Рожденная разломом

Глава 10



Генерал бросил взгляд вглубь покоев, чуть наклонив голову, будто подавая кому-то знак убраться. Он попробовал изобразить извиняющуюся улыбку, но вышло криво и неуклюже, словно пользовался ею крайне редко.

Через пару секунд из комнаты выпорхнула брюнетка, коснувшись его щеки поцелуем и не забыв одарить меня презрительным взглядом, когда проходила мимо.

Я ответила ей тем же самым выражением лица, которое только что подарила Генералу. Ее глаза сузились еще сильнее, и она направилась к лестнице.

Мне пришло в голову, что не помешало бы потренироваться в выражениях лица, пригодится в будущем. Генералу, впрочем, такое обучение тоже бы не повредило.

— Дверь мою собралась охранять? — его голос прорезал мои мысли. Он облокотился о дверной косяк, рубашка колыхалась на ветру. Я с трудом удержалась, чтобы не посмотреть на его пресс. Наконец он громко вздохнул и ушел, оставив дверь открытой.

— Хотите, чтобы я ее закрыла? — спросила я, следуя за ним. Он лишь махнул рукой, уходя дальше.

Это было «да»?

Эсприт, какой же он грубиян. Я явилась сюда сама, почти что на серебряном блюдечке, а он себя вот так ведет?

Как капризный ребенок.

Почему я не удивлена? Богатство буквально сочилось из него. Наверняка вырос в огромном поместье с заботливыми родителями и доступом ко всему, чего только пожелает его избалованное сердечко. Мы были из разных миров, это бросалось в глаза. Ожидать вежливости от того, кто никогда не знал трудностей, кто не понимал, что такое одиночество, было глупо. И опасно.

Хищник. Вот кто он на самом деле. Если я хочу выжить, эта истина должна врезаться мне так глубоко в кости, чтобы я никогда о ней не забыла. Любое другое его поведение лживо, всего лишь часть блестящей маски.

Мужчина, что стоял передо мной, что таращился, фыркал и едва ли не топал ногами, что вплетал обман в слова прощания, угрожал Остe и шантажировал меня, — вот это и был настоящий Генерал.

Это был Ларик Эшфорд.

Стиснув зубы, я развернулась и толкнула тяжелую дверь, отчего та заскрежетала.

— Я переоденусь. Ничего не трогай, — бросил он, скрываясь за углом.

Помещение оказалось огромным. Грубые, шероховатые, всевозможных оттенков серого стены напоминали асфальт. Они тянулись бесконечно вверх и наконец упирались в высокий потолок, украшенный массивными деревянными балками.

Сам кабинет был необъятен. Слева стоял стол из темного махагона. Безупречно гладкая поверхность, лишенная характера и индивидуальности, была уставлена аккуратно разложенными документами и идеально выровненным набором письменных принадлежностей. На спинку стула, стоявшего за столом, было небрежно наброшено черное пальто, верхняя часть которого была увешана значками.

С противоположной стороны располагалась зона отдыха. Низкая мебель, обитая строгой угольно-бархатной тканью и приглушенной кожей, стояла на ковре из коровьей шкуры. Все было странно педантично. Почти неприятно педантично.

Как будто тут жил социопат.

Я прищурилась, глядя на кожаные диваны через весь зал. Казалось, они никогда не использовались… ни складочки, ни вмятинки. Глаза мои так и норовили закатиться. Столько пространства, и он даже не ценит его. Некоторые из нас тащили диваны с улицы, потому что ни в каком мире я бы не позволила себе или Осте взять хотя бы один золотой от королевской делегации — программы помощи низшим слоям населения. Эти люди и так считали, что мы им что-то должны. Я не позволю этому стать правдой.

Раздражение, а может, даже любопытство подтолкнули меня ближе. Он сказал ничего не трогать, но не сказал, что нельзя устроиться поудобнее. Я села, неловко поерзав на жесткой коже. Она почти не прогибалась.

Наверное, комфорт здесь и не был целью.

