Рожденная разломом

Глава 49



Я окинула взглядом просторный бальный зал внизу. Стены, как и весь замок, были сделаны из серого камня и украшены изумрудными витражами.

Лунный свет проникал сверху. Свечи и прикрепленные к стенам факелы освещали пространство, отбрасывая золотистое мерцание на огромное помещение. Аосси кружились под звуки живых арф и флейт, исполняющих завораживающие мелодии.

Тела двигались в унисон, исполняя танец, который, должно быть, был традиционным для жителей Эмераала. Я оглядывалась, пытаясь разглядеть знакомое лицо в толпе, но все еще находилась слишком высоко.

Я сделала первый шаг на мраморные ступени, поднимая края платья, чтобы не споткнуться. Я почувствовала тяжесть наряда, как только Оста швырнула его в мою сторону в нашей общей комнате. Роскошное, конечно, но тяжелое.

Черная ткань струилась по телу, обвивая руки деликатными узорами и опускаясь в волны черного кружева, образуя за мной шлейф. Плечи оставались оголенными, а края декольте, усыпанные «звездной пылью», образовывали идеальный V-образный вырез на груди.

Я наклонилась, поправляя платье. Под поясом я спрятала два дыхательных флакончика Ма, и они смещались при каждом движении.

Я крепко ухватилась за перила, спускаясь вниз. Все взгляды обратились ко мне, и нервная дрожь пробежала по шее.

Ларика нигде не было видно.

Когда я достигла нижних ступеней, сердце бешено колотилось в груди. Огромное количество Аосси расступалось передо мной, их взгляды были полны страсти и любопытства.

— Фиа, оно идеально! — я резко обернулась и увидела Осту всего в нескольких шагах позади, в насыщенно зеленом шелковом платье, отражающем завораживающую красоту Эмераала. Сердце успокоилось, когда я подошла к ней. Взоры, что прежде были обращены на меня, теперь снова устремились к другим.

Она взяла меня за руки.

— Я знаю, это не мой дизайн, но оно все равно великолепно, — прошептала она, закружив меня. — У Генерала отличный вкус.

— Лучше бы ты не упоминала этого при нем. Его эго и так непомерно раздуто, — я усмехнулась, наконец заметив пару, стоявшую за ней.

Я прочистила горло, подавая Остe знак, чтобы она нас представила.

Ее глаза широко раскрылись.

— Оу, простите мои манеры! — она резко обернулась, потянув меня за руку. — Фиа, познакомься с Лордом и Леди Солей.

— Фиа Рифтборн, мы так много о тебе слышали от Осты. Приятно наконец встретиться, — сказала Леди Солей с грацией, чуждой мне.

— Приятно познакомиться с вами обоими, правда. Оста рассказывала, как чудесно работать на вас, — я вежливо улыбнулась, пытаясь сделать реверанс.

— Нам нужно будет наверстать все позже вечером, после ужина, — сказала Леди Солей. — А сейчас мне лучше найти наши места. Оста, дорогая, пойдешь со мной? Хочу познакомить тебя с одной моей подругой.

— Конечно! Увидимся позже, Фиа, — она ярко мне улыбнулась.

Леди Солей бросила взгляд на мужа, настроение которого я понять не могла, и они с Остой растворились в толпе.

Мой взгляд поднялся к Лорду Солею. Его внимание скользнуло к моей левой руке, где клеймо Разломорожденной выглядывало из-под рукава платья. Лорд сделал паузу, слегка подняв бровь, прежде чем что-то странное промелькнуло в его глазах.

— Приятно познакомиться, Фиа. Не сочтите за дерзость, но платье замечательное, — сказал он, словно вырываясь из транса, улыбнулся и уже видимо думал отвернуться, но прежде чем уйти, коснулся моей руки и, наклонившись, прошептал: — Рад, что вы на нашей стороне.

И вскоре Лорд исчез в толпе. Я взглянула на свое клеймо и потянула ткань платья вниз к запястью.

