно такой же невыносимый волк, как и человек!

Откидываюсь на спину и смотрю на лунные блики, пробивающиеся сквозь ветви деревьев. Он издает отрывистый звук, очень похожий на смешок.

Вокруг нас шепчутся листья, шуршат заросли кустарника и подкрадывается темнота. Где-то вдалеке воет волк.

И все же, каким-то образом, несмотря на все, что только что произошло, я знаю, что в безопасности.

***

Открываю глаза, и вижу серый солнечный свет, пробивающийся сквозь ветви над головой.

Стону. Спину ломит, веки тяжелые. В виске тупо стучит, а одна рука заледенела. Во рту пересохло. Позади, дразняще близко, журчит вода, и мелкие брызги долетают до моего лба, когда поток натыкается на камни.

Пытаюсь подтянуться к воде, но не могу. Я в ловушке. Не могу пошевелить ногами. Опускаю взгляд и резко вдыхаю.

Каллум свернулся калачиком у меня на коленях, и он больше не в волчьем облике.

Его голова покоится у меня на животе, а мощная рука в защитном жесте охватывает моё тело. Он лежит ко мне спиной, его мускулистые плечи плавно поднимаются и опускаются в такт ровному дыханию.

И он совершенно голый.

Богиня!

Я смотрю на ветви, стараясь выровнять дыхание и справиться с румянцем, заливающим щёки. Осторожно, приподнимаюсь на локтях, и снова смотрю.

Мой взгляд скользит по рельефу его бицепса, затем по ширине плеч. Внутри меня вспыхивает желание прикоснуться к нему.

Осторожно поднимаю руку и заношу ладонь над его спиной. Жар, исходящий от его тела, обжигает кончики моих пальцев, когда я приближаюсь.

Он шевелится, издавая тихий хриплый звук где-то в горле. Я поспешно откидываюсь назад, прижимая руки к бокам.

Он приподнимается на локтях.

— Доброе утро, принцесса, — говорит он.

Каллум смещается так, что его лицо оказывается прямо надо мной. Его рука по-прежнему лежит на мне, заключая меня в кокон из его крупного тела. Я упорно смотрю ему в глаза, прекрасно осознавая, что стоит мне опустить взгляд и я увижу куда больше, чем его спину и плечи.

— Прошлой ночью у тебя было маленькое приключение, да?

Напряжение, которое я даже не осознавала, понемногу отпускает. Я думала, он будет зол на меня за то, что я не осталась в своих покоях. Особенно учитывая, как он был сдержан со мной всю прошлую неделю. Но он выглядит расслабленным. Даже слегка забавляющимся.

— Почему ты не сердишься? — прищуриваюсь я.

Он смотрит на меня с любопытством.

— А с чего бы мне сердиться?

— Я не сделала то, что ты велел.

— Если бы ты всегда делала, что тебе велят, мы бы никогда не встретились. К тому же, я полагаю, у тебя была причина покинуть комнату, и ты не просто вышла на ночную прогулку?

— Мне послышалось, что кому-то больно. Я подумала, это Райан.

Он улыбается, и в этой улыбке столько тепла.

— Ну вот видишь. Я бы поступил точно так же.

— Это был Блейк.

Он выдыхает.

— Да. Я так и думал.

Садится. Мышцы на его спине играют, когда он потягивается. Похрустывает шеей, затем встаёт и вращает плечами. Кажется, он даже не замечает, что на нём ничего нет.

Когда он поворачивается, мой взгляд непроизвольно опускается. Ничего не могу с собой поделать.

Мои глаза широко раскрываются, и я резко отворачиваюсь, снова уставившись на деревья.

Единственные голые мужчины, которых я видела, это статуи в дворцовых садах.

Каллум тихо посмеивается.

— Что ты делаешь? Давай, нам пора возвращаться.

С пылающим лицом, я переворачиваюсь на бок, чтобы не видеть его, и с трудом поднимаюсь на ноги. Морщусь. Каждая мышца в теле задеревенела и ноет.

Когда я поворачиваюсь к Каллуму, мой взгляд снова случайно скользит вниз, прежде чем я решительно отвожу глаза.

— Да ладно, — говорит он, явно потешаясь.

Его тепло омывает меня, когда он делает шаг ближе и подхватывает меня на руки. Я почти рефлекторно обвиваю запястьями его шею, но внутри тут же вспыхивает раздражение. Меня уже раздражает то, что он думает, будто может обращаться со мной как ему вздумается. Хуже всего то, что он считает это уместным, даже когда он полностью обнажён.

— Я вполне способна идти сама!

— Да, я знаю, — уголок его губы дёргается, пока он несёт меня обратно сквозь деревья. — Просто подумал, раз уж я тебя несу, ты наконец перестанешь пялиться на мой член.

Издаю сдавленный звук, и бью его по руке. С таким же успехом я могла бы ударить камень

— Ты ужасен!

Он смеётся.

— Это ты не можешь оторвать глаз.

Я сверлю его взглядом, и выражение его лица смягчается.

— У тебя была трудная ночь, принцесса. Ты в порядке?

— Да, — сглатываю я — Ты помнишь, что происходит, когда ты в облике волка?

— Да. Помню.

— Блейк пытался меня убить.

Всё веселье мгновенно исчезает из глаз Каллума.

— Нет. Нет, это не так.

В моей груди разгорается огонь. Я думала, Каллум отличается от лордов Южных земель, которые никогда не слушали и не верили дамам во дворце. Я явно ошиблась насчёт него. Я стискиваю зубы.

— Да, он пытался. Ты явно не всё помнишь, если так говоришь, но ты мог бы поверить мне на слово.

Каллум тяжело вздыхает.

— Нет, принцесса. Ты меня неправильно поняла. Я не спорю, что он напал на тебя. А говорю, что он не пытался убить тебя.

Он закусывает щёку, и его лицо омрачает тревога.

— Он загнал тебя на ту поляну, подальше от остальных волков, что были на охоте прошлой ночью. Затем оставил на тебе свой запах, чтобы другие не учуяли твой. И унёс с собой часть плаща, на случай если они всё же поймают твой след и погонятся за ним вместо тебя.

Каллум смотрит на лес впереди, сжав челюсть.

— Он не пытался тебя убить. Он защищал тебя. — С трудом сглатывает. — А Блейк ничего не делает, если это не в его интересах. Поэтому я хочу знать причину.