Серые будни: Забытые Боги

Сказ пятьдесят первый

Спустя полминуты после того, как схлынул смрадный ветер, над площадью поднялся сильный гвалт. Сотники и десятники пытались заставить воинов шевелиться, создать подобие строя для движения обратно, к крепости. О том, чтобы идти сразу на помощь первому отряду не могло быть и речи – лавину несущихся через весь город тварей было уже не только слышно, но прекрасно видно.

К тому времени, как войско успело принять какое-то подобие строя, а до подставленного дворцу левого фланга стали добегать самые шустрые противники, из академии принесли не самую приятную весть. Все Духи были отправлены, тут посыльный не соврал, как и в том, что портал еще нужно было закрыть. Именно это и не успели сделать трудившиеся в поте лица чародеи, когда их достигла странная ударная волна. По всей видимости она как-то повлияла на окно портала, в следствие чего он схлопнулся, ударив вокруг себя с разрушительной силой. Магический узор на полу был разрушен и вряд ли теперь подлежит восстановлению, но это мелочи. Из трех десятков Церковников, пиромантов и восточных чародеев, семерых убило откатом от резкого закрытия портала, а ранами от взрыва не отделались лишь единицы. Еще девятеро получили тяжелые раны, доставить их к крепости так же будет той еще задачей.

— Не смейте бежать в одиночку! — напоследок командовал сотник, наблюдая за тем, как передовые отряды уже уходят прочь от академии. — Держитесь хотя бы своего десятка, если наши порядки разделят. И прорывайтесь к крепости, уж ее то будет хорошо видно. Я уверен оттуда снова ударят огнем.

Их сотне повезло не слишком сильно – они шли почти в хвосте, за их спинами оставалось лишь несколько отрядов. В бой пришлось вступать почти сразу, твари прорывались со всех сторон, били в спину и фланги отходящей армии или, не обращая внимания, проносились насквозь. Хотя как разберешь, атакует тебя эта химера или просто пробежит мимо? Приходилось рубить любого, кто окажется достаточно близко.

Как-то незаметно для всех, монолитный строй, который и так было чудовищно тяжело поддерживать в переплетении улочек, пускай большая часть зданий и лежала в руинах, рассыпался. Каждая сотня обороняла только себя, выставив воинов по периметру, а в центре держа раненых, стрелков, Церковников и пиромантов.

Арк рубил и колол мечом не переставая, на автомате переставляя ноги, стараясь не секунды не стоять на месте. Выдержать натиск тварей в глухой обороне не было и шанса. При этом воин не забывал смотреть по сторонам, держа в памяти местонахождение своих товарищей. Хвель, Грид и Ансельм бились рядом, буквально плечом к плечу с ним. Хакар с крутящимися у ног псом, Ите, Мари и Крина стояли за их спинами, поддерживая как могли своими стрелами и огнем. Хэл со своей тенью Хогом затерялся где-то впереди построения, вроде бы как-то помогал в прорыве, во всяком случае хотелось в это верить. А Ринала успевала метать между их десятком и соседними, помогая раненым и еще бьющимся своими молитвами.

Какое-то время казалось, что все идет не так уже и плохо, но идти было слишком далеко. А тварей у дворца собралось предостаточно. Вскоре отступающую армию догнали те, кто скоростью не отличался и тут все завертелось с новой силой. Вот застонал от боли Ансельм, пропустив в плечо удар копья какой-то двухсаженной твари. Строй ужался, оттесняя раненого назад, за него теперь бился Хвель, но он и сам был не в лучшей форме со сломанной то рукой. Арк тоже пропустил удар под щитом, но кольчуга спасла от когтей, пускай и потеряла немного звеньев. В горячке боя воин даже не понял кровила ли новая рана? На этой жаре в плотной стеганке он и так был насквозь сырым от пота, хоть выжимай.

По всей видимости через какое-то время их сотня тоже разделилась под напором противника. Вряд ли ведь вторую половину просто перебили? Скорее всего это произошло на развилке, обе улицы которой вели в примерно правильном направлении. В хаосе боя хвост растянувшего отряда пошел иной дорогой, отрезанный от головы быстро заполнившими прогал тварями.

