Король волков

Глава сорок девятая

На мгновение я теряю дар речи.

Мой взгляд скользит вверх по его черной рубашке, теперь застегнутой под самый ворот, и останавливается на лице. Я не могу разгадать его выражение. Он кажется серьезным, но в его глазах, поблескивающих в свете факелов, будто прячется тысяча тайн.

Танцпол позади него расплывается, люди замедляют шаг под новую мелодию. Где я слышала эту песню раньше?

— Ты хочешь танцевать со мной? — спрашиваю я.

— Да.

С моих губ срывается смешок, и Блейк наклоняет голову набок, движение почти кошачье.

— Это забавляет тебя, маленький кролик?

Откидываюсь на стол и делаю глоток из своего кубка, приветствуя холод воды, стекающей по моему горлу. Мне жарко. Слишком жарко. А сознание затуманено виски.

Блейк следит за каждым моим движением, пока я отбрасываю прядь волос с лица.

— Ты считаешь меня дурочкой, Блейк?

— Напротив. Потанцуй со мной.

— Если ты хочешь спровоцировать Каллума, то он сейчас занят. — Я ставлю кубок и приподнимаю бровь. — Ты тратишь время впустую.

Он улыбается, и на щеках появляются ямочки. Я почти могу забыть, что он змей-манипулятор, когда он смотрит на меня вот так.

— Я не пытаюсь провоцировать твоего хозяина, маленький кролик. Это было бы пустой тратой моего времени.

— А что же ты пытаешься сделать?

— А разве тебе не хочется это узнать?

Хмурюсь.

— Каллум мне не хозяин.

— Докажи это, — говорит он, взглянув на свою руку, всё ещё протянутую ко мне. — Потанцуй со мной.

Тени в Большом Зале будто тянутся к нему, пока свечи мерцают, словно привлеченные тьмой, обитающей в его душе.

Я смеюсь и качаю головой.

— Неужели ты думаешь, что мной так легко манипулировать?

Он усмехается.

— О, дорогая, я точно знаю, как тобой манипулировать.

— Я ведь не танцую еще с тобой, правда?

— Пока нет. Но станцуешь.

— Почему ты так в этом уверен?

Он делает шаг вперёд и кладёт обе руки на стол по обе стороны от меня. Я резко вздыхаю, вдыхая его запах, ночного леса, в то время как его губы приближаются к моему уху.

— Потому что я играю в игру, маленький кролик. — Его тёплое дыхание щекочет щеку. — И часть тебя тоже хочет сыграть, просто чтобы посмотреть, сможешь ли ты меня победить.

Он поворачивает лицо ко мне, и в его глазах сверкает вызов.

Затем он отступает на шаг, и я снова могу дышать.

— Зачем мне играть с тобой в игру, если я в невыгодном положении? — говорю я. — Я не знаю ни правил, ни приза.

— Нет. Но разве ты не хочешь узнать?

Он протягивает руку.

Мама рассказывала мне истории о Ночи, божестве, что хранит ключи от темницы Богини Луны. Он искушает смертных, предлагая заключить с ним сделку, их желание в обмен на душу. Блейк напоминает мне его, прямо сейчас. Опасный, странный, с глазами, полными темных обещаний. И я ненавижу, что меня это манит. Потому что он прав, мне и вправду хочется узнать, что он замышляет.

Но если я станцую с ним, какую часть моей души он потребует?

Он приподнимает бровь.

Я вздергиваю подбородок.

Может, это теплый туман алкоголя дает мне ложную уверенность, но я не думаю, что Блейк так умен, как он себя считает.

Кладу свою руку в его.

Медленная улыбка расплывается по его лицу, когда его пальцы смыкаются вокруг моих. И он ведет меня к танцполу.

Затем поднимает наши сомкнутые руки, а другую кладет мне на талию.

— Ты знаешь Танец Зари? — спрашивает он.

— Разумеется.

— Эта музыка следует тому же ритму.

Он притягивает меня ближе, и я кладу руку ему на плечо.

— Ты хочешь исполнить танец Южных земель в зале, полном северян?

— Мы оба южане, не так ли?

— В этом и состоит игра? Ты хочешь настроить против себя всех здесь?

— Давай сыграем и узнаем, хорошо?

Я киваю.

— Что ж, хорошо.

И отступаю на шаг, а он отпускает меня.

Делаю реверанс, он кланяется, как того требует традиция, и мы начинаем танец.

