Серые будни: Забытые Боги

Сказ сорок первый

Войско пиромантов пришло через день. К тому времени в Торлине уже во всю кипели сборы, часть отрядов, что жили в гостиницах, покидали город, разбивали биваки за его пределами. Посыльные сновали туда-сюда, передавая приказы и распоряжения, наемники и Охотники узнавали свои задачи и положения в будущем походном строю. Чтобы выступить на юг ждали только пиромантов, а также небольшое объединенное воинство Балакии и других северных королевств. Те прислали немного, хватало проблем и на родной территории из-за слишком расплодившихся тварей, но командование было радо и этому. Оба этих отряда: королевские войска и пироманты, подошли в один день, с разницей лишь в несколько часов.

Отряд Арка потихоньку собирался покидать гостиницу. Они еще не выехали из комнат, но уже собирали вещи. Друзья не спешили выходить из города, предпочтя дождаться вестей от пиромантов здесь, среди людей. Немного цинично прикрываться мирными жителями, но отряд делал это лишь ради того, чтобы повысить свои шансы на переговоры, рассчитывая на то, что судьи не будут «жечь с плеча». Если со стороны Тлеющих появится хотя бы намек на применение силы, друзья решили, что тут же предложат им выйти за стены города, чтобы продолжить переговоры там. Что делать, если и правда дойдет до применения пиромантии, никто старался не думать.

— Слышали, кстати, — катая в руках кружку, Арк обратился к друзьям. — Вчера услышал от кого-то из купцов, что северяне заняли устье Солы. Засели в заброшенном Самале и утверждают, что это их территория.

— Брихольм ведь заброшен из-за болезни, разве на тех землях можно столь спокойно находиться? — ужаснулась Мари. — К тому же они ведь были направлены туда отыскать Слуг и Прорыв, если они там скрываются…

— В том-то и дело. Изменой это назвать нельзя, Охотники в принципе не служат никому из королей, но я уверен, Шеваль Редалийский это запомнит и так просто Хальраду обиду не спустит.

— Сейчас в Редалии не так много свободных воинов, чтобы затевать свару на севере, — заметила Ринала. — Король Хальрада выбрал удачное время, хотя у него и самого должно быть не слишком много людей. Как он собрался удерживать территорию Брихольма? Одним Самалом он вряд ли ограничится.

— После Похода быть войне… — хмуро прогудел Хвель.

Друзья замолчали, смущённо глядя на товарища. Именно его народ развязал неожиданную свару, подставляя всех остальных. Хвельгрин не обязан был присоединиться к этой войне, но какого теперь было ему? Арк был почти уверен в том, что уже через пару дней, когда об этом признают все, между северянами и редалийцами, идущими в Поход, начнут накаляться отношения. К чему это приведет, пока было сложно сказать. Люди слишком долго томились в ожидании, устали и обозлились, хватило бы и меньшего повода, чтобы начались драки, а может и что похуже.

Больше темы скорой войны друзья решили не касаться. До самого вечери ни у кого не было особых дел, но гостиницу покидать никто не торопился. Сегодня была последняя ночь, которую отряд оплатил, так что уже завтра вновь придется спать по-походному, под открытым небом.

Долгий день, проведенный в ожидании, дал свои плоды лишь под вечер. Друзья коротали время играя в кости или просто разговаривая и как-то позабыли о очередном приближающемся разбирательстве. Но гости, прихода которых все опасались, не особо желали, и в целом надеялись, что обойдется без этого, к сожалению, все же явились.

Их было четверо – в плащах их кожи пепельной змеи, с копьями, убранными в перевязи за спиной, и статуэтками на поясе. Воротники двух мужчин были подшиты серой тканью, мало различимой на фоне кожи, воротники третьего мужчины и единственной женщины были красными.

Женщина обвела таверну внимательным взглядом, мало обращая внимания на обычных людей. Ей было около сорока, судя по небольшим волевым морщинкам, залегавшим в уголках рта и глаз. Темные волосы, с едва заметной проседью, были собраны в тугой пучок на затылке. Ладони женщины украшали небольшие шрамы и ожоги, еще один багровый след выглядывал из-за алого воротника. По всему выходило, что пусть судья Хэилдьюр и была Пылающей, а значит отпускала грехи своего напарника, часто под ударом оказывалась она сама. Но по суровому виду женщины не было заметно, что подобная работа ее пугала.

