Часть 45

Утро, солнце, день чудесный. Потянувшись в кровати, бодро встал и собрался на пробежку и прочие физические упражнения, попутно размышляя о конце вчерашнего дня, и строя планы на сегодня, да и вообще, на ближайшую неделю.

Домой вчера я вернулся затемно, что, в принципе, не удивительно. Время было не очень-то и позднее, близилось к полуночи. В столовой сидели родители и Гермиона, распивали чаи с печеньками и явно меня ждали.

— Вечер добрый! — махнул я им рукой, проходя и садясь за стол. — А чего это вы здесь сидите?

— Да вот, ждём одного любителя ходить по гостям, — ухмыльнулась мама.

Отец внимательно на меня смотрел. Целых несколько секунд.

— Пил?

— Пил, — кивнул я.

— Пить вредно.

— Вредно не пить и не быть на одной волне со значимыми волшебниками, которым был представлен непосредственно хозяевами вечера. Но, я не злоупотреблял.

— Это видно, — кивнул отец.

— Всё прошло хорошо? — спросила Гермиона с явным беспокойством.

— Отлично. Тёмных Лордов не было, зато были ребята из Хога, их родители и много других важных волшебников. Мне довелось с ними пообщаться и даже затронуть тему некоторых моих разработок.

— Как будто они будут слушать ученика Хогвартса, — ухмыльнулась Гермиона.

— Тебя это мало беспокоило, Миона, когда ты клепала свои проекты и грозилась устроить революцию, перевернув устои мира.

— Ладно, дорогие мои, — мама улыбнулась, допила чай и поставила чашечку на стол. — Раз всё в порядке и кое-чьи переживания, не буду показывать пальцем, оказались напрасными… Предлагаю расходиться. Один только вопрос. Гектор, ты голоден?

— Нет, мам, — улыбнулся я в ответ. — Там был богатый фуршет, и я не думаю, что смогу съесть что-то ещё. Точнее, съесть-то я смогу, но мне будет жутко некомфортно.

— Вот и хорошо. Все спать.

На этом наш короткий семейный совет подошёл к концу.

Сейчас же, пробежав уже кружок по району, наслаждаясь утренней прохладой, лучиками солнца и только-только зарождающейся суетой в домах, жители которых собирались на работу — понедельник, как-никак — я создавал в голове проект очередного защитного артефакта для дома.

Дело в том, что покончив с браслетом, я пришёл к логичному выводу — а почему бы не сделать какую-нибудь летающую атакующую штуку с контролем как у паучков и не подвесить где-нибудь в доме под потолком? Разнообразить, так сказать, защитные системы? Просто до адекватной личной защиты я пока что так и не додумался. Будь родители волшебниками, проблем бы не стояло. Ну или помни я, как делать накопители магии. Но чего нет, того нет, и я даже не знаю, с какой стороны к этому вопросу подобраться.

Только потом, когда я занимался своей «эльфийской зарядкой» на заднем дворе дома, до меня дошла просто гениальнейшая и простейшая мысль. Сделать кулон-наблюдатель, или что-то подобное, чтобы родители носили его с собой, и через который я мог бы, в случае чего, увидеть или услышать «неприятность». Разумеется, добавить туда ту же атакующую функцию, что и треугольники браслета — тупо летать на большой скорости, быть крайне прочными, пробивать магическую защиту, подпитываясь от неё и крошить врагов. На долгую работу в таком режиме можно не рассчитывать, минута максимум, но в экстренном случае с головой хватит этой минуты, чтобы навести вокруг хаос. А то ишь чего, упёрся рогом в автономность, чтобы часами работать артефакт мог в активном режиме, а ведь это вовсе необязательно. Пассивное наблюдение будет работать от фоновой магии без проблем, и даже её будет много.

Покончив с зарядкой, кивнул сам себе и отправился в душ.

За сытным завтраком, семья огорошила меня новостями.

— На днях мы отправляемся в путешествие, — отец улыбался, и не понятно, чему — то ли отличному завтраку, то ли своей идее.

— Здорово, а куда? — тут же оживилась Гермиона, предвкушая что-то новое.

— Эм… — я с сомнением посмотрел на родителей, на сестрёнку. — Я не могу.

— Почему же? — удивилась мама, ну а остальные молчаливо поддержали её вопрос.

— У меня на ближайшее время, неделю, да даже на весь месяц и дальше, куча дел. Буквально, невпроворот.

— И какие же это дела у школьника летом? — Гермиона первой озвучила общий вопрос.

— Хм… Ну ладно. Для начала, — я откинулся на спинку стула, испытав лёгкую расслабленность и удовольствие от сытного завтрака. — Нужно побольше узнать о чёрной птичке, так что я много времени проведу в публичной библиотеке в магическом квартале.

— Там такое есть? — у Гермионы буквально загорелись глаза.

— Есть, через квартал, за Гринготтсом. Сам там не был, да и в Хоге лучше, говорят, но за неимением альтернативы… — я пожал плечами.

— Допустим. Но книги от тебя не убегут, — резонно заметил отец.

— Это да. Ну в течение недели должен отписаться мистер Делакур — у нас с ним намечается прибыльный совместный проект. Это раз. Неизвестно, сколько времени после этого мне придётся уделить этому делу. Это два. Возможно, напишут, а может и назначат встречу лично или с представителем некоторые влиятельные бизнесмены магической Англии. Это три.

Отец остановил меня жестом.

— Стоп-стоп, а по какому поводу влиятельным людям может потребоваться встреча с тобой?

— Теоретически интересная продукция, которую я могу предложить.

— И что же это такое, до чего не додумались взрослые волшебники? — ухмыльнулась Гермиона.

— Согревающие амулеты видела в Хоге?

— Разумеется. Они почти у всех есть… Погоди, так это твоих рук дело? — Гермиона нешуточно удивилась, раскрыв глаза широко-широко.

— Да, но это большой секрет.

— Но их же Уизли продают.

— Посредники. Мне нужно было охватить все направления сбыта, а некоторые чистокровные не стали бы покупать поделки магглорождённого из принципа.

— Это… Сколько же денег ты уже заработал? И когда успевал только? Ещё и лучший ученик…

— Ну, у каждого свои хобби. Помимо прочего, мне нужно наладить контакты с ещё несколькими волшебниками, просчитать и проработать пару заготовок… Седрик грозился, что приложит все силы, чтобы я стал старостой в этом году. Нужно всё распланировать хотя бы в общих чертах. У нас есть на факультете, например, два небольших клуба — нужно будет, как только получу оповещение из Хога о назначении, запросить у декана бумаги, подготовить их деятельность… В общем… Я просто не могу сейчас никуда сорваться. Просто права не имею взять, и пропасть после того, как Малфои предоставили мне полезные знакомства.

— Ты собираешься продавать согревающие амулеты по всей Англии и Франции? — Гермиона быстро приняла информацию, как данность, и теперь задалась довольно правильным вопросом.

— Нет, конечно, у меня есть куча других идей в голове. Только это, дорогие мои, никому ни слова. Ни под каким давлением обстоятельств. Пока что. Особенно ты, Миона.

— Почему я-то сразу? Я не из болтливых.

— Просто на всякий случай, ведь именно ты в нашей семье, помимо меня, активно контактируешь с волшебниками. Нечего им знать лишнее раньше времени.

— А я говорила, дорогой, — мама посмотрела на отца одновременно с укором и улыбкой, — что нужно было заранее всё согласовывать. Дети нынче так быстро растут.

— Ладно. Допустим, — отец кивнул и сложил руки на столе. — Пусть мне кажется, что твоя деятельность несколько… оптимистична, как и твой настрой, не в обиду…

Мне оставалось лишь пожать плечами — не каждый родитель легко примет факт, что их ребёнок, не так давно бывший овощем, мутит какие-то малопонятные делишки.

