Король волков

Глава четвертая

Крики наполняют замок, а свет факелов мерцает, пока меня несут через лабиринт каменных коридоров.

Я борюсь со своим похитителем, но его мускулистая рука лишь крепче сжимает мою талию.

Не знаю, куда бы я побежала, даже если бы вырвалась. К Себастьяну? К отцу? Был бы от этого хоть какой-то толк? Или стало бы только хуже?

Запертая, как в ловушке, я чувствую, будто что-то дикое во мне вырвалось на свободу. Оно бьется в моей груди, и я не чувствую той безысходности, что должна была ощутить. Гнев, который я заперла в клетке, когда умерла моя мама, горячей волной струится по моим венам.

Я не камень. Я не статуя.

Я пламя.

И вышло так, что именно этот мужчина, этот зверь, заставил меня это понять.

Бью по спине Альфы.

— Отпусти меня, ты, чертов ужасный громила! — Волосы попадают мне в рот. Я бью босыми ногами, но попадаю лишь по воздуху. — Пусти! Ты умрешь за это, ты кошмарный… — Я обрываю сама себя, когда мы поворачиваем за угол.

На полу, в луже крови, лежат двое стражников. Альфа переступает через тела, и мне приходится смотреть вниз, на их безжизненные лица, пока он продолжает идти.

Реальность моего положения обрушивается на меня.

Эти мужчины опасны. Они убийцы. Они волки.

Конечно, быть похищенной с родной земли врагами моего народа хуже, чем остаться. Конечно же, хуже. И всё же…

Альфа ныряет в один из проходов для слуг, словно он знает, куда идет, даже если я заблудилась, внезапный крик фрейлины пронзает мои уши. Она ловит мой взгляд, когда мы пробегаем мимо, и бросается в противоположном направлении, при этом ее темные волосы выбиваются из-под чепца.

Альфа отсюда не выберется.

Его бросят в темницу до полнолуния, а потом сдерут с него кожу заживо.

То, что пробудилось в моей груди безумствует. Сердце бешено колотится.

— Она побежала за помощью, ты, чудовище! — шиплю я ему. — Всего в паре минут отсюда дежурят охранники.

— Да? — говорит он тихим голосом и ускоряет шаг, почти сбегая по лестнице для слуг. — Спасибо.

Впиваюсь пальцами в его плечи, цепляюсь за мускулы, мое тело подскакивает на его спине.

— Я не… Я не пыталась тебе помочь! — взвизгиваю я.

Хоть и задаюсь вопросом, правда ли это.

Альфа сворачивает налево, затем направо, вырываясь в более широкий коридор. На стене которого, я узнаю фреску с воинами, убивающими волков. Она изображает нашу победу в Битве Зверей столетней давности и находится рядом с западным вестибюлем.

Он почти на свободе. Почти…

— Стоять! — мужской голос прорезает тишину.

Альфа замирает. Впереди коридор преграждают двое стражников. На их щитах изображен символ Южных земель — солнце. Люди моего отца.

— Это принцесса? — недоверчиво спрашивает один.

Второй усмехается.

— Ох, я тебе не завидую, пес. Ты знаешь, что здесь делают с такими как ты?

Лязг мечей возвещает о том, что в коридор за нами врываются еще трое стражников. Я резко втягиваю воздух.

— Не убивать его! — раздается голос одного из них, крепкого мужчины с серебряной звездой Пограничных земель на нагруднике. — Лорду Себастьяну наверняка захочется провести с ним время.

Тело Альфы напрягается.

— Тебе придется подождать, принцесса, — тихо говорит он.

Резко выдыхаю, когда он, опускает меня вдоль своего тела, и ставит на каменный пол. Стража атакует, но все словно замирает. Его взгляд впивается в мой, и глаза такие же зелёные и живые, как сам лес.

Не беги, словно говорит он мне. Не беги.

Он отталкивает меня в сторону. Я прижимаюсь к фреске, пока он уворачивается от взмаха меча. Хватает нападающего за голову и с силой выкручивает. Зал заполняет отвратительный хруст, и, прежде чем следующий стражник успевает опомниться, альфа швыряет в него бездыханное тело, отбрасывая того к стене. После чего с рыком бросается в атаку.