Генерал вошел обратно в комнату, не удостоив меня взглядом. Его взъерошенный вид сменился строгой черной рубашкой и серыми брюками. Все было на этот раз застегнуто. К счастью.

Волосы были туго стянуты назад, а шрам казался темнее обычного. Он сел напротив меня, в тишине зашнуровывая коричневые ботинки, будто уже и забыл, что я здесь. Будто мое присутствие было фоновым шумом.

— У нас в Аптекарии есть мазь, которая могла бы помочь со шрамом, — сказала я, пытаясь разрядить атмосферу.

Он поднял голову, удивление мелькнуло в его глазах, пока он затягивал левый ботинок. Бесило, насколько он был красив.

— Я ценю заботу, правда, — он усмехнулся, — но, боюсь, такой шрам ничем не излечить. — Он откинулся на стуле и принялся изучать меня, меняя атмосферу в комнате. Тишина сгустилась в воздухе, пока он прожигал меня взглядом, будто искал что-то в лице.

Знакомый жар начал подниматься к коже, грозя выдать смущение. Но я яростно подавила его. Ни за что я не покажу ему хоть что-то, что он мог бы принять за слабость.

Целая вечность прошла, прежде чем он нахмурился и стряхнул с себя лишние мысли.

— Итак, я решил, что мы можем начать с трех раз в неделю. Я забронировал для нас частный зал недалеко от твоей работы. Он…

— Я еще не согласилась, — солгала я. Снова. Я не собиралась говорить это вслух, но этот человек будто вытягивал из меня худшее.

Я ожидала увидеть в его глазах злость, но они оставались пустыми, змеиными, будто моя дерзость не вызвала внутри него ни малейшего отклика.

— Как я уже говорил, это не должно помешать работе в Аптекарии. По крайней мере, на первых этапах точно. Ты можешь встречаться со мной по вечерам. Через день будет достаточно. Исключая выходные. Уверен, твоя личная жизнь прямо таки бурлит, — произнес он.

Меня передернуло от желания прищуриться в ответ. Его высокомерие не знало границ. Спина откинулась к холодной коже дивана, я пыталась как-то устроиться на этом неподатливом сиденье, но все казалось неправильным. Вся эта ситуация была неправильной.

— Возможно, — мой тон был нейтральным, но под ним кипела тревога, вперемешку с глухой яростью.

— Прекрасно. И чтобы ты была в курсе, тренировки технически неофициальные. Тебе не нужно будет переезжать в Комплекс, пока не достигнешь статуса инициата, — он окинул меня взглядом. — Ты даже не вступишь в Стражу в качестве рекрута, пока мы не овладеем концентрацией. А мы овладеем.

— Почему вы так в этом уверены? — я наклонилась вперед, уперевшись локтями в колени.

— Потому что я знаю, что делаю. Ты не первая безрассудная кадетка, которую мне выпала честь тренировать, — он откинулся на спинку стула, скрестив руки, а на губах снова заиграла одна из его ухмылок.

Я заставила себя кивнуть, уставившись в угол комнаты. Сегодня я позволю ему победить.

— У меня особый подход к людям. Я знаю, что ими движет. Я разберусь с твоими блоками, и мы их устраним. Есть еще вопросы? — его голос стал резким.

— Кажется, ни один не остался без ответа.

Напряжение сгущалось, трещало в воздухе между нами, как буря на грани разряда. О чем он думал — оставалось загадкой, но его взгляд скользил по мне так, будто он знал мои величайшие страхи, будто видел, как сильно я ненавижу быть на виду. Спрятаться было негде. Сидеть в этом Комплексе было все равно что ждать дракона в его логове. Интересно, мог ли он прочесть это на моем лице.

— Ну, раз мы уладили все детали, я провожу, — сказал он, прерывая удушающую тишину, готовую затянуть меня целиком. Он подошел к столу, взял пальто и стопку бумаг.

Быстро. Просто. Если не считать того, что одно его присутствие душило. Облегчение накрыло меня, когда я поднялась и почти поспешно направилась к двери.

