Серые будни: Забытые Боги

Сказ сорок девятый

Щебень от битых камней и кирпичей, вперемешку с костями, хитином и прочими малоприятными останками тварей хрустел, хлюпал и чавкал под шагами давно разношенных сапог. Сегодня Арк шага практически в первых рядах, то и дело врубаясь в тела противников мечом, от которого было куда больше пользы в давке. В заброшенном городе за ночь, которая прошла на удивление сносно, будто прибавилось тварей. Хотя в этом, как раз таки и не было ничего удивительного. Было бы странно, окажись путь до древней академии легким.

Да, их сотня все так же входила в состав отряда, рвавшегося выполнять обещание, данное духам, которые несколько раз уже выручили северную армию. И в целом Арк был совсем не против сражаться именно на этом фронте. Пробиваться к самому центру этих проклятых земель, к Прорыву, связывавшему планы уже восемь сотен лет, он хотел меньше всего в жизни. Даже в лагере у подножия замка-скалы давление этого ужасного портала было столь сильно, что мало кто-то смог выспаться спокойно, не смотря на пассивность противника.

Сказать было проще чем сделать. Арк не представлял, что твориться на втором направлении, потому что здесь твари перли практически не переставая. Пускай с организацией у них были проблемы, но там, где не хватало качества, те брали числом.

В очередной раз выбившись из сил, Аркум отошел в тыл, воспользовавшись короткой передышкой, когда поток противников на время откатился. Вперед, на его место, шагнул Хвель, хлопнув товарища по плечу. В который раз они уже меняли друг друга?

Аркум ушел недалеко. В тылу, не особо далеко от без остановки стреляющих Хакара и Мари, а также расчетливо жгущей огнем Крины, ждала Ринала. Девушка тут же принялась осматривать раны лидера, попутно нашептывая молитвы одну за другой, чтобы придать воину сил, как физических, так и духовных.

Устало опустившись на землю, Арк глянул в сторону дворца, на подступах к которому тоже кипела битва:

— Не было гонцов или кого-то еще с той стороны? — уточнил воин.

— Ничего не слыхать, — покачала головой Ринала. — Но может и хорошо? Раз не спешат с нами связываться, значит справляются сами.

Аркум пожал плечами. В целом он и не надеялся, что сюда прискачет гонец от второго отряда или придет иное сообщение. Только если на той стороне вдруг потерпят сокрушительное поражение и всем придется спешно отступать. Хотя и в таком случае вряд ли с ними кто-то свяжется. Оставалось надеяться, что по крайней мере верхушка войска как-то поддерживает связь между собой и пока что все идет по плану.

***

Люция привел почти всех своих людей, большую часть пути проделав под землей, по ходам старинных катакомб. Оставаться там и дальше не имело смысла, да и, если честно, становилось немного опасно. Имперцы заваливали спуски один за другим, сужая пригодную для использования сеть ходов. Разгрести эти проходы все еще было можно, но Люц не видел смысла и дальше находиться в городе. Пришла пора под шумок забрать Обелиск и исчезнуть. А еще, было бы неплохо, сделать так, чтобы Криус не смог покинуть город или и вовсе убедиться в том, что он навсегда останется в одной из зал старинного дворца.

Имперцы развили масштабное наступление, стараясь прорваться к Прорыву. С высоты холма, на котором стоял дворец, Люций мог наблюдать за сражающимися внизу воинами. И, что самое главное, он мог их различать, выделять отдельных людей из толпы, так близко те уже подобрались. На самом деле чего-то удивительного в этом не было. Собранные по степи полчища тварей больше мешали друг другу без нормального управления, почти все кочевники разбежались, будто чувствуя, что в стане Слуг не все спокойно, а вместе с ними ушли и ведьмы, хоть сколько-то способные повелевать чудищами. Сейчас на передовой сражались ученики с дочерними артефактами, потерять которых было не жалко. Почти все Слуги собрались во дворце – Криус стягивал силы поближе к себе, готовясь к любому развитию событий. Люций тоже собрал всех, кто согласился пойти за ним, нейтралов в их противостоянии осталось не так уж и много. Те изначально остались на севере, хотя было таких единицы. Наверняка и здесь, в столице Империи, нашлись те, кто смалодушничал и сбежал, не желая попадать в междоусобную разборку, но Люц их не винил. Пускай уж лучше сбегут, чем достанутся Криусу.

