Серые будни: Забытые Боги

Сказ тридцать восьмой

Их все же догнали. Хакар понимал, что тот коршун был всего лишь глазами степных ведьм, но ведь у них было преимущество! Отряд мчал вперед не жалея лошадей и меняя их каждые пару часов. Даже если кочевники поступили бы так же, они все равно не смогли бы так быстро нагнать гонцов. Но факт оставался фактом. Еще до вечера первого дня на горизонте замаячил отряд всадников, нагоняющий троицу Охотников.

Иво ворчал и изредка бросал взгляды за спину, но продолжал гнать лошадей вперёд. До границы было ещё далеко и Хакар не знал, на что десятник рассчитывает. Уж лучше попытаться сразится сейчас, пока их троица ещё не валится с ног от усталости. Они были в седле слишком долго и организм уже начал сдавать, но пока Хак был уверен, что выдержит сражение, а вот что будет хотя бы через несколько часов, когда степняки их нагонят…

— Найдем подходящее место для сражения, — все же крикнул Иво, когда солнце уже начало алеть, приближаясь к горизонту. — Хакар, можешь их пересчитать?

Брильемец оглянулся, сильно повернувшись в пояснице, теперь совсем не следя за дорогой. До преследователей было никак не меньше пары верст, сколько Хакар не вглядывался, не смог рассмотреть ничего, кроме пылевого облака, стелющего за группой всадников. Не помогло даже острое брильемское зрение.

— Пыли не меньше нашего поднимают, — только и смог подметить Хакар.

— Если их меньше десятка, то может хоть кто-то из нас уйдет, если ударим из засады, — буркнул Иво, но Хак все расслышал.

Место для сражения нашлось спустя почти час непрерывной скачки. Лошади уже хрипели от усталости, а солнце почти скрылось за горизонтом, когда на пути отряда появился очередной длинный овраг. Сколько их уже было за этот день? Хакар сбился со счета.

Иво повел группу вниз, под прикрытие кустов и низких деревьев, росших в низине вдоль хилого ручья.

— Спрячем лошадей, а сами пойдем пешком, по зарослям, к спуску в овраг. Склоны здесь крутые, так что будет лишь два входа и выхода.

— Нас просто зажмут внутри, — заметил Хакар. — Зайдут с двух сторон.

— Поэтому и надо напасть первыми на ту часть, которая останется у первого спуска.

— А если их будет больше? Что им мешает просто всей толпой в овраг спуститься? — Ите плотно сжала губы, девушке было страшно.

— Мы с Хакаром пойдем ко входу, а ту останешься с конями, — Иво уже принял решение. — Если вся толпа ломанется вниз, мы их задержим, а ты уйдешь дальше, выпустишь второго голубя, когда сама посчитаешь нужным.

— Я заухаю совой, если их будет слишком много, — Хакар сложил ладони особым образом и осторожно дунул. Над оврагом раздалось совиное уханье.

Девушка чуть заметно улыбнулась, но промолчала. Хакар тоже не спешил ее ободрять, прекрасно понимая, что если все пойдет по этому варианту, он вряд ли доживёт даже до полуночи.

Лошадей укрыли в полуверсте от спуска в овраг. Густые заросли кустарника прикрывали коней и оставшуюся с ними Ите со всех сторон. Разве что сверху можно было разглядеть небольшую полянку, но для этого пришлось бы пробраться через кустарник уже на склоне. Сделать это тихо вряд ли вышло бы бесшумно.

Хакар, Иво и Добряк поспешили в обратную сторону, пешком, но во всеоружии. Хак облачился в кольчугу и шапель, взял лук, копьё и булаву, связку дротиков. Иво тоже захватил колчан с дротиками, особо не рассчитывая перезарядить арбалет. Охотники засели в кустарнике на склоне, так чтобы видеть спуск в овраг. Хакар уже слышал, как ржут кони кочевников, подобравшихся к балке, но вниз пока никто не спешил.