— …но вот поехали мы отдыхать. А как тебя-то тут одного оставить?

— Я взрослый мальчик, самостоятельный.

— Но нам было бы намного спокойнее, знай мы, что есть кому за тобой присмотреть и помочь, случись что в наше отсутствие.

Мама кивнула на слова отца. Что можно сказать по этому поводу? Я их понимаю. Нет, серьёзно. Можно было бы возмутиться, мол: «Ко-ко-ко, я взрослый, я сам всё могу!», но смысл? Ведь им действительно будет спокойнее.

— Ваши предложения?

— Хм… — отец задумался, а вот мама, судя по лицу, уже видела возможный вариант решения проблемы.

— Сынок…

— Да?

— Ты же в прошлом году ездил в гости к Уизли? — спросила она с улыбкой. — Хорошо время провёл.

— Да, с пользой. Тогда мне следует им написать и узнать, смогут ли они меня приютить… а на сколько? И с какого по какое?

— С пятого июля, на три недели. Мы планировали скромно отметить твой день рождения и на следующий день отправиться, — кивнула мама.

— Хорошо, я напишу. И не расстраивайтесь так, — откровенная улыбка вылезла на лицо. — Мне действительно важно попробовать свои силы во всём этом. Отличная возможность зарекомендовать себя в неплохом свете.

— Мы понимаем, — мама продолжала улыбаться. — А в следующий раз распланируем всё вместе.

— Так и поступим. Ну что, пойду писать письмо.

Вернувшись в свою комнату, я быстренько написал это самое письмо, в котором приветствовал мистера и миссис Уизли и спрашивал о том, есть ли у них возможность… В общем, спрашивал. Как только закончил с письмом, из домика тут же выскочил Хрустик, бодро приземлившись на стол.

— Держи, — я протянул ему миниатюрное письмо, свёрнутое в трубочку — так ему проще из-за габаритов. — Доставь миссис Молли Уизли, пожалуйста.

Хрустик прочирикал что-то невразумительное и, как только я открыл окно, он тут же вылетел наружу.

Потянувшись, я взял чистый альбомный лист и начал проводить расчёты по двум защитным артефактам. Дело это оказалось увлекательным, и только через два часа я отвлёкся, но не из-за готовности расчётов, а из-за возвращения сычика. С запиской.

— Давай, посмотрим, что там.

Проверив магией записку, взял в руки и развернул. Миссис Уизли писала, что это лето они проведут не у себя дома и она не может точно сказать, есть ли возможность пригласить меня туда, где они находятся. Для прояснения этого вопроса мне стоит обратиться непосредственно к директору Дамблдору.

— Интересно… Скрытничают?

Мне так или иначе нужно успокоить родителей, а врать я не собираюсь. А значит что? Значит пишем директору.

Через десяток минут Хрустик, чертовски довольный тем, что приступил к своим прямым обязанностям, вновь унёсся в неизвестном направлении, держа в лапках записку для директора. Разумеется, я помнил, что Дамблдор является занятым человеком и может быть у чёрта на куличках, вообще на другом конце света, потому я наказал Хрустику возвращаться, если директор слишком далеко. А то с этого сычика станется полететь через море куда-нибудь. Ну а пока ждал, продолжил работать над расчётами.

На этот раз Хрустик вернулся, стоило мне только закончить и перепроверить схему для охранного артефакта для дома — этакий сюрикен с функцией видео и аудио наблюдения и удалённого управления.

Дамблдор писал, что хотел бы встретиться в Дырявом Котле, по возможности, через час — он будет там «мимо проходить». Ну, почему бы и нет?

Не спеша я собрался в дорогу. Глянув в окно, прихватил с собой курточку — погода портилась и от утреннего солнца не осталось и следа, лишь серое небо, сплошь затянутое облаками.

Спустившись вниз, я застал лишь Гермиону, с интересом уткнувшуюся в книгу. Сестрёнка с ногами забралась на кресло в гостиной. Заметив меня, она тут же спросила:

— Ты надолго?

— Хм… На часа два. Нужно договориться о пребывании в гостях, пока вы будете путешествовать.

— А письма?

— Да не проще ли лично встретиться, тем более, есть время?

— Так-то да.

— А папа с мамой где?

— Уехали, — пожала плечами Гермиона, возвращаясь к чтению. — Нужно в клинике доделать что-то перед отъездом.

— Ясно. Ну, не скучай.

— Ага… — она уже полностью погрузилась в чтение.

Улыбнувшись, я вышел из дому.

— Кажется дождик собирается… — пробормотал я и усмехнулся этой мысли. А феникс сидит себе в гнезде из шарфа, сытый, в тепле. Забавная двойственность восприятия позволяет пренебречь не самой комфортной погодой, что разыграется в скором времени. Но что-то в ней знакомое… Реагирует энергия шторма? Может быть где-то рядом пролетает гром-птица? Кто знает…

Скрыв себя магией, дошёл до всё того же минимаркета и, зайдя в проулок, аппарировал к Дырявому Котлу.

Паб был наполовину пуст. Ну или наполовину полон — тут зависит от жизненной позиции. Присмотрев приличный столик на двоих, ну максимум троих, так как одной стороной он был у стены рядом с окном, я решил пристроиться именно за ним. Достав альбом, принялся делать записи и расчёты уже для личной защиты родителям.

— Что-то подать, молодой человек?

Ко мне подошёл бармен… Хотя, какой он бармен? Он тут выполняет самые разные обязанности, хотя есть и одна ведьма в обслуживании — вон, ходит, разносит заказы. Видать мистеру Тому крайне скучно протирать стакан да стойку постоянно.

— Эм… Добрый день, сэр. Что-нибудь вкусное, бодрящее, без алкоголя.

— Разумеется без алкоголя, — хмыкнул этот седой дядька. — Молоды вы ещё.

— Это временный недостаток.

— Воистину. Тогда, предлагаю отличный травяной отвар. Вкусный, с нотками мяты и лесных ягод. Он и согреет в такую пасмурную погоду, и придаст должную бодрость разуму.

— Будьте любезны, сэр, — кивнул я с улыбкой.

Через пару минут он сам принёс мне большую кружку.

— Сколько…

— Оплатите, как будете уходить, не отвлекайтесь от работы.

Только я добрался до самого сложного, на мой взгляд, момента в расчётах, как со стороны выхода на Косую Аллею появился директор Дабмлдор. Выглядел он, как и всегда. Всё та же лиловая мантия, всё столь же седая длинная борода и неизменные очки-половинки. Ему многие добродушно кивали, пока он подходил к моему столу.

— Мистер Грейнджер, — поздоровался он, кивнув.

— Директор Дамблдор, — я кивнул в ответ и убрал свой альбом в рюкзак.

— О, я вижу, Тому подвезли трав для его фирменного отвара.

Поймав взгляд бармена, директор добродушно улыбнулся ему, кивнул и указал рукой на мою кружку, мол: «И мне того же».

Как только бармен принёс такую же кружку и поставил перед директором, Дамблдор заговорил:

— Как я понимаю, вам нужно место пожить некоторое время.

— Да, директор. Родители уезжают в путешествие вместе с Гермионой, отдохнуть, все дела. Но это для меня оказалось неожиданностью, а лето было мною уже расписано. Возможные дела, возможные встречи, очень много нужно сделать. Для их спокойствия я думал пригласиться в гости к Уизли, но… — я развёл руками, показывая всю глубину этого «Но».

— Понимаю. Дело, безусловно, важное. Проблема в том, что из-за возвращения Тёмного Лорда, — начал говорить директор. — Некоторые волшебники, что находятся в лёгкой немилости или просто страхе, предпочли оказаться в более надёжном месте, чем комфортный, но слабо защищённый дом.

— Понимаю. Кстати, раз такое дело, считаю важным сказать заранее, что я поддерживаю контакты с Малфоями, переписка там. Да и другие волшебники, которые могут не входить в круг лиц, которым могут доверять… Те, кто против Тёмного Лорда.