— Сюда, — позвал он, приблизившись к другой двери, на противоположной стороне комнаты. По моей спине пробежали мурашки. Я застыла.

Что?

— Я хотел немного показать Комплекс. Разве тебе не не терпится увидеть свое будущее? — поддел он.

На самом деле, совершенно нет.

На секунду я всерьез подумала о том, чтобы рвануть к внешней двери, но ноги сами понесли меня к нему. Я громко, демонстративно выдохнула. Сегодня я хотела быть вежливой, но это суровое испытание. Оскорбить его хотя бы театральным вздохом — минимум, который я могла сделать, чтобы остаться верной себе.

Он сунул мне в руки стопку бумаг.

— Легкое чтение, — ухмыльнулся он и распахнул дверь. — Дамы вперед, — он жестом предложил пройти вперед. Я замялась, как тогда в оранжерее.

— Что, аллергия на дверные проемы? Проходи, — он фыркнул и легонько подтолкнул по моей обуви носком ботинок, заставив шагнуть вперед.

Придурок.

Сердце бешено колотилось, когда я вышла на балкон, откуда открывался вид на Комплекс. Лестницы в каждом углу тянулись вверх до самого последнего этажа. Стены были темно-графитовые, как и в помещении Генерала. Внизу раскидывалось огромное пространство, занимавшее целый квартал.

В столовой стояли ряды столов, и они были заполнены членами Стражи: кто болтал, кто ел, кто изучал бумаги. Справа я заметила отделенный участок.

Он, видимо, уловил направление моего взгляда.

— Это тренировочные залы на территории, — пояснил он.

Глаза у меня расширились, я не ожидала, что здесь столько людей. И что когда-нибудь это место станет тем, где я проведу большую часть своей жизни. Все еще казалось нереальным.

— Как я уже говорил, Фиа, ты еще долго не попадешь сюда на тренировки. Не вздумай разрыдаться, — он хищно улыбнулся и вполголоса добавил: — Не могу же я позволить случайно испепелить Стражу, верно?

Я метнула в него взгляд, полный презрения, но он лишь тихо усмехнулся, слишком довольный собой. От Генерала Стражи ожидалось больше сдержанности. Это было бы куда предпочтительнее.

Кожа вспыхнула от ощущения его ладони на спине, когда он направил меня к лестнице, ведущей вниз, к общей зоне. Я резко дернулась вперед, инстинктивно вырываясь из-под его прикосновения.

Мы спустились, и он указал мне идти налево жестом, который заставил меня выдохнуть с облегчением. Ворота главного входа были всего в нескольких шагах.

— Вообще-то, я завтра не работаю… если пожелаете, можем начать пораньше, — пробормотала я, вспоминая слова Ма. Целый день сидеть и ждать этого с ужасом, наверное, было бы хуже, чем просто сорвать пластырь.

Он сжал губы.

— Встретимся утром, ровно в девять. Ни минутой позже.

Как только слова слетели с его губ, мой взгляд сам метнулся к воротам, где к нам приближалось знакомое лицо. Смертельно-ледяные голубые глаза. Золотые волосы. На его доспехах символ Стражи: изумрудные змеи, извивающиеся по нагруднику… отражая нарастающий ужас во мне. Во рту стало горько. Мышцы напряглись. Я не могла дышать.

— Не заставляй меня повторять, — раздраженно бросил Генерал.

Я не могла пошевелиться. Могла только смотреть.

Генерал проследил за моим взглядом, и на его лице появилось непонимание.

Мне нужно было выбраться отсюда.

— Да… я буду, — выдавила я, развернулась и поспешила к воротам.

Это был тот Страж.

С Плотины.

Тот, кто дернул рычаг.

Тот, кто убил моих друзей.

Горячая боль вспыхнула за глазами, размывая картинку. Я сорвалась в бег и не остановилась, пока не добежала до квартиры, влетев внутрь так, что спиной ударилась о дверь, когда та захлопнулась за мной. Сердце продолжало колотиться, пока страхи обрушивались на меня снова.

Умом я уже была в водах Сприта, тонула в стремительном течении.