Рожденная разломом

Глава 52



Абсолютная тьма медленно окутала меня, вторгаясь в разум, словно ночная буря. Тело стало невесомым, я парила в пустоте, оторванная от реальности.

Густой туман нависал над каждой мыслью, пока я дрейфовала сквозь ничто. Все казалось онемевшим, кроме легких покалываний вдоль позвоночника. Из транса меня вывело знакомое чувство, я узнала это странное ощущение.

Нити, которые мне были хорошо известны, танцевали, нежно обвивая сознание, пульсируя теплом в объятии, которое теперь приносило утешение.

Они росли и росли, переполняя мой мир, вырываясь из оболочки кожи и простираясь в темноту, мерцая, словно свечи в ночи.

Они тянулись и тянулись, ищя что-то. Что угодно.

Что мы ищем?

Тяжкие, путающиеся мысли все еще были в тумане.

Вдали показалась мерцающая сфера, и мои нити устремились к ней, словно мотылек на пламя.

И тут я вспомнила.

Мы ищем разум.

Сфера света вдалеке была усеяна прозрачными волокнами, переливавшимися пастельными оттенками розового, голубого и фиолетового. И еще цветами, которых не существовало, цветами, что я видела только в голове… в своей сети.

Когда нити приблизились к сущности, в голову начало прокрадываться ощущение чего-то родного.

Словно я уже бывала здесь. Видела это раньше. Была этим раньше.

Ничто не имело смысла, и в то же время все было именно так, как должно быть.

Нити обвили сферу, мягко извиваясь… исследуя… учась… адаптируясь.

Внезапный поток света пронесся сквозь меня при соприкосновении.

Фиандриэль.

Имя эхом разнеслось по пустоте, в голове и через все тело.

Фиандриэль? Это имя…

Мы ждали, когда ты найдешь нас.

Мы звали тебя из темноты, но ты еще не была готова увидеть нас.

Что?

Еще слишком рано.

Тебе еще многое предстоит совершить.

Но путь уже проложен.

Выбор сделан.

Белый жаркий свет заполнил все вокруг и потоком пронесся по нитям, ослабляя связь.

Что происходит?

Кто был этим разумом?

Я не могла избавиться от ощущения, что слышала это раньше…

Но не в этой жизни.

Когда придет время, ты найдешь нас снова. Проснись.



Голова пульсировала жгучей болью, глаза резко распахнулись и начали метаться по комнате, не узнавая место, в котором я оказалась.

Сердце забилось быстрее.

Где я?

Я лежала в кровати, укутанная белыми простынями и толстыми пледами разных оттенков серого. То, что показалось солнечным светом, просачивалось из окна справа, но с этого ракурса я ничего не могла разглядеть. Лучи были приглушенными, словно шел дождь, но капель я не слышала.

Стены были сделаны из мерцающего черного камня, неровного и жесткого. Я заметила стол у изножья кровати с темной кучей ткани.

Истощение все еще давило на конечности, тело было тяжелым, и глаза снова закрывались… Может, еще немного сна не помешает…

Проснись. Ты в опасности! — закричало сознание мне в ответ.

Я поморщилась и попыталась сесть. Поднялась, готовясь к боли, что должна была пронзить плечо.

Но боли не было.

Я проверила кости, которые, казалось, должны быть сломаны, но все было в порядке.

Найти выход отсюда.

Ноги сами понесли меня к окнам с решетками, пытаясь найти слабое место.

Естественно, его не было.

Мы находились на головокружительной высоте, почти касаясь облаков. Вдалеке тянулись угольные вершины гор. Никакой зелени… никакого цвета, только приглушенные выцветшие оттенки.

Этого не могло быть.

Я подошла к двери, зная, что она заперта, но попыталась открыть. Сердцебиение ускорилось, когда ручка осталась неподвижной.

Думай.

Нужен был план. И быстро. Ползком вернувшись в кровать, я попыталась успокоить дыхание. Мысли кружились вихрем. Мне было неудобно двигаться, слои кружева и фатина путались вокруг бедер. На мне все еще было рваное платье с бала.

Неужели это случилось только прошлой ночью?

Воспоминания о последних мгновениях в Эмераале нахлынули на меня.

Как далеко я была от дома?

Страх залил тело, когда я вспомнила долгий путь сюда. Звери, голоса, башни.

Я была в одной из этих башен.

Нет. Нет. Нет.