Снова одна, я взяла блестящий коктейль со стола с закусками и огляделась.

Ларика все еще не было видно. Я вздохнула, повернувшись к краю зала. Сделав глоток, я почувствовала цветочные пузырьки на языке.

Слова Нариссы снова всплыли в голове, когда я смотрела на пары, грациозно танцующие впереди. Неужели он передумал? Я заерзала на месте, нервно глядя на платье. Вдруг корсет показался слишком тесным, а юбка чрезмерно пышной.

Тревога скользнула по телу, когда я допила оставшийся коктейль. Я поставила стакан на стол и медленно отодвинула его.

— Хочешь, принесу тебе еще? — раздался шепот, и губы Ларика коснулись моего уха.

Приятное тепло мгновенно окутало меня мягким туманом, захватывая все тело.

Искра разгорелась в пламя, когда наши глаза встретились. Любая прежняя тревога сгорела в пепел. Его волосы сегодня были распущены, медными волнами спадая на плечи так, как я любила больше всего. На нем был безупречно сшитый смокинг в черных оттенках и текстурах. Золотые акценты мерцали на бархате, натянутом на широкие плечи. Когда он окинул меня взглядом сверху донизу, на его губах заиграла дерзкая улыбка.

Он медленно приблизился, сужая глаза.

— Если ты продолжишь так на меня смотреть, я брошу этот ужин и отведу тебя в постель, — прошептал он низким, хищным голосом. Искры внутри меня вспыхнули вновь, и я сдержала улыбку. Быть рядом с ним в таком состоянии было почти опьяняюще.

И мгновенно он прижал меня к себе.

— Ты же знаешь, как я люблю тебя в черном, — прошептал, притягивая меня к себе.

Далекая часть разума еще пыталась учесть людей, что, несомненно, следили за нами, но бушующее пламя момента постепенно сжигало способность думать о чем-то еще.

Я хотела его губы на себе. Глубоко вдохнув, пыталась вобрать каждую частичку его сущности. Головокружительный аромат ветивера и жженого янтаря ударял в нос. Сам мужчина был воплощением экстаза.

— Потанцуй со мной, — пробормотал он.

Это было не просьбой.

Прежде чем я успела понять, он уже потянул меня в море тел, методично движущихся по залу.

Он переплел наши пальцы, другой рукой обняв за талию. Когда он прижал меня к себе, наши тела встретились в огненном столкновении.

И мы закружились, завертелись. Голова не успевала за телом. Все, что я могла делать — это смотреть в его глаза и продолжать теряться в себе. Я хотела жить этим моментом вечно.

Песня подошла к концу, и реальность начала медленно возвращаться с периферии. Тяжелое чувство опустошения поглотило сердце, когда он отстранился, и тело остыло там, где мы касались. Как после невероятного кайфа, шум Аосси вокруг пронзил мое оцепенение, и дикая вспышка угасла, возвращая внимание к реальности.

— Давай найдем наши места, Фиа, — Ларик провел меня через толпу, наши пальцы были все еще переплетены. Я гадала, сядем ли мы вместе, учитывая значительную разницу в ранге.

Он повел меня к длинному столу вдоль края, всего в нескольких шагах от возвышенной трибуны, где будут сидеть Король и Королева.

Приподнял бровь, вытянул стул и жестом пригласил меня сесть. Я подчинилась, оглянувшись по длине стола. Никого знакомого.

— Скоро вернусь к тебе. Есть дело, — он поцеловал меня в лоб и уверенно направился на другую сторону зала. Глазами я следила за ним, пытаясь понять, что именно он собирается сделать. И как раз в этот момент я заметила проблеск кроваво-красных волос. Гнев пронзил меня, когда я увидела, как он схватил Нариссу за руку и наклонился к ее лицу.