— О, в этом нет ничего страшного. Просто у меня будет одна просьба — не говорить никому ничего о том, что вы услышите или увидите в том месте, куда мы отправимся через пару дней.

— К чему просьбы? Я предпочитаю контракты. Но взамен я прошу не спрашивать и не пытаться иным образом узнать у меня то, что видел или слышал, или увижу или услышу, во время встреч с волшебниками, не входящими в ваш… Клуб по интересам. Я ведь правильно понял, что вы там собираетесь вполне определённым коллективом?

— Это даже лучше, чем обещание, — кивнул директор. — Просто, обычно молодые люди крайне негативно относятся к контрактам. Обижаются, ведь как же, их слову не доверяют…

Мы улыбнулись друг другу.

— В таком случае, составим контракт…

— Не сейчас, мистер Грейнджер. Я, к сожалению, спешу… — Директор осушил кружку залпом, чем немного меня удивил. — Эх… Вкусная вещь. Давайте поступим так… Как я понял, приютить вас нужно с пятого июля на три недели?

— Да.

— До пятого числа я предлагаю составить наши варианты договоров, а пятого мы вновь встретимся здесь, сформулируем удовлетворяющую обоих версию, подпишем, и отправимся.

— Вполне.

— Соглашение будет от лица организации, её членов и лично меня. Учтите это в формулировках. Чтобы не было потом претензий, мистер Грейнджер.

— Хорошо, директор.

— А сейчас… — он встал из-за стола, оставив пару монеток за напиток. — Я вынужден откланяться.

— Всего доброго, директор.

— И вам, мистер Грейнджер. И вам. Как же хорошо и быстро проходят переговоры с умными людьми…

Том подошёл к столу как раз тогда, когда я собирался уходить. Расплатившись за свою порцию, я покинул Дырявый Котёл. Хм… Ну вот, кажется, некоторые проблемы решились. Нужно будет составить как можно более грамотный договор — надеюсь, собственных мозгов и осколка памяти хитрожопого гнома мне будет вполне для этого достаточно.

***

Несколько дней до пятого июля пролетели незаметно.

В основном я занимался тем, что доводил до идеала расчёты защитных артефактов для родителей, ну и, само собой разумеется, преуспел, покинув дом вечером третьего числа и за час управился с их созданием. Для дома — три похожих на сюрикены звёздочки небольшого размера, острые, почти неразрушимые. Для родителей — простые тканевые браслетики с небольшим металлическим украшением в виде наконечника стрелы. В случае необходимости, эти наконечники, как и треугольники в моём браслете, могут отсоединяться и свободно перемещаться в пространстве. Они обладают острым кончиком и гранями, высокой твёрдостью и могут передавать мне обзорную картинку и звук в случае необходимости. В общем, всё продумано до мелочей.

Утром четвёртого, в мой день рождения, я установил артефакты для дома, вручил родителям подарки, объяснив, что это не просто так, а для защиты, и только после этого мы отправились в Лондон. Гулять, ходить по магазинам и прочим интересным местам в Сохо, посидели в ресторане не ради еды, а ради деликатесов и чего-нибудь интересного, а вечером, дома, устроили небольшой праздничный пир. В качестве подарков я попросил просто прикупить одежду — родители настаивали на том, что платить будут сами, мол: «Заработал? Молодец. Будут твоими карманными. Вот будешь совершеннолетним — будешь самостоятельным, а пока поумерь пыл и принимай подарки». Удалось хоть удержать от покупки чего-то абсурдного, но задарили-таки… Наручные часы. Без перегибов, жутко качественные, в меру скромные, строгие, но элегантные. Сталь, немного серебра, тёмно-синий циферблат в минималистичном стиле. Думаю, я с ними поработаю в плане ковки и зачарования.

Утром пятого числа родители с Гермионой поехали в аэропорт, попутно подбросив меня с моими вещами и фениксом в гнезде-шарфе до Дырявого Котла. Ну, как «подбросили» — такси. Машина в гараже, гараж в доме, дом — под охраной. Довозить меня было вовсе не обязательно, но не отказывать же родителям в такой малости? Тем более мама смогла вдоволь насладиться процедурой промывания моих мозгов в лёгкой форме на тему «А всё ли ты взял с собой, сынок?». С заботой, неназойливо.

Выйдя у Дырявого Котла, хотя правильнее было бы сказать, что у магазина кассет и пластинок, ведь водитель не видел скрытое от взглядов обычных людей заведение, я посмотрел на часы — до встречи с директором полчаса.

Зайдя внутрь и вдохнув аромат готовящихся блюд, коих к обеденному времени будет, похоже, немало, как и посетителей, я занял всё тот же столик у окна, пристроив гнездо ближе к стенке с окном. На этот раз бармену было некогда — несколько мужчин в деловых мантиях стояли у стойки, заказывали напитки и закуску, общались, в том числе и с самим барменом. Потому ко мне подошла ведьма средней наружности и непонятного возраста.

— Добрый день, сэр, — безразлично протянула она. — Будете что-то заказывать?

— Что-нибудь с мясом, вкусное и сытное…

— Через… — ведьма задумалась на миг, — …две минуты подоспеет жаркое.

Заказав себе порцию побольше, травяной отвар и хлеб, я достал альбом, между листов которого лежал шаблон контракта. Прочитав всё и уверившись, что количество правок будет минимальным, начал работать по проектам для Седрика — там объём «ковки» предстоит немаленький, но сами по себе заказы простые. Всякая мелочь, самая сложная из которых — амулеты с магглоотталкивающим эффектом. Похоже, далеко не каждый волшебник освоил в должной мере эти не самые сложные, но и отнюдь не простые чары. Ну или желают избежать казусов, когда в запале просто забывают о них, ведь многие, что бы ни говорили, очень часто по тем или иным причинам находятся среди обычных людей.

Увлёкшись, я сам не заметил, как поел и попил, и почти пропустил появление директора, явившегося на этот раз камином. Он подошёл к моему столику и сел.

— Мистер Грейнджер, — он слабо улыбнулся в бороду, сверкнув очками-половинками.

— Добрый день, директор, — кивнул я, доставая контракт и убирая альбом в рюкзак. — Вот, шаблон.

Дамблдор выудил откуда-то подобный листок и вручил мне. Что могу сказать? Похоже, мы мыслим примерно в одном и том же направлении, а договора чуть ли не идентичными получились — много различных, но простых пунктов о взаимном молчании и гарантий того, что ни я, ни кто-то из Ордена Феникса — именно так называлась организация — не будет предпринимать попытки каким-либо образом выудить информацию друг у друга.

— Что же… — я посмотрел на директора. — Похоже, контракты мы составили почти одинаковые.

— Будете переписывать?

— Думаю, да. Ни вы, ни я, как я понимаю, не горим желанием подписывать не лично созданные бумажки.

— Хм… Похоже, — усмехнулся директор, — Аластор оказал слишком сильное влияние на своих подопечных всего за один год. Постоянная бдительность, не так ли?

— Именно.

— Похвально. Что же, я подожду, пока вы, мистер Грейнджер, составите новый контракт.

На это ушло совсем немного времени, и вскоре мы уже подписали два экземпляра для каждого из нас.

— Вот и всё, мистер Грейнджер. Теперь нам стоит покинуть это гостеприимное заведение. К сожалению, камином не попасть туда, куда нам нужно.

— Заблокирован?

— Для большей безопасности.

Расплатившись, мы покинули Дырявый Котёл и спокойненько так, игнорируя людей вокруг и их взгляды, отправились по обычной улочке, куда глаза глядят.

— Хм… Директор, а вас ничего не беспокоит?

— Например? — Дамблдор поглядывал с живым интересом на витрины магазинов, мимо которых мы проходили.

