Серые будни: Забытые Боги

Сказ сорок шестой

Спокойной ночевки, естественно, не получилось. Дело оказалось даже не тварях, которые не стеснялись нападать всю ночь. Когда Арк и Грид пришли к сотнику, то лишь получили приказ встать в охранение для отряда, который будет рубить фашины. Тех, по словам командира, нужно было очень много.

— Ну все, теперь нас точно ждет форсирование реки, — вздохнул Грид. — Лишь бы не в первых рядах идти…

Под фашины вырубили почти весь окружающий кустарник, длинные стволы деревьев тоже подготовили, но пока не вязали в плоты. К ночи в лагере скопилось несколько огромных куч, состоявших из вязанок хвороста. Вряд ли твари попробуют их сжечь в ходе диверсии, все же огонь большинство их них недолюбливало.

Ночь прошла суетливо, но ни свети ни заря все войско уже было на ногах. Фашины были целы, твари либо не придали им значения, либо понимали для чего они нужны и даже не пытались повредить ночью. Зато людям, тем, кто стоял на страже, было непросто.

Войско быстро разбили на три части, которые быстрым маршем направились к реке, держась поблизости, примерно в полуверсте друг от друга. Еще один отряд, самый маленький, но при этом состоящий из отборных гвардейских частей, опытных Охотников, пары отрядов пиромантов и даже отряда друидов, поспешил прочь, куда-то в верховья реки, сидя на лошадях.

— И куда они? — Хакар проводил уходящий отряд задумчивым взглядом.

— Видимо, приводить какой-то свой план в действие, — пожал плечами Аркум.

Их отряду выпала доля идти в самой правом войске, на фланге. Не понятно удастся ли поучаствовать в самой жаркой части прорыва через реку, но скорее всего помахать мечами придется.

Сам марш занял от силы полтора часа и в итоге все три войска замерли на северной стороне реки, в версте от окопавшихся чудищ. Весь противоположный берег оказался изрыт норами, земля и камни, извлеченная из них, валами тянулись вдоль реки. Всевозможные твари сновали на той стороне, стягивая силы к месту предполагаемого прорыва. Хватало различной нечисти и в воздухе, пускай пока никто из них вниз не бросался. Но больше всего внимание привлекали монструозных размеров твари, во много раз превышающие рост человека. Несколько химер, имевших что-то родственное кто кротам, кто медведкам, кто ящерицам, которые явно и занимались рытьем нор, замерли на том берегу, даже земляные валы не прикрывали их огромные тела. Еще пара огромных чудищ: какая-то здоровенная рептилия и постреливающий молниями угорь, курсировали по реке, в сопровождении тварей поменьше. В стороне, на каком-то холме, замер скелет дракона, с пылающими фиолетовым огнем глазами, а рядом с ними сидела парочка живых виверн.

— И каким образом эту оборону можно прорвать? — испуганно протянула Ринала. — Нам хватило бы и мелочи, а тут и тролли, и вурдалаки, и здоровенные химеры. А во главе всего эти чудища…

— Жечь придется очень много, — задумчиво ответила Крина.

— Если бы еще одного только огня хватило на них всех, — покачала головой Ите, поглаживая лук.

Люди замерли на одном берегу, твари на другом. Никто не спешил атаковать первым, хотя заметно было, что чудищам тяжело дается сдерживать себя. С южного берега то и дело доносился хищный рев, крики, голодные вопли и рык. Иногда какие-то совсем оголодавшие одиночки срывались со своих мест, стремясь переплыть реку и броситься в бой, но их раздирали на кусочки их же водоплавающие товарищи.

Те, кто держал все это сборище в узде, особо даже не скрывались. Те, кто мог похвастаться подзорными трубами или особенно острым зрением, то и дело замечали человеческие фигуры, гуляющие среди армии чудовищ, ни капельки их не боясь. Пожалуй, впервые с того момента, как люди пересекли границу Покинутых земель, Слуги вот так в открытую показали свою причастность.