Заметив Крину, которая не прикрывала лица, она шагнула к девушке, остальные пироманты последовали за ней.

— Крига Дихгирт? — суровым голосом спросила женщина. — Старшая Пылающая Хэилдьюр Хокгирд, я присяду?

— Конечно, — пожала плечами Крина. — Подходящее у вас имечко для Пылающей…

— В детстве я хотела быть резчицей по дереву, но раз уж Боги наделили меня некоторыми навыками… — пожала плечами судья.

— Вы пришли сюда, чтобы рассказать мне о своем детстве? — фыркнула Крина, стараясь унять дрожь в ладонях.

— Не дерзи, — строго произнесла Пылающая. — К тому же ты первая отвлеклась от сути предстоящего разговора. Эти люди твои друзья?

— Да, я им доверяю. Пусть останутся, — Крина очень не хотела оставаться с судьями в одиночестве.

— Пусть так. Когда мы покидали Болота, меня нашел человек, которого послала бзоклан Рондгурм Дихгирт. Она читала пламя, знает, что ты жива и горюет о твоей беде.

— Тетя Рондгурм, — на мгновение у Крины перехватило горло. — Она теперь старейшина? А как же…

— Хюгморро добрались и до твоего поселения, на сколько мне известно, — печально качнула головой судья. — Человек бзоклан Рондгурм передавал, зная, что ты будешь спрашивать, что твой дядя погиб, защищая селение. Твою матушка укусил один из змеелюдей, она скончалась через несколько дней от проклятия. Рондгурм осталась старшей в вашей ветви и теперь управляет деревней, пока твой кузен по дяде не подрастет.

— Лики милостивые, — рыжая уткнулась лицом в ладони.

Не таких вестей она ждала с Болота и уж точно не от судьи. Девушка ждала, что ее просто сожгут на месте и уж лучше бы оно было именно так! Сидевшая рядом Ринала приобняла Крину. Рыжая вздрогнула и лишь теперь поняла, что плачет, тихонько всхлипывая.

Пылающая Хэилдьюр дала Крине немного успокоиться, прежде чем продолжать разговор:

— Я думаю, ты уже должна была почувствовать это несколько дней назад, — начала судья. — Прежде чем покинуть Болота, многие из нас говорили с Ликами. Боги смиряют свою жажду пламени, во всяком случае на время Похода. Можешь не беспокоиться за свой разум, во всяком случае пока.

— Да, я заметила, что в последние дни мне стало куда легче, — на самом деле хорошая новость не принесла Крине никакого облегчения.

— Хорошо, но ты ведь понимаешь, что сам факт греха так просто не выжечь? Раз такова воля Богов, мы не тронем ни одного оступившегося, пока не закончиться эта война, но после…

— Что вы предлагаете? — Крина заговорила прежде, чем вмешались ее друзья.

— Бзоклан Рондгурм хочет, чтобы ты прошла Найрэг Хад – Долгой дорогой.

— Сказала бы я, что тетушка очень добра, но другого выбора и не остается, — горько усмехнулась Крина.

— Значит ты не против? Я и мои подчиненные проводим тебя…

— И сама найду начало Дороги, — фыркнула рыжая, с вызовом взглянув в глаза судье.

Та не отвела взгляда и лишь печально улыбнулась:

— Многие так говорят. Может быть и правда лучше, если ты сделаешь все сама. Что ж, на этом мы вас покинем, — Пылающая Хэилдьюр поднялась со скамьи. — На всякий случай напомню, что со всем воинством пойдем не только мы четверо. Боги, конечно, пока что пощадили тебя и таких как ты, но не позволяй себе лишнего.

— И в мыслях не было, — Крина криво улыбнулась.