— Ну, вы выглядите несколько… неординарно.

— А, мелочь, — отмахнулся директор. — Об этом пусть ломают себе голову молодые, а у старого находчивого деда в моём лице есть целый набор непробиваемых оправданий и объяснений, если вдруг меня кто-то остановит.

— Например?

— Например… Я — Гендальф. Вживаюсь в роль, — пожал плечами директор. — Или ещё кто-нибудь. Сейчас, если я правильно понял нынешние веяния, модно снимать фильмы по мотивам сказочных историй, книг.

— А ведь и вправду.

Мы свернули в неприметный проулок, где людей почти и не было.

— Но почему тогда, если я правильно понял из разговоров, многие волшебники обязаны пройти какие-то курсы, чтобы свободно ходить среди обычных людей.

— Курсы в основном для сотрудников ДМП и Авроров. Но их можно понять, — Дамблдор уделил особое внимание магазину со сладостями, его витринам и ассортименту, что виднелся через них, но задерживаться не стал. — Они вынуждены вести оперативную работу и зачастую нужно быть незаметным для волшебников, но не прячась от обычных людей, сливаясь с ними. А так… Всегда можно сказать какую-нибудь глупость…

— А ещё есть группы людей, что занимаются отыгрышем ролей по каким-нибудь произведениям, сказаниям, устраивают рыцарские битвы, наряжаются в волшебников, кидая друг в друга цветными носками с криками: «Огненный шар!»… и всякое подобное.

— Вот видите, — улыбнулся директор, когда мы прошли мимо молодой парочки, что с большим интересом поглядывали на нас, а до моего слуха донеслись их предположения о том, кого же отыгрывает этот бодрый дед? — Вы уже придумали себе несколько оправданий, если появитесь среди обычных людей в каком-нибудь неординарном виде.

— А как же, ну… Моральный облик, всякое подобное? Некоторые без зазрений совести покрутят пальцем у виска.

— Ну и пускай крутят себе на здоровье…

Мы вновь свернули в проулок, тихий и безлюдный. Директор остановился, повёл немного рукой и я почувствовал, как нас укрыло от взглядов обычных людей, появись они здесь.

— …я уж в свои сто с небольшим как-нибудь да переживу осуждения от людей. Вам приходилось аппарировать, мистер Грейнджер?

— Да, сэр, — кивнул я, и взглянул на мелкого феникса, что спал в гнезде из шарфа на сгибе моего локтя. — А он как?

— Волшебные существа, тем более птицы, — начал отвечать директор, — не только без проблем переносят аппарацию, но и отлично цепляются к волшебнику на голых инстинктах. Для некоторых, способных самостоятельно на подобный магический приём, это столь же естественно, как и сердцебиение.

— Понял. То есть, дополнительно ничего не нужно делать? Достаточно, что он… тут?

— Да. А теперь я попрошу вас взять меня за руку и держаться крепче. Всё-таки волшебник — не птица. Легко может «потеряться».

Я взял директора за руку и он, без предупреждения, аппарировал. Миг, и мы стоим на пустой и заброшенной на вид парковой зоне посреди квартала из кирпичных домов довольно старого образца. Это был явно не самый богатый район. Старенькие машины припаркованы у некоторых подъездов, почерневшие от времени стены домов, потерявшие былой лоск белые рамы окон. Видно, что за ними следят в меру сил, но сами жильцы, а не какие-нибудь коммунальщики.

Мы стояли через дорогу от стены из домов и… мне кажется, но тут не хватает одного дома.

— Вижу, мистер Грейнджер, вы уже заметили одну странность?

— Да, сэр. Куда дом дели? — улыбнулся я, глядя на него, а чёрный феникс завозился во сне. Вот же птица, только жрёт и спит. Ну, точнее, я жру и сплю от его лица, но тем не менее.

— Это результат одних из самых, пожалуй, сложных из известных мне чар. Фиделиус. Вот, возьмите…

Директор протянул мне небольшой сложенный пополам листочек.

— Прочитайте.

Развернув его, я последовал словам директора. «Штаб-квартира Ордена Феникса находится по адресу Площадь Гриммо двенадцать». Стоило только прочитать и понять написанное, как я увидел недостающий дом, стоящий вплотную к остальным, являющийся частью этакого жилого массива, стены. Кирпичи этого дома почернели куда сильнее, а многие стёкла казались грязными, совершенно непрозрачными. Может так оно и было. Порог и дверь этого дома тоже выглядели немного иначе — массивнее, серьёзнее на вид. И мрачнее.

— Итак, следуйте за мной…

Записка в моих руках истлела, а сам я вместе с директором зашёл внутрь дома.

Тёмная мрачная прихожая — вот, что бросается в глаза. Длинный коридор с явно магическими светильниками. В некоторых, редких местах, отходили от стен мрачные почти чёрные обои с вензелями — не мешало бы выгнать эти пузыри воздуха из-под них, подновить. Сбоку от входа стояла массивная подставка под зонтики в виде большой лапы какого-то столь же большого животного.

Откуда-то сверху раздался грохот.

— …Мордред и Моргана! — услышал я приглушённый возглас миссис Уизли. — Если это опять Фред и Джордж, я им устрою!

Мы с директором прошли по коридору и оказались в небольшом помещении, этаком центральном хабе, откуда можно было попасть во все остальные части дома: наверх по лестнице; направо — коридор с несколькими дверьми по левую руку и с большой двустворчатой дверью в конце; прямо, минуя лестницу — кажется, там кухня. Именно оттуда, из кухни, спешно шла миссис Уизли в желтом цветочном платье и фартуке. Шла она очень целеустремлённо, а близнецам, мне кажется, пора искать укрытие, ведь я ни на миг не сомневался, что источником звука, а значит и проблем, являются именно они.

— Директор, — кивнула миссис Уизли и собиралась уже пройти мимо нас, направляясь к лестнице, но тут заметила меня. — А, Гектор, дорогуша…

Она сразу же подобрела.

— Надо же, как дети растут, не по дням, а по часам, — умилилась она.

М-да, если ближе к концу учебного года я думал, что окончательно вырос, то сейчас я точно знаю — вырос. Чуть выше метра восьмидесяти, что крайне неплохо, как мне кажется. Вот и на миссис Уизли я смотрю сверху вниз.

— Миссис Уизли, — улыбнулся я. — Рад вас видеть.

— Я тоже, я тоже, — покивала она. — А где твои вещи?

— Всё в рюкзаке, — кивнул я себе за спину, дёрнув рукой лямку на левом плече. — Незримое расширение.

— Ах, наверное, дорого обошлось.

— Всё сам, всё своими руками. Ещё бы я платил за то, что могу сделать сам.

— Похвально, — кивнула миссис Уизли с улыбкой. — Я и не сомневалась в твоём стремлении к знаниям. Ну а сейчас, господа…

Миссис Уизли посмотрела через лестничный пролёт наверх.

— …я должна подняться наверх и обеспечить кое-кому наказание, раз они его так жаждут.

Она пошла наверх. Поднявшись на один лестничный пролёт, миссис Уизли вновь довольно громко крикнула.

— Выходите по-хорошему, негодники…

Не прошло и секунды, как она скрылась где-то на втором этаже, а внизу, прямо рядом со мной и директором, появились из воронки аппарации близнецы. В полосатых свитерах, как и всегда, нахальные и довольные.

— Чш-ш-ш, — шикнул один из них, но при виде директора у обоих погасла ухмылка, они кивнули, но задерживаться не стали, скрывшись в одной из комнат в коридоре.

— А тут не особо скучно… — улыбнулся я. — И не особо прибрано.

