Рожденная разломом

Глава 26



Теплая погода незаметно сменилась прохладой, и с каждой неделей становилось все холоднее. В тот вечер стояла особенно ледяная стужа, и когда после тренировки я шла домой, ветер пробирался сквозь волосы. Луна отражалась в канале, дрожа и расплываясь, когда по воде проходили лодки. Я была до смерти вымотана, ноги подкашивались и ныли.

Я облегченно выдохнула, когда дошла до ступенек нашего коридора, но, подходя к двери, заметила, что она закрыта не до конца. Я застыла, по телу пробежала волна тревоги. Неужели забыла запереть?

Изнутри донеслись всхлипы.

Оста.

Я распахнула дверь и бросилась внутрь. Сердце колотилось, но, увидев ее, свернувшуюся на диване и рыдающую в ладони, начала понемногу успокаиваться.

— Оста, что случилось? — я поспешила к ней и села рядом.

— Фиа, эта старая ведьма… она… — Оста давилась рыданиями, — Она меня уволила. За неповиновение. Ну, по ее словам.

Проклятье.

— Она идиотка, Оста. Посмотрим, сколько у нее клиентов останется без ее секретного оружия, — я попыталась улыбнуться и просунула руку под ее локоть, сцепившись с ней. — Уверена, от Знати скоро будет ответ…

— Надеюсь.

— Что именно произошло? — спросила я.

— Тарна велела мне соединить две ткани, которые вообще нихрена не сочетались, и я отказалась. Я просто не смогла, Фиа, — плакала Оста. — Она сказала, что устала от моего своенравия, но я ведь пыталась ей же помочь!

— Она все равно тянула тебя вниз. Ты была для нее угрозой, ты же знаешь, — я крепче обняла ее. — К тому же теперь…

— Но, Фиа, это был мой план. Я не знаю, что теперь делать. Не знаю, имеет ли моя жизнь теперь хоть какой-то смысл. Я не знаю, кто я без этого, — ее тело все еще потряхивало, но голос опустился почти до шепота. Она смотрела в пол, и я видела, что в ее глазах погас привычный огонек.

Я повернулась к ней на диване и взяла ее за руки.

— Оста, все будет хорошо. Я обещаю.

— Все разрушено. Вся жизнь насмарку. Надо было просто заткнуться. Теперь у меня нет будущего. Ни единого шанса, — прошептала она, руки обмякли в моих.

— Мы все переживем. Я могу попробовать поговорить с Генералом Эшфордом, спросить, слышал ли он что-нибудь от Знати, — предложила я. Не то чтоб мне этого хотелось, но для нее я бы пошла на это.

— Бессмысленно. Если бы они были заинтересованы, уже бы ответили.

— Оста, ты бы никогда так не сказала. Ты меня пугаешь, правда, — я сжала ее руку чуть резче, чем хотела. — Перестань вести себя как я.

Она тихо хмыкнула, и лишь спустя несколько секунд снова взглянула на меня.

Я тяжело вздохнула.

— Мы разберемся.

— Ты правда так думаешь?

— Конечно. Это же ты. И все, что будет дальше, точно лучше, чем работа на Тарну.

— Наверное, маленькая часть меня все же рада, что мне больше не придется видеть ее каждый день, — Оста чуть выпрямилась.

— Вот именно.

Она надула губы, снова становясь почти той Остой, которую я знала.

Ее слова вдруг что-то задели во мне. Мне нечасто выпадала возможность помочь ей чем-то по-настоящему, и этот шанс я упускать не собиралась.

— Ну… не знаю, как отвлечь тебя прямо сейчас, но завтра… я иду гулять с несколькими рекрутами. Не знаю, захочешь ли присоединиться… — произнесла я медленно и приподняла бровь в ожидании.

Оста резко перевела на меня покрасневшие глаза. Они распахнулись еще шире, когда она уловила мое выражение.

— Прости, что? Фиа. Чем ты теперь занимаешься? — она моментально выпрямилась, подтянулась ближе и села напротив меня, скрестив ноги. Смахнула слезы со щек, и на губах начала расползаться улыбка.

— Они пригласили меня после тренировки. Думаю, тебе бы они понравились. И уж ты им точно. Тебя все любят.

