Серые будни: Забытые Боги

Сказ тридцать шестой

Опираясь на свое чутье, Церковники, во главе с Пелеем, вели слегка поредевшую сотню к Прорыву ничуть не хуже охотничьего пса. Брал ни капельки не удивился, когда оказалось, что Слуги обосновались в старинном замке, возвышавшемся над всем городом. Он бы поступил так же. Пускай слишком приметно, но в безлюдном герцогстве, почему бы и нет? К тому же с высоты открывался хороший обзор на окрестные земли и океан, по которому должны были сновать суденышки с севера на юг. Всегда можно перехватить пару торговых корабликов, если тебе потребуются люди для твоих ужасных нужд. По итогу это лишь укрепит славу Брихольма, как мертвого герцогства, соваться в которое себе дороже.

По дороге к замку отряд непрестанно атаковали разрозненные отряды различных тварей. Это доставляло определенные неудобства, несколько человек оказались ранены, но ударь противник более слаженно и эффективность такой атаки была бы куда выше. Создавалось ощущение, что у того, кто управляет вражеским «войском» далеко не все гладко в главном штабе.

— У Слуг в замке похоже проблемы… Странно как-то, не находишь? — после очередной скоротечной битвы, Криг поравнялся с Бралом, высказав буквально то же самое, о чем думал и лидер.

— Не сказал бы, что это так странно. У нас в отряде тоже особого единства не наблюдается. Почему и Слугам не разойтись во мнениях?

Тут Брал был прав. Пускай клирики и помогли всем, кто пострадал от токсичных чернил, не глядя на то с севера был больной или с юга, все понимали, что мир в сотне был временным явлением. Чары Йорун стали лишь одной из причин. Церковники, из тех, что поопытнее, припомнили странное поведение своих лидеров, когда сотня обошла стороной Терт. Теперь южане справедливо предполагали, что тогда они были очарованы. Брал не спешил подтверждать данное утверждение, но Церковникам это было и не нужно.

— В любом случае, нам на руку их разлад, — подытожил лидер. — День уже близиться к вечеру. Если бы твари активно нам мешали, то к замку мы бы сегодня не дошли. А оставаться в городе на ночь… Перед этим я хочу убедиться, что округа хотя бы относительно безопасна.

— Значит на штурм пойдем в сумерках, — вздохнул Криг.

— Хотя бы не попробуем напасть сейчас – за ночь противник может укрепиться.

— О замке мы ничего не знаем, возможно там и без дополнительной подготовки хорошая оборона и нашими силами там делать нечего. Если разлад в стане Слуг – всего лишь наши домыслы, то все мы под стенами и поляжем.

— Боишься, Криг? — хмыкнул Брал.

— Ни капельки, — тоже усмехнулся воин. — Не на моем ранге пасовать перед опасностью. Этот поход… Знаешь, он станет отличным завершением карьеры Охотника, как бы все сегодня не повернулось.

— Собираешься уходить? — о ином варианте завершения бытности Охотника, Брал даже не заикался.

— Думаю да, хватит с меня и Сван этого. Добрую половину жизни мы потратили на сражения с тварями и защиту обычных людей. Хочется чего-то более простого, не такого рискованного. Денег мы скопили достаточно, думаю сможем устроиться со всем комфортом. А если не сильно жировать или какую работу найти непыльную, то и до старости хватит.

— Уверен, что сможешь без всего этого? — рыжий кивнул в сторону тела химеры, которую прикончили буквально минуту назад. Черная кровь слабыми толчками все еще вырывалась из рассеченной артерии твари, кожистые крылья были неловко загнуты, а уродливое, человекоподобное лицо рассечено.

Кригсон печально улыбнулся, будто и не на изуродованный труп глядел, и нехотя ответил:

— На самом деле не уверен. Я так долго гонялся за подобными чудищами и столь часто вступал с ними в бой, что другой жизни и не представляю. Даже не знаю какого это, осесть на земле, растить детей, может быть землю пахать или лепить горшки. Неужели мне и вправду придется повесить меч и жетоны на стену, а затем забыть больше половины жизни как страшный сон?