Мы сходимся, поднимая руки, ладони почти соприкасаются, описывая круг, вокруг друг друга. Затем меняем направление, наши взгляды прикованы друг к другу, а шаги осмотрительны. Изящны. Осторожны. Взгляд Блейка следит за моим каждым движением, будто он хищник, выслеживающий добычу.

Мне кажется, что люди наблюдают за нами, но отвести глаза от волка передо мной было бы неразумно.

По мере развития танца требуется более тесный контакт. Рука Блейка вновь смыкается вокруг моей, а другая ложится на поясницу, когда он кружит нас. Моя рука нежно лежит на его плече, я борюсь с желанием впиться пальцами в твердые мышцы, пока он ведет нас все быстрее и быстрее.

Его шаги грациозны, осанка крепка и уверена. Он хороший танцор. Слишком хороший.

— Ты говорил, что служил в Королевской гвардии, — напоминаю я.

— Говорил.

— Не знала, что гвардейцев учат танцевать. — Я приподнимаю бровь. — И уж точно не так хорошо.

Он усмехается, и мы продолжаем кружить по краю танцпола.

— Считаешь, я хорошо танцую? Я должен быть польщен таким комплиментом от самой принцессы.

— Я думаю, ты лжец. Ты не служил в Королевской гвардии, ведь так? Ты человек благородного происхождения. Нет другого объяснения, почему ты умеешь так танцевать.

Он кружит меня под рукой, и я резко вдыхаю, когда он вновь притягивает меня к себе.

— Интересная теория, маленький кролик. Уверяю тебя, я служил в королевской гвардии, и я не человек благородного происхождения, есть и другое объяснение.

— Я тебе не верю.

— И не надо.

— Тогда объясни.

— Уже. В каком-то смысле.

— Хватит говорить загадками. Расскажи мне то, что я хочу знать. — Вскидываю подбородок. — Или я расскажу всем твой секрет. — Мило улыбаюсь. — Кажется, надвигается буря.

Я жду, что он побледнеет, что его плечо напряжётся под моими пальцами. Но он лишь улыбается и притягивает меня ближе.

— Пожалуйста, — шепчет он. — Но уверяю тебя, мой рассказ о том, чем ты занималась в моих покоях поздней ночью, будет сильно отличаться от твоего. — Его тон мрачен и соблазнителен, как ночное небо.

Тепло покидает мое тело, пока мы продолжаем кружить по танцполу. Сердце бьется так громко, что почти заглушает звук, пробравший меня до глубины души. Я всё ещё танцую, но мои движения будто не принадлежат мне больше. Всё плывёт перед глазами. Это Блейк ведёт меня, словно кукловод, управляющий своей марионеткой.

Музыка достигла своей кульминации, и теперь мне ясно, почему она показалась знакомой. Я узнаю эту часть песни.

Это та же мелодия, которую моя мама пела мне по ночам.

Эту же мелодию я напевала Блейку, когда ему было страшно.

Откуда отряду волков из Северных земель знать мотив, который так любила моя мать?

Блейк наблюдает за мной с любопытством, слегка склонив голову набок.

Я прищуриваюсь.

— Что это значит?

— Что ты имеешь ввиду? — Выражение фальшивой невинности выдает лишь голодный блеск в глазах.

— Почему ты попросил их сыграть эту песню?

— Это известная волчья мелодия, — притворно недоумевает он. — О Первом Волке и его любви к Луне. Думал, тебе понравится. Разве нет?

Пытаюсь вырваться, но его рука сжимает мою. Пальцы словно холодные тиски. Он вновь кружит меня.

— Ты узнала ее? — спрашивает он.

— Ты знаешь, что узнала. Отпусти.

— Это было бы неразумно, маленький кролик. Все смотрят на нас. Включая Джеймса.

Оглядываюсь. Люди наблюдают за нами с любопытством со скамей, из ниш, по краям зала. Танцпол опустел, и мы остались в центре. Я даже не заметила, когда это произошло.

Король Волков наклонился вперед в своем кресле с непроницаемым выражением на лице.

Я ищу взглядом Каллума, пытаясь найти выход из ситуации, но он, должно быть, вышел из зала, чтобы поговорить с Фионой.

Я и вправду совсем одна.

Встречаюсь взглядом с Блейком.

— Мне всё равно. Я ухожу.

— А должно быть не всё равно.

— Почему?

