Рожденная разломом

Глава 31



— Мисс Рифтборн? Вы меня слышите? — я услышала мягкий мужской голос, вытаскивающий меня из темноты.

Я попыталась глубоко вдохнуть, но легкие не слушались. Будто их набили песком. Горло жгло.

Да, хотела сказать я, но вместо слов вырвался кашель.

Я быстро заморгала, пытаясь сфокусироваться.

— Тише, тише. Сейчас принесу воды.

Кто-то поднялся с края кровати, и послышался плеск наливаемой жидкости.

— Где я? — хрипло выдавила я, пытаясь приподняться.

Комната была обшита белоснежными стенами, ряды кроватей стояли в идеальном порядке, разделенные прозрачными занавесками. Повсюду были медицинские лотки и оборудование.

— У вас возникли трудности на дыхательных практиках, — мужчина вернулся в поле зрения с чашкой в руке. Я взяла ее и сделала несколько жадных, больших глотков.

Он был невысокого роста, но улыбка у него была теплая, приветливая. Его светло-бежевая туника и свободные штаны сразу говорили, что он из фракции Иммунитета. Офицер. Казалось, я видела его раньше, но не могла вспомнить где.

— С новичками такое иногда случается, — его улыбка стала мягче, он слегка пожал плечами. — Жестокий урок, если хотите знать мое мнение, но, увы, необходимый.

— Кто-нибудь еще потерял сознание? — спросила я, устраиваясь на кровати удобнее.

Он приподнял бровь.

— Ну… — скользнул взглядом по пустой палате. — Нет. Только вы.

Я вздохнула и откинулась на подушку.

— Но Каллум сказал, что вы устроили настоящее представление, так что все не так уж плохо, — в его голосе звучало одобрение, но я почувствовала, как щеки вспыхнули от смущения.

— Представление? — пискнула я, задыхаясь. — Это еще что значит?

— Подробностей не знаю, — он снова пожал плечами и забрал у меня пустую чашку. — Вам лучше спросить об этом моего мужа.

Я застыла в шоке. Внезапно я его узнала. Я видела его на Трибутном бале, стоящим рядом с Мерсером, прежде чем Ларик подозвал его.

— Лейтенанта?

— Хэллоуэй Мерсер к вашим услугам, — он театрально поклонился. — И вы не первая, кого это удивляет. Каждый день он благодарит Эсприт за то, что я наконец поддался его ухаживаниям.

— Вам нужно еще немного отдохнуть. Я дал вам обезболивающее, оно успокоит горло, но лучше оно работает, если вы побережете голос, — он дошел до дверей, но остановился и оглянулся. — Рад встрече, между прочим. Ларик без умолку говорит о своей новой находке.

Хэллоуэй подмигнул и вышел.

Как только он исчез из виду, я вскочила и собрала свои вещи. Палата казалась безопасной, но от мысли остаться в ней одной мне было не по себе. Я выглянула в коридор и увидела, как мимо прошел силуэт в изумрудной форме с подносом пробирок крови и вошел в комнату в конце коридора.

Это была та самая блондинка, что приходила забирать наши кровные клятвы в классе Мерсера. Странно, что пробирки хранили во фракции Иммунитета. Что они делали с ними после сбора? Хотелось бы проследить и узнать, но я прекрасно понимала, что это плохая идея. Пришлось подавить любопытство.

Я дождалась, пока дверь за ней закроется, и направилась вниз по коридору в надежде найти Мерсера, прежде чем покину комплекс. Он рассказал, что мой фокус начал проявляться прямо перед тем, как я отключилась. К счастью, никто не пострадал, но все новобранцы успели увидеть мои светящиеся белые глаза перед тем, как я рухнула на пол. Вот это открытие. Я и понятия не имела, что мои глаза вспыхивают вместе с целью…

Если раньше это было не так очевидно, то после недолгой борьбы с самой собой стало кристально ясно: я была самым слабым звеном среди рекрутов. Единственной, кто оказался в лазарете после дыхательных испытаний.

Прошло четыре недели, уже шла первая неделя Ниав. Ларик все еще был на Западной границе, помогал с угрозой Рейфов. Я часто думала о нем: что он делает сейчас, все ли с ним в порядке, насколько все стало плохо. Он занимал куда больше моих мыслей, чем хотелось признавать.

Мерсер начал показывать основы рукопашного боя. Мы учили правильные защитные и атакующие движения, стойки, позиции и базовые удары, но пока так и не отрабатывали их на других Аосси, только на подвесных мешках и манекенах. Оружие большого значения не имело, так как против наших врагов оно почти бесполезно, но нас учили владеть им и метать, просто на всякий случай.

Многие из нас уже зудели от ожидания нормальной схватки, но Мерсер настаивал: это самый важный этап. Необходимо выработать мышечную память, отточить навыки и понять механику боя, прежде чем перейти к более активным формам тренировки.

Каждая мысль неизменно возвращала меня к Рейфам.

Чем больше войск отправляли в Штормшир, тем сильнее накатывал страх перед тем, что нас ждет. Вопрос времени, когда нас перебросят на Запад, на самую линию фронта.