— Скорее всего решили не ломиться вниз всем скопом, — прошептал Иво.

— Главное, чтобы не зашли в овраг с двух сторон, тогда не успеем Ите вывести.

— Подождем пару минут, если не начнут спускаться сами, подберемся поближе и перестреляем их, как куропаток.

— Лишь бы нас не перестреляли, — вздохнул Хакар.

В сгущающейся темноте, брильемец видел силуэты всадников, гарцующих у спуска в овраг. До них было не больше сотни саженей, на открытой местности он даже попытался бы подстрелить хотя бы одного из них, но заросли вдоль балки мешали. Охотники уже собирались двигаться в сторону кочевников, не желая давать им время зайти их группе в тыл, когда сзади вдруг раздался испуганный женский крик.

— Ите!.. — в полголоса вскрикнул Хакар, чувствуя, как на сердце похолодело.

Кочевники не могли так быстро обойти их! Но даже если так, почему никто не слышал, как они приближались? Хакар заметался, не зная, что теперь делать.

— Беги к девчонке, — скомандовал Иво, не отрывая взгляда от спуска в овраг. — Спасите лошадей – это самое главное. Без них у нас и шанса не будет, чтобы убраться.

— Отобьем коней у кочевников!

— Не имел ты дела с чужими лошадьми, — хмыкнул Иво, а затем вновь посерьезнел. — Быстрее, беги к девчонке!

Хакар промедлил всего пару секунд, а затем сорвался в обратную сторону, почти не издавая шума в густых зарослях. Если бы не кольчуга и дурацкая шапель, брильемец и вовсе был бы бесшумен! Добряк темной тенью следовал за хозяином.

Ите нашлась на той же поляне, где десятник ее и оставил. И даже все кони были на месте и никуда не разбрелись. Самой девушке повезло меньше, но по крайней мере она была жива. Вражеская стрела угодила ей в правое бедро, насквозь пробив его внешнюю сторону. Разглядев это Хакар облегченно выдохнул – по крайней мере артерия должна была остаться цела.

Виновник ранения нашелся быстро. Выше по склону, в ветках какого-то куста, повис труп молодого кочевника, на вид не старше оставшейся в Торлине Мари. Стрела восточницы угодила ему живот и прошла бы насквозь, но похоже уперлась в позвоночник.

— Подобрался через кусты в одиночку, — прошипел Ите, пытаясь уложить ногу так, чтобы она поменьше болела. — Я его слишком поздно услышала. Вскинула лук, когда он уже выстрелил. Только мне больше повезло… Слышал бы ты, как этот урод стонал, пока не помер!

— Жестоко, — хмыкнул Хакар. — Только он до сих пор живой, едва дышит, но еще не отошел к своим Богам.

— Пускай не торопиться, еще помучается, — девушка едва заметно всхлипнула, когда брильемец принялся осматривать ее рану. — Где Иво?

— Сама не слышишь?

Со стороны спуска в овраг уже около минуты доносился шум боя.

— Надо торопиться, поскачем в обратную сторону, выберемся из оврага и поскачем куда-нибудь на северо-запад, может оторвемся. В седле удержишься? Нет времени толком рану обрабатывать.

— Сколько-то просижу, — Ите задержала дыхание, когда Хакар обламывал торчащую половину стрелы с оперением.

Оставшуюся часть древка, с торчащим наружу наконечником, Хак пока трогать не стал, чтобы девушка не истекла кровью. Усадив Ите в седло, брильемец забрался на коня и сам, после чего Охотники поспешили обратно, гоня перед собой лошадей десятника. Хакару чудилось, что с дальней стороны оврага доносится топот копыт, но он надеялся, что немного времени у них еще есть.

