Бывший муж. Ты забыл, как любил меня

22

4 года назад

— Мои детективы раскрыли заказчика, добились от него переписки с Тамрой Игоревной и есть вся информация об оплате, — говорит Слава, — и даже есть переписка с правками, которые она вносила… в видео.

Я присыпаю корни розы землей.

Чихаю от едкой пыли удобрений, а после стягиваю перчатки и тру лоб. Встаю и забираю новую папку из рук Славы.

— Это уже, можно, сказать не имеет смысла, — отхожу к крыльцу и кладу папки на верхнюю ступень.

Смотрю на пересаженные розы по новой схеме. Мне нравится, как получилось.

— Он выбрал мамочку, — хмурюсь.

Андрей после моего ультиматума сказал, что Лора потом сама его потом поймет, когда вырастет, и ушел, пообещав, что наша дочка мне такого не простит.

Усмехаюсь.

Если бы он возмутился, загорелся яростью, сказал бы, что он, в принципе, не принимает такой выбор и устроил бы борьбу за дочь, то я бы… господи, да я бы не стала закрывать болезную безумную бабку в тюрьму.

Потому что мне не наказание для Тамары Игоревны было важно, а его любовь к дочери и его мужская самость, но…ничего этого в нем нет.

— Привет, — из-за входной двери выглядывает Лора.

Придерживая дверь маленькими напряженными пальчиками она смотрит на Славу круглыми глазами.

У нее две косички, очаровательные темные веснушки и короткая челка. Куколка.

— Привет… — отвечает Слава и он…

Выглядит неожиданно растерянным.

Он видит мою дочь вживую в первый раз и, похоже, был совершенно не готов к этой встрече.

— Это дядя Слава, милая, — вздыхаю я и сажусь на ступеньку, — он привез маме документы.

— Я знаю, кто ты, — кивает Лора. — Бабушка говорила, что ты мой папа.

— Твоя бабушка та еще фантазерша, — спокойно отвечаю я.

У нас уже был разговор, кто ее папа. Ближе к разводу с Андреем выяснилось, что моя свекровь засирала мозги моей дочери, что она ей совсем не внучка.

Слава в шоке смотрит на меня, а после вновь переводит взгляд на Лору, которая бесстрашно выходит на крыльцо.

— Ты был с мамой до моего папы, — Лора кивает, — я знаю. И ты папа Кости и Гриши. Они поэтому меня не любят…

— А тут подожди… — Слава вскидывает руку и щурится, — Костя и Гриша те еще говнюки, конечно…

— Они когда тут мы даже не разговариваем, — сердито жалуется Лора. — Они на меня смотрят, и я на них смотрю. И все.

— Милая, я же говорила… Они…. Господи, — накрываю лицо руками, — вот такие они. Сволочи вредные.

— А братика они любят? — Лора решительно делает шаг к Славе. — У тебя же есть сынок. Их братик…

— Там тоже все очень непросто, — Слава вздыхает. — Там братик дает всем прикурить, если честно. В том числе и Грише с Костей.

— А почему ты пришел без него? Без сыночка? — Лора садится рядом со мной.

Деловито поправляет рюшечки на коленях и продолжает смотреть на обескураженного Славу большими любопытными глазами.

— Честно признаться, я даже не знал, что ты сегодня дома… Да и к маме твоей пришел без приглашения, чтобы по пути закинуть документы…

— А я отказалась идти в садик, — пожимает плечами, — я скучаю по папе. Мама разрешила скучать дома, — тяжело вздыхает, — папа тоже думал, что ты мой папа, да?

Слава может только кивнуть. Я давно его таким не видела. Очень давно.

Он в последний раз таким растерянным был, когда ему в первый раз акушерка сунула Костю в руки.

Также не моргал.

— Это глупость, — Лора опять вздыхает, — я не могу быть твоей дочкой, потому что мы совсем не похожи, — смотрит на меня, — наш папа глупый.

Потом она встает, подходит к Славе, роется в кармане и протягивает ему жевательную конфетку в розовой обертке:

— Мои любимые.

Слава молча забирает конфетку, но Лора не уходит и хмурится на него. Слава понимает, чего Лора от него хочет.

Разворачивает угощение, закидывает ее в рот и сосредоточенно жует, а после одобрительно хмыкает:

— Вкусно.

— Да, самые вкусные, — кивает и через несколько секунд поднимается по ступенькам. Останавливается у двери и оглядывается на Славу, — я хочу увидеть братика Гриши и Кости. Чем он лучше? Почему они его любят больше?

— Милая, — массирую виски, — мальчики и тебя любят.

Но Лора уже прячется за дверью.

Все, мне теперь гарантированы недели разговоров о сыне Славы и почему Гриша и Костя любят его больше.

Лора кричать и плакать не будет, она просто изведет меня долгими беседами и размышлениями о несправедливости этого сложного мира, а после придет к неутешительным выводам, что все это потому, что она родилась не от дяди Славы.

И ведь правда в этих детских речах будет.

— Она такая… у тебя рассудительная, — в шоке заявляет Слава.

— Не то слово, — смеюсь, — она очень любит философствовать.

— Мой только и делает, что орет, психует и что-то ломает, — Слава вздыхает. — И доказывает, что он главный в доме. Всем. Он вчера в парке на дерево орал, что он растет в неправильном месте и требовал у меня, чтобы мы его пересадили.

— Куда?

— Возле нашего дома.

— И что было дальше? — заинтересованно спрашиваю я. — Как вышли из положения?

— Я вручил ему лопатку, — слабо улыбается Слава, — сказал: выкапывай. Он три часа копал, а потом лопатка сломалась и он упал на выкопанную землю. И заснул. Я сегодня планировал отправить Гришу с Артуром опять копать. Ему надо вспомнить, что он старший брат.

— Лора бы три часа рассуждала, почему дерево выросло именно здесь, а не где-нибудь еще.

— Слушай, — Слава делает ко мне шаг, — может, и Лору… отправим вместе с пацанами? Если ей любопытно… да и отвлечется малышка от мыслей о горе-папаши.