Серые будни: Забытые Боги

Сказ сорок четвертый

Друиды и правда смогли отыскать все или, по крайней мере, большую часть спусков в сеть тоннелей под городом. Вот только их оказалось до неприятного много – по крайне мере полотора десятка больших, через которые могла пробраться тварь размером с давешнего скорпиона, и еще несколько десятков маленьких. Часть ранее обнаруженных нор, в которых прятались и умирали твари, когда город оказался залит огнем, оказалась замаскированным входами, которые чудища успели засыпать или заделать тонкой земляной пробкой.

Легкого решения по уничтожению подземного «города», к сожалению, не было. Пиромантия тут не сильно помогла бы.

— Слишком глубоко, Хэл ведь говорил, — на привале рассуждала Крина, когда друзья решили узнать ее мнение на ситуацию. — Да, входов хватает, но все равно – тяга будет слишком слабой, пламя просто не опуститься на такую глубину. Можно использовать лаву, созданную Карном, но тогда снова нужны жертвы и время на подготовку, чтобы выточить больших идолов, а не просто фигурки.

— Ну, у Хэла с другими ярндагами, кажется, есть план, — заметил Хакар, недавно вернувшийся с брильемской стороны лагеря. — Они сейчас обсуждают свой план с командованием.

— Что за план? — заинтересовались остальные.

Хакар лишь развел руками, Хэл делился с ним далеко не всеми своими мыслями.

Друзья не знали к какому решению пришли «наверху», но на следующий день, с самого утра, друиды приступили к проведению какого-то ритуала.

— Учитывая, что вокруг нет деревьев, вряд ли их обряд будет обладать достаточной силой, чтобы разобраться с этими норами, — с сомнением заметил Ансельм, издалека наблюдавший за кругом друидов.

— Они взывают к Далай. Скорее всего вызывают дождь, — Хакар сумел узнать слова песнопений на эртене.

— Дождь? Зачем? Собираются затопить тоннели? — удивилась Мари, но тут же крепко задумалась. — Хотя… нет, не получиться. Или все же…

— Нужно несколько дней ливнем здесь все заливать, чтобы норы наполнились до краев, — нахмурился Аркум. — Какой в этом смысл, Хак?

— Воды Далай смывают чары и очищают. Скорее всего это будет не обычный дождь, — брильемец задумчиво уставился на небо.

Сидевший рядом Хог согласно кивнул, не отрывая взгляда от друидов. Старый брильемец непроизвольно раскачивался в такт далекой песне и не столько подпевал, сколько просто мурлыкал себе под нос, что-то похожее на слова колдовского языка.

Вскоре Ара к себе вызвал сотник, «обрадовав» известием, что их сотня будет стоять возле одной из нор. Выдвигаться туда надо будет ближе к вечеру и, возможно, стоять всю ночь, так что лучше сейчас отоспаться.

— Я уже совсем ничего не понимаю, — Арк собрал всех по возвращению, чтобы поделиться приказом. — Каким образом дождь должен выгнать тварей из нор… и каким образом ночью это сделать проще?

— Друидские чары лучше работают во тьме? — предположила Мари.

— Не все, не думаю, что на дождь это распространяется, — пожал плечами Хакар.

— Мы в любом случае не можем ослушаться приказа, — заметил Грид, поглаживая рукоять меча.

— Все это понимают. Хотелось бы еще понимать, не на смерить ли нас посылают? — хмыкнул Ансельм.

— Самым глупым решением будет убить половину войска сейчас, на середине пути, — фыркнула Крина. — Если уж и убиваться всем скопом, то под стенами столицы.

— Крина!.. — Ринала нахмурила брови и сердито взглянула на подругу.

Рыжая лишь усмехнулась и развела руками.

Общая суета в лагере особой определенности в то, что будет происходить вечером, не добавила. По всей видимости, в ночной дозор возле спусков, решили задействовать большую часть свободных сил. Понятно, что расчет шел на то, что твари хлынут из-под земли наружу, и чтобы их встретить потребуется много людей, но действительно ли это произойдет?

Ближе к вечеру отряд Арка, вместе с остальной сотней, выдвинулся к норе, которую они должны были охранять. Погода к тому времени и правда испортилась. До настоящего ливня было еще далеко, но с неба накрапывал мелкий дождь, налетали порывы холодного ветра. Жаркий летний вечера превратился в промозглые осенние сумерки.