Бросив еще один взгляд на наступающую армию, Люций направился ко дворцу. Часть его людей уже спешила туда, Зиг вел передовые отряды Слуг Белиона, которые были куда эффективнее остальных в прямом столкновении. Лить лишнюю кровь никто не собирался, но и запрета на применение силы Люц не вводил. Если Слуги, еще поддерживающие Криуса, не будут мешаться под ногами, то мало того, что сохранят жизни, но и получат по Осколку, после разрушения Обелиска. Люций понимал, что самые упертые попытаются собрать камень воедино, но он понимал, как это глупо. И дело было даже не в том, что склеить то, что было разрушено тяжело.

Шагая ко дворцу, мужчина достал свой Осколок и еще раз взглянул на него. Даже сейчас, после открытия пары Прорывов и прочего, что черпало из него силы, камень все еще не истощился. Люц понимал, как напитать его кровью, если это понадобиться, но до сих пор в Осколке сил было больше, чем мужчина потратил за всю свою немалую жизнь. А ведь он не раз проливал кровь причем в немалых количествах, творя пугающие ритуалы, или заимствовал жизненную энергию у собственных созданий, иссушая их за секунды. Но все равно, в малом камушке сил было больше, чем Люций когда-либо пропускал через себя.

И создать что-то подобное будет безумно сложно, поэтому ломать Обелиск, уж самому себе то можно не врать, Люцию было жалко. Это ведь не просто камень, принесенный из Уласа. При желании старик понимал, как найти место, где самые странные каменщики в этом многообразии планов высекли из породы заготовку для Обелиска. Но ведь нужно было еще напитать его силой. А это многие десятилетия, если не больше, астрономически выверенных по датам жертвоприношений, проведенных с особой точностью и тщательностью, чтобы ни капелька силы не «пролилась» мимо камня. Как итог, в общей сложности нужны четыре вещи: особый материал, мастерство и знания, обилие жертв, а также время. И вот в него-то все и упиралось. Люций работал с магическим кругом в старой имперской академии, знаний ему было не занимать, а того, что недостает в теории можно спросить у Богов, вытянув из небытия душу кого-то из Слуг древности. Но вот время… Не было у Люца десятилетий, чтобы создать свой Обелиск, а значит придется ломать этот. Лишь ради того, чтобы проверить свою теорию.

Люций прогнал пока что ненужные мысли и спрятал камень. Кажется, во дворце вспыхнуло несколько схваток, даже на подходе он слышал звон клинков, вспышки чар, рев тварей. Не все решились к нему присоединиться, пусть так.

Мужчина наконец-то вошел на территорию дворца. Здесь еще были заметны остатки былого величия в виде фресок, резьбы и лепнины. Что-то восстановили сами Слуги, жившие здесь последние годы. Не столько ради сохранения истории, сколько ради собственного комфорта. Хотя некоторый исторический интерес к древностям тоже присутствовал, кто знает, какие полезные вещи можно было узнать из старинных книг или свитков, найденных под завалами? А может какая-то информация крылась в резьбе не стенах или на истлевших гобеленах? Именно подобными поисками и занимались многие слуги Люгитины или Эрибуса, как самые тяготеющие к знаниям. Когда-то и Люц этим занимался, но что-то он ударился в воспоминания…

Отвлекшись от воспоминаний, мужчина огляделся по сторонам. На аллее перед дворцом, переходящей в огромный двор, когда-то украшенный множеством статуй и фонтанов, сейчас было пусто. Люц видел редкие тела убитых Слуг, не пожелавших встать на его сторону, а также тех немногих тварей, которых хозяева оставили при себе. Бойцы Зигфрида не пощадили никого, сметая на своем пути неугодных.

Старик направился ко входу во дворце, когда с неба метнулся крупный ворон, тут же ударившись о землю и перевоплотившись в человека. Всего лишь один из подручных Зига, имени которого Люций не помнил, так что мужчина не особенно удивился.

— Криус приказал своим людям пока опустить оружие и ждет вас в главном зале для переговоров, господин Люций, — доложил парень, слегка наклонив голову.

— Он один?

— Нет, конечно, — хмыкнул посыльный. — С ним Олкандр.

