Серые будни: Забытые Боги

Сказ сорок седьмой

Изматывающий марш, то и дело прерывающийся скоротечными, но при это кровавыми схватками, закончился только вечером. Хотя облегчения уставшим воинам это не принесло никакого. Все же рискнувшие вырваться вперед всадники, нашли место для лагеря возле широкого ручья и начали его возводить. Но до полноценного, укрепленного места для ночевки, тем более так близко к сердцу вражеских земель, было еще далеко. Так что каждый новый отряд, подходящий к лагерю, тут же принимался за ту или иную работу. Нужно было выкопать ров, насыпать валы, набрать хвороста для костров, с которым всегда были проблемы. Хоть сколько-то в этом деле выручали пироманты, вытачивавшие из скудных запасов дров статуэтки, которые по их воле обращались в полноценные костры, горевшие куда дольше, чем если бы их просто подожгли, сложив в кучку.

Подготовка лагеря кипела до самой ночи. Хотя бы потому что последние отряды догнали остальных уже после темноты. Разбежавшиеся по степи твари к тому времени смогли мало-мальски организоваться и сесть на хвост людям. Из-за этого последнему отряду пришлось прорваться к лагерю с боем, а засевшей за земляными валами армии, высылать им на встречу подкрепление.

Но к счастью, растянувшееся по степи войско, вновь собралось в единый кулак. По мнению разведчиков, которые выбирали место для лагеря на закате и ещё могли хорошенько оглядеться по сторонам, до столицы павшей Империи оставалось не более четырех лиг. Пускай это и было рискованно, но армия смогла воспользоваться замешательством разбежавшихся тварей и прорвалась вперёд куда дальше чем обычно. Уже завтра около полудня армия должна будет добраться до города, если противник не подготовит новую подлянку.

Группа Арка смогла собраться на ночёвку лишь ближе к полуночи. Слишком долго все были заняты возведением и обустройством лагеря. Да и то поспать сейчас доводилось не всем: Хакар и Грид, освобождённые от работ на пару часов раньше остальных, заступили в дозор. Радовало лишь то, что менять из будут воины из другого десятка, хотя бы остальные в отряде немного передохнут.

Сидя у костра, Арк задумчиво разглядывал натруженные ладони, которые украшала пара свежих мозолей. Давненько он так ударно не работал лопатой. Руки хоть и привыкли к мечу, но вот обычной работой, которой Аркум занимался все детство и юношество, не знали уже давно, успели отвыкнуть. Подсевшая рядом Ринала сочувственно взглянула на лидера:

— Тоже мозоли? Давай обработаю мазью, до утра хоть немного огрубеют.

— Было бы неплохо, — кивнул Арк, протягивая ладонь. — Даже стыдно немного – сын крестьянина, а от работы руки натёр.

— Хотя бы на ногах у тебя мозолей нет, — фыркнула Ринала, за эти седмицы успевшая выручить с этой бедой половину группы. — Хвель тоже кстати ладони натёр.

— Ты ему обработала? Завтра, скорее всего, придется помахать мечом. Не хотелось бы, чтобы что-то мешало.

Ринала тяжело вздохнула, раскладывая свой медицинский саквояж. Достав баночку с мазью, девушка аккуратно достала пробку и замерла в какой-то нерешительности. От Арка это не могло не укрыться, и он обеспокоенно уточнил:

— Что-то не так?

— Не знаю… Думаю о завтрашнем дне и, если честно, мне страшновато. Не понимаю, как я во все это ввязалась, как оказалась здесь?

— Хотел бы сказать, что вы все пошли за мной, но это было наше общее решение, — криво улыбнулся Аркум. — Не думаю, что я сумел стать толковым лидером.

— Для нас вполне, — мягко улыбнулась Ринала.

— Ты преувеличиваешь, — хмыкнул Арк, поставляя ладонь подруге, зачерпнувшей немного мази.

Они немного помолчали. Ринала быстро закончила обрабатывать руки Арка, но уходить не спешила, оставшись возле костра. Все в отряде уже спали, так что в кой-то веки эти двое получили немного зыбкого уединения.