Бэйлор так и не вернулся на занятия, и никто из нас не осмелился спросить, почему. Думаю, все прекрасно понимали причину его внезапного исчезновения. Угрожать жизни Генерала… Столь дерзкий поступок никогда не остается безнаказанным.

Назул держался особняком. Он участвовал во всех тренировках, но в классе почти не разговаривал и уж точно не с кем-то из нас. Однако его снисходительные взгляды и ехидные комментарии исчезли. Большую часть времени я вообще забывала, что он рядом.

— Я так, мать его, взволнована этим вечером… — протянула Рейн, покачивая головой, когда мы приближались к воротам Комплекса. Я прищурилась и бросила на нее недовольный взгляд. Я уже не раз высказывала свое отношение к ее сегодняшней затее.

— Да ладно тебе, Фиа. Расслабься. Конец недели. Мы все заслужили немного выпустить пар. И вообще, в Комплексе мы не можем использовать свои фокусы. Ты еще даже не видела, на что я на самом деле способна, — из кончиков ее пальцев сорвались искры, рассыпавшись узорами по ладони, а на губах расцвела озорная улыбка.

— Если нас поймают, нам всем конец, — напомнила я.

Ее руки тут же безжизненно упали.

— Нас не поймают. А даже если поймают, что они сделают? Убьют всех самых ценных рекрутов вместе с парой самых отчаянных инициатов… — она поджала губы и взглянула на меня из-под ресниц.

Инициатов?

Я остановилась как вкопанная посреди улицы.

— Скажи, что ты шутишь.

— Успокойся. Все будет нормально. Они нас не сдадут, им тоже хочется развлечься. Да и потом, мы уже почти закончили обучение. Пора начинать заводить друзей из других ребят фракции «Я».

Я закатила глаза, но пошла дальше, едва поспевая за ее пружинистой походкой.

— Я не хочу, чтобы кто-то пострадал. Надо быть осторожными. И никакой выпивки.

Я толкнула ее локтем, прекрасно понимая, что звучу как зануда, но вся эта идея казалась мне дикой безрассудностью в такое время.

— Как скажешь, мамочка, — она закатила глаза и подмигнула.

— Фиа! Рейн! — тонкий голосок позвал нас сзади. Мы резко обернулись и увидели Осту, бегущую к нам по улице, с лучезарной улыбкой от уха до уха.

Мы пошли ей навстречу, и Рейн бросила на меня ироничный взгляд.

Оста согнулась, хватая ртом воздух, показывая жестом, чтобы мы дали ей минутку.

— Ты выглядишь… еще более жизнерадостной, чем обычно, — я улыбнулась. — Что случилось?

— Леди… Солей… Она… — Оста тяжело дышала между каждым словом. — Ответила… На мое… Письмо! Она предложила мне постоянную работу в ее поместье! — Оста взвизгнула и начала подпрыгивать, чуть не смяв пергамент в руках.

Не успела я опомниться, как обняла ее за плечи.

— Я так горжусь тобой, — прошептала я ей в ухо. Глаза защипало от слез.

— Оста, это невероятно! Ты еще и жить там будешь? — даже голос Рейн подпрыгнул на октаву выше.

Я отпустила Осту и отступила, скрестив руки на груди. Не думаю, что когда-либо так широко улыбалась.

— Да… То есть, думаю, да! Она хочет, чтобы я начала через две недели! Я просто на седьмом небе от счастья! — Оста завертелась, прижимая письмо к груди.

— Оста, ты должна пойти с нами сегодня…

— Во имя Эсприта, Рейн! — перебила я ее, выпучив глаза и молча сформировав губами одно-единственное слово «нет».

Какого хрена?

— Подождите, что? Вечеринка? Я в деле! — Оста подпрыгнула еще выше.

— Нет, Оста, все не так, и ни в коем случае ты не пойдешь с нами. Это слишком опасно. Прости, но завтра мы все можем пойти и отпраздновать твою новость за выпивкой, — предложила я.

Я убью Рейн.

Оста перестала прыгать и переводила взгляд то на меня, то на нее. Казалось, она вот-вот расплачется.

— Фиа, с ней все будет в порядке, и будет так весело! Ну давай же, поживи чуть-чуть! Оста сама можешь о себе позаботиться, а мы будем рядом, защитим, — Рейн умоляюще смотрела на меня, обнимая Осту за поникшие плечи.

Это была ужасная, никудышная идея, но обе смотрели на меня так, словно только что увидели, как их любимую игрушку раздавили сапогом.

В конце концов я выдохнула и сказала:

— Оста, всю ночь я с тебя глаз не спущу. Я серьезно.

Озорная улыбка скользнула по ее губам.

— Подождите, так куда мы? — спросила она, подозрительно глядя на нас.

— Фиа позже все расскажет. Нам нужно идти в тренировочный зал. Я так рада за тебя, Оста! Увидимся вечером! — пропела Рейн, схватив меня под руку и потянув к воротам.

Я успела сжать ладонь Осты на прощание, а потом все внимание переключилось на идущую рядом повелительницу молний.

— Я сейчас ужасно недовольна тобой, — бросила я Рейн ровным, ледяным тоном. Мой шаг полностью отражал раздражение.

— Фиа, ты слишком себя накручиваешь.

И по мере того, как мы шли по Комплексу, у меня в животе росло неприятное, тяжелое предчувствие.