Оста пискнула от восторга.

— Фиа, я сейчас лопну от гордости! Моя маленькая светская львица! Я хорошо тебя воспитала, — она самодовольно выдохнула.

Миссия выполнена.

— Брайар… один из рекрутов… надеялся, что я знаю хорошие места, куда можно сходить в Луминарии, но ты, естественно, шаришь куда лучше. Хочешь встретиться с нами завтра у Комплекса с планом на вечер? — я посмотрела на нее, заранее готовясь к взрыву.

— Фиа! Я просто в экстазе! Да, да, да! О боже, сколько же вариантов… — она уже мысленно перебирала список.

— Делай что хочешь, — я сжала ее плечо и поднялась.

— Спасибо, Фиа. Огромное. Я не верю, что ты завела друзей. Это невероятно.

Я подмигнула ей и сделала несколько шагов к своей комнате, но остановилась.

— Пижамная вечеринка в гостиной? — спросила я, резко обернувшись.

— Естественно, — она улыбнулась и швырнула в меня подушку.

Я засмеялась, поймала ее и закинула обратно.

— Пойду принесу еще одеял. Построим шалаш, как раньше.

— Да, теперь, когда Фэрбенкс не шастает поблизости, чтобы все разломать, — наш смех слился, отражаясь от стен маленькой квартиры, пока я сворачивала за угол.



— Хочешь умыться в казармах рекрутов? Сейчас там не должно быть слишком людно. Основа, Чешуя и Клыки заканчивают позже, — выдохнула Рейн, когда мы возвращались на Территорию с полигона.

— Полагаю, пахну я сейчас не лучшим образом, — я рассмеялась, — так что да. Спасибо.

Тренировки стали еще жестче, и я уже не понимала, винить ли в этом бесконечные ускорения или ту мышечную боль, что почти навсегда поселилась во мне.

— И что, каждый день теперь таким будет? — спросила я, следуя за Рейн через главные ворота. Нам пришлось протиснуться сквозь толпу людей в ослепительно белых рубашках в холле.

— Без понятия, но очень надеюсь, что нет, — она тяжело вздохнула. — В какой-то момент нам же должны начать преподавать реальные боевые навыки, верно? Не может же все сводиться к обороне и уклонению.

— Казалось бы, — пробормотала я, когда она провела меня через холл Комплекса и дальше через столовую с общей зоной к двери посередине задней стены, между двумя мягкими диванами. Она толкнула ее, открывая лестницу, что вела вниз к жилым помещениям рекрутов.



Когда я вернулась в комнату Рейн, она как раз стояла в углу, продевая ремень в петли голубовато-серых шелковых брюк. Высокий ворот блузы того же оттенка был идеально заправлен, а ее косы собраны в аккуратный хвост на затылке.

Брайар развалился на скамье, одетый в темно-зеленую рубашку с воротником и коричневые брюки. Кажется, я выбрала совершенно не тот наряд для сегодняшнего выхода. Я бросила взгляд на свою обычную одежду из Аптекарии. Ну, по крайней мере, я надела рубашку с наименьшим количеством пятен.

Оста ждала нас у ворот, оживленно болтая с темноволосым рекрутом. Когда мы подошли ближе, я увидела, как она накручивает прядь волос на палец… Типичная Оста. Конечно же, она уже нашла себе объект для флирта… Постойте-ка. Я прищурилась, узнав мужчину.

Назул!

Вот уж абсолютное гребаное «нет».

Я ускорила шаг, пытаясь поймать ее взгляд.

Когда Оста увидела нас, ее глаза вспыхнули, но тут же потускнели, едва она окинула меня взглядом с ног до головы. Она покачала головой, но быстро вернула дежурную вежливость, заметив Брайара и Рейн, идущих у меня за спиной.

Назул обернулся, заметил наше приближение, кивнул Осте и прошептал ей что-то на ухо, прежде чем лениво двинуться прочь по улице.

— Вы, должно быть, новые друзья Фии! — пропела Оста, подпрыгивая к нам. Она толкнула меня локтем, выразив свое одобрение, и мне тут же стало жарко.

— Оста, познакомься: Рейн и Брайар, — я указала на ребят.