Я застряла, возможно без пути обратно. В руках врага, который убивал нас сотнями, не задумываясь. Руки задрожали, когда реальность обрушилась на меня.

Как кто-то сможет меня спасти отсюда?

Почему Ларик не бросился за мной? Он просто стоял с ошарашенным взглядом. И крик Осты прямо перед тем, как я потеряла сознание…

Представить невозможно, что сейчас переживает Оста. Уверена, она думает, что я мертва.

Возможно, лучше бы я и правда была мертва.

Слезы набежали на глаза. Зачем они привезли меня сюда? И что еще более странно, почему не убили?

Успокойся.

Времени на панику не было. Времени обдумывать все возможные варианты не было. Какова бы ни была причина, я не собиралась с ними сотрудничать. Лучше я умру, сражаясь.

Разум был затуманен, трудно сосредоточиться. Я переключила мысли на голоса, что привели меня сюда. На то, что они говорили. Где я.

Они называли это Рейвенфелл.

Хотя я не видела их лиц, теперь я знала: их тени — просто мираж, защита, чтобы скрыть истинные физические формы. Формы, что ничем не отличались от наших.

Формы, что говорили на том же языке.

Я откинулась назад, пытаясь прояснить мысли. Чтобы выжить, нужно было найти путь наружу. Было лишь вопросом времени, когда они решат убить меня…

Или хуже…

Не думай об этом.

Когда дыхание удалось успокоить, мысли сосредоточились на единственном, что имело смысл. Я сжала глаза и вызвала нити, выталкивая их из укрытия. Встречное сопротивление было сильным. Сознание закружилось. Перефокусировавшись, я направила их вдоль позвоночника, облегченно вздохнув, когда они наконец достигли черепа.

Связь с ними ощущалась иначе…

Слабее.

Я глубоко вздохнула, выпустив их наружу, отправив в эфир. Возможно, неподалеку есть кто-то, кого я могла бы захватить. Нити мелькали вдоль стен, к двери, через трещины внизу…

Сфера появилась всего в нескольких шагах от комнаты.

Разум.

Он светился теплее, чем те, к которым я привыкла, но все равно подходил. Пульсировал в пределах моей досягаемости, спокойный и непритязательный.

Идеальная цель.

Нити поползли к нему, готовясь ударить, но едва достигнув светящейся сферы, их сразил разряд, отторжение, и, перепуганные, они отскочили обратно в глубины моего позвоночника.

Какого хрена?

Стук и шум донеслись из-за двери, и через секунду она распахнулась.

— Не пытайся провернуть со мной эти игры разума, Принцесса. Это не сработает.

Я с ужасом вздохнула, когда в проем шагнула огромная фигура. Он будто заполнил собой всю комнату. Вдруг я почувствовала себя невероятно маленькой.

Волосы цвета вороного крыла спадали на плечи. По участкам бледной кожи тянулись ониксовые узоры. Они выглядели чуждо и странно. Он был одет с головы до ног в черную кожу с деталями, которых я никогда не видела.

Квадратное лицо, чьи черты были остры и холодны, как грани алмаза. Из темных локонов выглядывали заостренные уши, украшенные серебряными кольцами. В брови блестело еще одно металлическое украшение. Лицо было в тени, и его выражение невозможно прочитать. Радужки светились, как золотые угольки.

А вокруг…

Ох, Эсприт.

Воспоминания о бале нахлынули на меня. Женщина, что делила со мной вечные тени вокруг глаз.

Точно как мужчина передо мной.

Изнутри вырвался беззвучный крик, но ни звука не последовало. Слова, что хотели сорваться с языка, умерли на губах.

Рот открылся. И закрылся.

Мужчина рассмеялся, покачав головой, и в смехе скользнула грань, которую я не смогла понять.

Я окончательно разозлилась, и слова наконец рванули наружу. Но не те, что я хотела.

— Зачем вы меня забрали? — спросила я, пытаясь держать голос твердым, но он прозвучал скорее как у капризного ребенка.

Я поморщилась.

— Зачем мы спасли тебя? — поправил он. Я узнала его глубокий баритон с дороги сюда. Это был тот самый пленитель, что сидел позади меня на летающем звере. Эфир.

Спасли меня? Да ты, должно быть, шутишь, гребаный…

— Ты бы уже была мертва, если бы мы не привезли тебя в Умбратию, — сказал он холодным, безэмоциональным голосом и скрестил руки на груди.