— Да, есть такое, — кивнул Дамблдор, улыбаясь. — Ещё неделю назад дом был пуст, и кроме старого домовика тут никого не было. Много лет. Да и с магией нужно поберечься — здесь жила очень древняя семья тёмных волшебников, а они — большие затейники на всякие пакостливые задумки, способные отправить тебя на тот свет много раньше положенного тебе срока. Так что, мистер Грейнджер, будьте предельно внимательны, если решите полезть в неосмотренные пока помещения…

— А таких много?

— Проще сказать, какие осмотрели. Приходится ограничиваться своими руками, а нынешний хозяин дома… Проще говоря, он предпочёл бы его сжечь, чем наводить порядок и жить здесь.

— Директор? — двустворчатая дверь в конце коридора открылась, на миг явив нам убранство большой гостиной.

В проходе появился довольно импозантный мужчина, выглядящий годиков на сорок. Волнистые чёрные с проседью волосы до плеч, пижонская бородка, не менее пижонский дорогой костюм.

— Сириус, — кивнул Дамблдор. — Познакомься с нашим гостем. Гектор Грейнджер, это — Сириус Блэк. Предвосхищая возможные вопросы — в преступлениях, вменяемых ему, он невиновен. Частично.

— Хм… — Сириус подошёл к нам, улыбаясь, а в глазах его читалось лёгкое безумие. — Наслышан.

Он протянул руку, и я тут же её пожал, придержав левой гнездо со спящим фениксом.

— Меня не предупреждали о пополнении.

— Нет-нет, Сириус, — покачал головой директор. — Мистер Грейнджер здесь именно как гость. На три недели.

— А это разумно? Но, в любом случае, я рад гостям. Но можно было и раньше предупредить. Я бы хоть гостевую комнату приготовил.

— Ты был слишком занят диалогом с алкоголем, ища истину на дне Огденского.

— Мне тяжело находиться в этом доме в трезвом состоянии. Слишком уж много далеко не лучших воспоминаний, директор, — Сириус повинился, но без вины во взгляде.

— В любом случае, Молли как раз собиралась подготовить какую-нибудь комнату на втором этаже. Ну а мне, — директор сделал шаг назад, готовясь повернуться к выходу из дома, — нужно заняться нерешёнными вопросами. Вечером собрание, Сириус. Будь любезен, закончи с подготовкой гостиной.

— Да зачем? Можно же на кухне.

— Послушай старика, Сириус, — директор серьёзно посмотрел на Блэка. — Наведи уже порядок в доме и прекращай превращать его в сарай больше, чем он есть. Вот приедет Гарри, и что ты скажешь своему любимому крестнику? «Смотри, Гарри, какой у меня есть чудесный старый грязный сарай»? Так?

— Тц… — Сириусу явно не нравилась как эта перспектива, так и идея по приведению дома в порядок, но, судя по всему, из двух зол он решил выбрать меньшее. — Хорошо.

— Вот и отлично.

Директор покинул дом, а со второго этажа… А сколько их там всего? В общем, по лестнице спустились Рон и Джинни, и если вторая при виде меня вполне нормально улыбнулась и махнула рукой, то вот Рон как-то скис.

— А, — скривился шестой, — Грейнджер. А ты чего тут забыл.

— Я теперь здесь живу.

— Чего?

— Того.

— Ха-ха-ха, — смех Сириуса был каким-то лающим. — Не ладите?

— А чего с ним ладить, — буркнул Рон и прорвался между нами на кухню, попытавшись пихнуть меня плечом, но я без всякого труда уклонился.

Рыжий, похоже, пихнуть хотел основательно, с чувством, толком, расстановкой, но он до жути неуклюжий. Результат? Он потерял равновесие и повалился в коридоре под смех Джинни и Сириуса. Быстро встав, шестой обернулся к нам на миг, буркнул что-то и быстро ушёл на кухню. Джинни же остановилась перед нами.

— Мама сказала, что можно собираться на обед.

Известив нас, она, как и Рон, прошла на кухню.

— А почему обед на кухне?

— Столовая пока… непригодна для использования, — хмыкнул Сириус. — Перекусишь с нами? И что это за птиц?

— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Нашёл у хижины Хагрида. Учитывая нравы и увлечения нашего лесничего, это может быть кто угодно.

— Это точно, — кивнул Сириус. — Или же его ему подбросили, зная, что тот не оставит зверушку в беде.

— Это точно.

Мы прошли на кухню, и я понял, что не очень корректно было бы называть это помещение только лишь кухней. Тут и шкафы с посудой, сервизами, и огромный длинный стол, люстры под потолком. Но всё, абсолютно всё и даже стулья, требуют внимания, всё нужно подновить, и подновить капитально. С другой стороны, если представить, что в этом доме должны жить много волшебников, а на этой кухне приходилось готовить на много персон и в больших объёмах, тогда да, это всего лишь кухня, а не гибрид кухни и столовой.

Я занял одно из мест за столом, за которым уже сидели Рон и Джинни. Кстати, только зайдя на кухню я почувствовал ароматы готовой еды. Чары, наверное, предотвращают «утечку» запахов. Спустя всего лишь секунду зашла и миссис Уизли.

— И куда делись эти двое? — возмущалась она, идя к плитам, на которых стояли закрытые кастрюли и сковороды.

Не глядя она взмахнула палочкой куда-то в сторону, и на стол слевитировали тарелки и прочие столовые приборы, причем, в полном комплекте — несколько вилок, ножей, ложек.

— Это что такое? — Рон с сомнением крутил перед глазами пару вилок.

— Раз уж мы будем, пусть и временно, — отвечала миссис Уизли, возясь с кастрюлями и сковородами, — жить здесь, то и за столом будем вести себя соответствующе.

— И как этим пользоваться? Зачем так много?

— Джордж! — крикнула миссис Уизли в коридор. — Фред! Пора есть!

Не прошло и пары секунд, как эти двое аппарировали к нам, занимая место за столом.

— Уже, мам! — ответили они одновременно.

— Сколько раз я ещё должна повторять, чтобы вы не аппарировали в доме? — возмутилась миссис Уизли.

Сириус же, будучи, как я понял, хозяином дома, просто наслаждался всем происходящим. Миссис Уизли первым делом организовала горячие закуски в соответствующих маленьких «тарах»… Спасовала тут моя память, касательно названий, но хорошо, что остальной застольный этикет мне известен более чем, ведь эльфийский, той эпохи, когда жил эльф, почти не отличался от человеческого что там, что здесь. Воистину, ничто не ново под луной. Занятно, но ни у близнецов, ни у Джинни не возникло вопросов, какими приборами пользоваться, и как, хотя на краткий миг в глазах мелькнула неуверенность.

— Рон, — миссис Уизли упёрла руки в бока и с укором глядела на шестого. — Я же не раз рассказывала, показывала и накрывала.

— Не помню я такого. Что за глупость вообще…

— Закусочная вилка.

— Это которая? — Рон в замешательстве смотрел на всё это.

— Сэр Джордж, — один из близнецов повернул голову к другому, оба из которых сидели, показательно держа осанку и в своей же манере гиперболизировали каждое своё действие.

— Да, сэр Фред?

— Вам не кажется, сэр Джордж, что с каждым годом наш дорогой братец Рон раскрывает перед нами всё новые и новые грани своей безнадёжности.

— Вы однозначно правы, сэр Фред. Но боюсь, не в наших силах что-то изменить.

— Придурки… — буркнул Рон. — О, вспомнил!

Шестой взял одну из вилок, словно это был спасательный круг.

— Молодец, сынок, — похвалила его миссис Уизли.

Сириус ухмылялся, я ухмылялся, близнецы переглянулись, а Рон, кажется, начал вспоминать, для чего нужны остальные приборы.

В общем, обед прошёл довольно быстро, ребята разбежались кто куда, а Сириус и миссис Уизли отправились вместе со мной подбирать комнату. Конечно же я попросил дальнюю, чтобы не было случайного повода другим заглядывать туда и отвлекать меня от дел. Желательно, со звукоизоляцией, ибо пусть буду я тут и не постоянно, но мне хотелось бы тишины. В итоге меня заселили на третий этаж, в комнату, раньше принадлежавшую Беллатрикс Блэк.