— Само собой, куда Криус без своего ручного пса, — фыркнул Люций. — Лети к Зигу, хочу, чтобы он меня сопровождал… на всякий случай.

Да, на тот самый случай, если вдруг придется сражаться с сильнейшим из ныне живущих Слуг Белиона. Хватит ли сил у Зигфрида если дело дойдет до битвы? Должно хватить, иначе конец им обоим. Если только Люц не умрет раньше, потому что и Криус не так-то прост. В мирное решение так далеко зашедшего конфликта Люций не особо верил.

Еще пять минут назад звучавшие где-то во дворце звуки боя, сейчас стихли. Слуги с обеих сторон замирали, в ожидании развязки. Мужчина понимал – если он проиграет, вряд ли кто-то продолжит его дело. Падет ли тогда Прорыв? Возможно. Слишком много он поставил на кон, слишком сильно помешал Криусу. Быстро оправиться их армии будет сложно, но и возможности столь старого Прорыва, стоящего на Обелиске, были поистине ужасающи. Если Криус не будет медлить и ошибаться, битву еще можно перевернуть в пользу Слуг. Вот только Люций видел пользу для их общего дела в расколотом Обелиске, а не едином камне на далеком юге.

Зиг нашел Люц почти сразу, как тот вошел в замок и молча пристроился за плечом. На ладонях мужчины была свежая кровь, но ни капли не попало на жилет и закатанные рукава рубашки.

На ходу чуть повернув голову, Люций ровным голосом уточнил:

— Сможешь справиться с Олкандром?

— На мечах он мне не ровня, но точно не будет сражаться в человеческой форме, — хмуро бросил Зиг.

— Возьми, — старик походя запустил руку в карман и протянул камень товарищу. — Разбиться как им пользоваться придется по ходу дела.

Зигфрид сжал камень, будто прислушиваясь к ощущениям. На мгновение его глаза полыхнули необузданной, совершенно дикой, звериной яростью, но Слуга тут же совладал с собой.

— Если все завертится…

— Не если. Когда, — поправил Люц.

— Держись подальше, — кивнул Зиг, пряча камень, с явной неохотой выпуская его из рук.

Криус ждал их в зале для переговоров, не в том, где находился Прорыв. Боялся, что Люц воспользуется его силой или сбежит через него? Люций не собирался бежать, даже если его бывший глава задумал какую-то подлянку.

Двери охраняла пара Слуг, судя по молчаливому кивку Зига, один из них был с их стороны. Криус все еще мог устроить засаду, спрятав воинов где-нибудь в зале, все же на родной территории подготовить можно много что, но приходилось идти на риски.

Нынешний глава Слуг замер у небольшого стола в центре помещения, пол которого был застелен ковром. Здесь было довольно чисто, видно было, что зал давно отремонтировали и продолжали следить за его состоянием. Подобных комнат хватало в старинном дворце. Возле стола стояла лишь пара стульев, а у правой стены находился еще один стол. Больше мебели в зале не было.

— Люций, прежде чем начнем переговоры, ты ведь не против обезопасить нас обоих? — одними губами, абсолютно холодно, улыбнулся Криус. — Оставим наши артефакты на том столе? Клянусь тебе, кроме нас четверых в зале не будет никого. Никаких арбалетчиков в стенах, мечников за гобеленами или вроде того. Охрана поровну поделена между моими и твоими людями. Все честно.

Люц улыбнулся так же холодно, но кивнул и направился к столику, вместе с Криусом. Мужчины положили свои артефакты одновременно: трость с окованным набалдашником и короткий жезл, очень напоминающий скипетры, которыми пользуются некоторые из монархов. Зиг и Олкандр шагнули к столу следующими. К двум артефактам легли фальката и гладиус. Воины обменялись отстраненными, абсолютно безразличными взглядами и шагнули следом за своими лидерами, уже садившимися за стол. Теперь каждому из четверых Слуг было не меньше дюжины шагов до артефактов, через которые они черпали свои силы, часть которых, впрочем, еще держалась в их телах. Пускай не так эффективно, как ведьмы, но Слуги тоже были на что-то способны и без своих безделушек.

Люций и Криус некоторое время молча смотрели друг на друга, явно думая о чем-то своем. Их телохранители замерли в одинаковых позах точно за спинами стариков, ни на волос не желая уступать друг другу в расстоянии до артефактов. И все же первым, спустя минуту, заговорил Криус:

— Так значит ты хочешь разрушить Обелиск? Не думаю, что тебя хоть чуть-чуть удивит моя осведомленность, лучше ответь зачем?