Иво ждал их на дне оврага, усевшись на труп кочевника. Чуть в стороне топталась парочка лошадей, лишившихся хозяев. Еще один конь жалобно хрипел, лежа на земле, поджав рассеченную заднюю ногу. Его хозяин замер рядом, с дротиком в груди. Последний кочевник валялся ближе всех к спуску в овраг. Судя по оперению болта, угодившего в шею, он умер самым первым.

Впрочем, для Иво эта скоротечная схватка тоже не прошла так просто. Чужая стрела засела у десятника в груди, пробив кольчугу и войдя меж ребер, явно задев легкое. Мужчина то и дело сплевывал кровавую слюну, но пока что держался. На коленях у него лежал уже заряженный арбалет.

— Всех коней пригнали?.. Отлично… Подымитесь их оврага, шуганите моих… Может хоть кого-то их них это с толку собьет… Если хоть один всадник в сторону ускачет, вам проще будет.

— Вы не поедете? — Ите, и сама бледная после ранения, все равно беспокоилась о командире.

— С такой раной я до границы все равно не дотяну, только сдохну в мучениях… А здесь еще хотя бы парочку с собой заберу, выиграю вам чуть-чуть времени… Скачите давайте, хватит это время тратить.

Ите всхлипнула, но тут же отвернулась, делая вид, что это из-за боли в ноги. Хакар промолчал. Он слишком мало знал десятника, но все же… Тот всегда хорошо относится к Хакару, пускай и старался этого не показывать. Иво явно считал, что Хак способен на большее, даже сам брильемец не был о себе столь высокого мнения. Оставлять десятника на смерть одного, парень сейчас хотел меньше всего.

— Валите, — хмыкнул Иво, утирая кровь. — Это приказ. Нечего меня жалеть.

Стянув с шеи жетоны, десятник протянул их Хакару. Руки мужчины дрожали, но взгляд все еще был тверд. Брильемец не смог противиться этому взгляду и, перегнувшись из седла, взял жетоны.

— Теперь езжайте, — фигура десятника как-то разом расслабилась, но не растеряла остатков собранности.

Стук копыт за спиной слышался все отчетливее и Хакар, нехотя, ударил пятками по бокам лошади, срываясь в галоп. Ите, морщась от боли, скакала сзади, стараясь не оглядываться. Десятник тоже не смотрел на товарищей, глядя лишь в сторону приближающихся, пока невидимых кочевников, с предвкушением поглаживая ложе верного арбалета.

***

Перед глазами пульсировали кровавая пелена, с каждым ударом сердца сгущаясь все сильнее, но Иво Безглавый держался. Так хотелось лечь на землю и просто уснуть, свернуться калачиком на мягкой траве, но он не давал себе расслабиться. Десятник понимал, что ему конец. В пробитом легком булькала кровь, он постоянно ее сплевывал, но это не помогало. Жить ему оставалось не долго – час, может чуть больше, если не будет шевелится. Но Иво собирался поступить совершенно иначе. Обломив древко стрелы, чтобы она не мешала двигаться, десятник замер, экономя силы.

Кочевники появились неожиданно. Охотник слышал стук копыт их лошадей, но самих всадников не замечал до последнего момента. Хорошо, что вскинуть арбалет Иво мог за долю секунды. Руны на металлических плечах полыхнули, а за ними вспыхнуло и ложе – сейчас десятнику нужна была вся возможная точность и сила. Хлопнула тетива. Скакавший первым статный, одетый в меха и золото воин, поймал болт в середину груди, чуть левее от центра, и тут же рухнул из седла, как подкошенный. Но злобно свистящий снаряд на этом не остановился, пролетев воина насквозь, и глубоко завязнув в плече скакавшего чуть позади молодого воина помоложе.