— Не знаю даже, — неловко начала Ринала, — стоит ли строить планы на будущее сейчас. Как глупо! Помнишь Свель в прошлом году? Мы тогда прошли по грани и вот опять похожая ситуация…

— Да уж, не лучшее время мы находим для разговоров по душам, — хмыкнул Аркум. — Я тоже не знаю есть ли смысл что-то планировать. Завтрашний день покажет… Если останемся живы, то…

— То?.. — мягко переспросила Ринала

Арк медлил. Мысли путались. Их отношения с Риной и правда были очень странными. Если вообще были. Весь этот год он просто не был уверен, хорошее ли время сейчас для подобного? Изменит ли что-то результат Похода? Пожалуй да… и нет одновременно. Если они проиграют, останутся ли шансы у тех, кто остался на севере? Кто знает. Может быть их и правда разобьют и твари устроят что-то вроде нового Исхода. А у них даже не будет возможности провести остаток дней вместе, потому что и Арк и Ринала окажутся в самой эпицентре этой заварушки.

Если же они победят…

— Главное выжить… не только нам двоим… всему отряду, — вздохнул Арк. — Сейчас же не хочу смешить Богов, строя планы.

— Ты прав, — вздохнула блондинка.

Они помолчали еще немного. Где-то с дальней стороны лагеря раздались крики и, кажется, звуки боя, но все быстро успокоилось. Еще одно ночное нападение, всего-то. И все же Аркум и Ринала подождали, пока все снова успокоиться и лишь после этого отправились спать. За эти дни все уже так привыкли к круглосуточному напряжению, что практически не обращали на него внимание. Хотя сперва было сложно уснуть, постоянно ожидая нападения и очередной тревоге. Но человек привыкает ко всему. Уж лучше спать урывками, чем лежать без сна всю ночь, тем самым подводя не только себя, но и товарищей, которые рассчитывают на тебя.

***

Хакар и Грид стояли на посту вместе, укрывшись за не слишком высоким земляным валом. Им нужно было выдержать лишь пару часов, затем их сменят дозорные из другого десятка – плевое дело, если бы не усталость последних дней. Тяжело почти целую луну каждый вечер строить лагерь, нести дозор, отражать нападения, вскакивать посреди ночи по тревоге и много чего еще. Но смысла жаловаться не было никакого. Тяжело было всем.

Как на зло, ночь сегодня была безлунная. Вскоре после заката небо просто затянуло тучами. Были ли это проделки Слуг, точно сказать было нельзя. Конечно, друиды могли бы повлиять на погоду, но кто знает, может быть завтра их силы понадобятся куда сильнее? Все же вдали от родных лесов брильемские колдуны лишь делали вид, что всем им дается легко. На деле же, они очень редко действовали в одиночку или малыми группами. По сравнению с Чудесами, пиромантией или заговорами восточников, друиды применяли свои чары безумно долго. Хотя бы тот дождь, который затопил норы под заброшенным городом возле Ущелья. Брильемцы пели колдовские песни весь день и всю ночь. И так каждый раз. Чтобы сделать даже сущую мелочь им приходилось очень долго готовиться.

Но глупо было отрицать их поддержку. Хотя бы как предводителей всего брильемского воинства, которое без страха шло в бой.

Примерно такой же эффект оказывали и пиромантские судьи, которых много пришло с Болот, вместе с «обычными» пиромантами. Но те, все же, делали упор на страх и дисциплину, внимательно наблюдая за своими соотечественниками. Друиды же обеспечивали какой-то душевный подъем одним своим присутствием.

Хакар думал об этом, вглядываясь в кромешную темноту вокруг. Даже его зрение не особо помогало, без луны свет костров как будто только мешал.

С Гридом парень особо не разговаривал. Дело даже не в том, что у них не было общих тем для разговора. Скорее сказывалась общая усталость. Не хотелось ни о чем болтать, даже чтобы скрасить время. Только бы отстоять свою очередь в дозоре, а потом, наконец-то, можно будет прилечь и провалиться в сон до самого утра. О том, что будет завтра Хакар думать особо не хотел.