Теперь всего три или четыре десятка воинов держали оборону, одновременно стараясь идти на прорыв. Арку уже не приходилось вертеть головой, выискивая Риналу или кого-то из стрелков – все жались как можно ближе друг к другу, превращаясь в небольшое, ощерившееся оружием ядро. Как жаль, что в скорости до камня, пущенного из катапульты, они сильно не дотягивали. Иногда Аркуму казалось, что отряд и вовсе движется назад, проскальзывая на крови и слизи умирающих тварей и товарищей.

Крепость, нависавшая над городом, виднелась где-то вперед, но до нее казалось неимоверно далеко. Она огрызалась пламенем, стрелами и камнями, не пускала чудищ к себе и прикрывала отступающие отряды. Хотя различная летучая пакость донимала и ее, но укрепление явно хорошо держалось. Чего не скажешь об их отряде.

— Нужно занять какой-то дом! Мы не вырвемся! — проорал над ухом Грид, отвлекая Арка от мыслей.

— Нет здесь ничего подходящего! На руинах нас просто сомнут! — рявкнул Аркум.

— А на улице нас сомнут так и так! — отвлекшись, чтобы уколоть какую-то тварь, мечник вновь глянул на лидера. — Если у кого-то из кудесников не припасено какого-то козыря, то мы все покойники.

Арк мельком глянул на Риналу. Он помнил про жнецов Гуривальда, которых та вызывала, но делом это было не быстрым. Да и просить о подобном блондинку Аркум не хотел, помня о каких-то божественных заморочках, связанных с этим делом.

К сожалению или счастью его взгляд перехватили, не оставив без внимания. Только сделала это не Ринала, а Крина, к тому времени оставшаяся почти без статуэток.

— Я могу помочь. Пока еще можете бежать, — спокойным голосом произнесла девушка.

— Закинем раненых на себя, как-нибудь оторвемся, — бросил Арк, возвращаясь в бой.

— Отлично, — рыжая как-то печально улыбнулась.

— Ты что задумала!? — сквозь сражение Хвель все же расслышал слова пиромантши и вырвался ненадолго из битвы.

— Уйду красиво. Пылающие меня все равно не отпустят, не хочу играть по их правилам.

— Не неси ерунды! — рявкнул северянин. — Уйдем из Редалии, сразу как вернемся. На севере они нас не найдут!

— Боги найдут везде, — грустно хмыкнула девушка. — Прости…

Рыжая не захотела и дальше слушать уговоры Хвельгрина и молча отдала ему свое копье и сдернутые с груди жетоны, напоследок коротко поцеловала в губы и тут же отстранилась, больше не глядя на товарищей. К статуэткам на поясе она даже не стала прикасаться, вместо этого просто подняла руки и что-то прошептала на родном языке, шагнув вперед, вырываясь из строя.

Девушку будто бы окутал огненный плащ, а с ее ладоней сорвалась стена пламени, прокатившаяся по улице. Крина закричала от боли, но не прекратила давление. С усилием разведя ладони, рыжая расплескала огонь в разные стороны, открывая проход для товарищей. Впереди практически не осталось живых тварей, лишь самые стойкие еще шевелились, пытаясь куда-то ползти, но были так сильно обожжены, что это было скорее агонией.

— Бегите! — крикнула девушка и из ее рта вырвалась струйка дыма.

Аркум не стал ждать, тут же ухватив Хвеля за плечо и поволок прочь, несмотря на его сопротивление. Остальные не отставали. Те, кто не знал Крину даже боялся оборачиваться, а ее товарище не хотели этого делать, чтобы не травить душу.

***

Крина чувствовала, как горит изнутри. Внутренности иссыхали, полыхали как сухие листья, вырываясь изо рта дымом и пламенем. Кости трещали, рассыпаясь в пепел, который тут же вспыхивал как древесные опилки или рыжие еловые ветви. Кровь кипела в жилах, вырываясь сквозь сухую как пергамент кожу алым туманом, который полыхал сильнее масла. Плоть же служила основным топливом, не хуже кедровых дров, хорошо высохших за лето.