Степняки завопили, вскинули луки или рванули сабли из ножен. Их было еще четверо – видимо посчитали, что Охотники не станут разворачиваться назад, почти все ушли к дальнему спуску в овраг. Будь Иво в форме, он бы поставил на то, что заберет еще хотя бы парочку, а может и троих, сейчас же… Додумать десятник себе не дал. Вскинув калкан одного из убитых степняков, Иво принял на него пару стрел, еще одна отскочила от шапели. Последний кочевник накинулся на мужчину с саблей. Десятник отшагнул назад, выдернул из земли дротик и коротко ткнул им, оставив копейцо в груди коня, на секунду пожалев ни в чем неповинное животное. Степной воин хватанул острием сабли по щиту Охотника, а затем чуть не выпал из седла, когда его раненный конь взвился на дыбы.

Иво уже выхватил меч из ножен и начал смещаться в сторону, стараясь прикрыться от лучников всадником и его раненым конем, который гарцевал на месте. Очередная стрела вонзилась десятнику справа в поясницу, хотя и вошла не очень глубоко. Иво поморщился и через секунду, когда кочевник все же успокоил своего коня, шагнул вперед и через боль и кровавые круги перед глазами сделал выпад. Острие прямого меча, узкого почти как шпага, вошло под нижнюю челюсть степняка. Иво по привычке довернул клинок легким движением руки, расширяя рану, и тут же вновь ушел в оборону. Стрела вонзилась в самый край щита – еще бы мгновение промедления и груди у десятника появилась бы еще одна дыра.

Быстро стрельнув глазами по сторонам, Иво оценил обстановку. Один кочевник уже обходил его сбоку, стремясь отказаться за спиной. Второй был спереди и последний чуть сбоку, по правой стороне, желая закрутить десятника, вынудив прикрываться щитом, тем самым открываясь для товарищей. Иво припал на колено, перекинув меч в левую руку, теперь держать его вместе со щитом. Рванув с пояса кинжал, он метнул его в правого кочевника, почти без замаха. Степняк дернулся, но клинок все же вошёл ему в плечо. Правда видимо Иво слишком закрутил бросок и кинжал, рассекая плоть противника, выскочил из раны. Десятник чертыхнулся – уж лучше бы клинок поглубже засел в плече кочевника, не давая ему взяться за лук.

Неожиданно в спину, где-то там, где только начинаются ребра, вонзилась стрела, прошивая тело Охотника под углом сверху вниз. Иво упал на колено, дёрнул щитом в сторону последнего из кочевников, но очередная стрела прошла под калканом и угодила в основание живота слева.

Иво замер на коленях, выпустив щит, но все ещё сжимая меч так крепко, как только мог. Кочевники о чем-то болтали на своем языке, явно обсуждая его, судя по злобным интонациям. Один из всадников направил лошадь к нему, достав саблю из ножен. «Надо было прикончить остальных,» – подумал Иво, когда степняк поравнялся с ним, отводя клинок для удара. Десятник рванулся вперед, меч сверкнул кровавой молнией, рассекая шею коня почти до самого позвоночника. Иво перекатился, уходя от вражеских выстрелов, ломая при этом уже засевшие в теле стрелы, чувствуя, как они входят глубже, выдавливая из него последний крохи жизни, но ему было уже все равно. Круп лошади упал рядом, Иво бросился вперёд, прямо с земли. Надо ухватить придавленного конем всадника за ногу, подтянуть себя выше и вонзить меч ему в глотку. Забрать ещё хотя бы одного!

Кочевник твердо стоял на ногах, успев выпрыгнуть из седла, прежде чем конь упал на землю. « Надо было убить всех бесхозных лошадей,» – ещё раз подумал Иво, пытаясь прикрыться от вражеского клинка, серебряным полумесяцем сверкнувшим в ночи.

***

Хакар и Ите мчали по ночной степи, не жалея лошадей. Брильемец ехал первым, потому что хоть что-то видел в темноте. Не хватало еще, чтобы лошадь на скорости угодила ногой в чью-нибудь нору. Хакар старался этого не допустить.

Парень не верил, что у них получится оторваться. И когда через полчаса за спиной вновь появились всадники, Хакар уже все решил.