— Тихо как-то, не находишь? — негромко бросил Грид, кутаясь в плащ.

— Угу, — вздохнул Хак.

Окружающая тишина ему тоже не очень нравилась. Пускай сейчас была ночь, но хоть какие-то звуки их степи должны были доноситься?

— Если тревогу подымем, нас паникерами, наверное, сочтут, — скривился мечник.

— Уж лучше так, чем врага прозевать и головы здесь сло…

Договорить Хакар не успел. Метнувшийся из темноты колючий жгут захлестнул его вокруг пояса и груди, прижав одну руку к туловищу. Брильемец не успел дотянуться до чехла с луком, который все равно был бы бесполезен в этой ситуации. Через мгновение Хак канул во тьму.

Жгут тащил его по земле, головой вперед, все на что хватало сил у Хакара – это прикрывать голову свободной рукой от травы, мелких кустарников, земляных кочек и, не дай Боги, камней. Сквозь шум от волочения, парень расслышал вой тревожного рожка, что хоть сколько-то его обрадовало. Хотя в целом ситуация была отвратительная, очень напоминающая то, что произошло с Хакаром полтора года назад, когда в форте недалеко от Филаны его почти так же похитили твари.

Извернувшись, Хак кое-как выхватил болтавшийся на поясе нож, от булавы сейчас было мало толку. Порадовавшись, что не стал снимать кольчугу, Хакар полоснул клинком прямо по себе, стараясь разрезать жгут. Тот поддавался плохо, но его хозяину явно не нравилось происходящее – по жгуту прошло какое-то волнение, хватка немного ослабла. Парень не растерялся и тут же загнал нож между кольчугой и жгутом, со всей силы рванув лезвием от себя. Брызнуло что-то чёрное, в темноте кто-то обиженно вскрикнул, совсем не по-человечески, но Хакара наконец-то отпустили. Брильемец ловко перевернулся на живот и тут же вскочил на одно колено. Нож перекочевал в левую руку, в правой замерла булава. Голова немного кружилась от неожиданного аттракциона, но Хак сумел разглядеть массивный силуэт, замерший перед ним в темноте.

О сражении Хакар думал лишь мгновение. Сзади все ещё доносились отечественные крики, поднялась тревога. Пускай шумы лагеря были какими-то приглашенными, а значит тут точно не обошлось без Слуг, смысла оставаться один на один с неизвестной тварью не было никакого. Так что, не долго думая, Хакар просто развернулся и со всех ног припустился обратно, ориентируясь на приглушённый свет костров и глухой лай Добряка.

Хак успел пробежать лишь пару саженей, когда воздух над ним колыхнулся. Огромная тварь, точно выше человека, просто перепрыгнула парня, приземлившись прямом на его пути. Хакар с удивлением узнал в силуэте, отчётливо вырисовывавшемся даже в тусклом свете костров, огромную жабу, которая недобро смотрела прямо на него, поблескивая глазами.

Утробно квакнув, тварь вдруг принялась раздуваться. Хак напрягся, готовясь отпрыгивать от очередного плевка колючим языком, но жаба вдруг «сдулась» обратно, окутав себя облаком какого-то газа, который, кажется, вырвался прямо из ее спины.

Хакар попятился, не желая приближаться к твари – вряд ли газ был так прост. Что делать теперь? Метнуться влево или вправо? Но язык жабы никуда не делся, пускай Хак и резанул его ножом при освобождении. Вступать в бой так же казалось бессмысленным. Парень мельком глянул за спину, но там была лишь темнота. Бросаться в ту сторону было еще глупее.

Каким-то шестым чувством, Хакар вдруг предвидел атаку и резко метнулся вбок. Колючий язык просвистел над его плечом, лишь чудом снова не опутав брильемца. Если тварь подтащит его в свою пасть, он точно надышится газа, после чего им хорошенько пообедают. Был бы под рукой верный лук!

Лай пса раздался ближе, чем в прошлый раз. Хакар бросил быстрый взгляд в сторону лагеря, в котором уже во всю разгорался бой, и грозно крикнул:

— Добряк, назад! Уходи! Не хватало еще, чтобы тебя пришибли…

Но пес не развернулся. Даже больше того, помимо стелющейся по земле тени, за спиной жабы возник еще один силуэт. В тусклом свете костров блеснула сталь и через мгновение на одну из лап твари обрушился двуручный клинок.