Кровь, мускулы и сталь мелькают передо мной, пока он сражается с тремя мужчинами одновременно.

Он — сила природы. Альфа наносит удары, блокирует и уклоняется от каждого смертельного удара. Пронзает одного солдата его собственный клинком, затем впечатывает другого в противоположную стену, разбивая его голову о камень с такой силой, что люстра над ним дрожит.

Всё моё тело трепещет, будто решение, которое я принимаю осязаемое и живое.

Мне нужно бежать.

Но я не хочу оставаться в этом замке.

Передо мной два пути, и я стою в нерешительности. Не зная, какой выбрать.

Альфа поднимает с пола меч и с силой вонзает его под подбородок очередного стражника, заставляя кровь хлынуть изо рта.

Ужас этого зрелища заставляет меня признать: Альфа — убийца.

Я бегу по коридору направо, мои босые ноги шлепают по холодному камню. Волосы развеваются сзади, а длинная ночная сорочка путается в лодыжках. Дыхание сбивается, сердце бешено колотится.

Я бегу сломя голову, в панике. Это место для меня новое, и, хотя оно должно стать моим домом, оно холодное и незнакомое. Я заблудилась в каменном лабиринте, где рыщет зверь, и не знаю, как выбраться.

— Принцесса, стой!

Оборачиваюсь.

Альфа стоит в коридоре позади меня. Его рубашка промокла от пота, а мускулы напряглись, туго натягивая рукава. Медленно и осторожно он идет ко мне. Словно хищник, пытающийся не спугнуть добычу.

— Принцесса, неужели ты действительно… — Он замолкает, внезапно насторожившись, будто услышав то, что недоступно моему слуху, и резко обвивает рукой мою талию. Мое дыхание учащается, когда он затягивает меня в тёмную нишу, прижимая спиной к своей груди.

Я чувствую каждый мускул его торса и учащенное сердцебиение. Его дыхание у моего уха горячее и прерывистое. Его запах заполняет ноздри — жар, пот и горы. Он опьяняет меня. Замираю, хотя чувствую как кровь пульсирует во всем теле, а пульс грохочет в ушах.

Крик поднимается в моей груди, но он зажимает мне рот рукой.

— Найдите её! — рявкает лорд Себастьян. — Найдите ее немедленно! Она моя невеста, и я не потерплю, чтобы её похитили! Если они посмеют прикоснуться к ней, осквернить её, она больше не будет представлять для меня никакой ценности! Вы поняли?!

Я чувствую, как в груди Альфы зарождается тихое рычание.

На мгновение наши дыхания учащаются, пока Себастьян всего в нескольких шагах разглагольствует о важности моей чистоты. Медленно Альфа убирает ладонь с моего рта. Словно бросает мне вызов закричать.

— Она нужна мне с нетронутой добродетелью! Вы поняли? — почти рычит Себастьян. — Найдите её! Найдите её!

— Слушаюсь, милорд.

Голоса затихают.

Я медленно выдыхаю. Мгновение никто из нас не двигается.

Альфа убирает руку, и я отступаю. Его лицо мрачнее грозовой тучи, когда он смотрит вглубь коридора.

— Ты действительно хочешь остаться? — спрашивает он.

— Какая разница? Я везде буду пленницей.

— Да, — он проводит рукой по затылку. — И я не могу обещать тебе, что в Северных землях не будет опасно. Мои сородичи не жалуют людей. Но я клянусь, что буду защищать тебя. — Он сглатывает. — И я дам тебе выбор. Беги сейчас и я не пойду за тобой. Или пойдем со мной, и никто не тронет тебя. Клянусь Богиней Луны.

Он протягивает мне руку. Я дрожу, пока решение растет в моей груди. Моя душа грохочет в своей тюрьме, дикая и вопящая.

Взгляд Альфы непоколебим. Как будто у него нет сомнений в том, что я выберу.

— Чего ты хочешь от меня? — спрашиваю я.