Бессмысленное стояние на берегах безымянное реки начало затягиваться и явившиеся в полной боевой выкладке люди, начали уставать. Степное солнце, пускай и не такое жаркое, как в паре седмиц пути к северу, все равно пекло нещадно. А воинам приходилось стоять в ожидании непонятно чего. Люди начали осторожно роптать, пытаясь узнать о своих командиров, чего они все выжидают. Но сотники и сами знали не так уж и много. Как итог твари догадались о начали боя и заметили, что происходит что-то неладное первыми.

В какой-то момент шум и нечеловеческие вопли на южном берегу поутихли, чтобы через пару мгновений подняться с новой силой. Твари бесновались и беспокоились, куда больше их стало бросаться в воду, чтобы перебраться на другой берег и броситься в бой. И кому-то даже удавалось.

— Глядите, река! — вдруг завопил кто-то из воинов.

Но то, что с рекой происходит что-то неладное заметили уже все первые ряды. Вода как будто бы уходила, ее уровень стремительно падал. Гигантский угорь, искря молниями, забился на мелководье. Его собрат – огромная рептилия, злобно зашипела, выползая на северный берег и мотая головой. По всей видимости тот, кто контролировал тварь не смог с ней совладать, и чудище рванулось к людской армии, споро перебирая короткими лапками, уверенно себя чувствуя даже на суше. Но встречать гигантское чудище готовилась лишь одна, относительно небольшая часть армии. Взгляды остальных были прикованы к верховьям реки, со стороны которых доносился злой рокот водопада. Казалось бы, откуда ему взяться на степной реке? Но через пару мгновений, все встало на свои места, когда гигантская волна выкатилась из-за поворота русла, всей своей массой снося прибрежные заросли и захлестывая укрепления тварей.

Но кто бы не направил всю мощь реки против чудищ, он явно собирался действовать наверняка, потому что, оказавшись в зоне видимости людей, волна на стала бездумно следовать руслу. Река вспенилась и поднялась еще сильнее, хлынув напрямки, прямо по земляным укреплениям и норма, сметая не успевших убраться тварей и накрывая валы по самую макушку.

Со стороны людской армии начали раздаваться сперва неуверенные, но с каждой минутой все более громкие воинственные крики. Солдаты и Охотники потрясали оружием, глядя, как огромная волна сметает их противников.

Над войском затрубили боевую готовность, штандарты и влаги взметнулись к небу. Воины проверяли оружие, с нетерпением замирая, в ожидании команды к атаке.

Огромная рептилия, мчавшаяся к армии на левом фланге, в одиночку не смогла развить успех и теперь лежала иссеченная и обиженная, так и не прорвав даже первые ряды построения. В небе вились летучие твари, но пока что они не рисковали приближаться к людям, явно выжидая, пока те перейдут в атаку.

Спустя минут пять волна наконец-то схлынула, оставив после себя размытые валы, грязь, кровь и тоненький ручеек, вместо полноводной реки, протекавшей здесь полчаса назад. На противоположном берегу, в этой жиже, ещё ползали твари, а иные и вовсе готовились к бою. Стоит дать им пару часов и прорваться будет куда сложнее. Естественно, так много времени тварям давать не собирались.

Трубы вновь заревели, командуя атаку. Застучали барабаны, задавая ритм и заставляя воинов шагать в ногу, не вырываясь вперёд. Какая-то группа северян вдруг завела боевую песню, распаляя себя перед боем. Их идею подхватили и спустя пару минут над степью разносилось многоголосое пение на самых разных языках и стук оружия о щиты. Это звучало ужасно, но вместе с тем грозно.

Естественно пироманты вступили в бой одними из первых, хотя их вклад и бы немного неожиданным. Три небольших отряда вырвались вперёд, опережая войско, и слитно ударили, сливая силу пламени в единый поток. Три стены огня, шириной не больше полусотни саженей каждая, прокатились вперед почти на полверсты. Температура огня была так высока, что грязь высохла, а затем и вовсе пошла трещинами, почти мгновенно, хилая речушка ненадолго и вовсе испарилась. За минуту пироманты навели три узкие, но весьма прочные дороги, по которым, следуя новой команде, и рванулись первые, самые лучшие и крепкие отряды.