— Все свои побрякушки и поделки она утащила с собой к Лестрейнджам, — Сириус без энтузиазма и даже с лёгкой неприязнью говорил об этом, когда мы стояли на входе в комнату, осматривая её. — Так что опасного, полезного или личного тут ничего нет.

Я склонен был согласиться с Сириусом. Немного тёмные обои, зелёные с серебряным элементы декора, громоздкая по габаритам резная мебель из тёмного дерева, тёмные же шторы с белыми занавесками на окнах. И всё это требует приведения в божеский вид. Разумеется, не было тут и постельного белья. В общем, довольно обезличенная, если не считать оформления, комната.

— Бельё… — начала было миссис Уизли.

— У меня всё с собой. Я предусмотрительный. Но даже так, я могу просто трансфигурировать и закрепить.

— Хм… Ладно, — кивнула она. — Я не буду запрещать тебе колдовать летом, Гектор. Всё-таки ты довольно ответственный, да и сообразительный. Да и хулиганить не будешь, в отличие от моих неугомонных оболтусов. Но никакой Тёмной Магии. И это не нравоучение, а техника безопасности. У нас некому помочь в этом плане, случись что.

Ну да, во время моего посещения Норы в прошлом году я проявил себя более чем хорошим начинающим волшебником.

— Тёмная магия? — удивился Сириус, а я лишь кивнул, соглашаясь с миссис Уизли.

— Да, Сириус, — обратился я к нему по имени, чувствуя, что для него это будет оптимальным обращением. — Директор выдал допуск в Особую Секцию, где я изучаю малефицистику в числе прочих дисциплин. Но у меня голова на плечах, так что практиковаться я не собираюсь. Да и не готов я…

Пристроив гнездо с фениксом в углу большого рабочего стола, я скинул рюкзак на не менее громоздкий, но при этом элегантный стул.

— Ну… Не мне читать нотации молодым… — покачал головой Сириус. — Но тут я присоединяюсь к Молли. Давай без всякой Тёмной Магии. Меня от неё тошнит…

— Хозяин — барин, — улыбка и кивок вышли сами собой.

— Хм, — Сириус задумчиво провёл по бороде. — Такой подход к моему статусу в этом доме мне нравится. Вот бы и другие вспоминали об этом хотя бы иногда…

Так и оставаясь задумчивым, Сириус покинул комнату. Миссис Уизли осмотрела всё ещё раз.

— Тебе точно ничего больше не нужно?

— Нет, миссис Уизли, спасибо за беспокойство.

— Ну ладно. Если что, я буду или внизу, на кухне, или… Или где-то ещё. В любом случае, в доме ещё очень-очень много работы. Если что — иди на шум.

— Договорились, — улыбнулся я, и через миг остался наедине с собой в этой комнате. — Ладно… Благоустраиваться надо.

Достав палочку из кобуры, взмахнул, и… Начал колдовать. Уборка всего и вся, чистка окон, чистка штор и занавесок специфическими заклинаниями — благо, что бытовуху я учил очень усердно. Немного магии, и мебель если и не первозданный вид приняла, то достойный — сто процентов. Быстро организовав себе постель, разместил остальные вещи в большом шкафу и, устроившись поудобнее за массивным рабочим столом, принялся за работу — расчёты не ждут.

Ближе к вечеру в окно постучала клювом неизвестная сова. Занятно. Получается, совам Фиделиус не преграда. Но что тогда мешает отследить сову? Или нужно получить знание адреса непосредственно от определённого волшебника? Жаль, что мне не попадались чары Фиделиуса. Всё-таки я хоть и изучал многое, но более-менее систематизировано, по нарастающей, так сказать, и до такого уровня местной магии я попросту ещё не добрался.

Впустив сову, взял письмо из её лапок. Делакур писал, что хотел бы встретиться вечером, в семь, в кафе Фортескью, и обсудить пару вопросов. На развороте я написал о своём согласии, вручил письмо сове и отправил в обратный путь. До семи осталось немного — сорок минут. Быстро приведя себя в порядок, оделся в тёмно-синее, накинул мантию на плечи, убедился, что рядом с фениксом стоит тарелочка с орешками и изюмом, блюдце с водой, и я в его лице не останусь голодным, если проснусь. Надев рюкзак, низко, на манер сумки, покинул комнату и спустился вниз. Как-то в доме тихо. На кухне никого. Внимание моё привлекло что-то на стене, занавешенное чёрной тканью. Интересно, конечно, но трогать я это не буду.

— Ходят тут всякие… — проскрипел голос, на который я тут же обернулся, чтобы увидеть старого сутулого домовика с длинным крючковатым носом и острыми, повисшими книзу ушами. — …Стоит тут, словно пуп земли… Понабегло, тут, понимаешь, всяких грязнокровок и предателей крови… ох, видела бы это моя дорогая госпожа…

Домовик прошёл мимо. Совсем кукухой поехал, что я могу сказать? Не иначе как от жесткого дефицита магии, что неудивительно — сидеть тут взаперти годами, без волшебников, без волшебных существ, без поручений, сдобренных магией. Высвободив кучу нейтральной энергии, направил её в домовика. Тот замер, постоял, чуть приосанился и обернулся ко мне.

— Это ничего не меняет, — голос его стал получше, да и взгляд адекватнее. — Старый Кричер не одобряет.

— Но будет ли старый Кричер строить подлянки?

— Старый Кричер — уважающий себя домовик, — смотрел он на меня исподлобья. — Старый Кричер не опустится до вреда гостям, даже если эти гости…

Домовик щёлкнул ногтем на большом пальце.

— …и кната ломаного не стоят.

И пошёл по своим делам.

— Передай, пожалуйста, Сириусу или кому-нибудь из взрослых, что я… Кстати, я — Гектор Грейнджер. Передай, что я ушёл по делам. Когда буду — не знаю.

— Старый Кричер передаст, — не оборачиваясь ответил домовик, продолжая неспешно идти по своим делам. — Когда-нибудь…

Усмехнувшись такому поведению этого старого и принципиального домовика, я покинул дом на Гриммо и аппарировал из тёмного переулка прямо под двери Дырявого Котла, в зону действия магглоотталкивающих чар над пабом.

Не отвлекаясь на никому не нужный осмотр немногочисленных гостей заведения, я прошёл на Косую Аллею, где под вечер было хоть и людно, но не так, как бывает во время покупок вещей к Хогвартсу.

Без проблем добравшись до Кафе, где половина столиков была занята, занял свободный у окна, а у подошедшей милой ведьмы заказал обычное мороженное с шоколадной стружкой и кружку горячего шоколада.

Спустя некоторое время в кафе зашёл мистер Делакур и, быстро найдя меня взглядом, присел за мой столик.

— Месье Грейнджер, — кивнул он, улыбаясь.

— Мистер Делакур. Будете что-то заказывать?

— Нет-нет, я здесь всего лишь на минутку. Хотел вам сказать, что для одного нашего знакомого есть работка по профилю.

— Хм? Вы говорите о том, о чём я думаю?

Мистер Делакур задумался на миг, после чего махнул рукой и навёл чары приватности на столик.

— Шпионские игры — не моё. Для Чумного Доктора… Как его прозвали некоторые осведомлённые…

— У него уже и слава своя есть?

— Как не быть? — удивился Делакур. — Слухи — они везде. В общем, есть работа по очищению участка земли. Платят нехило. Довольно старинный участок в одной из Шотландских пространственных лакун. Законсервирован, так как удалось остановить рост проклятья, но на этом, собственно, всё. Лет сто пятьдесят уже стоит, прожигает мелким налогом и лёгким штрафом кошелёк владельцев.

— Сумма?