— Грид, не дыши газом рядом с ней! — испуганно воскликнул Хак, узнав того, кто подоспел на помощь.

— Стараюсь, — прогудело из-под шлема в тот момент, когда мечник разорвал дистанцию.

Жаба, обиженно квакнув, уже развернулась к новому противнику, явно намереваясь в прыжке вмять его в землю. На лбу твари Хак заметил массивные, но не очень длинные рога, правда при размерах земноводного они явно особого функционала не несли – хватало одной только массы.

Монстр все же прыгнул вперед, вдоль земли, но подрубленная нога сыграла злую шутку, прыжок оказался не слишком точен и Грида зацепило лишь краем. Тем не менее сила удара все равно впечатляла, потому что воина крутануло вокруг оси, после чего он и вовсе покатился по земле. Дальше стоять в стороне Хакар был не намерен и тут же бросился к жабе, обходя ее со спины, пока та снова поворачивалась к мечнику.

Быстро, но при этом мягко ступая, так что даже кольчуга почти не позвякивала, Хакар оббежал противника и в момент, когда тот был отвлечен Гридом, пытаясь языком опутать уклоняющегося мечника, брильемец обрушил удар булавы прямо на свежую рану от меча. Для этого пришлось войти в облако газа, от которого тут же начала зудеть кожа и слезиться глаза, но хотя бы дыхание Хак задержал.

Жаба от боли не столько прыгнула, сколько качнулась вперед, слегка пропахав землю, но тут же выправившись. Поджимая ногу, она принялась разворачиваться к старому противнику, наконец вступившему в бой. Грид метнулся вперед, но был отброшен резким ударом головы – жаба теперь старалась держать обоих обидчиков в поле зрения.

Тварь не учла лишь одного. Все это время в темноте скрывался еще один противник. Замершая так, чтобы видеть и Хакара и Грида, жаба пропустила Добряка, метнувшегося со спины. Пробежав прямо по монстру, пес вцепился зубами и когтями прямо в склизкое веко противника, раздирая прячущийся под ним глаз, благодаря своему опыту прекрасно понимая, куда следует бить. Испуганное «ква», пара рывков головой и Добряк все же срывается со своего места, улетая в траву, к счастью, приземлившись при этом довольно удачно. Хакар лишь мельком глянул на пса, который выглядел нормально, не считая того, что видимо вдохнул газа и теперь пошатывался именно из-за этого.

Сам Хак тоже ощущал какую-то слабость, видимо отрава проникла в его тело через кожу, даже без помощи дыхания. Нужно было прикончить тварь быстро, сведя к минимуму сближения с ней, чтобы не свалиться без сил от действия яда.

Жаба тем временем растеряла свой задор. С одним глазом она не понимала, на кого ей смотреть. Хакар тут же громко заорал и сделал вид, что бросается в бой. Тварь тут же повернулась к нему, зло блеснув оставшимся глазом и выпустив новое облако газа. Грид на месте не стоял, спустя пару секунд подкравшись к противнику сзади и с оттяжкой рубанув по многострадальной лапе, тут же переведя удар в укол, метя чуть выше основания ноги в спину, примерно туда, где у человека находились бы почки. Клинок вошел глубоко, но это сыграло злую шутку. Неловкий рывок жабы чуть не отбросил Грида прочь, но из-за того, что тот не выпустил меч из рук, тварь протащила его за собой по земле.

Надо было выручать товарища и Хакар этим уже занимался. Вновь задержав дыхание, он со всей силы ударил булавой, метя в оставшийся глаз противника. В облаке газа было сложно понять, на сколько удачен был удар, но даже если он угодил в веко, вряд ли жаба теперь видела хоть что-то. Хакар не стал отступать, развивая успех, принявшись наносит удар за ударом. Толчок гигантской головой выбил из него весь дух и отбросил на пару саженей назад, хорошенько приложив об землю.

