Король волков

Глава пятьдесят восьмая

Воздух насыщен запахом хвои и тьмы.

Где-то скулит животное.

Я пробираюсь к нему сквозь заросли ежевики, цепляясь одеждой за шипы и продавливая босыми ногами ягоды. Выхожу на залитую лунным светом поляну. В центре лежит волчица цвета лунного света, но ее мех запятнан кровью. Она ранена. Ее лапа попала в капкан.

Она рычит, когда я приближаюсь, но я не могу бросить её умирать.

— Ш-ш-ш, — шепчу я. — Всё будет хорошо.

Разжимаю челюсти капкана, кровь с пальцев скользит по грубым железным зубам.

Волчица стонет. Она вырывается на свободу и поворачивается ко мне.

Мгновение мы смотрим друг на друга.

— Не уходи, — говорю я. — Ты нужна мне.

Но она поворачивается и убегает.

— Нет!

Меня поглощает тьма.

— Вернись!

Ветер больше не шепчет в ветвях, а луна погасла. Тени ползут из-под кустов, скользя по траве, словно змеи.

— Не оставляй меня! — кричу я. — Пожалуйста!

Я потеряна. Опустошена. Одинока.

Тьма поглощает меня.

Но я слышу голос вдалеке.

— Останься со мной.

***

— Останься со мной, принцесса. Пожалуйста.

Боль пронзает меня. Я изо всех сил пытаюсь открыть глаза, но веки тяжелые.

Всё расплывается. Подо мной что-то мягкое. Сжимаю пальцы и чувствую влажную от росы траву.

Лицо Каллума обретает четкость.

В его глазах паника и они покрыты водянистой пленкой. Его светлые волосы спутаны, а на шее и груди кровь.

Он склонился надо мной, а его рука прижата к моему боку.

— О, Богиня, — голос его срывается. — Прости меня, Аврора. Прости. Мне не следовало тебя оставлять.

— Ты здесь. — Мой еле слышный шепот уносит ветер.

— Я здесь. — По его щеке катится слеза. Хочу дотянуться и смахнуть её, но он слишком далеко. Моё тело не слушается. Он касается моей щеки. — Я с тобой.

Пытаюсь улыбнуться. Но из его горла вырывается звук, похожий на рыдание.

— Всё будет хорошо.

И тут я понимаю: он думает, что я умираю.

Хочу сказать ему что-то очень важное, но в голове туман. И я не могу подобрать слова.

Веки предательски опускаются. И мир тускнеет.

— Останься со мной, принцесса. Ты должна бороться. Пожалуйста…

Каллум вдруг напрягается и оглядывается через плечо. Через мгновение кто-то опускается на колени рядом с ним.

— Отойди в сторону. — Резкий мужской голос прорезает темноту.

Каллум не убирает руку с раны, но слегка сдвигается. Он берёт мою ладонь, и его пальцы крепко сжимают мои, словно это может удержать меня от падения.

— Ты сможешь её спасти? — голос Каллума тихий и полный страха.

Даже сквозь нарастающую пустоту я понимаю, что его голос не должен звучать так. Он сильный и уверенный в себе воин. Он ничего не боится.

— Не знаю. — Лицо Блейка становится четким.

Он выглядит чудовищно. Его шея и грудь алые от крови, а в волосах засохшая грязь. Выражение его лица серьезное, и это тоже кажется неправильным.

Где его насмешка? Где привычная ухмылка на губах?

Закрываю глаза. И он похлопывает меня по щеке.

— Посмотри на меня.

Но мои веки слипаются. В любом случае, я не хочу смотреть на него.

— Я должен был догадаться, что ты слишком слабая, — говорит Блейк. — Или, может, это не слабость. Может, тебе просто слишком стыдно посмотреть мне в лицо. Помнишь, как ты дала мне пощёчину, маленький кролик? В моих покоях? Я стоял перед тобой на коленях. Знаешь, что я думаю? Думаю, ты разозлилась на меня, потому что в тот момент представляла, как оседлала бы моё лицо. И тебе это понравилось.

Мои глаза распахиваются. И я чувствую шок и раздражение.

— Какого хрена?! — рычит Каллум.

— Заткнись, — рявкает Блейк. — Помнишь, как я предал тебя, маленький кролик? Как тебя подвесили в подземелье?