Брал ничего не ответил. Подобные мысли одолевали и его. Если на юге людскую армию ждет успех, то весь мир ведь и вправду сможет вздохнуть свободнее? Охотники станут не нужны. Пускай не сразу и на век Брала точно еще хватит, но не лучше ли уйти самому, чтобы подготовить почву для детей. Которых еще нет и в помине… Но, пожалуй, если их авантюра выгорит, то король Хальрада хорошенько всех наградит. Тогда, по крайней мере, о деньгах для наследников можно будет не думать. Не факт, что Брал сможет прожить без вечных странствий и сражений, но, по крайней мере, если появятся дети им хоть что-то останется. Особенно, если поручить заботу о деньгах прижимистому старшему брату.

Как бы странно это не выглядело, но чем ближе сотня подходила к замку, тем меньше тварей им попадалось. Хотя в целом более опытных Охотников это не удивляло – Слуги стягивали войска в одно место, что было вполне логично.

Чтобы разогнать сумерки Церковники зажгли огромные, по силе сравнимые с солнцем, светляки. Выдать свое местоположение Охотники не боялись – нечисть и так прекрасно видела в темноте, а значит яркий свет лишь сыграет воинам на руку.

Замковые ворота были закрыты, а проржавелая решетка опущена. Несколько мертвяков-стрелков замерли на стенах, подняв луки и арбалеты. Компанию им составляла парочка химер, явно способных плеваться ядом или шипами. Но в целом оборона выглядела хлипкой, основная надежда была на ворота и в этом Брал был со Слугами согласен. Штурмовать стены их отряду было нечем.

— Придется искать или самим делать лестницы, — вздохнул Брал, не особо желая уступать противнику лишнее время.

— Будь мама в состоянии, она могла бы состарить решетку, покрыв ее ржой, — вздохнула Сигрид.

Йорун все еще поддерживала свои огненные чары, продолжая выжигать скрывшегося в Соле осьминога. Женщина выглядела уже не такой бледной, и даже сама держалась в седле, но помощи в битве от нее ждать не стоило. Сбежавшее чудище явно обладало хорошей регенерацией и лучше поберечь силы Йорун, которая утверждала, что тварь еще жива. «Когда колдовское пламя закончит свое дело, я это почувствую,» – обнадежила всех воительница, сразу же как пришла в себя.

Теперь же нужно было думать, как быстро преодолеть стены, без помощи чар, которые и так сегодня сильно помогли.

На выручку лидеру пришел Эйрик, оставивший корабли и вновь присоединившийся к войску:

— Стены замка порядком потрепало временем… Пара-тройка ловких парней сможет по ним забраться, а затем скинуть веревки для остальных. Если меня прикроют от этих уродцев на стенах, то я готов подняться наверх.

— Рискованно, — заметил Брал.

— Но быстрее, чем собирать лестницы.

— Придется просить помощи у Церковников, — вздохнул рыжий. — Наверху вас может ждать какая-то подлянка, нужно хорошее прикрытие, чтобы твари к поднявшимся и не сунулись.

— Справимся и сами, — отмахнулся Эйрик, но лидер его осадил.

— Нет, своими людьми я рисковать не буду. Если все пройдет удачно, то после захвата замка нам будет важен каждый.

Мнение Пелея на сложившуюся ситуацию в какой-то мере было схоже с тем, что говорил Брал:

— Если рисковать будут ваши люди, то я только за, — пожал плечами паладин. — Но мы вас прикроем, войти в замок и в наших интересах тоже. Наложим на ваших людей Обереги, если их будет держать такое количество жрецов, то нечисть к ним и близко не сунется.

Эйрика и еще троих северян, как один легко экипированных и ловких даже на вид, благословили. На груди каждого вспыхнул знак Церкви – треугольник, заключённый в круг, пока что тускло сиявший каким-то колючим свечением.

— Это точно поможет? — с сомнением уточнил Эйрик.

— Если сомневаешься, то почему бы не попросить помощи у вашей колдуньи? — хмыкнул Пелей.

— Попрошу, пожалуй, — протянул северянин. — Если потребуется закрыть чей-то болтливый рот.

— Хватит, — буркнул Брал. — Мы прикроем вас отсюда, Эйрик, но если на стене будет слишком жарко, то уходите. Лучше потеряем время и подготовим лестницы.

— Не дайте стрелкам нас сбить со стен и время терять не придется, — фыркнул воин и повел людей к стенам.