Он проводит зубами по своей нижней губе, словно решая, говорить ли правду.

— У Себастьяна кое-что наше. Мы хотим это вернуть.

Горько усмехаюсь.

— Хочешь потребовать за меня выкуп. Думаешь, он пойдет на сделку.

— Да, — подтверждает он.

И вот он. Мой «выбор». Два пути, что лежат передо мной.

Выбор между двумя мужчинами. Двумя убийцами. Двумя чудовищами.

Вот только выбором это никак не назовёшь, не так ли? Я снова всего лишь приз. Предмет, который передают от мужчины к мужчине. Внутри меня нарастает истерика, вырываясь из моего рта маниакальным хихиканьем.

— Но вот, — выдыхаю я. — Вот в чём дело! Что ж, ты слышал, что сказал лорд. Если меня осквернят, я больше не буду представлять ценности.

— Я буду защищать тебя не поэтому.

Смотрю на его раскрытую ладонь, затем окидываю взглядом коридор, в котором скрылся лорд Себастьян.

— Я слышал, что он тебе сказал, — тихо произносит Альфа. — На боях. Когда я смотрю в его глаза, в них удивительно много гнева. — Я обеспечу твою безопасность. А потом освобожу. Клянусь.

Не знаю, то ли это слово «свобода» заставляет моё сердце биться чаще, то ли выражение его лица. Несмотря на то, что я статуя, а статуи не двигаются, мои пальцы подергиваются по бокам.

— Клянусь, принцесса, — говорит он.

И сквозь адреналин, что пульсирует у меня в крови, начинает формироваться мысль.

Если я смогу собрать сведения о Волках, возможно, я наконец-то докажу отцу, что я не просто трофей, который можно выиграть.

И если я помогу отцу выиграть эту войну, Себастьян ему будет не нужен.

Возможно, мне удастся избежать судьбы на своих условиях.

— Что Себастьян забрал у тебя? — спрашиваю я.

Позади раздаётся щелчок, и Альфа смотрит мне через плечо.

— Отойдите, миледи.

Стражник хватает мою руку, толкая себе за спину, направляя мушкет на Альфу.

— Пули серебряные, так что не делай глупостей. Руки за голову.

Альфа медленно поднимает руки и складывает их на затылке.

— На колени, пёс.

— Постойте… — начинаю я.

— Всё в порядке, миледи. Он будет наказан. Я разберусь.

Решение, тот самый выбор, что бурлил у меня в груди с той самой секунды, как я увидела Альфу, наконец вырывается наружу.

Срываю факел со стены и бью стражника по голове. Ожидаю, что он рухнет на землю без сознания так же, как стражи в историях, что в детстве мне рассказывала мать.

Вместо этого он лишь хрипло кряхтит и поворачивается ко мне. Легкое недоумение на его лице сменяется гневом.

Я отшатываюсь, роняя факел.

— Что это значит? — лицо его пылает гневом. — Неужели ты… спала с ним? Та, что спит со зверем…

Альфа бросается вперед, ломая мужчине шею, затем отталкивает его тело в сторону.

Он протягивает мне руку.

Делаю глубокий вдох.

Я делаю это ради своего королевства, говорю я себе. Не потому, что даже с пятнами крови на манжетах и грязью на лице, стоя над телом моего убитого гвардейца, он смотрит на меня с добротой.

Никто не смотрит на меня с добротой.

Вкладываю свою руку в его.

Его ладонь тёплая и шершавая, когда его пальцы смыкаются вокруг моих решая мою судьбу. И лишь тогда на его лице мелькает тень замешательства. Возможно, это лишь почудилось мне, так как в следующее мгновение он слегка улыбается.

— Пошли, — говорит он. — Сюда уже идут другие.

Вместе мы мчимся по коридору в западный вестибюль. Дверь уже открыта, и ночь падает на клетчатую плитку пола.

Я чую запах соснового леса и мокрой от дождя травы. Холодный ветерок щекочет кожу, такой свежий, что я буквально чувствую его вкус.

Завывает ветер, а может, это ждут волки.

Вместе со зверем я вырываюсь из лабиринта.