А вот дальше начался сущий кошмар. Те твари, которых не снесло волной, а после не задело огнем, рванули к людям, спеша стянуться у местам прорыва. И было из все ещё довольно много. Гигантские химеры, нахлебавшиеся воды, но удержавшиеся на месте, должны были стать ядром обороны.

В воде и жидкой грязи вокруг сухих троп тоже осталось достаточно водоплавающих чудищ и амфибий. Те тоже стремились ворваться в бой, но их во всю отшвыривали прочь, закидывая воду и грязь фашинами, стремясь расширить дорогу для наступающей армии. Туда, где сухие тропы уже вовсю размывала пока слабая река, тащили цельные бревна, спеша соорудить хотя бы какое-то подобие мостов или гатей.

В небе ситуация была бы совсем плачевной, так как летучие твари пострадали меньше всех от волны, но командование решило выкинуть ещё один козырь. Сильнейший ветер поднялся почти сразу после того, как первые воины вступили в ближний бой. Воздушные потоки рвали и метали, бросали крылатых тварей на землю, сталкивали друг с другом – ещё один из духов явно вступил в сражение.

Аркум и остальные, к счастью, шли в атаку далеко не самыми первыми. Тропа была слишком узкой, чтобы бросить в бой сразу всех, так что их сотне пришлось таскать фашины, чтобы хоть немного расширить дорогу. На их глазах, пироманты и церковники своими слаженными действиями, прикончили огромного угря. Тот пытался бить молниями, но огонь быстро высушил землю вокруг него, так что особого вреда его коронная способность не наносила. Дальше дело было за малым, и жрецы быстро расправились с химерой, не прибегая к помощи пиромантов, которые явно были не прочь запечь тварь живьем.

Вскоре сотню, к которой был приписан и десяток Арка, наконец бросили на тот берег. Плацдарм уже давно был отвоеван, не смотря на сопротивление со стороны противника. Друзья не думали, что им особо придется подраться, но их и еще пару сотен воинов направили вдоль реки, приказав помочь в зачистке берега. Как оказалось, командование решило перебить как можно больше тварей сейчас, чтобы затем не пострадать от удара в спину. Уже переправившиеся на этот берег легкие и тяжелые всадники во всю гнали чудищ по степи, в сторону города, так же стремясь сократить их поголовье. Очень хотелось верить, что подобные старания не будут каплей в море – если в столице наберется еще хотя бы столько же тварей, то даже малокровная победа у реки не будет иметь смысла.

Сражаться по колено в жидкой грязи, в которую превратилась свежевскопанная земля валов, было тяжело. Поэтому Арк и остальные ближники в основном оборонялись, просто стоя на месте. Больший вклад в истребление оставшихся тварей вносили стрелки, Церковники и пироманты. Редкие друиды, которые так же разбрелись в разные стороны от места прорыва, помогали чем могли, в основном стараясь освобождать порабощенных детищ Богов по типу волкулов, перетягивая их на свою сторону. Либо же, если брильемцы замечали, что в каком-то месте не удается пробить оборону тварей, они проращивали траву, прямо на грязи, стараясь хоть немного укрепить ее структуру, дать воинам опору для сражения.

Одним из мест, где Арку и остальным пришлось поучаствовать в подобной битве, был труп огромного медведко-крота, который по всей видимости захлебнулся, не сумев забраться повыше на вал. Уцелевшие твари закрепились на его огромной туше, практически в полном окружении, из-за чего не могли уйти. Хэл, вернувшийся к отряду, вместе с одним из друидов, оказавшихся неподалеку, окружил труп химеры зеленым полем, по которому воины и рванули в бой.

Сражаться, стоя на слое свежего дерна, который пророс прямо поверх грязи, было непривычно. Опора под ногами не казалась надежной, Арку казалось, что он бежит в атаку по болоту. Схлестнувшись с первыми тварями, ему и вовсе стало казаться, что еще немного, стоит получить удар посильнее, и его просто вобьет в землю по колено, а то и глубже. Из головы как-то незаметно вылетели мысли о том, что слой грязи хоть и был глубоким, но далеко не на столько. Аркуму все сильнее казалось, что он и правда стоит посреди трясины, которая только и ждет, чтобы проглотить его.

