Дракон учебе не помеха

Глава 37. Разговор с однокурсниками и комплименты Лэя Дроу

Линда обвела взглядом сокурсников. Кто-то смотрел на нее с презрением, кто-то с насмешкой, кто-то с интересом, кто-то с ненавистью, но смотрели все. Потому что телевизоров в Хоумлэнде не было, интернета и смартфонов тоже, а тут — бесплатный спектакль. Который пора было заканчивать.

— Мои дорогие сокурсники, — сказала Линда проникновенным голосом. — Хочу напомнить вам о кодексе академии, где сказано, что студенты и преподаватели должны относиться друг к другу уважительно и не лезть в чужую жизнь. Как вы уже знаете, тех, кто ведет себя по-свински, незамедлительно карает магия, которая защищает академию от злоумышленников. Надеюсь, все помнят легенду о Золотом Фениксе? Поэтому прежде чем обсуждать меня, хорошенько подумайте, хотите ли вы стать посмешищем и потерять способность говорить человеческим языком…

— М-мэ-э! — громко сказал Марвин Пай.

— Бе-е-е-е? — испуганно спросила у него Сьюзен.

— Что и требовалось доказать! — Линда двумя руками показала на ядовитую парочку даже не пытаясь скрыть свое торжество.

Марвин Пай потряс подбородком, как будто на нем была борода, прикрыл рот рукой и быстро пошел прочь. Сьюзен удивленно бэкнула и, размахивая руками, посеменила за ним.

Лэй Дроу приподнял бровь. Вообще-то от злоумышленников академию защищали охранные и сигнальные заклинания и талисманы, которые он собственноручно устанавливал вместе с почтенным Стивеном Оксом… Ни о какой другой магии ему известно не было… Да и не только ему. Весь преподавательский состав разгадывал загадку шипения Сьюзен Олди и хрюканья Марвина Пая, да так и не разгадал. Но, возможно, появилась новая информация? Линда могла узнать ее от Аманды Фокс, а та непосредственно от ректора… Странно, что ему никто ничего не сказал! Как-никак он декан первокурсников…

— Согласитесь, не очень приятно на целые сутки остаться без речи, — продолжала Линда. — Поэтому очень рекомендую оставить меня и мою внешность в покое. Тем более, я прилагаю усилия, чтобы постепенно улучшить свой внешний вид. Да, в вашем понимании я не красивая…

— Красивая! — Лэй Дроу сам не понял, как у него вырвались эти слова. Он смутился. — Э-э-э, я имею в виду, что вкусы у всех разные. Кто-то смотрит на фигуру, кто-то на цвет волос, форму носа, кому-то нравятся полные, кому-то худые. — Он сделал паузу и многозначительно посмотрел на Линду. — А кому-то — умные.

В коридоре поднялся невообразимый шум. Обсуждали все и сразу. Наказание, настигшее Пая и Олди, признание профессора Дроу, предупреждение Линды…

— Мьютес конста энти! — приказал Лэй, и все рты тут же захлопнулись. Он вздохнул и прикрыл глаза, подбирая слова. Пока думал, заговорила Линда:

— Мои дорогие сокурсники, давайте договоримся. Вы меня не замечаете, я к вам не лезу, магия Золотого Феникса вас не трогает. Хорошо?

Профессор Лэй усмехнулся. Линда была очень умна, а еще молода и наивна. Она взывала к здравому смыслу, забыв о том, что пока в человеке бурлят эмоции, это бесполезно. Он всматривался в лица напротив. Вот затаенная злоба, вот разочарование, тут удивление, здесь высокомерие, там упрямство. Впрочем… Он с удивлением заметил, что студенты начали кивать, выражая согласие со сказанным, и расходиться. Видимо, пример Марвина и Сьюзен оказался достаточно наглядным. Что ж, тем лучше! Через минуту в коридоре остались только он и Линда.

— Благодарю за поддержку, профессор, — сказала девушка и хихикнула: — Слава Золотому Фениксу! Надеюсь, теперь от меня отстанут.

— Линда... — Лэй собрался с духом и произнес: — Я и раньше считал вас привлекательной. Ваше лицо светится, когда вы даете правильные ответы или получаете "зачтено".

Кончики ушей девушки трогательно порозовели. Она подняла на него свои глаза цвета темного мёда.

— Профессор?

— Не мог не сказать. Вы должны знать. Вы гораздо привлекательнее кэри Олди. — Сейчас, когда они были наедине, слова давались Лэю легко. — Внешняя красота быстротечна, ее перестаешь замечать, если за душой у человека ничего нет. Но у вас, кэри Дэвис, внутри целый мир. Не надо смущаться, мои слова вас ни к чему не обязывают. Просто знайте.

Как Линда не отнекивалась, профессор Дроу настоял на том, чтобы проводить ее до лаборатории. К счастью, по дороге он завел разговор о сигнасилумах для охраны жилища, вел себя подчеркнуто вежливо и больше не шокировал ее своими комплиментами. На чай заходить не стал, сдал ее с рук на руке профессору Фокс и ушел, улыбнувшись на прощание. Ушел, а в душе Линды продолжала бушевать освежающая майская гроза. “У вас внутри целый мир”, — сказал ей профессор Дроу. Значит, она, Анна Новикова, была права! Дело не во внешности, а в том, что у тебя внутри!

Линда порхала по лаборатории, взвешивала, смешивала, резала, толкла и торжествовала! “Вот так вот, Катенька. У меня снова есть и работа, и учеба, а самый красивый преподаватель академии считает меня привлекательной. И все это не из-за внешности, а благодаря моему трудолюбию и знаниям. Я! Была! Права! А ты, моя завистливая подруженька — нет”.

После ужина, Линда привычными тайными тропами добралась до общежития, с оглядкой пробралась в свои покои и закрыла дверь. Бросила тяжелую сумку с тетрадями и книгами на стол и затанцевала по комнате.

— Все, гештальт закрыт! Кто молодец? Аня молодец! Нет, Линда молодец. Линда Дэвис, будущая звезда Стоунгема. Как только разберусь с ползучим гадом Мором, сразу займусь собой. Буду дизайнером одежды. Или нет! Лучше стану ученым! Если нет порталов в другие миры, их надо придумать.

Она сняла платье, накинула длинный, до пола, халат из темно-розовой атласной ткани, но зайти в ванную комнату не успела — в дверь настойчиво постучали.

— Профессор Фокс! — обрадовалась Линда, распахнула дверь и только потом осознала, что ее наставница имела привычку барабанить пальцами, а не била по дубовому полотну кулаком.