— За работу, если всё удастся, три тысячи шестьсот. Смею надеяться на эти шестьсот, как процент за посредничество….

— Я передам. Не думаю, что вопрос денег будет проблемой.

— Тогда я отошлю вам портключ. Он сработает послезавтра в десять после полудня по Лондонскому. Всего доброго…

Делакур поспешил убежать куда-то по своим делам, а мне оставалось только доесть мороженное, да допить шоколад. Интересно. Наконец-то что-то стоящее.

***

Довольно забавно обстоят дела. К чему я это говорю? Ну, вот бывает такое спонтанное желание что-то съесть, например. Мозг просто взял, и выстроил ассоциации, приведшие его к какой-нибудь еде, фастфуду или к чему-то подобному. И всё, мысль о какой-нибудь вкусняшке так и будет свербеть в сознании, пока не купишь, а там — хоть трава не расти.

В общем, у волшебников с этой областью торговли и обслуживания крайне сложно обстоят дела — фастфуд и стритфуд здесь не существуют как классы, и разве что на финале Чемпионата Мира по квиддичу было подобное. Но и то, как мне кажется, там были палатки с различной едой только лишь из-за самого факта существования палаточного лагеря и того, что многие гости были приезжие, не имеющие доступа к еде. А вот на Косой Аллее такой проблемы, как отсутствие доступа к еде, не наблюдалось, да и домой можно в случае чего отправиться довольно быстро. Тот же Дырявый Котёл, кстати, может порадовать вкусной и сытной едой, пусть и без ресторанных изысков, при этом ценник будет чертовски низким. Может поэтому там такой контингент собирается? По нижней, так сказать, социальной планке.

Я это к чему — пришлось прогуляться немного по центру Лондона, благо что понятие «центра» для этого города крайне растяжимое, и сам Дырявый Котёл находится в зоне этого самого «растяжимого центра». Понабрав всякой разной непонятной, но явно довольно качественной хрени в немногих работающих в это время точках стритфуда — не путать с фастфудом — держа в руке стакан с колой, я, скрытый магией, аппарировал на площадь Гриммо.

Сейчас, когда небо окрасилось рыжими цветами заката, когда уличное освещение ещё не заработало, а естественных источников стало недостаточно, ещё более мрачные дома в этом районе стали ещё более давящими, и только лишь свет в некоторых окнах отгонял ощущение заброшенности и некоей тяжелой безысходности, словно смотришь фильм о постапокалипсисе. Ладно, я преувеличиваю, но этому району точно не помешало бы немного облагородиться, а то ещё немного, и получится гетто — для полноты картины останется только завезти пару банд всяких «нига», выпивающих подростков, граффити и шумную полноватую многодетную мамашу-нига, которая будет рассказывать за жизнь с характерными интонациями и покачиванием головы… Хотя, одна многодетная шумная мамаша с полноватым телосложением сейчас скрывается в одном из домов…

Улыбнувшись ассоциациям, присел на лавочку в парковой зоне, через дорогу от дома «двенадцать», развернув первую вкусняшку. Что-то китайское, мясное, пряное и немного острое… Я точно знаю, что раньше помнил название, но не сейчас — там, где должно быть это воспоминание, там, куда ведут ассоциации, ничего нет. Нужно будет узнать, когда в следующий раз буду без дела шататься по Лондону — настолько очевидные пробелы, пусть и бесполезные, немного раздражают.

Расправившись с продуктом китайского фастфуда, добрался до следующего пункта из купленных — классика жанра, рыбка и картошка фри. Помню, в прошлой жизни, один мой знакомый весь мозг мне выел, рассказывая о своих поездках в Англию. Ну, я отвечал ему тем же, только о США. В общем, одним из пунктов в его классической программе «затрахай всем мозг» была вот эта классика Лондонского, да и вообще английского фастфуда — рыбка в кляре, картошка фри и соус. Каждый, кто приезжает в Лондон, просто обязан отдать дань этой простой, но вполне приятной еде. Главное, чтобы продукты были свежие.

Расправившись с едой, скинул мусор в урну, стоящую рядом, и взяв пакет с ещё парой штук, отправился к дому Сириуса.

Переступив порог и вновь очутившись в этом мрачном тёмном месте, видавшем не одно и не два поколения волшебников и буквально пропитавшемся магией, я услышал тихое многоголосье споров где-то там, дальше по коридору, наверняка из гостиной, которую просил подготовить Директор.

Пройдя по коридору до небольшого центрального холла и глянув на до сих пор занавешенное «нечто», подошёл к лестнице и именно в этот момент меня заметили в зале в конце коридора — двери были открыты. Было плохо видно, что именно представлял из себя этот зал, гостиная, или что там вообще такое, но зато виден был кусок стола, большого и круглого. Ну или как минимум овального. За ним сидели несколько волшебников, и я даже знал парочку из тех, кого мне было видно с этой точки — профессор Грюм, Сириус Блэк, виденная мною ранее девушка-аврор с цветными волосами. Они сидели ко мне лицом и, разумеется, именно они меня увидели.

Улыбнувшись, отсалютовал им стаканом с колой и пошёл наверх в свою комнату. Но не успел я пройти и один лестничный пролёт, как меня нагнала миссис Уизли.

— Гектор, дорогуша, — она выглядела немного обеспокоенной, но одновременно с этим испытывала и облегчение. — Ты выходил из дома?

— Да, миссис Уизли. С этим что-то не так?

— Наша вина, что мы не разъяснили технику безопасности сразу, — покачала головой миссис Уизли. — Прежде чем покинуть дом, нужно попросить кого-нибудь, чтобы наложили магглоотталкивающие, а в идеале ещё и дезиллюминационные на пять-десять минут, чтобы успеть отойти от дома.

— Такие нехилые меры безопасности, словно вы ожидаете слежки.

Я спустился, чтобы поравняться с миссис Уизли.

— Не беспокойтесь, я владею этими чарами и использую их постоянно.

— Правда? — в её голосе звучало очевидное сомнение, ведь эти чары в базовом, простейшем и не самом качественном варианте преподаются на седьмом курсе.

— Разумеется, — кивнул я, взял стакан с колой в левую руку и, достав палочку, как по учебнику сделал нужный жест, коснувшись кончиком палочки своей головы.

Буквально секунда ушла на то, чтобы я стал полностью невидимым. Честно говоря, эти чары мне не особо нравились — с момента их наложения и до полной активации они вызывали вполне конкретные физические ощущения, словно тебя обливают киселём, и тот обволакивает тебя полностью.

— О, чудесное исполнение, — похвалила меня миссис Уизли, а взгляд её смотрел за меня, что не удивительно — зрение потеряло точку для фокуса, но не направление.

Отменив чары, я вновь стал видимым.

— Ну и магглоотталкивающие я тоже знаю. И ещё парочку.

— Могу только лишь похвалить, — миссис Уизли по-родительски коснулась моего локтя. — Но и спросить хочется — почему ты потратил столько времени на освоение этих чар? Не пойми неправильно… В твоём возрасте мальчишки обычно, если дело касается чар и заклинаний, уделяют больше внимания различным дуэльным направлениям, или просто незначительным, но обидным шалостям, чтобы как следует насолить противнику…

— С этим у меня тоже проблем нет.

— Ну ладно. Ты умеешь и применяешь эти чары, так что, думаю, никаких проблем не будет. Только не забывай их применять.

— Разумеется, миссис Уизли, — улыбнулся я и, видя, что разговор окончен, отправился к себе наверх.

Поставив пакет с едой на стол и кинув на него простенькие бытовые чары сохранности, переоделся в домашнее и задумался о простой вещи — нужно немного улучшить степень приватности этого помещения. В основном, из-за близнецов. Ни для кого не секрет, что их неугомонность и любознательность просто феноменальны, а значит они могут сунуть свой нос, куда не просят. Этого хотелось бы избежать.