Впрочем, долго это не продлилось. Выбить тварей с их странного укрепления оказалось делом грязным и кровавым, но не невыполнимым. Вскоре сражение было закончено, причем за счёт численного преимущества люди отделались малыми потерями. В отряде Арка тоже все были живы, пускай Ринала и пришлось поработать, заживляя не смертельные раны.

Толком отдохнуть после битвы не получилось. Гул труб, разнесшийся над растянувшимся полем боя, созывал войска обратно. Причем после одного сигнала тут же прозвучал следующий, а затем ещё один. Командующие войском явно не хотели засиживаться на месте.

К тому времени как десяток Арка, естественно в составе сотни, вернулся на место прорыва через реку, там уже во всю кипела подготовка к маршу. Более того, самые боеспособные части уже уходило вперёд, собравшись в небольшие, но крепкие ударные кулаки. Войско растягивалось по степи эдаким пунктиром, состоящим из небольших армий, все ради того, чтобы как можно меньше стоять на месте.

Около полутысячи воинов: Охотников, наемников и даже полсотни ополченцев, отправили в следующий заход, сколотив из них относительно крепкий отряд. Туда же вошла сотня, в которой состояли друзья.

— Куда такая спешка? — ворчала Крина, немного припадая на ногу, рану на которой Ринала зарастила, но не до конца.

— Пока степь свободна, надо идти, — пожал плечами Грид, откинувший забрало. — Весь расчет на то, что пока нас никто не тронет. Конница расчистила путь, пехота идёт с интервалами максимум в версту. Даже угоди кто-то в засаду, идущий следом отряд придет на помощь.

— Слыхал, что пироманты замкнут построение, — добавил Хакар.

— Не удивительно. Они задержаться подольше, — хмуро произнес Арк, глядя куда-то в сторону, туда, где пылали огромные костры.

Каждый в отряде, за исключением впечатлительной Мари, тоже хотя бы мельком, но взглянул туда же. Пироманты взяли на себя обязанности по захоронению павших воинов, далеко не в первый раз, с момента начала Похода. Естественно, рядом с ними находились клирики, чтобы отпеть мертвых, которых не удалось придать земле.

— И скольких мы сегодня потеряли? — тяжело вздохнул Ансельм.

— Кто ж знает, — скрипнул доспехами, пожавший плечами Грид. — Вряд ли до нас доведут официальную сводку. Но как по мне, все не так плохо…

— Не так плохо? — пискнула Мари. — Судя по размерам костров, это далеко не так!

— На войнах умирают люди, — пожал плечами неудавшийся рыцарь. — Поверь мне, если бы не помощь духов, дым от костров затянул бы все небо. А может и вовсе некому было бы хоронить погибших.

Отвечать Гриду никто не спешил, потому что понимали, что в целом, мужчина был прав. Степь вокруг, пусть и не слишком густо, но была усеяна трупами тварей, а изредка и людей. То тут, то там, валялись иссеченные, утыканные стрелами, пораженные Чудесами или пиромантей тела чудищ. Несколько телег, запряженных волами, под охраной пары десятков воинов каждая тащились по степи, параллельно пути цепочки воинских отрядов. Они собирали павших лишь для того, чтобы сложить их в кучи, которые поджигали пироманты, сопровождавшие каждую из телег. На толковое погребение по всем правилам просто не было времени.

Откуда-то спереди донесся тревожный гул труб. Похоже, какой-то из передних отрядов подвергся нападению.

— Подобрались! Бегом марш! — скомандовал полутысячник, команду которого тут же подхватили вестовые и трубачи.

Около пяти сотен воинов, в составе которых был и отряд Арка, перешли на легкий бег. Может с неожиданной проблемой разберутся и без них, но стоило перестраховаться. Лучше пролить немного своего пота, чем кровь союзников. Кто знает, может быть завтра тебе понадобиться их помощь?

***

Люций замер на самой маковке давно заброшенного храма, пока что лишь чудом не развалившегося по камушку. Да и то, чтобы забраться наверх, пришлось прибегать к помощи Зига. Сейчас Слуга Белиона караулил чуть ниже, готовый подхватить своего лидера, если старые камни, держащиеся лишь на честном слове, решаться начать рассыпаться.