— Вы меня похитили. Не спасли. Меня взяли против воли…

— Это ты выдала себя. Мы сделали тебе одолжение, — оборвал он резко.

— Выдала себя? Ты понимаешь, как безумно это звучит?

— Хочешь верь, хочешь нет, своих мы не бросаем. И так мало осталось Умбры.

— Умбра? О чем ты? — раздражение взорвалось во мне. Голова снова взорвалась болью.

— Ты владеешь тьмой¹¹. Если бы ты выдала себя, тебя бы убили за секунду.

Меня охватила безмолвная растерянность.

Наши взгляды столкнулись в противостоянии. Его взгляд был настолько интенсивен, что напоминал мне кое-кого еще.

Ларик… Сердце сжалось, будто рухнуло вниз. Мы потеряли так много времени. Если бы я знала, что все так быстро закончится… Пелена угрожала затуманить глаза, но я сражалась с ней с новой яростью.

— Лжец, — наконец вырвалось у меня.

Его глаза сузились, но в их бесконечных золотых радужках мелькнула искорка. Мгновение, и она исчезла.

— Верь, во что хочешь, Принцесса. У меня нет времени на это. Я должен спасти королевство от тех монстров, что тебе так нравятся.

Если он еще раз назовет меня Принцессой, я взорвусь.

Он повернулся к двери, сделав паузу, прежде чем выйти.

— Я не собираюсь извиняться. Платьев для тебя не найдется, но есть сменная одежда, если хочешь, — он указал на кучу ткани.

Стоп, что?

— Забавно. Вы приходите на нашу землю и убиваете направо и налево, а мы монстры? — гнев взорвался внутри меня.

Он замер, медленно повернувшись ко мне с новой складкой между бровей. Я почти могла ощутить жар, исходящий от его кожи, глаза искрились молчаливым гневом.

— Я сражаюсь за свободу Умбратии с того самого дня, как рухнул в ее каменные недра целую жизнь назад. Те, с кем ты себя связываешь, высасывают этот мир досуха, забирая у нас все. Люди голодают. Дети умирают. Тепло почти исчезло. Скоро не останется ничего. Они сделают с нами то же, что сделали с Рифтдремаром.

Он опустил взгляд, задержавшись на знаке, выжженном на моем левом запястье. Золотые глаза вспыхнули, превращаясь в жидкую бронзу.

— Они тебя заклеймили?

Голос его был хриплым, с примесью чего‑то темного.

Я почти физически ощутила, как метка Разломорожденной еще глубже вжигается в кожу. Страхи прошлого начали просачиваться в сознание. Те страхи, что когда‑то отравляли все мое существование, заставляя оставаться в тени. Страхи, которые я победила. Которые были построены на заблуждениях…

Я отшвырнула их в самые дальние уголки разума. Я никогда туда не вернусь.

К той слабости.

Смесь ярости и сомнений отравили кровь, парализуя вены. Это неправда. Не могло быть правдой. Я не могла поверить ни единому его слову. Это были трюки, ложь, попытка выбить меня из равновесия.

Скольких из нас он убил?

Перед глазами вспыхнули Джентри и Вал. Воздух, выдавливаемый из их легких. Их тела, извивающиеся и ломающиеся в отчаянной борьбе за жизнь. За выживание. Закрытые гробы, которые их родители опускали в землю.

Нет.

— Я не поведусь на твои манипуляции, — прошипела я сквозь стиснутые зубы.

В комнате стало смертельно тихо, сердце грохотало в груди. Казалось, наши взгляды сцепились в немой борьбе на целую вечность.

И вдруг воздух вспыхнул энергией, и Эфир рванул ко мне, вцепившись руками в перекладину кровати. Страх прошил кожу, когда его костяшки побелели. Эти золотые, пугающие глаза снова дрогнули, в их позолоченной глубине закипала ярость.

Он не подошел ближе, но пространство между нами словно истончилось, будто воздух начали выкачивать из помещения. Я застряла в этом мгновении, вынужденная смотреть в глаза мужчины напротив. Моя ненависть смешалась с чем‑то куда более страшным в самой глубине существа — с чувством предательства. С чем‑то, что ощущалось как приговор.

Время застыло, когда энергия поползла по коже, поднимая волоски, танцуя по плечам. Просачиваясь в голову. Это был ветер, безбрежность неба, шепот тысячи звезд. Это было жжение дождя, укус клинка, прикосновение шелка. Это было тепло, ослепительное солнце, пылающее сквозь время и пространство, прожигающее стены этой душной комнаты и ударяющее прямо в душу.