— Очень приятно, — Рейн кивнула с яркой улыбкой.

— Какая же ты прелесть, — протянул Брайар. — И посмотрите только на это платье! Ты просто великолепна.

Оста светилась от счастья.

На ней было светлое, почти кремовое платье длиной чуть ниже колена, с простыми оборками. Рукава спадали с плеч и мягко расширялись к низу. Все дополнял приглушенный цветочный корсет, затягивающийся на спине.

— Спасибо! Безумно рада познакомиться с вами обоими, — выдохнула она, а затем шагнула ко мне и прошептала: — Я и тебе принесла кое-что из одежды.

Щеки у меня снова вспыхнули, и я невольно посмотрела вниз на свои простые коричневые брюки и бежевую рубашку.

Я могла только догадываться, что Оста выбрала для меня.

Со стоном я протянула ей руку, и она радостно сунула мне свой рюкзак.

— Переоденься в моей комнате, — предложила Рейн, протягивая маленький ключ.

Я улыбнулась и опустила голову, возвращаясь обратно через ворота Комплекса.



Я встала перед зеркалом, чтобы рассмотреть платье как следует. Оно было из шелковистой ткани цвета пряного вина и, когда я поворачивалось, струилось, будто невесомое. Лиф сидел плотно и застегивался на тонкий чокер у шеи, оставляя декольте открытым. Юбка мягко спадала вниз.

Надо было отдать Осте должное: она умела произвести впечатление. Платье было простым, но безусловно изящным. Из-за него могло сложиться впечатление, будто у меня есть хоть какое-то чувство стиля, что само по себе было почти магией.

Я поджала губы, переминаясь с ноги на ногу и глядя на свое отражение: туго стянутые назад волосы, глаза, обычно скрытые синяками…

Оста оставила в сумке какую-то косметику…

Пока я не передумала, я вытащила черный карандаш и начала подводить глаза. Я не обладала в этом такой сноровкой, как Оста, поэтому особо не рассчитывала на успех.

Отступив назад, я оценила результат. Неплохо. Мой взгляд будто снова обрел выразительность. Я прикусила губу. Собранные волосы выглядели совершенно не к месту.

Развязав их, я позволила белым кудрям свободно упасть на плечи и глубоко вдохнула. Если уж мы идем в одно из любимых мест Осты, стоит и выглядеть соответствующе. К тому же… увидев меня такой, она точно развеселится, особенно если я не буду ворчать как обычно. Раз уж я начала эту игру, надо идти до конца. Натянув подходящие по цвету туфли, которые она тоже для меня приготовила, я направилась к двери.

Но едва рука коснулась дверной ручки, тело словно застыло. Я внезапно осознала, что мне придется пройти через весь Комплекс вот так, в этом виде.

В одиночку.

Живот скрутило, но отступать было уже поздно.

Я сделала глубокий вдох, собралась и шагнула в коридор.

Поднялась по лестнице к столовой, стараясь идти быстро и не встречаться ни с кем глазами, но это было трудно: ноги все еще болели после тренировки, и каждый шаг напоминал о себе. Я задумалась, выдержу ли я этот вечер в таких туфлях.

Лучше бы мы шли туда, где можно посидеть.

У верхней ступени на диване сидели несколько бойцов пехоты. Их взгляды упали на меня, едва я вошла. Я попыталась не прислушиваться к шепоту, проходя между столами, через толпу пишущих письма, ужинающих и болтающих людей. Некоторые повернули головы на мои шаги, что звучали легким цоканьем, резко отличавшимся от тяжелого стука сапог, к которому здесь привыкли.

Я поморщилась, услышав чей-то свист позади, но не позволила себе обернуться. До холла оставалось всего несколько шагов. Я буквально ощущала взгляды, прожигающие мне спину.

Собравшись, я прошла через ворота и вдохнула прохладный ветер. Оста, Рейн и Брайар все еще оживленно разговаривали, и со стороны можно было подумать, что они знакомы уже сто лет.

Первой меня заметил Брайар, и у него отвисла челюсть.

— Рифтборн, ты ли это? — удивленно спросила Рейн. Я покачала головой и посмотрела на Осту, делая последние шаги к ним.

— Это все Оста, — я закатила глаза и обняла свою старейшую подругу за плечи. Она сияла самодовольной улыбкой.