Судья еще раз кивнула и больше не оглядываясь направилась прочь. Ее спутники не отставали от начальницы. Друзья молча проводили их взглядами, а затем, как один, повернулись к Крине:

— Крина… я так соболезную… держись… что за Долгая дорога? Что собираешься делать? — слова сочувствия и вопросы посыпались одновременно.

Рыжая еще раз всхлипнула, но сдержала слезы и покачала головой:

— Спасибо, но все пустое… смысл теперь плакать? А Найрэг Хад – это только моя забота, не забивайте голову.

— Но, если мы можем помочь... — начала Ринала.

Крина тут же оборвала подругу:

— Нет, вы никак не можете тут помочь. А на счет всей этой ситуации, теперь мы можем лишь порадоваться, что больше нас ничего не держит на севере, ведь так? Уже завтра войско выступит, и мы вместе с ним…

Друзья растерянно смотрели на Крину. Весь сегодняшний разговор прошел совсем не так, как они планировали, а теперь и рыжая вела себя далеко не так, как обычно. Да что там, разве так должен держать себя человек, узнавший о смерти матери? Еще и Пылающие с их непонятными предложениями, с которыми Крина подозрительно легко соглашается.

Толком подумать над ситуацией рыжая друзьями не дала. Поднявшись на ноги, Крина направилась к лестнице, на ходу бросив через плечо:

— Я пойду в комнату. Высплюсь перед Походом, когда еще шанс на нормальной кровати предоставиться поспать? Вы бы тоже не засиживались.

Когда Крина скрылась наверху, Аркум растерянно кашлянул:

— Не знаю, что произошло, но давайте пока примем все как есть. Не считая новости о смерти матери, пока что все не так плохо. Не ясно, что будет дальше, но давайте будем разбираться с этими проблемами, когда время придет? Крину мы не оставим, что бы она не говорила. А теперь и правда пора отдохнуть, завтра будет первый тяжелый день.

Остальные лишь согласились с лидером. Тем вечером никто не задерживался в главном зале надолго. Впервые за последние несколько седмиц в гостинице было на удивление пустынно. Как, впрочем, и на улицах всего Торлина.

***

Но вечернее запустение было лишь обманкой. Утром грянули трубы, мерно застучали барабаны, всюду засновали гонцы. Огромное, разрозненное войско нехотя собиралось в поход. Как бы не хотели командующие, чтобы наемники, солдаты и Охотники двигались вместе, получалось все далеко не так, как им бы хотелось. Слишком много людей собралось под стенами Торлина, слишком разные они были по роду занятия, религии и культуре.

Потому часть войска, самые дисциплинированные и замотивированные, двинулись вперед ни свет ни заря, но еще до самого вечера и даже пару дней спустя, в путь от стен Торлина отправлялись крепкие отряды и отчаянные одиночки или крохотные группы.

Отряд Арка двинулся вместе с основной массой, в пешем строю, если это вообще можно было так назвать. Охотники держались отдельными группами, вперемешку с добровольцами и небольшими, плохо организованными отрядами наемников. Ни о каком порядке походного строя не шло и речи. Все просто шли вперед, следуя пути, который указывали королевские войска. Которые тоже были отнюдь не однородны: редалийские солдаты, составлявшие основной костяк войска, шли своим построением, отряды Свободны графств своим, скромные войска северных соседей Редалии тоже держались отдельно. Большие, организованные отряды наемников тоже шли впереди, тем не менее не сливаясь с регулярными войсками и ополчением. Замыкали всю эту процессию брильемцы и пироманты, державшиеся двумя отдельными ядрами. Ни о каком едином командовании или порядке речи ни шло, пускай гонцы, передающие приказы, постоянно сновали туда-сюда и было их довольно много.

Тем не менее, воинов собралось банально очень много, большинство к тому же имело достаточно военного или хотя бы охотничьего опыта, за исключением, пожалуй, ополченцев. Пускай дисциплина и порядок в войске находились под вопросом, общая выучка и качество снаряжения были довольно неплохими. Другой вопрос, как заставить все это действовать как единый механизм, чтобы победа зависела не от личных возможностей каждого человека?