Перед глазами все плыло, вспыхивали какие-то цветные пятна – видимо парень все же надышался непонятного газа. Тело слушалось плохо, было похоже на частичный паралич. «А Гриду сейчас и того хуже,» – вдруг сообразил Хакар, силясь подняться, но у него не получалось опереться на руки или хотя бы перевернуться на живот, лишь неловко ворочаться, силясь преодолеть отраву в крови.

Кое-как приподняв голову, он смог разглядеть Грида, тот лежал на земле, в нескольких шагах от жабы, которая толи поквакивая, толи кряхтя от боли, замерла на месте, стараясь не дергаться, чтобы не тревожить застрявший в боку меч.

Неожиданно из темноты появился еще один участник боя. На мгновение Хакару показалось, что это пришла помощь, но нет, странная женщина пришла прямо из темноты и что-то бормотала себе под нос на абсолютно незнакомом парню языке.

Одета она была почти как кочевники, может чуть более цветасто и нарядно. Остановившись возле брильемца, женщина или, скорее старуха, судя по обилию морщин на смуглом лице, почему-то обрамленном темными, совсем без седины, волосами, что-то пробормотала. Холодная сталь кривого ножа коснулась щеки парня, потом шеи, старуха зло проворчала себе под нос, но затем убрала оружие, поднявшись на ноги и поспешила к жабе. Тон ее голоса сменился, теперь незнакомка ласково причитала, явно успокаивая тварь, которая принялась чуть слышно квакать в ответ, будто бы жалуясь. Старуха осмотрела меч, но доставать его не стала. Подойдя к Гриду, она попыталась его поднять, но тот бы слишком тяжел в своем доспехе и женщина вернулась к Хакару, что-то злобно бормоча под нос.

Парня бесцеремонно схватили за волосы, шлем он надеть забыл, и поволокли к жабе. Хак попытался сопротивляться, но тело все еще слушалось плохо. Старуха прижала его к жабьему боку, совсем рядом с застрявшим клинком. Хакар уже догадался, что скорее всего его жизненную силу банально хотят пустить на заживление твари и задергался с новой силой и даже смог ткнуть старуху кулаком в бок, за что заработал хлесткую пощечину и порцию злобного смеха. Ждать помощи из лагеря не стоило, он был связан боем, Хак не представлял, что ему делать.

Темный, пошатывающийся силуэт, возник за спиной ведьмы в тот момент, когда она уже заносила нож над парнем, что-то бормоча на своем языке. Руки в кольчужных рукавицах сомкнулись на голове старухи, сжав ее со всех сил, судя по испуганным воплям, которыми та тут же разразилась. Ведьма пыталась вырваться, но ее рванули назад, со всей силы приложив затылком об грудь, закованную в бригантину. Хакар сполз на землю, кое-как приземлившись на колени, сумев разглядеть Грида, напавшего на старуху со спины.

Мужчина не стал церемониться с новым противником, пускай тот и был женщиной. Перехватив ту за волосы на затылке, он с размаху саданул ее лицом об эфес все еще торчащего из жабы меча. Та заквакала от боли, рванулась вперед, но Грид держал свой меч крепко. В этот раз ничто не помешало ему достать клинок из противника, тот лишь сам помог ему своим движением.

— Как… как ты еще стоишь? — закашлялся Хакар.

— Не дышал… ни разу не вдохнул… газа, — прохрипел Грид, бросая старуху на землю и тут же наступая ей на спину.

Ведьма еще была жива, что-то кряхтела и пыталась ползти, но отточенный клинок, вошедший ей в затылок, как в гнилую тыкву, закончил жизнь старухи. А нормального посмертия ей и не светило.

Опираясь на меч, Грид подал руку Хакару:

— Можешь идти? Надо возвращаться к нашим…

Парень уже начал приходить в себя и все же смог встать. Рядом возник Добряк, тоже начавший отходить от яда жабы. Которая, кстати, ушла не так уж и далеко. Но до нее сейчас не было дела. Бой в лагере затихал, но еще не сошел на нет. Опасно было оставаться в поле, на пути у отступающих тварей, если такие найдуться.