— Это новое, я закончила его на прошлой неделе, — сказала она. — Я знала, что носить его должна именно ты. Хотя… я сейчас едва не лопаюсь от чудовищной ревности! Платье просто потрясающее.

— Я и не знала, что у тебя такие кудри, — заметила Рейн.

— Обычно я не ношу их распущенными, — я потянула один локон, наблюдая, как он отскакивает обратно.

— Ну так и зря. Если бы у меня были такие волосы, я бы носил их так каждый день. Они завораживают. Текстура будто невесомая, словно они парят, — размечтался Брайар, подхватывая Осту под руку.

Похоже, эти двое нашли общий язык.

— Итак, вы решили, куда идти? — спросила я.

Глаза Осты загорелись, она посмотрела на Рейн и Брайара, а затем повернулась ко мне, и на ее лице расплывалась озорная ухмылка.

О Эсприт, во что она нас впутала?

— Я достала нам места в Анклаве, — взвизгнула она.

— В Анклаве? Как это вообще возможно? — спросила я, чувствуя, как внутри все сжимается. Это был один из крупнейших клиентов Аптекарии, и я прекрасно знала, какие эликсиры они там предлагают. Для большинства в Луминарии заведение было окутано тайной, это клуб только для членов, почти исключительно для элиты. Я нервно сглотнула.

— Шун — лучший друг хостес, которая работает сегодня вечером. Он подергал пару ниточек и выбил нам стол, — ответила Оста, довольство медленно расплывалось по ее лицу.

— Я слышала о нем в сплетнях, но и представить не могла, что когда-нибудь туда попаду, — сказала Рейн, глаза у нее сияли от восторга.

— Я вообще впервые слышу, но да, да и еще раз да. Абсолютно да. Одно сплошное «да», — Брайар чуть ли не дрожал от энтузиазма.

Я заставила сердце не провалиться в пятки, напомнила себе, что этот вечер не для меня. Он для Осты.

— Он же рядом, да? — спросила я, пытаясь звучать так же воодушевленно, как остальные рекруты.

— В конце улицы. Я же лучшая, а? — пропела Оста и развернулась в сторону клуба. Я догнала ее и взяла под руку.

— Ты просто нечто, — прошептала я, подтолкнув ее плечом. Она только шире улыбнулась, пока мы пробирались по оживленной улице.

— Кстати, нам нужно поговорить об одном… игривом разговорчике, который я заметила у Комплекса, — я посмотрела на нее, делая взгляд нарочно мрачным.

— Что, про того парня? Он такой милый… Почему ты так на меня смотришь?

— Категорическое нет. Он отвратителен, Оста. Серьезно. И еще он ксенофоб. Его лучший дружок — тот самый, что все время буравит меня взглядом, будто мечтает прирезать.

— Правда? — Оста опустила взгляд на свой знак Разломорожденной, и на ее лице проступило разочарование.

— Я знаю, что ты умеешь очаровать даже самых чопорных из Знати Сидхе, но не трать на этого свое время, Оста. Ты заслуживаешь куда большего.

Она вздохнула и снова подняла на меня глаза, кротко улыбнувшись. Я слегка подтолкнула ее локтем.

— Но хватит об этом. Сегодня твоя ночь. Давай просто наслаждаться, — я подмигнула, и мы продолжили путь по улице.



— Вот мы и пришли, — протянула Оста, когда мы уставились на непримечательный фасад невысокого здания с ничем не выделяющимся входом.

— Ты уверена, что это то место? — спросила я нерешительно.

Оста шагнула вперед и постучала в дверь странным ритмом. Рейн бросила на меня растерянный взгляд, на что я лишь пожала плечами.

Дверь скрипнула и приоткрылась, показывая женщину в черных одеяниях.

— Пароль, пожалуйста, — произнесла она.

— Мираж, — уверенно ответила Оста.

— Проходите.

Женщина отступила и впустила нас в небольшое помещение. Оно было абсолютно пустым, кроме двери в дальнем конце, а пол под ногами слегка поддавался, будто живой. Женщина прошла к двери и провела по ней пальцем сверху вниз. По линии движения вспыхнул яркий золотой узор.