Мой контроль лопнул, как оборванная веревка. Я встала, оттолкнув стул, и направилась к ним. Стараясь сдержать выражение лица, я чувствовала, что эмоции зашкаливают. Краем глаза я заметила черную фигуру, и внимание устремилось влево, сердце замерло.

Облегчение окутало меня, когда я поняла, что это женщина, которую я никогда раньше не видела.

Она была выше меня. С одним из самых прекрасных лиц, что я когда-либо видела. Волосы коротко подстрижены — стиль, редко встречающийся в Луминарии. И что-то в ее коже было странным… слишком безупречная. Эфирная, завораживающая.

На плече ее было закреплено чучело ворона, а сама она утопала в черных драпировках. Я прищурилась, оценивая странность ее наряда. Она встретила мой взгляд и слегка наклонила голову, хмурясь. Вокруг глаз была тьма… тени. Как у меня. Кто она?

Она сделала шаг навстречу, но красные волосы вновь мелькнули на периферии, и я вернула внимание к Нариссе. Я найду ее позже. Сейчас нужно разобраться с Кровосучкой. Я расправила платье и продолжила путь.

Я почувствовала яд, проходящий через меня, когда осознала, как близко Нарисса к Ларику. Я устала от ее ненавистных взглядов при каждой встрече, а мы еще даже ни разу не говорили. Это. Закончится. Сегодня.

Приближаясь, я уловила последние слова Ларика, произнесенные суровым шепотом.

— Я сказал тебе сопровождать войска в Штормшир. Твое пребывание здесь — прямое нарушение моих приказов.

Она заметила меня, глаза стали холодными, на губах заиграла жестокая ухмылка.

— Фиа, я же сказал, что вернусь. Дай нам минуту, — произнес Ларик, обращаясь ко мне.

— Я подумала, что самое время наконец представиться. Ты Нарисса, да? — я натянула улыбку на лицо. — Удивительно, что мы до сих пор не разговаривали. Похоже, у нас много общих интересов.

Я не могла понять, хотел ли Ларик рассмеяться или отчитать меня, напряжение в воздухе ощущалось почти физически. Я успокоила знакомый холодок, пробежавший дрожью по позвоночнику.

Мне не нужна была сеть, чтобы уничтожить эту суку, я сделаю это словами.

— Говоришь о моем прямом неповиновении, а твоя любимица все еще стоит здесь. Разве ты не велел ей только что уйти? — Нарисса нахмурилась.

— Ах, это то самое пресловутое «безупречное поведение», о котором ты мне рассказывал? — я обратилась к Ларику. — Она явно чемпионка по дружелюбию.

Челюсть Ларика дернулась, и он повернулся к Нариссе.

— Если планируешь сохранить место лейтенанта в моей фракции, советую отступить сейчас.

В глазах Нариссы промелькнул гнев, ноздри ее расширились.

— Значит, ты ожидаешь, что я уеду в Штормшир сегодня в ночь? — прошипела она.

— Первым делом утром. До этого возвращайся в свои покои. Я не могу позволить, чтобы твои личные обиды портили репутацию моей фракции, особенно в такое непростое время.

— Репутацию фракции порчу я? — злость отразилась в ее смехе. — Ты же трахaешь Разломорожденную, Ларик. Как думаешь, как это выглядит? — она сделала паузу. — Как думаешь, что я чувствую? Ты знаешь, что они сделали со мной. С моей семьей.

— А, вот оно что. Радостно знать, что в твоей фракции столько предвзятости, Ларик. Это, безусловно, очень эффектно, — я скрестила руки на груди, кивая Нариссе. Она сама себя закопает.

Когда его имя слетело с моего языка, ее глаза загорелись, и она наконец повернулась ко мне.

— Генерал Эшфорд, шлюха. Все вы одинаковые, — выплюнула она, приблизившись ко мне. Я лишь улыбнулась ей в ответ, оставаясь неподвижной.

Ларик схватил ее за руку и оттолкнул от меня.