Он подается вперед, почти касаясь моей щеки и понижает голос.

— Потому что ты в опасности. Неужели ты и вправду думаешь, что Джеймс позволит тебе остаться?

— Нет. Но каким образом танец с тобой поможет в моей ситуации?

— Это игра, маленький кролик. Сыграй со мной и узнаешь.

Я собираюсь сказать ему, что рискну, когда его взгляд скользит за мое плечо.

— Слишком поздно.

Он выпускает мою руку, и волна тепла накрывает меня. Прежде чем я успеваю обернуться, меня подхватывают сильные руки. Я резко вдыхаю, обвиваю шею Каллума руками и широко распахиваю глаза от неожиданности, когда он захватывает мой рот своим.

Это не нежный поцелуй. Он жёсткий, глубокий, и требовательный. Его язык двигается сильными, властными движениями по моему. Тепло разливается по телу, растапливая лед, когда я крепче сжимаю его шею. Мне приходится бороться со стоном, который вот-вот вырвется из меня. Ведь слишком много людей наблюдают за нами.

Волк виден в его глазах, когда он отстраняется и смотрит на Блейка.

Но Блейк отступает назад, в его глазах сверкает веселье.

Чувствую, как он и Король Волков наблюдают за нами, пока Каллум выносит меня из Большого Зала.

Каллум щелкает пальцами, когда мы проходим мимо Райана.

— Райан, я укладываю принцессу спать. Ты останешься охранять её дверь, пока я занят кое-какими делами.

Райан выпутывается из объятий своей подруги Бекки и, ворча, следует за нами через весь замок в мою комнату.

— Отпусти меня, — шиплю я, как только мы оказываемся вне пределов слышимости зала.

— Нет.

— Я не хочу идти спать.

Мускул дергается на его скуле.

— Ты идёшь спать. И останешься там, пока я не вернусь.

— Ты злишься на меня, — говорю я, пока он несёт меня по винтовой лестнице.

— Нет, — но не смотрит на меня.

Толкает дверь и неловко бросает меня на кровать.

— Каллум!

В его глазах светится волк. Он выглядит как кровожадный воин. Но затем он моргает и делает долгий вдох.

— Нет. — Каллум качает головой, внезапно выглядя уставшим. — Нет, я не сержусь на тебя, принцесса.

Но я не верю ему. Интересно, из-за танца с Блейком или дело в чём-то похуже? Я приподнимаюсь на локте.

— Что хотела Фиона?

— Я скоро тебе расскажу. — Он проводит рукой по губам. — Мне нужно кое-что проверить. Оставайся здесь.

Прежде чем я успеваю ответить, он выходит из комнаты, закрыв за собой дверь. Я слышу, как Райан ворчит с другой стороны.

— Эй. Женщина внутри, спасла тебе жизнь. Дважды, — рычит Каллум. — Сможешь вернуться к поцелуям со своей девушкой позже. А сейчас прекрати вести себя как наглый щенок и делай, что я говорю.

— Прости, — бормочет Райан.

— Ладно. Понимаю. Итак, никто не входит, а принцесса не выходит. Понял?

— Я вряд ли смогу ее остановить, если…

— Ты найдешь способ, — голос Каллума звучит нехарактерно резко. — Я доверяю тебе, ладно? Не подведи меня.

— Не подведу, — слышу я внезапную гордость в голосе Райана. — Обещаю.

***

Резко просыпаюсь. Кто-то зажимает мне рот рукой. Пытаюсь выбраться из-под одеяла, запутавшись ногами в юбках. В темноте различаю лицо, и мой пульс успокаивается.

Каллум приседает на пол рядом с моей кроватью. И прикладывает палец к губам, прежде чем убрать ладонь.

— Одевайся, — шепчет он, кивая на груду одежды, которую сложил у моих ног. — И надеть сапоги.

Мое дыхание учащается от настойчивости в его голосе. Не могу не думать о том, как он в первый раз забрал меня из моих покоев. Затем он велел мне одеться. Я отказалась выполнять все, что он сказал.

На этот раз я подчиняюсь.

Поспешно выскальзываю из постели, голова еще мутная после виски. Сердце колотится сильнее, когда я вижу, что он приготовил для меня коричневые брюки и белую рубашку. Я никогда не носила брюки. Это неприлично. Я всегда носила красивые платья.