Штурм начался как-то обыденно. Прикрываясь щитами четверка воинов побежала в сторону примеченного участка стены. Ярче вспыхнули и поднялись чуть выше над людьми искусственные солнца. Лучники принялись стрелять по вражеским стрелкам, стараясь если не поразить из, то хотя бы заставить укрыться за стенами. Парочка паладинов вместе с Пелеем разбавила дождь из стрел своими Чудесами, метая во врага призванные дротики. Жрецы пока молчали, экономя силы для Оберегов Лории.

Возле стены воины отбросили щиты. Раньше замок окружал неглубокий сухой ров, который давно уже осыпался и не представлял особой опасности. Быстро перебравшись через него, воины споро начало карабкаться по стене, цепляясь за щели между камнями, раствор меж которыми порядком раскрошился.

Естественно покорить стену оказалось далеко не так просто. Забираться приходилось быстро, каждую секунду ожидая «поймать» вражескую стрелу. Один из северян, впопыхах, не слишком надёжно ухватился и соскользнул вниз со стены лишь сдавленно крикнув напоследок. К нему тут же бросилось несколько воинов со щитами, не собираясь бросать товарища в беде.

Первым гребня стены достиг Эйрик. Перевалившись через край, даже не оглядевшись по сторонам, воин скрылся от глаз товарищей. С той стороны мелькнули стрелы, не причинив вреда улетевшие куда-то за спины людей – видимо стрелки были и во дворе. Эйрик, высунувшись лишь на мгновение, скинул карабкавшимся товарищам веревку и снова спрятался за зубами стены.

— Прикрывай его! — рявкнул Брал, поворачиваясь к Пелею.

— Уже!

Жрецы и правда уже активировали Обереги. На каждого из северян пришлось по четыре жреца, после того, как один из воинов не смог взобраться. Обереги на их груди вспыхнули, озаряя все вокруг колючим сиянием, доставлявшим неудобство даже глядевшим на них людям. Нечисти же свет Лории буквально выжигал глаза, а тех кто ближе заставлял бежать в страхе.

Забравшись на стену, северяне, пригибаясь, бросились к надвратной башне. Пылающий свет Оберегов скрылся внутри, потянулись долгие минуты ожидания. Вполне возможно, что внутри башни была устроена засада, перед которой даже свет Лории спасует. Если это так…

Но вскоре тяжелые подъемные вороты заскрипели и ржавая решетка поползла вверх. Радостно закричав, десяток северян метнулась к воротам. Дробно застучали топоры. О том, чтобы быстро прорубиться через толстые дубовые доски ворот не шло бы и речи, если б не безжалостное время. Слуги не озаботились тем, чтобы подновить местами рассохшиеся или подгнившие доски ворот. Пускай прочности у них оставалось ещё порядочно, но Брал видел, как несколько воинов впали в Божественную ярость, решив разменять этот козырь на время. Их топоры замелькали с удаленной скоростью, обрушиваясь на дерево с нечеловеческой силой. Жалобно треснул засов, до которого всего за несколько минут прорубились воины, заскрипели тяжёлые створки, которые воины толкнули во внутрь и тут же разошлись в стороны. За их спинами, дожидаясь своего часа, замерла основная часть войска, прикрывшись щитами и ощетинившись всевозможным оружием. Изнывавший от ожидания Брал, замерший в одном из первых рядов, громко скомандовал:

— В бой! Руби поганцев! Во славу Кригара!

— Эттеру на встречу!!! — северяне, как один, закричали в ответ и быстрым шагом, едва сдерживаясь, чтобы не нарушить строй, рванулись в распахнутые ворота.

Что было дальше Брал помнил смутно. Он бился вместе со всеми, колол алебардой, прикрывая воинов перед собой, изредка рубил, когда позволял случай. Тварей во дворе было не слишком много, лишь пара рыцарей скорби, да какой-то одинокий Слуга Белиона оказали хоть какое-то сопротивление. Как с ними расправились Брал не смотрел. Во главе одного из небольших отрядов, он ворвался в донжон, спеша не дать тварями выбраться наружу. Где-то внутри был Прорыв, об этом кричали Церковники. Нужно было его найти, пока из него не выбралась какая-нибудь особенно опасная тварь.

Внутри замка противников было больше. Твари старались подстеречь людей за углом, свалится с потолка или выскочить из спрятанной за гобеленом полости в стене. Но Слуг людям почти не попадалось, лишь изредка до Брала доносились предупреждающие крики о том, что очередной отряд в одном из коридоров столкнулся с кем-то из последователей Белиона.