— В такую погоду сидеть бы дома, у камина, — вздохнула Мари, кутаясь в свой зачарованный плащ.

— Посидишь еще, когда и правда осень настанет, — хмыкнул Аркум, осматривая место будущего сражения.

Нора им досталась не самая большая, расположенная ближе к окраине города. Здание, в котором она была спрятана, за день разобрали по камушку и из этих же обломков соорудили подобие укреплений, которые кольцом охватывали спуск. Местность была хорошо освещена Чудесами клириков, а чтобы томящиеся в ожидании воины не замерзли сырой ночью, пироманты зажгли не боящиеся дождя костры, расположив их внутри укреплений.

— Еще бы крыши соорудили, — утирая сырую бороду, буркнул Хвель.

— Дерева в округе не так много. А какое было ближе к городу, то пироманты вчера пожгли, — заметил Грид.

Вскоре подтянулась еще одна сотня, так что теперь спуск под землю охранялся довольно неплохо. Кроме того, в расположенном неподалеку лагере отдыхали отряды, днем трудившиеся на возведении баррикад. В случае, если обороняющимся потребуется подкрепление, они должны будут прийти на помощь.

С наступлением темноты дождь усилился, практически превратившись в ливень. Грязные ручейки стекали по склонам холмов, попадали в наскоро вырытые канавы, а затем бежали к спускам, унося дождевую воду под землю.

Хакар стоял, укрывшись за баррикадой, слушая отдаленное пение друидов. Те пели по очереди, не замолкая весь день, а сейчас и вовсе тянули свою печальную мелодию целым хором. Другие, скорее всего, это не замечали, но Хак, как и другие брильемцы, видел, как вместе с водой под землю скользят урсогали – обычно добрые дети Далай. Сейчас духи выглядели рассерженными, потому особо и не скрывались. Парень слышал, как от их боевого настроя холодно журчит вода в ручьях, завихряются водовороты, звенят крохотные водопады.

Труды друидов не были напрасными. То и дело из нор по всему старинному городу вырывались одинокие твари. На их телах уже были разнообразные раны, нанесенные им духами, которые секли и резали противников струями воды, обваривали кипятком. Урсогали старались лишить чудищ глаз или заполнить их легкие, если твари нужно было дышать. Те, кому досталось слишком сильно, похоже уходили вглубь нор или вырывались наружу, желая подороже продать свою жизнь. Их и убивали ждавшие наверху воины.

— Это может продолжаться ни один день, — по возвращению заметил Арк, оттаскивавший прочь от норы очередную убитую тварь. — Слишком медленно мы выкуриваем этих уродов из-под земли.

— Так может их там не так уж и много? — фыркнула Крина.

— Норы очень разветвленные, там может укрыться очень много тварей. Хэл так говорил, — произнес Хакар и снова отвернулся к спуску.

— Жрецы тоже что-то готовят, я видела, как они суетятся неподалеку от друидов, — гревшаяся у пиромантского костерка Ринала зябко передернула плечами.

— И что они могут сделать?

— Если честно, до этой ночи я много думала о том, как Церковь может помочь, — медленно подбирая слова, явно все еще обдумывая собственную идею, начала блондинка. — Есть молитвы Лории, заставляющие чудищ и еретиков бежать прочь или наоборот нападать, потеряв способность трезво мыслить. Клирики могли бы обратиться к Сиценте, чтобы тоже повлиять на разумы тварей, пускай и не так эффективно. Но, если я права, то скорее всего жрецы сегодня будут молиться Луксию Лицирию – лунной ипостаси Бога солнца и луны.

— Луна, если что, скрыта тучами, — Крина глянула на небо, прикрывая глаза от дождя ладонью.

— С таким числом жрецов – не проблема.

Чуть в стороне от круга друидов вдруг и правда зазвучала еще одна песня, такая же мягкая и тягучая, хоть и звучащая на другом языке. Но, будто этого было мало, параллельно первым двум, зазвучала и третья полупесня-полумолитва. Ее слова были более лаконичными и разборчивыми, наполненными просьбами об очищении.

— Первая – это песнь лунного взора, — пояснила Ринала, пару секунд послушав слова. — Вторая – молитва ночного таинства. Она очищает воду, каждая ее капля будет до боли жечь еретиков и неверных. Теперь понятно, зачем друиды трудились весь день.