Сглатываю. Затем поворачиваюсь, позволяя Каллуму расстегнуть застежки платья и развязать шнуровку корсета. Его взгляд прожигает мне спину, он весь напрягся. Полагаю, с его волчьим зрением мои шрамы видны в темноте.

Поспешно натягиваю новую одежду и сапоги. Когда оборачиваюсь, его подбородок напрягается. И он застегивает мой плащ на шее.

— Что происходит? — шепчу я.

— Джеймс, — мрачно произносит Каллум. — Объясню, когда будем в безопасности. Пошли. — Он протягивает руку. — Мы уходим.

Приберегаю свои вопросы. Беспокойство на его лице и прерывистое дыхание, единственные ответы, которые мне сейчас нужны. Что бы Фиона ему ни сказала, что бы он ни проверял ранее, должно быть, что-то плохое.

Беру его за руку, ощущая успокаивающее тепло, когда его пальцы смыкаются вокруг моих.

Он выводит меня из покоев. Мы спешим через темный лабиринт замка. Идем коридорами для прислуги, минуя Большой Зал, где волки все еще пьют и танцуют, несмотря на поздний час.

Мы доходим до холла, и мое сердце замирает. Двери на другом конце уже открыты, ночь разливается по каменным плитам. Я ощущаю на языке вкус вереска и гор.

И чувствую вкус свободы.

До тех пор, пока не появляется Блейк, его шаги эхом разносятся по всему помещению, когда он неторопливо пересекает комнату. Он останавливается перед дверным проемом, преграждая нам путь к отступлению.

Каллум замирает, заслоняя меня собой.

— Куда-то собрались? — спрашивает Блейк.

Его темные волосы развеваются на ветру, который дует с улицы.

— Не заставляй меня причинять тебе боль, — предупреждает Каллум тихим, почти рычащим голосом.

— Ты не причинишь мне вреда, — говорит Блейк. — Потому что если мы сцепимся, то поднимем шум. А если будет шум, твой брат решит проверить. Не думаю, что он обрадуется, узнав, что ты крадешь его главный козырь в торге за Сердце Луны, не так ли?

Каллум сглатывает. Я никогда не видела его таким напряженным. Он выглядит так, будто взвешивает варианты, раздумывая, сможет ли он проложить путь силой, прежде чем брат явится с подкреплением.

Мне не нравятся наши шансы. Даже отсюда слышны музыка и танцы.

Я выхожу из-за его спины.

— Пожалуйста, Блейк, — тихо говорю я.

Тело Блейка на мгновение замирает. Я не могу его прочитать. Не могу понять, что сейчас происходит у него в голове.

Затем он кивает и отступает в сторону.

Каллум облегченно выдыхает, затем снова хватает меня за руку.

— Беги быстрее, маленький кролик, — говорит Блейк, пока мы проходим мимо. — Волки идут за тобой.

— Спасибо, — шепчу я, когда мы выходим во двор.

— Не благодари пока, — он улыбается. — Игра еще далека от завершения.

По спине пробегает холодок, но Каллум уже тянет меня через брусчатку двора. Мы спешим к конюшне, где Фиона ждет рядом с серым жеребцом, на котором мы сюда приехали. К седлу привязаны два объемных мешка.

— Ты не торопился, — говорит она, уперев руки в бока.

Фиона обнимает Каллума, и он крепко прижимает ее к себе.

— Спасибо, — шепчет он.

— Да, ладно, не стоит так чувствительно реагировать, — она поворачивается ко мне. — Удачи, Рори. Надеюсь, мы еще увидимся.

Улыбаюсь ей в ответ, несмотря на беспокойство, сжимающее мой желудок.

— Я тоже на это надеюсь.

Каллум помогает мне взобраться на лошадь, а затем садится позади меня.

И вот мы уже выезжаем за ворота замка и направляемся через дикую местности.

— Куда ты меня везёшь? — спрашиваю я. Мой голос почти тонет в стуке копыт по грязи и грохоте собственного сердца.

— Джеймс отправил гонца к Себастьяну. Всё, что говорил мой брат… было ложью. Он намерен отправить тебя назад в обмен на Сердце Луны. Себастьян уже в пути.

Мой желудок сжимается, и рука Каллума крепче обхватывает мою талию.

— Он не получит тебя. — Его голос твёрд. Злее, чем я когда-либо слышала. — Я увожу тебя от всего этого. Я везу тебя в Хайфелл.

Он притягивает меня ближе к себе, и тепло его тела окутывает меня.

— Я везу тебя домой.