— Они стараются выйграть время! — во время короткого мгновения затишья крикнул Эйрик, присоединишься к отряду во дворе

Мечник заработал пару неглубоких ран, когда сражался в башне над воротами, но отсиживаться в стороне не желал.

— Выйграть для чего? — фыркнула Аделла, подтоком рунки проверяя очередной гобелен.

— Мне почём знать? Может призывают какую-то тварь по типу того осьминога?

— И как он здесь поместится, дурень?

— Тихо вы! — скомандовал Брал, заслышав топот шагов за углом.

На всякий случай подняв оружие он шагнул вперёд и практически столкнулся с Пелеем, ведущим свою группу.

— Нам в главный зал, там творится что-то неладное! — позабыв о своей обиде рявкнул паладин и, не дожидаясь ни своей группы ни Брала, шагнул дальше по коридору.

Остальным не оставалось ничего другого, кроме как бросится вслед за паладином.

Как оказалось, сдвоенный отряд Брала и Пелея пришел к цели первым и почти успел. Когда они ворвались в главный зал, в дальней части которого дрожала прореха Прорыва, несколько Слуг из тех, кто остался в замке, заканчивали свой ритуал. Прямо на глазах Охотников, тела склонившихся на колени людей выгнуло дугой. Разом закричав от боли, Слуги вспыхнули фиолетовым пламенем, которое рванулось к Прорыву, по пути сдирая плоть с костей принесших себя в жертву людей. Следом в прах стали обращаться и их скелеты.

— Ложись! — завопил Брал, толкач замешкавшегося Грэкилса на пол.

Прорыв полыхнул, впитав фиолетовое пламя и… ничего не произошло. Ещё не до конца понимая, что происходит Брал поднял голову. Неподалеку от него на колено привстал Пелей.

— Что это было? Хотели нас всех прикончить, но не получилось?

— Маловато их для такого ритуала, — покачал головой Пелей. — Я уверен, что здесь должно было быть больше Слуг… Где остальные?

— Так что они сделали? — Брал наконец поднялся на ноги.

— Вернули силу Забытым, а заодно отдали свою плоть и души, — подойдя к ближайшему месту где сидел Слуга, Пелей что-то рядом с ним поискал, а затем недовольно сплюнул. — Как я и думал, артефакты они заранее кинули в Прорыв. Наверняка и Белионовы выкормыши поступили так же, сражались на остатках силы. Кто знает где эта мерзость теперь всплывет!

— От Прорыва нам теперь чего ждать? — нахмурился Брал.

— Ничего, если мы быстро его закроем, — голос Пелея на секунду дрогнул от торжества. — Нужно скорее собрать здесь всех способных стоять братьев и сестер по вере. Чем больше людей будет молиться, тем быстрее мы закроем Прорыв.

— Тогда не будем мешать, если вам не нужна охрана, — хмыкнул Брал, но паладин его проигнорировал.

Отряд рыжего медленно побрел на выход. По пути им попадались другие группы. Имперцев они направляли дальше, северян поворачивали назад.

— И это все? — неуверенно спросила Аделла, когда воины выбрались во двор. — Как-то не впечатляет. Вот эта жалкая группка фанатиков доставляла проблемы всем людским землям своими Прорывами? А заодно не давала пути вверх по Соле?

— Реку сторожила та тварь, а насчёт Слуг… — Брал задумчиво поскреб бороду. — Их и правда было мало, да и не сражались они за Прорыв особо…

— Надеялись на скрытность и славу Брихольма? — подал голос Грэк.

— Все равно как-то странно…

Долго имперский обряд не продлился. Воины не успели собрать редкие трофеи, когда над замком вдруг прокатилась волна облегчения и успокоения. Хотя скорее просто пропала давящая атмосфера Прорыва, все это время державшая людей в напряжении.

— Вот теперь точно конец, — улыбнулся Брал.

Тишину двора прорезали сперва неуверенные, а затем все более громкие и радостные крики и голоса. Люди обменивались, хлопали друг друга по плечам, праздновали победу. Брал тоже улыбался, пускай и немного сдержанно. Его дела здесь пока не было закончены. Нужно приготовится к приходу войск короля, осмотреть город, дел выше крыши… От мыслей его отвлекла неожиданная вспышка тревоги, накатившая откуда из-за стен замка. Крики и смех стихли, это почувствовали все в замке.