— Твоя чистая вода не убью духов? — нахмурился Хакар, рассматривая бегущие к ним ручьи.

— Не знаю. Но, думаю, друиды и жрецы должны были это учесть?

— А первая песня для чего? — заинтересовалась Мари.

— Если она удастся, то из-за туч выглянет луна. Ночной таинство куда сильнее, если Луксий сможет за ним наблюдать.

— То есть друидам придется поддерживать дождь, а жрецам его разгонять? — удивился Ансельм.

— Вроде того. Но если у них получиться, то при таком обилии воды, тварям внизу придется несладко. Думаю, тогда-то они и полезут наверх, — подытожила Ринала.

Слова блондинки оказались пророческими.

Жрецы тянули свои песни-молитвы около получаса, после чего луна все же пробилась через тучи. Выглядело это довольно необычно, ведь ливень не стихал, а казалось наоборот усиливался. Сквозь пелену дождя, пробивалось размытое, но при это ярко сияющее пятно луны. Казалось, что она светит лишь немногим слабее солнца. Не смотря на ночь, кругом стало довольно светло. Сырая земля, кусты, баррикады, люди – все блестело под лунным светом. Если же приглядеться, становилось заметно, что вода и вовсе мягко светилась, не смотря на грязь и муть, которую ручьи несли вместе с собой.

А вот потом началось. По всему городу, то здесь, то там, из-под земли начали вырываться твари. Они спешили наружу, бежали прочь сломя голову, когда в одиночку, а когда группами. Самые отчаявшиеся, сильнее остальных иссеченные бурным потоком и обожженные освященной водой, даже не помышляли о сражении, просто пытаясь скрыться в степи. Хотя хватало и тех, кто бросался в бой, предварительно подкопив силы у самого выхода.

Десяток Арка сражался наравне с остальными. Больше никто не оттаскивал тварей, когда те поднимались наружу, на это не было времени. Крина, вместе с остальными пиромантами, жгла почти без остановки. Жрецы и паладины тоже не спали, стараясь как можно быстрее разделаться с противником, если из-под земли поднимался кто-то большой. Хакар и остальные стрелки разделывались с мелочью, стараясь при этом экономить боеприпасы – в степи их пополнить будет не так-то просто.

Самому Арку и остальным воинам работать, к счастью, приходилось не так часто. Твари если и прорывались до баррикад, как правило были сильно изранены, добить их не составляло труда.

Ближе к середине ночи, когда от почти безостановочных битв все порядком подустали, напор тварей как будто стал спадать. Жрецы и пироманты позволили себе передышку, оставив расправу над врагом обычно стали.

— Думаешь там под землей никого больше не осталось? — устало опираясь на меч, спросил Грид, глянув на Арка.

— Хотелось бы верить. Но в любом случае, скоро нас сменит другая сотня, можно будет отдохнуть хотя бы несколько часов.

— Попробуй усни, когда все кругом на столько сырое! — шмыгнула носом Мари, которую видимо даже зачарованный плащ не особо спасал от холода.

Неожиданно земля вздрогнула, заставив некоторых пошатнуться, а откуда со стороны центра города донесся тяжелый грохот. Все кругом испуганно замерли, ожидая еще толчков.

— Что происходит? Что за дела? Твари нападают? — раздались растерянные голоса.

— Землетрясение! — вскрикнула Ите, за которой тут же повторили еще пара восточников.

— Что? С чего бы здесь случиться землетрясению? — удивился Арк, но под ноги взглянул с опаской.

— На наших островах это обычное дело, — ответила девушка. — Странно, что толчки не продолжаются…

Со стороны центра стали доноситься крики и рев тварей, там явно завязался бой.

— Похоже земля осела, слишком ее размыло, — задумчиво пробормотал Хакар, вглядываясь в русла ручьев, которые за последние несколько часов стали куда глубже.

— А ведь и правда, — кивнул Аркум. — В центре больше всего нор, значит и тоннелей скорее всего много. Не удивительно, что их размыло.

Мимо охраняемой ими норы пронеслась резервная сотня, а сразу за ней еще одна. Причем похоже, такая ситуация происходила повсеместно – в бой активно бросались запасные части.

— Не поспать нам этой ночью, — вздохнул Арк, снова берясь за меч.