— Вы светотворец? — спросил Брайар.

— Почти все, кто тут работает, — да. Иначе двери просто не открыть и по пространству клуба не пройти, — женщина загадочно улыбнулась.

Через минуту раздался щелчок замка, и дверь медленно приоткрылась.

— Спускайтесь по лестнице. Хостес проводит вас, — сказала женщина.

Мы переглянулись и один за другим протиснулись в дверной проем, спускаясь по деревянным ступеням.

Комната внизу была выкрашена в черный цвет, и от пола исходила пульсация музыки. К нам подошла темноволосая женщина с деревянным планшетом в руках.

— На чье имя бронь, пожалуйста, — сказала она, внимательно нас оглядывая.

— Оста Рифтборн.

Хостес никак не отреагировала на нашу общую фамилию, только улыбнулась и смягчила выражение лица.

— Вы подруга Шуна? — спросила она.

— Да, и мы очень ценим, что вы вписали нас в последний момент, — выпалила Оста, сияя от восторга.

— Чистая удача, честно говоря. Была отмена, — прошептала женщина. — Следуйте за мной.

Она открыла дверь, и в маленькое фойе хлынуло мерцающее сияние.

Едва мы переступили порог, как меня накрыл шок. Казалось, мы вошли в долину, покрытую густой зеленой травой, посреди горного хребта. По бесконечному черному небу проносились звезды, а в центре поляны в бешеном вихре танцевали тела. Музыка походила на ту, что играли в Роще, только быстрее и яростнее. Она вибрировала во всем пространстве.

А посреди неба парил огромный цветок, переливающийся в разноцветном калейдоскопе. От его лепестков клубилась дымка.

Здесь явно потрудились Иллюзионисты.

И именно тогда я почувствовала пьянящий запах жасмина, скользящий по воздуху. Тело расслабилось и потяжелело.

По периметру стояли отдельные ложи, каждая со своим костром, искрившимся оттенками красного, синего и пурпурного.

Мы шли за женщиной, полностью потеряв дар речи, она вела нас к месту в самом конце ряда. На траве стоял П-образный черный бархатный диван.

— Ваш стол на этот вечер. Если захотите освежиться, просто бросьте один в огонь, — сказала она, протягивая Осте маленький мешочек.

Мы расселись на мягких подушках, все еще оглядываясь по сторонам.

— Приятного вечера, — женщина подмигнула и, развернувшись, исчезла в поле.

— О. Мой. Проклятый. Эсприт… — выдохнула Рейн, потрясенно качая головой.

Оста уже разрывала мешочек, засовывая туда руку. Она вытащила маленький янтарный кристалл.

— Бросить? — спросила она, и в ее глазах вспыхнуло озорство.

— А ради чего мы вообще сюда пришли? — Брайар хлопнул в ладони, подпрыгивая на месте.

Оста подняла руку над огнем и уронила кристалл. Через несколько мгновений из костра вырвался золотистый дым, и легкий аромат горящего копала⁹ заполнил легкие.

— Не верю, что мы действительно здесь, — выдохнула Оста. — После вчерашнего мне просто необходима такая передышка.

— Что случилось вчера, милая? — Брайар выпрямился, оперевшись локтями о колени.

Оста метнула быстрый взгляд в мою сторону.

— Ее уволила начальница, — сказала я безэмоционально.

— Потому что я сделала пару предложений по дизайну, над которым она работала. Ткань, которую она выбрала, вообще не подходила для лекала блузы, — раздраженно пояснила Оста.

— Если судить по тем двум увиденным мною вещам, что ты уже сшила, выходит, это она должна работать на тебя, — сказала Рейн. — Как мне можно записаться на изготовление следующего платья?

Щеки Осты вспыхнули, и она смущенно улыбнулась. Необычная для нее реакция.

— Я бы с удовольствием что-нибудь для тебя сшила, правда. Просто… я даже не уверена, что теперь смогу достать такие же материалы, раз больше не работаю там, — ее глаза заблестели от непролитых слез.

Из глубины празднества к нам приблизился мужчина в искрящихся желтых одеяниях, держа на вытянутых руках поднос с мерцающими золотыми фиалами. Мы обменялись растерянными взглядами.