Но при это девушка еще была жива. Ей вряд ли осталось много, но она еще могла ходить, думать и, самое главное, жечь все вокруг огнем. Боги, как же это было приятно! Больше не нужно было сдерживать себя, пламя подчинялось ей без всяких слов или статуэток, достаточно было одной мысли. Так же ощущали себя и Боги? Крина не знала, но наслаждалась этими последними моментами во всю.

Она не смотрела на товарищей, не хотела заплакать, хотя вряд ли смогла бы. Пускай лучше в памяти сохраняться их лица, а не убегающие прочь спины. Да, именно в памяти. Девушка понимала, что эта последняя Темная пиромантия уже ничего не меняла, она так и так бы отправилась в Угли. И скорее всего там она забудет не только друзей и Хвеля, но даже саму себя. Но какая-то глупая надежда еще теплилась в душе, может удастся пронести память о них внутри себя подольше?

Сколько ей еще оставалось? Крина не знала, но напоследок хотелось сделать что-то безрассудное. Хорошенько ударив пламенем вокруг себя, обращая в пепел тварей, что бросались на нее или спешили за товарищами, девушка прыгнула в небо. Ее истлевающее тело уже не весило практически ничего, почти полностью обратившись в дым и пепел. Статуэтка на груди была единственным, что сохранило какую-то прохладу, удерживающую Крину от полного развоплощения. Когда загорится и она, тогда девушки не станет, но пока…

Рыжая помнила, что аватар кого-то из Забытых ушел к гавани. Перед глазами, или тем, что от них осталось, все плыло, в голове набатом били голоса Богов, ожидающих наконец-то сдавшуюся девушку, но она запрещала себе отступать. Что-то огромное, кажется, и в правду двигалось по линии побережья, намереваясь добраться до дворца. Далековато… если сдерживать себя.

Закричав, Крина вложила остатки себя в удар, сжигая то, что осталось от тела как топливо для пиромантии. Солнечно-огненный луч, толщиной в пол сажени, ударил из ее груди, с огромной скоростью устремившись к уродливому исполину. Девушка уже не видела, как тот попытался уклониться, но не смог противопоставить ничего скорости ее последней атаки. Статуэтка на ее груди отозвалась обжигающим холодом, который окутал ее с ног до головы. Именно так это ощущалось, хотя рыжая уже не видела и не чувствовала ничего вокруг, ни саму себя. Разноцветное пламя окутало ее саваном. Миг и не осталось ничего, даже пепла, который мог бы осыпаться на землю.

***

Люций успел лишь к самому окончанию битвы Зига. Того начали давить из крепости, так любезно возведенной одним из Духов, так что ему пришлось отходить к воде, чтобы затушить горящую шкуру. Нера координировала его через артефакт кого-то из Слуг Нюкаты, который вызвался связаться с Зигфридом и вроде как тот даже слушал свою подругу.

— Ладно, забираем его и уходим, — скомандовал Люц, переводя взгляд на город.

Там творился какой-то хаос. Твари, что поглупее, испугались разрушения Прорыва и хлынули прочь от дворца, к которому их стягивал Криус. Это оказалось очень некстати для имперцев, один из отрядов которых все еще был в городе, у старой академии. Люций успел почувствовать, что внутри здания тоже разрушился портал, пускай его отдача и была немного иной, менее масштабной, но более заметной физически. Какого злорадства он не ощутил, наоборот расстроился, что скорее всего старинная магическая печать теперь разрушена. У него остались записи, на которых он раскладывал наследство магов древности на составляющие, но воспроизвести его самому… Жаль, возможно он бы нашел применение этому кругу. Хотя лучше так, чем если бы он достался имперцам. Вдруг они смогли бы повторить исследования предков и вновь получили бы полноценных магов?

От раздумий его отвлекли вспышки пламени где-то в дальней части города. Огня там хватало и без того, отступающая армия огрызалась всем чем могла, но эти были иными. Более сильными и злыми, что ли…

— Темная пиромантия, — заметила Лира. — Кто-то пошел на крайние меры.