Так оно и оказалось. Пускай твари почти перестали лезть из их норы, но менять их было уже некому. Почти все резервы ушли к центру, в котором явно что-то пошло не по плану.

Спустя пару часов ливень стих, только легкий дождь еще накрапывал с неба, зато луна куда увереннее стала пробиваться сквозь тучи, теперь только жрецы тянули свои песни.

Стало известно, что же произошло в центре города. Как оказалось, огромный пласт земли и правда просто просел, обрушившись вниз на несколько саженей. Сколько тварей он похоронил под собой, сказать было сложно, но людей там пострадало немало. Все же земля оседала неравномерно, где-то глубже, где-то выше, и некоторые воины оказались просто погребены под почвой и обломками.

Оставшимся на ногах тоже не сильно повезло. Просевший пласт земли обнажил норы, до этого скрывавшиеся под землей. Еще прятавшиеся под городом твари теперь могли наступать не с нескольких нор, а практически отовсюду. Лишь с одного из направлений земля осела не так сильно, образовав относительно пологий склон. Именно туда стали пытаться прорваться попавшие в западню воины, которым на встречу бросились резервные части.

Сменившиеся ближе к утру Аркум и его товарищи, были очень рады, что их пост был не в центре города. Мясорубка, которая там началась после «землетрясения», увеличила потери в ходе Похода всего за одну ночь в два раза. Уже несколько сотен воинов, Охотников и обычных ополченцев, не вернуться из этой степи.

— Стоил ли этот город того? — хлебая горячий отвар, спросил Хакар.

Почти все в отряде спали, лишь он, Аркум и Хвель сидели у костра, неся дозор и наслаждаясь теплом. Солнце к тому времени уже взошло, изо всех сил теперь стараясь высушить землю, но уставшие друзья были ему не сильно рады. После бессонной ночи, полной сражений и смертей, видеть эту напившуюся влаги степь, теперь купающуюся в солнечных лучах, было просто невыносимо.

— Кто знает, — вяло пожал плечами Арк. — По крайней мере, теперь мы сможет оттянуться к Ущелью, если дела пойдут совсем худо.

— Думаешь сейчас все в войске хорошо? — буркнул Хакар.

— Относительно. Жалко тех, кто ночью в центре оказался, но всего предсказать было невозможно.

— Когда-то и мы можем оказаться «в центре», — совершенно спокойно заметил Хвель. — Такова война.

— Не хотелось бы, — Аркум тяжело вздохнул. — Слишком много в отряде девушек…

— Почему-то раньше тебя это не смущало, — хмыкнул Хакар.

— Потому что они не слабее нас, а если говорить о Крине или Ринале, то, пожалуй, и куда сильнее. Только… помирать все равно не хочется. А чтобы вот так, по колено в грязи, когда твой сосед по строю и вовсе ушел в нее по уши… Им я такой судьбы меньше всего хочу, — горько скривился Арк.

— Может еще обойдется, — пробасил Хвель.

— От нас тут мало что зависит… Ладно, идите спать, я еще немного посижу, покараулю на всякий случай.

Друзья попытались возразить, но Аркум был непреклонен и вскоре Хакар и Хвель ушли к своим лежанкам. Мало приятного было в том, чтобы спать на сырой земле, на не менее сыром лапнике, кутаясь в плащ и одеяло. Сколько человек заболеет после этой ночи? А сколько скончается от ран или уже замерзло, из-за того, что потеряло слишком много крови? Бой уже был закончен, но последствия от него исчезнут не скоро.

Зажмурившись, чтобы дать красным от недосыпа глазам хоть немного отдохнуть, Аркум постарался отогнать эти мысли. По крайней мере в его десятке все было хорошо. Хотя бы пока что. Он понимал, что без того, чтобы хоть кто-то не заболел, дело точно не обойдется. К утру Мари уже кашляла, как и Ринала, а также Ансельм и, вроде как, сам Арк – слишком разогрелся ночью, которая была очень холодной из-за дождя. Оставалось радоваться, что по крайне мере пока что все были живы. Ринала не жалела себя, замаливая редкие раны, которые ночью в основном получали Арк и остальные воины.

«Вот бы до самого конца все было так же,» – мелькнула в голове предательская мыслишка, но Аркум тут же себя одернул. Как бы молясь о легкой судьбе, не накликать обратного.