Будто что‑то щелкнуло, разломив вселенную надвое.

Наше тяжелое дыхание осталось единственным звуком в тишине.

Я должна была вырваться. Разорвать эту связь, прежде чем она поглотит меня целиком. Боль полоснула, когда я силой отвела взгляд и судорожно вдохнула, вцепившись пальцами в пепельно‑серые простыни. Он отшатнулся на несколько шагов и уперся в стену за спиной, развернувшись так, чтобы скрыть лицо.

Что это нахрен было?

— Тебе лгали.

Его слова зажгли что‑то в самой моей сердцевине, доводя ярость до предела. Жестокие импульсы рвались изнутри, утаскивая сознание в самые темные глубины.

Я больше не могла это выносить. Чувства были слишком сильными. Слишком запутанными. Слишком мощными. Я вот‑вот взорвусь.

Я призвала сеть, отчаянно пытаясь снова дотянуться до его разума. Но на этот раз — насмерть.

Я швырнула ее к нему, и она тут же вернулась обратно. Отдача была такой силы, что голову прошибла обжигающая боль.

— Тебе придется быть побыстрее, — выплюнул он, прежде чем выйти и с грохотом захлопнуть дверь.

Мне хотелось кричать.

Я вскочила, меряя шагами комнату. Раздражение разогревало каждую вену, и я не собиралась его усмирять. Что мне терять? Они все равно меня убьют.

Лучше сейчас, чем потом.

Я устрою здесь абсолютный хаос. Я буду орать так, что весь этот проклятый мир услышит мои крики. И я выползу отсюда, даже если за это придется расплатиться конечностями.

Я потянулась вниз, нащупывая кинжал, закрепленный на бедре. Сознание наполнилось сладким привкусом ярости, когда пальцы сомкнулись на рукояти, и я сорвала его с ремня.

Мои силы больше не имели значения.

Я перережу ему глотку.

Либо он умрет, либо я буду драться до тех пор, пока он не вырвет жизнь из самых моих костей.

Ноги коснулись пола с новым ощущением цели, и я двинулась к двери, когда проблеск белых волос заставил меня замереть.

Это было зеркало… Я в отражении.

Но что‑то было не так.

Я склонила голову, присматриваясь, медленно продвигаясь ближе. Волосы еще держали локоны с бала. Синяки под глазами казались еще глубже, но дело было не в этом.

Я забралась на кровать, лицом прямо к стеклу. И уставилась. Кожа осталась того же цвета слоновой кости. Я приблизила лицо еще ближе.

Сердце замерло.

Мои опаловые глаза. Те, что светились белым светом, когда я использовала фокус. Моя единственная отличительная черта, что никогда не менялась, никогда не подводила.

Их не было.

На смену пришло что‑то зловещее.

Что‑то ужасающее.

Будто в глаза плеснули чернила.

Я прикрыла рот рукой и отшатнулась, взгляд метнулся по комнате. Пульс подскочил. Я уже видела это раньше. В классе Мерсера.

То, как он вливал чернила в воду, повороты и изгибы тьмы, как чернота растекалась, поглощая, забирая в темные сети прозрачную жидкость внутри.

Она крутилась в уголках глаз, мимо опаловых радужек. В битве за контроль.

И вдруг нахлынуло понимание…

Тьма в глазах… стала глубже с тех пор, как я оказалась на Западе… Тени, что я видела с самого прибытия в Эмераал…

Рейфы могут использовать способности только рядом со своей родиной. Это был первый раз, когда я покинула Луминарию. Первый раз, когда я приблизилась к Разрыву между мирами.

Воспоминания прорвались сквозь стены, что я выстроила для защиты. Я вспомнила все. Пустоту. Тени. Произошедшее на поляне.

Он называл меня владычицей теней.

Владычица теней.

Сердце замерло в груди. Шепоты имени эхом прокатились в подсознании.

Имени, что я слышала во сне.

Фиандриэль.

Вторая часть Эсприанской трилогии переведена и на момент публикации этой книги находится в закрытом тг-канале и вк для донов «Клитература» в раннем доступе. Также во вселенной есть Айсимарийская дилогия, она будет переводиться после первых двух книг трилогии, в порядке чтения, предложенном авторами.

Ниже вы можете прочитать начало из перевода второй книги «Скованная сумраком».