Порочный. Скандальный роман

Глава 53

Рахман

Вокруг все замирают. Шлепок моей ладони раздался неожиданно громко и звонко. Все услышали.

Замечаю на себе удивленный взгляд Расула.

Твою мать, испортили праздник брата! Вот что за девка такая неугомонная! Липу какую-то мне под нос сунула! Опять шуточки? Только уже не детские. Неужели никак не успокоится? И с первого раза не поняла! Видно, наш разговор для упрямой козы ничего не прояснил. Ни-че-го! Рогами уперлась, стерва! А с какой злобой она на меня смотрит! Просто испепеляет!

— Мы поедем, Расул. Обсудить кое-что нужно. С дочерью! — жестко обхватив дочь за локоть, буквально волоком тащу ее за собой.

Сопротивляться еще смеет. Ах, бессовестная! Ни капли уважения к отцу, к семье, к роду… Выкрутасы устраивает она, а горю от стыда я. Ведь это безобразие все кругом видят!

Даже Расул удивлен.

— Я сказал. Рот. На замок. Дома поговорим!

— Теперь я сама… в аул уеду… — воет Амира. — И за первого попавшегося мужчину выйду, кому угодно отдамся. Вы променяли дочь на дырку гулящей девки, а она из семьи… наркош! Видела бы это моя ма-а-ама!

— Мать упоминать не смей!

— Правильно она говорила, вам только девок и развлечения подавай! Дешевок всяких.

— Ты на еще одну затрещину сейчас нарываешься?!

Схватив за шиворот, встряхиваю дочь, она болтается у меня в кулаке, как бумажная салфетка. Платье не выдерживает, расползается по шву у шеи.

— Это что?!

— Не знаю! — моментально отвечает она, натянув ворот повыше.

Надо же, какое глухое платье надела!

Я и значения не придал, но сейчас понимаю, что там… синяки какие-то. Дай Аллах терпения, но эти синяки на засосы похожи. Я дергаю еще раз и матерюсь несдержанно.

— Бессовестная. На тебе засосы, — шиплю. — Шармутой стала!

— Это просто… Просто…

Еще раз хлопаю по щеке, но уже с другой стороны.

— В машину, дрянь. Дома продолжим. И учти, я приглашу женского доктора.

Глаза Амиры от ужаса расширяются, блеет что-то.

Я хлопаю дверь автомобиля, заблокировав его.

Теперь нужно вернуться и попросить прощения у Расула.

Он стоит и наблюдает.

— Извини, брат. Не обессудь, эту…

В горле — горечь. Мысли горят.

Не в силах подобрать слов, машу рукой.

— Увезти надо! Не хочу, чтобы она хорошим людям праздник портила. От души поздравляю. Все пройдет отлично, даже не сомневайся.

— То, что говорила твоя дочь, правда? На гулящую запал?

Расул неодобрительно сузил глаза, покачав головой.

Внутри все полыхает! Мало ли что Амира там опять придумала.

Факт в том, что именно я цветочек своей девочки сорвал и видел, как она старается, изо всех сил старается. А как она… вах… с гордо поднятой головой от меня ушла! Ни шагу навстречу не сделала, пока сам не пришел к ней, покаявшись, сходя с ума от одиночества.

Неужели в период разлуки она подзаработать решила? Таким гнусным способом? Нет, не похоже! Не похоже на нее.

Не верю!

Наговоры это!

— Я сам разберусь. Гулящая она или нет. Спасибо за беспокойство. Еще раз… от всего сердца.

— Ты же еще не знаешь, чем вечер закончится.

— Твой карман с кольцом сказал мне больше, чем ты. Приеду позднее. Поздравляю.

— Пароль, — командую я дочери.

Мы отъехали от дома Расула, я притормозил автомобиль на обочине.

Ее телефон я отобрал сразу же и сунул к себе в карман.

Молчит.

— Пароль, Амира.

— Или что… Снова… Бить будете?! Вы же не из таких мужчин!

Пытается к моей совести воззвать?! Ай, молодец, на лету переобувается.

Вот только грязь, которая из ее рта вылетала, и засосы на шее сказали мне намного больше. И та ложь… с сережками.

Дорого мне обошлось урегулирование того конфликта.

Видел разочарование в глазах Рори, собакой побитой скулить хотелось. Я не мог допустить скандала. Можно сказать, я свою совесть тогда в грязь втоптал. Конкретно так…

А еще надеялся, что удастся девочек помирить. Глупец… Миротворец!

Вот к чему привело.

— Те дни давно закончились, Амира. Не скажешь пароль, бить буду. Одним ударом возмещу все те годы строгого воспитания, которые тебе мать не додала, оказывается! Пароль…

Молчит.

Открываю дверь, медленно выхожу из машины и демонстративно закатываю рукава рубашки.

Дверь на себя, размахиваюсь.

Амира в панике отползает назад по сиденью, выкрикнув цифры.

Телефон разблокирован.

Лезу в переписки. Они зудят. От количества чатов перед глазами мелькает.

В каждом из них дочь полощет и обсасывает в самых грязных выражениях Аврору.

Тыкаю на ссылку, сайт открывается.

Страничка с фотографией Рори. Все ее данные! Все…

Есть несколько видео с танцев и типа презентации веб-кам.

Тыкаю на видео, лицо Рори, далее движения рук.

Стоп…

— Это не она. Не ее пупок, блять. Это тупой монтаж! Это… Это ты сделала?! — рявкаю. — Удаляй!

— Не могу!

— Охуела?! В смысле не можешь! Удаляй, нах. Удаляй! — ору. — Или я тебя сейчас удалю… Тебя и собаки помойные жрать не станут, от тебя ядом несет. И трава в том месте, где я тебя закопаю, расти не будет! Удаляй!

— Это не я! Не я делала! Это…

— Молитву хоть одну помнишь? Читай. Последний раз.

— Это на заказ! — верещит она.

— Значит, пиши тому, кто делал! Живо, нах… Подлая.

Слов нет.

Только вкус тухлятины на языке!

Смотрю с отвращением. И это — моя дочь?!

— Он не может удалить. Сразу… не удаляется. Анкета модерацию сутки проходит, и аккаунт… только через сутки удалить можно!

— Значит, пусть сотрет из него все загруженные фото, имя изменит.

Я в шоке, что это дерьмо моя дочь устроила! В шоке с ее ненависти…

Скулит что-то, переписку мне под нос сует, где тот хрен мажется. Пиздюк какой-то, молодой, в татухах. Немного листнув выше, вижу фривольную переписку и обсуждение встреч.

— С ним еблась?!

Молчит.

— Я не… Не…

— Плевать. Даже если ты девственность сохранила, по телу видно, что оно мужчину знает. Грязная ты для меня. Мерзкая.

Снова выхожу из машины, набираю номер Рори.

Гудки бесконечно жестокие. Ответа нет. Молю небеса, чтобы Рори ответила.

Есть…

Разговор начался, но там тишина.

Только дыхание… Ее дыхание.

— Рори, послушай. Я знаю. Видел… Знаю, не ты. Дай разобраться. Я все улажу. Все сотру… Слышишь? Я люблю тебя. Я все сделаю.

— Сотрешь? — шелестит тихо. — Из памяти тех, кто это уже увидел, тоже сотрешь?

И сбрасывает…

Меня сковывает. Я будто врастаю ногами в промерзший бетон.

Амира знала, куда бить. Репутация…

Аллах, дай силы не убить дочь.