— Ите, скачи дальше одна. Не возвращайся, если только я не позову.

— Не надо. Мы сможем уйти, перебьем их с лошадей! — девушка с трудом держалась в седле, что уж говорить о сражении и Хакар это понимал.

— Из седла они явно стреляют лучше нашего, — Хак остановил коня, спрыгнул на землю и твёрдо повторил. — Скачи! Я дам сигнал, если будет смысл возвращаться.

— Но…

— Скачи!

Ите всхлипнула, но все же поскакала вперед. Парень хлопнул своих лошадей по крупу, одну за другой, отправляя их вслед за крохотным табуном.

Добряк остался с хозяином. Потрепав пса по загривку, Хакар указал ему место саженях в двадцати перед собой. Зверь послушно убежал вперёд и припал к земле, выжидая «добычу». Хакар достал лук, наложил стрелу на тетиву, и опустился на одно колено, стараясь хотя бы немного слиться с окружением. В степи сделать это было не так просто и если кочевники видят в темноте хотя бы так же как Хакар, не факт, что из его затеи что-то выйдет. Но другого выбора не было.

Вскоре земля под ногами мелко завибрировала, а на фоне тёмно-синего неба замелькали силуэты всадников. Их было трое. Хакар не знал, сколько осталось в овраге вместе с десятником, но почему-то ему казалось, что Иво продал свою жизнь достаточно дорого. Вдруг парень понял, что жетоны командира так и остались у него, но что-то с этим сделать было уже нельзя. Хакар поднялся в полный рост и, крикнув команду на брильемском, выстрелил.

Стрела угодила одной из лошадей в шею, заставив Хакар скривится от досады. Но он и не думал останавливаться, уже накладывая новую стрелу. Добряк выпрыгнул из травы, как заправский волк, тут же вцепившись в глотку одной из лошадей, опрокидывая ее на землю вместе с всадником.

Хакар не смотрел на пса. Довернув корпус он выстрелил, в этот раз попав стрелой под левую руку противника, тоже вскинувшего лук. Вновь перевелась на первого, парень обречённо замер. Кочевник спешил к нему, прикрываясь калканом и саблей в руках. У Хакара была лишь булава, а последний степняк уже отгонял Добряка, размахивая саблей. Парень натянул тетиву, собираясь выстрелить по отвлеченному псом воину хотя бы раз, когда позади вновь зазвучал топот конских копыт.

Ите спешила обратно с поднятым луком, обходя товарища по левой руке, закручивая прикрытого щитом кочевника в неудобную сторону. Из травы метнулась ещё одна собачья тень и на спину занятого Добряком воина рухнула Кана – собака восточницы.

Хакар вновь перевел свой лук, через мгновение всадив стрелу в ногу противника. Тот что-то крикнул на своем наречии, рванулся к парню, до которого было не больше полу десятка саженей, но Ите не упустила свой шанс. Ее стрела завязла в шее кочевника, пройдя ее насквозь. Судьба последнего воина была совсем незавидна, Хакар слышал, как яростно рычат собаки, раздирая человека на куски.

— Зачем вернулась? — буркнул брильемец, запрыгивая в седло.

— И это вместо благодарности? — через силу улыбнулась девушка.

— В седле ещё можешь держаться?

— Сколько-то просижу, — вздохнула Ите.

— Тогда едем, перевяжу тебя, когда взойдет луна.

Короткий свист и псы возвращаются к хозяевам, чтобы следом за ними растворится в ночной степи. Хакар вел поредевший отряд четко на север, ориентируясь по звёздам. Хотелось спать, несмотря на бурлившую после битвы кровь, но парень боролся с предательским желанием. Он не будет спать до самого утра. Лишь бы кони выдержали. А вот Ите пускай подремлет прямо в седле, надо только отойти немного от места сражения и перевязать ей рану. Та не казалась серьезной, до границы девушка должна дотянуть, а там ей уже точно помогут.