— Представь, какая сила получилась бы, удайся переманить темного пироманта на нашу сторону? А если дать ему еще и силу Забытых? Эх, мечты… — вздохнул Люций.

До пошедшего с козырей пироманта ему особого дела не было. До тех пор, пока неизвестный вдруг не поднялся в небо, на несколько десятков саженей от земли. И не ударил огнем прямо по Зигу, пробиравшемуся к дворцу.

— Зигфрид! — заорала в испуге Нера.

Люций и сам вцепился ладонью в зубец башни, опасаясь за жизнь верного союзника. Лира лично попыталась связаться с воином, но тот не отвечал, хотя, кажется, был жив.

— Идем за ним, — наконец скомандовал старик.

Сказать было проще чем сделать. Почти все твари разбежались, идти же пешком было далековато. Выручил кто-то из подручных самого Зига, обратившись в огромную летучую мышь, в лапах которого и разместилась троица Слуг. Лететь с такой нагрузкой было почти невозможно, так что мыши пришлось пикировать с башни, да и то долететь до места удара не получилось, все же пришлось пробираться пешком.

Зиг наконец-то вернул себе человечески облик. Мужчина лежал с края еще дымящегося и исходящего паром кратера в оплавившемся песке. Морская вода накатывала на побережье, по струйке забегая в котлован, от чего над ним поднимались новые облачка пара.

Воин был жив, хотя пострадал не слабо. Одежда почти вся обгорела, кожа местами обуглилась или покрылась сажей, а левый бок и вовсе влип в застывшее, грязное стекло. Правой руки у Зига не было почти по основание, только обгорелая культя. Тяжело дыша, мужчина смотрел в небо, изредка чуть слышно кашляя, заставляя кровь вновь вырываться изо рта тонкой струйкой.

— Зиг, — всхлипнула Нера, осторожно, чтобы не поскользнуться, бросаясь к мужчине.

— Не слабо тебя приложило, — усмехнулся Люций.

— За твою руку… отомстили, — прохрипел воин, сквозь кровавые пузыри на губах.

— Заживет, — пожал плечами старик.

— Рука не факт. Темная пиромантия, — заметила Лира.

— Что-нибудь придумаем…

С помощью подручного Зига, который после полета не отправился обратно, удалось выдрать мужчину из застывшего стекла. Ноги у него тоже обгорели, но по крайней мере это были обычные ожоги, не такие, как на остатках руки.

— Выдержишь путешествие по Уласу? — уточнил Люций, когда Зигфрида чуть привели в себя.

— Постараюсь.

— Передашь остальным, что, если им потребуется мой совет, пусть свяжутся со мной через артефакт, — Люц повернулся к парню, доставившему их сюда. — В ближайшие луны я не собираюсь появляться в королевствах. Нужно обдумать наши следующие шаги, а заодно дать имперцам немного успокоиться. Пусть думают, что заработали передышку.

— Слушаюсь, — паренек поклонился, а затем прямо с колена взметнулся в небо чайкой, понесшейся ко дворцу.

Люций же повернулся к товарищам и легким движением руки распахнул небольшой Прорыв. Камень в котомке даже не ощутил убыли силы.

— Прошу. Нас ждет небольшой отдых на райском островке, а потом… О том что будет потом, пока говорить не будем.

Старик первым шагнул в прореху в пространстве. Следом за ним пошли товарищи, уже не так опасавшиеся странного путешествия, как в первый раз. В конце концов теперь они и сами могли странствовать по Уласу и даже больше того, вскоре этим придется заняться самостоятельно. Пока что Забытые смотрели на это благосклонно, нужно было пользоваться неожиданным козырем, пока Боги не пересмотрели свое решение.

***

Ринала бежала вперед, стараясь не думать о жертве подруги. Силы ее пламени хватило, чтобы подарить отряду не один десяток саженей спокойной дороги, которые они пролетели в мгновение ока, будто и не было усталости от долго сражения. Девушка шептала молитвы заплетающимся языком, стараясь дать сил своим друзьям, но слова путались, ничего толкового не выходило. Слишком многим сегодня нужна была помощь Богов, блондинка уже не могла на нее рассчитывать.