— Что происходит?.. — растерянно прошептал кто-то, но Брал уже не слушал.

— Разойдись! — рявкнул Брал, кидаясь на стену.

Его опасения оправдались, на холме за городом и правда трепетало окно нового Прорыва, возле которого мелькали какие-то силуэты.

— Не может быть… — прошептал лидер, но через секунду, подобравшись, закричал. — Всем собраться, приготовится держать оборону!

Воины засуетились. На стены высыпали лучники, раненых потащили в замок, загремела решетка ворот. Но приготовления к бою не успели завершится, как вдруг Прорыв погас сам собой.

— Что тут творится, Эттер вас всех побери?! — рявкнул Брал, до рези в глазах вглядываясь в темноту.

Но на злополучном холме все было спокойно, новые Прорывы не спешили возникать ни с того ни с сего.

— Вы тоже это видели? — к замершему на стене Бралу, подошёл Пелей. — Как это возможно? Где-то ещё кроме Брихольма скрывается связующий Прорыв?

— Если это так, то дело дрянь, — справился с эмоциями рыжий. — Но ещё хуже, если Слуги научились открывать порталы без подобных костылей.

— Если это так, то темные времена не закончатся даже в случае успеха на юге, — хмуро произнес паладин.

Воины немного помолчали. Первым вновь заговорил Пелей:

— Завтра мои воины уходят в Торлин. Я лично доложу о нашем… спорном успехе. И о вашей выходке со старыми Богами.

— Твое право, — покладисто кивнул Брал. — Мои люди остаются здесь. Приглядим за городом, может Прорыв возникнет вновь.

— Я попрошу, чтобы из Редалии сюда прислали войска.

— Не утруждай себя, — Брал почувствовал, как их с Пелеем без того натянутые отношения замерли над пропастью вражды. Если он сейчас не замолкнет, то пути назад уже не будет…

— Извини?.. — паладин удивлённо приподнял бровь.

«Какой смысл сейчас сомневаться?» – подумал Брал и уверенно произнес, делая шаг в пропасть:

— От лица короля Хальрада, я объявляю земли бывшего герцогства Брихольмского территорией королевства Хальрад и Холодных островов.

— На каких основаниях? — холодно спросил Пелей, тоже шагая в эту пропасть.

— По праву сильного, — оскалился Брал.

— У вашего короля нет претензий на Брихольмский престол. Многие дворянские дома Брихольма пропали в той неразберихе полтора десятилетия назад. Но двоюродный брат прошлого герцога оставил после себя сына, который сейчас и является законным наследником.

— Так пускай этот щенок придет и заберёт свой трон. Мы будем ждать.

Пелей поджал губы, а затем сдержанно кивнул:

— Я не буду сейчас спорить. Пускай вместо меня говорят клинки редалийской армии.

— Которая сейчас идёт на юг, — хмыкнул рыжий.

Паладин промолчал и, не оглядываясь, пошел прочь. Но долго в одиночестве Брал не оставался. Из темноты незаметно возник Криг, явно наблюдавший за произошедшим:

— Они наверняка с часу на час отправят голубя. Скоро в Редалии будут знать о нашей выходке.

— Значит пора отправить своих голубей. Шли одного в Марис, пускай ведут фот сюда. Второго на север, скажи, что Самал наш. Надеюсь там поторопиться…

— Надо разведать Солу. Узнать насколько она сейчас судоходна. Если у нас будет достаточно кораблей, то на этот берег Редалия войска не перекинет.

— Лишь бы Балакия под шумок не ударила в спину. А они ударят, если поймут, что людей здесь по сути нет…

Охотники немного помолчали. Наконец Криг негромко спросил:

— Так может не стоит отпускать этого паладина?

— Может и не стоит… — пожал плечами Брал, а затем встряхнул головой. — Но не будет обострять отношения с Редалией ещё сильнее. Может быть выиграем чуть-чуть времени. Займись голубями!

Кригсон кивнул и снова скрылся в темноте. Брал наконец-то замер в одиночестве, со стены разглядывая поля, холмы и леса Брихольма, на которых не горело ни единого костерка, не светились окна крестьянских изб. Но скоро это изменится. В устье Солы снова войдут корабли и будут это боевые фоты северян. То же, что развернётся дальше… Брал не знал, желает ли он в этом участвовать. Но то, что это началось по его вине, он знал точно и не сказать чтобы сильно жалел.