— Нарисса. Уходи. Сейчас же. Пока я действительно не разозлился, — пробурчал он. — Если еще одно слово, и я пошлю тебя на другую базу и понижу в звании.

Глаза Нариссы все еще горели яростью, но я заметила в них проблеск печали. Она перевела взгляд с него на меня, открыла рот, но тут же закрыла. Повернувшись на каблуках, она ушла в сторону лестницы. Я почти ощущала жар, исходивший от нее, когда она проходила мимо.

— Фиа. Я же сказал тебе оставаться за столом, — Ларик положил руку мне на спину и снова проводил через толпу.

— Ты же знаешь, что я не очень хорошо подчиняюсь приказам, — я пожала плечами с улыбкой, все еще играющей на лице.

Ларик вздохнул. Краем глаза я видела, как он закатил глаза, когда мы приблизились к столу.

— Обычно она не такая злая, — сказал он, выдвигая мой стул.

— А я говорила, что она думает, что вы вместе, — ответила я и села. — И я знаю, что ты позволил ей в это поверить.

Сердце защемило. Неужели он и со мной так играет? Неужели он когда-то говорил ей, что она важна, что она ключ к победе?

Ларик полностью обратил внимание на меня, прищуриваясь. Его рука скользнула на мое бедро и поднялась по разрезу платья.

— Ты же знаешь, что мы не… — пробормотал он, наклоняясь, чтобы слегка ущипнуть меня за ухо губами. Лицо мое покраснело. Я сдвинулась на стуле, когда его рука поднялась еще выше, он сверлил меня глазами.

И тут зазвучали трубы, возвещая приход Короля и Королевы. Он опустил голову, убрал руку, и мы оба обратили внимание на двери в конце зала.

Я наблюдала, как знакомые, внушительные силуэты скользят по залу к трону. Их окружали личные охранники — Стражи в изумрудных мундирах. Я поднялась лишь тогда, когда они ступили на трибуну, и вместе со всеми склонилась в поклоне.

Король повернулся к подданным, подняв руки в торжественном жесте.

— Присаживайтесь, — его голос разнесся по залу.

— Сейчас мы стоим перед лицом, возможно, величайшей угрозы, которую когда-либо видело наше королевство, — сказал Король, опуская голову.

Он размеренно прошелся по трибуне.

— Аосси всех мастей отдали свои жизни, чтобы защитить Остров от врага, невидимого, беспощадного и жестокого в своем стремлении уничтожить наш дом. Но мы не позволим им победить. Мы будем бороться до самого конца за Сидхе. Мы не поддадимся тьме, — он высоко поднял кубок, и весь зал последовал за ним в этом жесте, поднимая напитки к своду.

Скрип деревянной двери прорезал шум торжества. Затем — тишина.

Холод пробежал по залу, едва ощутимый ветерок скользнул по помещению. И одна за другой свечи потухли. Остался только зеленый, лунный свет, пропущенный через витражи. Все замерли, тревожно оглядывая зал.

Один из Королевских Стражей, сопровождавших Короля и Королеву, шагнул вперед, положил руки на их плечи, и с волнением энергии их образы исчезли из виду.

Дыхание застыло в груди.

Они здесь.

Они не собирались в Штормшир.

Все это время сюда шли Рейфы.

Вот почему я видела, как они проходили мимо Башни Полумесяца.

Пульс участился, и на мгновение мне показалось, что я могу потерять сознание. Но я не могла. Настало время. Это была война, и я оказалась в самом ее центре.

Ларик схватил меня за руку, крепко сжимая, когда энергия закрутилась вокруг нас. Щелчок заставил меня взглянуть в дальний угол. Я слышала дыхание каждой души рядом.

Тени проносились по залу, перемещаясь и расширяясь, окутывая его полной и абсолютной тьмой.

Через коридоры разнесся душераздирающий крик, и знакомый металлический запах наполнил пространство.

Кровь.