Рычание Каллума вибрирует во мне, но я не отвожу взгляда от Блейка. Звёзды над его головой мерцают, то расплываясь, то вновь обретая чёткость.

— Я использовал тебя, чтобы получить то, что хотел. Сделал пешкой в своей игре. Разлучил с Каллумом, а его самого заточил в темницу. Мне нравилось видеть тебя такой, знаешь? Связанной и закованной. Беззащитной. Беспомощной. Я мог сделать с тобой что угодно. Самые извращённые вещи. Тебе бы это понравилось, Аврора?

Гнев вспыхивает во мне, горячий, дикий и отвратительный. Он подкатывает к горлу, как ядовитая змея, и шипение срывается с моих губ. Это больно. Богиня, как же больно. Я всхлипываю, и мои веки закрываются.

— Боги, Аврора! — Блейк бьет рукой по земле у моей головы. Я даже не вздрагиваю. — Разозлись! Ну же, разозлись на меня!

— Хватит, Блейк! — кричит Каллум. — Не знаю, что ты делаешь, но найди другой способ! Возьми травы. Зашей рану. Сделай что-нибудь! Вылечи её! — Мольба в его голосе разрывает мне сердце.

— Её укусили, Каллум! Она выживет только если перестанет подавлять это!

— Подавлять что?

— Своего волка! — раздражённый голос Блейка прорезает тьму, окутывающую меня.

Каллум на мгновение замолкает.

— О чём ты, чёрт возьми? Она не волк.

— Конечно это так, придурок. Она полуволк, как и я. А укус Джеймса либо заставит её волка дать отпор, либо подчинит его и убьёт её. — Он снова шлёпает меня по щеке. — Смотри на меня. Я с тобой ещё не закончил.

Я отворачиваюсь, не в силах понять, о чём они говорят.

— Аврора! Блядь! — рявкает Блейк.

Он хватает меня за подбородок.

Жизнь вытекает из меня. Я чувствую, как душа покидает тело, возвращая меня в ту пустую оболочку, которой я была долгие годы. Грудь заполняет тьма, и мне холодно. Так холодно.

Даже рука Каллума, сжимающая мою, больше не согревает.

Щёки мокрые, и я не понимаю слёзы это или кровь.

Воздух наполняют отчаянные мужские голоса, но они не имеют смысла.

— Просто сделай это, — рычит Каллум.

— Блядь, это не… это не лечится. Так написано в книге.

— Она не…

— Она волчица!

Пытаюсь сосредоточиться на мужчинах, стоящих на коленях рядом со мной. Пытаюсь вникнуть в их разговор. Это что-то, связанное со мной. Что-то важное.

— Что это? — спрашивает Каллум мрачным голосом.

— Думаю, я могу поделиться с ней… жизненной силой. Если она волк.

— Это должен сделать я, — говорит Каллум.

— Нет. Это должен быть я… У меня нет времени тебе объяснять. Просто… отойди.

— Блейк… — голос Каллума тихий, предупреждающий.

— Отойди! — голос Блейка стал каким-то чужим. Злым. Диким. Напористым.

Он наклоняется надо мной, и я почти чувствую его тепло.

Прижимает предплечье к одной стороне моего лица, ладонь ложится на щёку, хотя я пытаюсь отвернуться. Затем прижимает свой лоб к моему и шепчет что-то на незнакомом языке. Не могу понять это заклинание, молитва или мольба. Знаю лишь только, что пульс замедляется, воздух холодный, а жизнь покидает мое тело.

И я устала. Так устала.

Если бы у меня были силы молиться, я бы сказала Богине, что выберу другую жизнь, если переживу это. Я буду жить полноценной жизнью. Осмелюсь надеяться, мечтать и желать. Буду защищать себя и других. Научусь сражаться. Создам свои истории, и перестану быть второстепенным персонажем в историях королей. И никогда больше не надену оков.

А еще буду любить. Любить всецело и безоглядно. Любить, пока не лопну от этого чувства.

Дыхание замедляется. Ночь плывёт вокруг, тёмная и полная теней. Душа ноет. Веки смыкаются. Кто-то кричит. А кто-то шепчет.

Всё становится холодным.

А затем, тишина.

Я снова в том лесу, в кромешной тьме. Ветви больше не шепчут, а заросли неподвижны. Нет ничего, кроме густого, беспросветного мрака.

А я этого не хочу. Я хочу жить.