— Эм… мне кажется, вы ошиблись столиком, — нервно сказала Оста, смахивая слезы и выпрямляясь. — Мы еще ничего не заказывали.

— Мы подбираем то, что усмиряет желание и питает веселье. Наши коктейли подаются лишь после оценки общей потребности группы, — спокойно ответил он, подвигая поднос ближе.

— И что же это тогда? — спросил Брайар, едва сдерживая любопытство.

— То, что вам нужно, — ответил мужчина.

Рейн потянулась и взяла фиал. За ней Брайар. Оста бросила на меня тревожный взгляд, но все же сняла один сосуд с подноса, протянула его мне и взяла последний себе. Мужчина поклонился и растворился во тьме.

— Есть идеи, что это? — спросил Брайар, переводя взгляд с одного на другого.

Я прочистила горло.

— Похоже на жидкую Эйфорию, но… будто усиленную, — произнесла я, рассматривая фиал. Мы готовили эту настойку в лавке. На самом деле она была довольно простой, но здесь же бурлила чарами.

— Звучит многообещающе, — протянула Рейн, крутя сосуд, и мерцающая жидкость отражала отблески костра.

— Это место просто охрененное, — согласился Брайар.

— Я не знаю, каким будет эффект… — сказала я и замолчала. Идея казалась все хуже и хуже. Нервозность вновь защемила внутри, и я стала искать глазами выход в толпе.

— Если все согласны, то и я, — сказала Оста и щелкнула крышечкой. Подняла фиал над огнем. Брайар повторил ее жест.

— За Осту, — добавила Рейн и подняла свой фиал.

Все держали фиалы над пламенем, а в моей голове роились мысли, как испуганные птицы. Остальные были словно загипнотизированы всеобщим безумием вокруг. Я сглотнула и медленно присоединила свой фиал к их, и легкий звон разнесся над огнем. Не давая себе времени передумать, я вскинула сосуд и выпила содержимое.

Откинувшись на диван, я затаила дыхание, ожидая, когда накатит.

Минуты текли, и я смотрела на пространство, на танцующих поодаль людей. Вдалеке начали проступать приглушенные огни, вырисовывая контуры их тел, словно они светились. Это было куда сильнее той Эйфории, что я знала.

Я закрыла глаза, пытаясь отвлечься от того, как меняется восприятие. Бесполезно. Внутри будто что-то взревело, требуя смотреть, видеть, впитывать, и я вновь открыла глаза.

Пульсация света, исходящего с небес, усилилась, сливаясь с сердцебиением. Мир двигался в замедленном танце. Я взглянула на друзей, и они, похоже, переживали то же самое: рты их были приоткрыты, лица окутаны чудесной отрешенностью.

Я не удержалась от глуповатой улыбки. Все было хорошо. Все было именно таким, каким и должно быть. Нервозность исчезла, растворившись в бездонной пустоте сознания, оставив место любопытству… удивлению… Эйфории.

Словно во сне, мы поднялись с диванов, взялись за руки и направились в самую сердцевину поля — туда, где музыка пульсировала сильнее всего.

Мы влились в поток тел, раскачивающихся в едином ритме. Я посмотрела на Осту. Она смеялась, согнувшись пополам. Рейн и Брайар тоже. Мы кружились, сплетаясь с толпой, полностью отдаваясь эликсиру.

Я никогда еще не ощущала такой свободы, позволяя телу двигаться, как вздумается. Взгляд затуманился, и я запрокинула голову, впитывая блеск огромного цветка над нами. Он переливался вспышками, совпадающими с ритмом движений. Я не могла оторваться от его магнитного сияния.

Чувства взрывались одно за другим.

Запах жасмина оглушал, проникая в меня как сладкий, затягивающий эликсир.

Музыка вибрировала в костях, неукротимой силой пробегая по телу.

Даже вкус воздуха был наэлектризованным, сладким и зовущим. Я облизнула губы, пытаясь ухватить еще хоть каплю.

Где-то в глубине сознания тянулось что-то темное… напоминание, что мне нужно о чем-то беспокоиться. О чем-то важном. Но оно было слишком далеко, а свет — слишком ярким.

Я выключила этот остаток себя и растворилась в разноцветном калейдоскопе.