— Потому что вижу в этом благо для нас всех, — пожал плечами Люций. — Ты правда считаешь, что нам нужно запираться на юге, оберегать Прорыв, который мы не можем переместить?

— Можем, — покачал головой старший из Слуг. — Выгадать новое, удачное место не сложно. А с мощью Обелиска это можно и не делать, Прорыв откроется и так.

— Но при этом будет крыть не такую большую территорию, а еще Церковники ощутят его за десятки лиг. Искать новое, столь же удобное географически, место не выгодно. Мы пытались, но слишком многое должно совпасть, чтобы накрыть весь север мощью одного Прорыва. Ты ведь и сам признаешь, что части той информации, что сохранилась до нас, не понимаю даже способнейшие.

Криус нехотя кивнул, не желая спорить с очевидным. Культурное падение севера отразилось и на Слугах, ведь те всегда были выходцами из тех же самых людей, против которых они сражаются. Среди имперцев почти не осталось ученых, которые в большинстве своем были магами. Самые выдающиеся их Слуг древности, как бы банально это не звучало, в свое время учились в тех же самых магических академиях, что и ученые тех времен. Просто по какой-то причине бывшие однокурсники пошли разными дорожками. Скрытая от взоров обычных людей война на истребление выкосила не только всех магов, но и самых талантливых из их противников, и теперь спустя восемь сотен лет с обоих сторон конфликта решающую роль играет религия, а не знания.

— Даже не имея возможности незаметно переместить Обелиск, мы все еще могли раскинуть сеть Прорывов над севером, уж на это знаний хватило. Но своими действиями ты все испортил, Люций.

— Слишком нестабильная сеть, требующая множества ресурсов, — скривился Люций. — Одни духи Биаса чего стоят, а также их доставка. Путешествие по Уласу в этом отнюдь не панацея.

— И ты считаешь, что, расколов Обелиск, сможешь сделать лучше?

— Если у каждого из нас будет осколок, сеть над севером, да и вообще всем миром, возникнет сама собой. Скрыть небольшой камень будет проще чем огромный алтарь. Придется провести кое-какие исследования для этого, но я уверен, что Церковники будут чуять нас не сильнее чем обычно.

— Но для этого придется разрушить Обелиск, чего я допустить не могу, — покачал головой Криус. — Не имеем мы права сломать то, аналога чему не можем создать. Слишком ценная вещь…

— Приходится идти на жертвы, — пожал плечами его собеседник. — Чтобы принести пользу нашим Богам мы должны не руины охранять на безлюдном юге, а встроиться в людское общество. Даже если придется отдать им когда-то завоеванные земли.

Лидер Слуг хмыкнул и покачал головой:

— Говоришь ты складно, но и сам должен понимать – у тебя своя правда, у меня своя.

— Подозревал, что договориться не получится, — Люц напрягся, готовый к сражению.

Криус будто бы виновато развел руками, а затем резко хлопнул ими перед собой. Люций, не дожидаясь развития событий, упал на спину вместе со стулом, попытавшись перекатиться, но так и замер лежа на спине, скованный ужасающей слабостью. Он понял, что происходит – из него выкачивали силы через несложный магический круг.

Над головой в две глотки взревели звери, смутная тень метнулась вперед, с вражеской стороны, но была тут же подхвачена кем-то бросившимся навстречу. Клубок из двух существ покатился по полу где-то за спиной лежавшего мужчины.

Люций пытался подняться, но круг, по всей видимости начертанный под ковром, держал его крепко, продолжая качать крохотный запасы сил Криусу. Тот не заставил себя долго ждать и появился в поле зрения беспомощного противника через несколько секунд, уже со своим скипетром:

— Серьезно, Люций? Столь примитивная ловушка? Я и не думал, что сработает, припас еще кое-что… Но раз уж оно не понадобилось, мне же лучше, — старик пожал плечами.

Рев бьющихся химер где-то впереди его ничуть не смущал. Криус бросил на них лишь короткий взгляд, вновь взглянув на своего противника, почему-то ухмыляющегося, даже через сковавшую его слабость. Впрочем, старый лидер Слуг никогда не славился глупостью, он и сам уже начал что-то подозревать:

— Почему так мало сил, Люц? С камнем в кармане ты должен был крыть меня на голову… Даже круга могло не хватить.