К счастью, подобный беспорядок продлился недолго. Как оказалось, все собранные войска все же были разбиты на условные десятки, сотни и тысячи, хотя почему об этом знали далеко не все воины оставалось загадкой. Возможно, кто-то просто забыл донести вести до низов, либо же командование просто не посчитало это необходимым.

На ближайшем же привале, Арка, назначенного десятником, разыскал посыльный некого Дектора – сотника их отряда. В ходе короткого разбора полетов, на котором присутствовали остальные десятники, Аркум немного ввели в курс дела:

— Дисциплина в этом сборище хуже некуда, — ворчал сотник – мужчина лет за сорок, Серебряный Охотник и по всей видимости опытный воин. — Все идут как попало, кого-то, ранее внесенного в списки Гильдии, просто нет на месте! Дезертирство с самого начала, м? Тысячники и прочая высокопоставленная шобла почти не общается с генералами из других стран. Бардак! И это еще мягко сказано… Будем надеяться, что до границы все хотя бы немного придет в норму, а для этого будем тренировать вашу выучку и дисциплину прямо на ходу. Беспорядок, конечно, тот еще, вместо того чтобы заниматься этим еще под Торлином, приходиться наверстывать сейчас, на ходу, но другого выбора нет. Так что ждите и марш-бросков, и учебных стычек с другими сотнями. Приказ на подобные тренировки, слава Богам, каким-то чудом дошел до большинства сотников.

Нельзя сказать, что после этого разговора, подобный которому состоялся почти по всему войску, что-то кардинально изменилось. Теперь в течение дня весь отряд Арка, совместно с другими десятками из их сотни, по приказу переходил с походного построения на боевое, облачался в броню, старался отрабатывать маневры. Как оказалось, следовать различным приказам не так-то просто. Затруднения возникали почти у всех Охотников, привыкших сражаться малыми группами, полагаясь в основном на свою голову. Но боевой опыт все же давал некую опору, десятки срабатывались между собой, пускай и слишком медленно, по мнению сотников.

Брильемцы и пироманты в тренировках не участвовали, наемники же и регулярные войска налегали на них не слишком сильно. Пускай опыта в сражениях с тварями у них практически не было, зато выучка и дисциплина была куда выше, чем у опытных Охотников. Вот и получилось, что все войско разбилось на условные три группы: Охотников и добровольцев, наемников и королевские войска, пиромантов и брильемцев, которые были той еще темной лошадкой, мало кто понимал, чего вообще от них ожидать в бою. Но по крайней мере и там и там нашлись люди, взявшие на себя должности командующих. У первых ими выступали Тлеющие и Пылающие, у вторых друиды и несколько особо уважаемых старейшин.

Хэл, кстати, к родичам не примкнул, пока оставшись с группой Аркума:

— Здесь, пожалуй, тоже будет интересно, — пожал плечами ярндаг, когда Хакар обратился к нему с вопросом.

Весь путь до южной границы занял несколько дней, слившихся для Арка и его друзей в один долгий переход, сопровождающийся постоянными тренировками. Они бы и на границу не обратили внимания, если бы Хакар, на одном из привалов, не указал на дерево, украшенное жетонами:

— Граница. Иво нам про это рассказывал, — хмуро закончил парень.

— Твой во время разведки командир, кажется? — уточнил Аркум.

— Угу. Он скорее всего так в той балке и остался лежать, где задержал кочевников. Надо ли нам идти на юг? Мы ведь все можем там погибнуть…

— Если есть шанс раз и на всегда разобраться со Слугами, то какое мы право имеем в стороне сидеть? Дело ведь уже не в деньгах, — тяжело вздохнул Арк.

— Прорыв в Брихольме ведь вроде как закрыли, точно ли нам теперь надо отправляться на юг?

— Нет гарантии, что Слуги не выдумают чего-то еще, — заметила Ринала. — Именно нам выпала нелегкая доля отправиться на юг.

Сигнальные рожки завыли, подавая сигнал к подъему и окончанию привала. Друзья начали спешно подыматься на ноги. С сотника станется неожиданно подать сигнал тревоги, ради отработки очередного тренировочного маневра.