Вскоре им вновь пришлось вступать в бой. Сперва казалось, что натиск тварей ослаб, хотя так это и было. Но и люди успели выдохнуться, руки слабели, стрелы кончались и пламени Крины рядом больше не было.

Первым пострадал Хакар, истративший стрелы и взявшийся за булаву, чтобы подменить Ансельма. Когти какой-то гадины располосовали брильемцу лицо, залили глаза кровью. Ринала как могла обработала его рану прямо на ходу, не желая сейчас разбираться задет ли правый глаз парня. Да и страшновато было, если честно, узнавать правду.

Девушка уже и сама, как могла, орудовали своим копьем-посохом. Пользы от нее было немного, но без молитв нужно было приносить хоть какую-то пользу. Именно поэтому она оказалась рядом, когда подставился Арк. Неверно выставленный щит, и удар гигантской булавы какого-то едва шевелящегося рыцаря-нежити соскальзывает вниз, проходясь по ноге воина. Аркум заорал от боли, но кое-как ответил противнику ударом, пришедшимся подмышку. Рыцарь осел на землю, следом за ним чуть не упал Арк, но Ринала его подхватила, оттаскивая прочь из боя. Мрачный как туча Хвель встал на его место, орудуя одно рукой с яростью берсерка. Хотя, пожалуй, он уже давно позволил Кригару, своему Богу войны, занять свое место. Так было проще пережить жертву Крины.

Арку досталось очень сильно. Ринала даже без анализирующих молитв понимала, что левый сапог мужчины – не более чем мешок с костями и плотью. Даже на пике своих сил она не факт, что восстановила бы все до первозданного состояния, а уже сейчас…

— Боги, помогите! — взмолилась девушка, волоча почти не соображающего воина на себе. — Хоть кто-нибудь! Кор! Фоцисия! Сицента! Пожалуйста! Луксий! Парфия! Лория! Уже плевать кто… Ругивит… Фатум! Гуривальд!

Лишь произнеся последнее имя, Ринала поняла, кого попросила о помощи и на сердце ее похолодело. В ту же секунду она пожалела о сказанном и взмолилась, чтобы судья загробного мира оказался глух к ее просьбам. Но тот прекрасно слышал ту, которой благоволил с детства, пускай и кланялась она совсем другой троице.

Над их отрядом раздался одинокий, заунывный удар колокола. Земля в некоторых местах вокруг людей с сухим треском разошлась, на поверхность скользнули закутанные в темные балахоны тени, сжимавшие в руках серпы для жатвы. Их было больше чем обычно, не трое, а пятеро или даже семеро. Жнецы скользили вокруг отряда, лениво разя тварей, давая людям уйти прочь, чем все и воспользовались.

С другой стороны, Арка подхватил Хакар, морщившийся от боли, но крепко державшийся на ногах:

— Надо уходить, Ринала. Ты выиграла нам достаточно времени, — бросил брильемец.

— Не так я хотела это сделать, — горько ответила девушка, изо всех сил перебирая ногами.

Холод на сердце не исчезал. Ей казалось, что едва заметное, рассеянное внимание, обращенное к ней, на миг вспыхнуло с удивительной силой, а затем пропало без следа. Она уже понимал, что это значит, но пока не решалась проверять. Пока не время. Девушка еще успеет все осознать. К тому же ее жертва не сравниться с поступком Крины… Может стоило сделать это раньше, чтобы подруга жила? Хотя хотела ли рыжая этого?..

Ринала тряхнула головой. Сейчас важно вытащить Арка, пока кровопотеря и болевой шок его не добили. Она сама теперь не помощник в деле медицины, нужно в крепость. Как хорошо, что до нее осталось всего ничего.

***

Хакар смутно помнил, как они добрались до крепости. Сперва их встретил огонь товарищей, чуть не накрывший их самих, а затем и сами соратники, бьющиеся на подступах к лагерю. Из разрушенного города второй отряд, ушедший к академии, вырывался небольшими частями. Их группа была чуть ли не последней, добравшееся к своим.