Внезапно появляется луч света и направляется в мою сторону. Я хмурюсь и тянусь к нему. Мои глаза резко открываются одновременно с глазами Блейка. Его губы приоткрываются, и он выдыхает.

— Да. — Мышцы на его предплечье напрягаются. — Именно так. Прими это.

Я хватаюсь за это, что бы это ни было, и чувствую… жизнь.

Она тёмная, дымная и тёплая. Я притягиваю её к себе, и Блейк соскальзывает. Глухой стон вырывается у него из горла, когда он пытается удержаться, чтобы не придавить меня своим весом.

— Вот и все, — сглатывает он. — Забирай.

Запах ночи наполняет мои лёгкие. Я чувствую аромат темного леса, затхлого пергамента и мерцающего света свечей.

Я вдыхаю его. Притягиваю ближе. Рука Блейка дрожит, а его кулак упирается в землю. Звук капающей воды эхом отдается в моих ушах. Я чувствую привкус плесени под языком. Грохочет гром, а может, это звук, растущий в груди Блейка.

Мне это нужно. Я этого хочу.

Пальцы погружаются в мокрую землю, и я тяну сильнее.

Спина выгибается дугой, когда ветер усиливается вокруг нас.

Я вижу блеск серебра. Хирургический нож. Вижу кандалы, цепи и кровь. Так много крови. Кто-то, где-то кричит. Это я? Или кто-то другой?

Мне всё равно. Я просто хочу ещё.

Образы мелькают передо мной. Женщина что-то кричит. Кролик пробегает через тёмную комнату. Раздаётся свист кнута. Я чувствую вкус молнии. А тысячи звезд озаряют бесконечное небо. Чувствую запах яда, крови и тьмы.

— Чёрт возьми, Аврора. — Блейк тяжело дышит, его глаза блестят. А я иду через лес. Или, может, я в церкви в Городе Короля. Только ветви деревьев пробиваются сквозь оконные витражи. Виноградные лозы обвивают каменные колонны, а на мозаичном полу растут сорняки. Темно, как будто кто-то заслонил солнце.

Вдруг низкое рычание прокатывается по пространству, сотрясая алтарь. Оно доносится из тёмного входа в склеп, откуда тени сочатся, словно дым.

Мои шаги отдаются эхом, когда я иду на встречу.

Во тьме вспыхивают глаза.

Там, внизу, что-то есть, и оно рычит.

— Вот ты где, — шепчет Блейк.

Мой взгляд прикован к его. За его спиной огромное небо. А ветер треплет его волосы.

Мне нужно больше.

Блейк шипит сквозь зубы, и всё его тело содрогается. Чувствую, как он пытается отстраниться, и обхватываю рукой его шею, притягивая вниз. У него вырывается низкий стон, мышцы напрягаются под моими пальцами.

— Достаточно. — Доносится издалека панический голос Каллума.

Блейк прижимает свой лоб к моему. В его глазах волк.

— Достаточно!

Внезапно Блейка отрывают от меня. Я выдыхаю, и моё дыхание растворяется в небе Северных земель. Я мягкая. Невесомая. Снова опускаю голову на траву. Чувствуя себя слабой, но целой. Кровь больше не вытекает из моего тела. Боль утихла. Касаюсь своего бока тяжелой рукой, он болит, но раны нет.

И вдруг передо мной, возникает лицо Каллума.

— Каллум? — шепчу я.

— Я здесь. — Он мягко улыбается, и слеза скатывается по его испачканной грязью щеке. — Я здесь. С тобой всё будет хорошо.

Он подхватывает меня на руки, и прижимает к своей груди. Я снова вздыхаю, его тепло окутывает меня.

Со мной всё будет хорошо.

— Мой замок в паре миль отсюда. — Голос Блейка звучит странно. Он прокашливается. — Пойдём туда.

Каллум смотрит через мое плечо и кивает. Потом опускает взгляд, и мрачнеет.

— Возьми себя в руки.

Выражение лица Блейка становится жестче.

— Иди нахуй, Каллум. — И он уходит прочь в сгущающихся сумерках. — Ты нихера не понимаешь… — Ветер уносит его слова, заглушая конец фразы.

Каллум медленно выдыхает и притягивает меня ближе.

— Давай отнесем тебя в теплое место, — говорит он, прежде чем направиться вслед за Блейком. — Теперь ты в безопасности.