Люц забрался так высоко лишь для того, чтобы Лире, пожелавшей лично отправиться на север, к державшим оборону вдоль реки, было проще держать с ним мыслесвязь. Девушка вышла на связь не так давно, хотя ждать ее пришлось порядочно.

— На реке все плохо, Люций, — быстро «тараторила» Лира, если эти слова вообще применимы в общению путем мыслесвязи. — Королевские войска прорвали оборону, пускай сами и понесли потери, но перебили много тварей. Что куда неприятнее – погибло непозволительно много Слуг и учеников с дочерними артефактами.

— Тебя никто не послушал? — нахмурился Люц.

— Я и мои люди смогли уговорить какую-то часть, самых мнительных и недоверчивых, держаться в стороне, когда начнется бой. Это нас и спасло. Огромная волна практически смела всю оборону. Мне кажется, там могли выжить только Слуги Белиона, так что твари, по сути, сражались без какого-либо командования.

— Неприятно, но это разгром Криуса, не наш. Нам это и вовсе лишь сыграет на пользу, будет проще убеждать тех, кто еще верен старому порядку. Как у вас дела сейчас?

— Бежим со всех ног к городу. У нас есть немного форы – Охотники и королевские войска сперва разошлись по степи, гоняясь за тварями. Сейчас быстрым маршем идут за нами, но вряд ли догонят, слишком боятся далеко отправлять конницу.

Сама Лира, как и ее люди, наверняка обзавелась какой-нибудь подходящей тварью, которую можно было оседлать. В этом Люций не сомневался. Так что за помощницу можно было особо не переживать, вряд ли она сгинет в степи.

— Хорошо, не задерживайтесь там. Будет отлично, если вернетесь в столицу хотя бы к завтрашнему утру.

— Думаю успеем. Как, кстати, успехи в городе?

— Криус знает, что я здесь, — хмыкнул Люций. — Но пока не пытается разыскать. Хотя разгром на реке может изменить его настрой.

— И что будешь делать?

— Пока ничего. Нужно перетянуть на нашу сторону как можно больше людей. Лишь потом можно будет встретиться с Криусом лицом к лицу. И желательно, чтобы в городе в это время творилась суматоха.

— Тогда тебе нужно прятаться еще от силы пару дней.

— Именно, — ухмыльнулся Люц. — Что ж, не буду тебя отвлекать, в следующий раз попробую с тобой связаться ближе к полуночи.

— Поняла, — ответила Лира и прервала мыслесвязь.

Люций легонько свистнул и на его зов снизу взметнулась тень. Зиг, в форме худой, длиной ящерицы, легко взобрался по камням наверх. Меняясь прямо на ходу, он скользнул за спину лидеру, который, ничуть не сомневаясь, шагнул вперед с огромной высоты. Прежде чем его тело понеслось к земле, за спиной мужчины взметнулись кожистые крылья, а его туловище мягко обхватили паучьи лапы. Зиг обратился в гротескную помесь паука и летучей мыши, только и способную, что планировать, но большего от него и не требовалось. Легко доставив лидера к земле, Слуга Белиона перекинулся обратно в человеческий облик и вопросительно взглянул на Люция.

— Уходим, слишком долго мы тут, — нахмурился Люц.

— В городе переполох, — заметил Зиг, шевельнув кошачьими ушами, которые отрастил пару мгновений назад.

— Не удивительно. Криус должен быть в курсе происходящего.

— Тогда ему точно не до нас…

— Либо наоборот, именно на наши поиски он и бросит свободные силы, — фыркнул Люций. — Идем, найди ближайший спуск в катакомбы.

— Слишком очевидное место, — скривился Зиг.

— Но и слишком запутанное, — краешком губ улыбнулся старик.

Последователь Белиона пожал плечами и вновь начал меняться, обратившись в худощавого волка. Люций привычно забрался ему на спину и Зиг тут же сорвался с места, на ходу обнюхивая землю. Примерное местонахождение ближайшего спуска он знал и так, но, как всегда, перестраховывался. Сейчас это было особенно важно, ведь кто-то их верных Криусу Слуг уже мог быть рядом.