Узнавать о потерях Хак даже не хотел. По возвращению в крепость он получил помощь от кого-то из клириков и почти сразу завалился спать, упав на лежанку без сил. Под его бок вроде как улегся Добряк, но брильемец уже ни на что не обращал внимания.

Проснулся он лишь на следующее утро, чувствуя себя совершенно разбитым, но хотя бы рана на лице подзатянулась и один глаз точно не был задет.

Под боком посапывала Мари, укрывшая их обоих своим плащом, немного смутив Хакара. Добряк лежал в стороне, обвиняюще глядя на хозяина.

— Ну прости, — буркнул Хак.

Поднявшись на ноги, он огляделся. В крепости почти все спали, лишь дозорные стояли на постах, да клирики и врачи сновали над ранеными. Из их отряда не спали Хвель и Ринала, сидевшие у костра.

— Хакар, как ты? — вымученно улыбнулась блондинка. — Давай поменяем повязки.

Стрелок не стал сопротивляться, с замиранием сердца усевшись перед блондинкой. Та аккуратно сняла повязку, которую вчера наложили в походном госпитале. Правый глаз видел, хотя какая-то муть еще не спала окончательно.

— Белок весь красный, но кажется обошлось, — выдохнула девушка. — Все лицо тебе когтями исполосовали, но зрение похоже не пострадало. Повезло тебе.

— Аркум как? — тут же поинтересовался парень.

Ринала посмурнела, но все же ответила:

— Ему меньше повезло. Ногу при помощи молитв и инструментов практически по кусочкам собирали, но как раньше ему уже точно не бегать. Скорее всего до конца жизни придется хромать, на палочку опираясь.

— Беда… остальные как?

— Лучше Арка. Хвель… молчит. Руке его снова досталось, когда обратно шли. Вроде как срастется, но тоже могут быть осложнения. Анс оправится, скорее всего без последствий. Грид много крови потерял, но выкарабкается. Девчонки почти без ранений, благодаря вам. Хэл и Хог добрались вместе со второй половиной отряда.

— Да уж… для большинства этот Поход вообще не стоил обещанных денег.

— Если бы дело было только в деньгах.

Хакар согласно кивнул.

Их никто не трогал. Ни их десяток, ни крепость в целом. Твари почти полностью покинули город. Около полудня крепкий отряд добрался до дворца, но не нашел там ни следов Прорыва, никого из Слуг. Можно ли это было считать победой? По словам Церковников порча покидала эти земли, Хак и сам ощущал, что дышать стало свободнее, но выиграли ли они? Куда делся враг? И что будет дальше?

В обратный путь было решено направляться через пару дней, когда все немного оправятся. Была надежда на идущий морем флот, но в то, что те прорвались мимо кишащих на юге морских тварей уже мало кому верилось.

Хакар думал, что больше ничего интересного этот день им не преподнесет, но ближе к вечеру явилась судья Хэилдьюр.

— Я слышала о поступке Криги. Смелый поступок для съюртраг, но не необычный. Многие не хотят даваться в наши руки.

— Чего вы хотите теперь? — разговор на себя взяла Ринала.

— В целом ничего. Лишь, если вам интересно, сказать, что у вашей подруги теперь есть шанс на искупление. Наши Боги жестоки, но справедливы.

— Вот уж спасибо, — рыкнул Хвель, неожиданно для всех.

Судья смерила северянина печальным взглядом, но смолчала. Затем, чуть помявшись, женщина добавила:

— Я передам ее родственникам, что Крига сражалась храбро. И искупила часть своих поступков еще при жизни. Ее фамильное оружие…

Хвель зло заворчал и крепче сжал копье Крины, лежавшее на коленях.

— … утеряно в бою. Сгорело вместе с девушкой, — вздохнула судья. — Не буду больше мешать. Надеюсь, все мы спокойно вернемся домой.

Когда судья ушла, друзья еще долго молча сидели у костра, слушая вой ветра. О чем теперь было говорить? Их путь был почти пройден. Хакар не особо верил, что после пережитого сможет так же, как раньше брать задания в Гильдии, искать тварей по лесам и весям, чтобы заработать немного деньжат. Он хотел домой. Все они этого хотели…