— Поэтому… он и не… у меня, — просипел скованный мужчина.

Позади него одна из химер взвыла особенно сильно, только вот в ее реве было куда больше боли и удивления, нежели ярости. Почти сразу звериный рев сорвался на почти человеческий вопль. Люций напрягся и чуть не порвав собственные мышцы изогнул шею, пытаясь разглядеть происходящее.

Олкандр явно не рассчитал собственных сил, метнувшись на врага сразу после начала развития событий. Возможно, Криус смог передать ему часть сил перед рывком, потому что тот смог перевоплотиться почти полностью. Покрытое чешуей тело и длинные когтистые руки, почти человеческие. Ноги больше похожи на кошачьи, но с двумя суставами, явно очень прыгучие. Голова вжалась в плечи, прикрываясь костяными наростами, но так было до атаки Зига, оторвавшей противнику одну из рук и сорвавшей часть пластин вместе с плечом.

Зиг, в отличие от соперника, явно не экономил силы, Люций вообще начал сомневаться, что его подчиненный еще в себе. Эта многолопая, многоногая тварь, с длинной бледной шеей, увенчанной почти человеческой головой с огромной пастью, явно желала лишь жрать и крушить все вокруг. На глазах невольных зрителей, Зигфрид закинул в рот оторванную руку, тут же выпростав вперед пару конечностей, ухватив попытавшегося уйти противника. Узловатая трехпалая рука и склизкое щупальце крепко спеленали Олкандра, чтобы через мгновение потянуть его в пасть твари, нависавшей над ним. Каким бы тот ни был талантливым и сильным Слугой, но Криус перехитрил сам себя, решив оставить артефакты в стороне. Без подпитки силами его цепной пес оказался лишь закуской, для дорвавшегося до осколка Обелиска Зигфрида.

— Гадство, — ругнулся Криус и попытался броситься прочь, но тварь оказалась куда быстрее, не смотря на свои габариты.

Зиг змеей метнулся по залу, обрушившись на бегущего старика всей своей массой, распахнув огромную пасть прямо вдоль тела, тут же поглотив Криуса. Сила, сковывавшая Люция, тут же ослабла, но он все еще был не сильнее обычного человека. А Зигфрид тем временем уже поворачивался к нему.

— Не смей, Зиг! — рявкнул Люций, стараясь унять дрожь в голосе. — Зиг! Не узнаешь меня?!

Длинная белесая шея изогнулась и хлестким, будто взмах кнута, движением метнулась вперед. Люций спасла его же слабость. Попытавшись уклониться, он оступился и упал, невольно прикрывая лицо рукой. Щелкнули огромные челюсти, брызнула кровь. Мужчина заорал, чувствуя, как его левое предплечье пронзила чудовищная боль, мигом отхлынувшая, сменившаяся другой, тупой и ноющей, но все еще безумно сильной. Сквозь слезы Люц взглянул на руку, все уже и так понимая – Зиг укоротил его левую руку по локоть.

Сам Слуга Белиона явно находился в замешательстве после случившегося. Отпрянув прочь от старого лидера и товарища, он потрясенно, если на его ужасной роже можно было правильно разобрать эмоции, смотрел на Люция. В черных, бездонных глазах мелькнуло узнавание, после чего Зиг, к удивлению старика, метнулся прочь, насквозь проломив стену и в мгновение ока скрывшись из виду. Похоже вкус знакомой крови – неудивительно, что за столько лет странствий ему приходилось пробовать кровь Люца – пробудил в обезумевшем Зигфриде частичку разума. Пускай этого и хватило лишь на то, чтобы убраться прочь. Видимо для того, чтобы насытиться и взять контроль над химерой. Что ж, имперцев ждал сюрприз, но Люцию было не до этого.

В зал вбежали люди, кто-то спрашивал, что произошло, но старик не отвечал, на последних каплях сил добравшись до своего посоха. Боги уже затворили его рану, надо лишь немного потерпеть, чуточку окрепнуть, а затем можно идти к Прорву. Пришла пора сделать то, ради чего он шел по головам последние годы. А рука… ни такая уж и большая цена за силу.