Долго выдумывать ничего не пришлось — есть простенький рунный комплекс, не позволяющий пройти в помещение без разрешения владельца. Да, он легко продавливается и, по большей части, является этакой сигнализацией, но именно это мне и нужно, ведь полноценную защиту от проникновения я не поставлю по двум причинам: я её не знаю; неизвестно, как она будет взаимодействовать с прочей магией в доме, а она тут есть, и много. Да и подумав чуть дольше, понял, что в моё отсутствие близнецы или кто-то другой всё равно ничего не найдут, так как я всё беру с собой. Ну а когда я здесь — хватит и таких мер на случай нежданного визита без предупреждения.

Кивнув своим мыслям, подошёл к дверному косяку и провёл по нему рукой. Странно. Что-то под ним есть, а точнее — на обратной стороне наличников, или что это такое? Как тут организованы двери? Вряд ли сильно отличается технология от известной мне.

Подав немного магии и уловив то, как именно она формируется, почувствовал точно тот же рунный комплекс, что и сам хотел ставить. Похоже, прошлая хозяйка комнаты тоже страдала лёгкой паранойей. Пусть руны чертила Беллатрикс, или же кто-то до неё, но сейчас они давно потеряли связь с создателем из-за долгого отсутствия контакта с ней. Взмахнув палочкой, я отсоединил наличник от остальной конструкции и положил на пол. Действительно, на обратной стороне вырезаны руны. Надо бы их обновить — их структура немного испортилась от времени.

Простым заклинанием для резки по дереву — оно из той же оперы, что и Диффиндо для ткани — я старательно восстанавливал руны, но это пока ещё не всё. Наколдовал стакан, немного воды и капнул каплю крови. Не самый популярный, и вообще не одобряемый метод привязки рун на человека. Наколдовав кисточку, макнул в полученную жижу и аккуратно, с филигранной точностью, пропитал руны.

Избавившись от раствора при помощи Эванеско, развеял остальные продукты магической деятельности, напитал магией руны и установил наличник на положенное ему место. Закрепив всю конструкцию парой бытовых заклинаний, отошёл на шаг и удовлетворённо кивнул — кажется, работает. Нет, никаких визуальных проявлений не наблюдается, но если кто-то попытается пройти в комнату без разрешения, то словно бы упрётся в мягкое желе, не позволяющее двигаться дальше, а я получу подобие ментального сигнала о проникновении. Мне нужно будет лишь дать дозволение войти, словами или мыслью — тут зависит от степени контроля своих мыслей и умения направить их по нужному адресу, так сказать.

Теперь можно браться за работу.

Сначала была мысль подготовиться к предстоящей операции по ликвидации тёмного проклятья на какой-то там земле, но как можно подготовиться к тому, о чём ничего не знаешь? Правильно — никак. А потому я решил заняться совсем другим делом — ковкой всяких амулетиков по заказу Седрика.

Кровать в комнате стояла так, что собою закрывала небольшой пятачок пространства у окна. Как бы, на расстоянии от окна. Вот туда я и направился, разместившись на полу со всеми своими приблудами для ковки. Развернув довольно длинный список, напротив многих пунктов из которого стояли цифры с нужным количеством амулетов, порою переваливающих за пять десятков, я принялся за работу.

Вообще, амулеты в заказе требовались довольно простые. Например, постоянная «непромокайка» — водоотталкивающий амулет. Или вот, амулет, который не даст приставать всякой грязи и пыли. Одним из топов был амулет, защищающий от пепла при перемещении по камину. Тут я даже улыбнулся, потому что это действительно нужная вещь. Лично я не пачкаюсь лишь за счёт чувствительности к магии, которая позволяет появляться в камине просто идеально, без лишних всполохов и прочего. А так, да, перемещение по каминной сети может прилично испачкать нерадивого волшебника, а постоянно чиститься, или как-то иначе исхищряться, а если ещё и одежда какая-нибудь особая, требующая бережного отношения, или ещё какие-то сложности… В общем, тут тоже ничего особо сложного — залить два заклинания в насадку для наковальни, удерживать их от развеивания и активации, и ковать…

Одним из самых популярных запросов — светящийся амулет. Нужны двух типов — просто Люмос, и Люмос Солем.

Ничего сверхъестественного, а технология у меня для всех одинаковая. Нужно лишь немного пофантазировать насчёт формы кулонов, чтобы она хотя бы отдалённо передавала суть функции.

Потратив без малого три часа, я натрансфигурировался и наковался по самое нехочу — выполнил лишь четверть заказа. Судя по тому, что никто не явился проверить, чем это я таким занимаюсь, звукоизоляция в комнате действительно присутствует, хотя я мог бы сказать это и без экспериментов — чувствовались различные нейтральные чары, набравшие силу при моём заселении.

Сделав зарисовки кулонов и подписав, какие функции соответствуют каждому из них, я сложил готовую продукцию и свои инструменты в рюкзак. Время на дворе уже позднее, двенадцатый час, а значит пора бы и на сон грядущий готовиться, чем я и занялся. Но не успел я толком устроиться в кровати, как в окно постучалась уже знакомая мне сова. Открыв окно, я взял письмо, а сова тут же улетела — значит ответ не требуется.

В конверте была записка и ещё один конверт поменьше, надпись на котором гласила: «Портключ. Активация в десять после полудня седьмого июля». В записке была короткая информация по земле. Небольшая площадь, находится внутри большой пространственной лакуны, этакого кармана, где есть и чужие владения. Ни типа проклятья, ни чего-то действительно полезного, кроме того, что оно завязано на землю в прямом смысле слова. Что же… Будем думать.

***

Жизнь в доме на Гриммо, можно сказать, кипела — я это понял сразу после своей утренней пробежки и прочих занятий под невидимостью.

Для того, чтобы понять всю активность в доме, нужно просто представить себе обычную ежедневную суету в Норе, убрать бытовые вопросы касательно ухода за огородом и прочее, и перенести всё сюда.

Ранний подъём. Меня эта процедура миновала, так как я проснулся ещё раньше, но выглядело всё примерно следующим образом. Миссис Уизли, как самый активный разумный в этом доме, всех будила, отправляла умываться и приводить себя в порядок, после чего всем вменялось отправиться на завтрак, и не важен был статус этого волшебника. Например, на второй день моего здесь нахождения, на завтраке присутствовал некий темнокожий суровый волшебник в тёмно-фиолетовой мантии и странной шапочке — всё в каком-то его национальном стиле. Нет, он здесь не ночевал, но забежал по делам, и в итоге был усажен за стол.

Была здесь довольно молодая волшебница с цветными волосами. Тонкс — так её называли, когда она вместе с другими сотрудниками Аврората и ДМП патрулировала Хогсмид и окрестности на третьем курсе. Но только сейчас мы удосужились представиться друг другу.

— Тонкс, — хоть мы и только-только сели за стол, а конкретно она — напротив меня, девушка протянула руку. — Просто Тонкс.

Разумеется, я пожал руку, мимолётно оценивая не фигуру, но стиль — смысл оценивать фигуру у той, кто способен менять внешность как угодно? И стиль её был похож на какой-то панковский, с лёгким налётом «хэви металла» — мрачно, при этом ярко, немного кожи, немного джинсовой ткани. Высокие сапоги на манер армейских, широкие штаны с карманами, ничуть не стесняющие движений, много всяких аксессуаров и заклёпок. В общем, тот ещё кадр.

— Гектор Грейнджер. А у Тонкс есть имя? — улыбнулся я, садясь на место — пришлось привстать, чтобы дотянуться для рукопожатия.

— Я не люблю, когда его называют, — отмахнулась девушка, с энтузиазмом крутясь на месте и пытаясь разглядеть, что же подаст миссис Уизли.

— Но представиться-то всё равно не мешало по полной форме, — улыбнулся я. — Вдруг придётся на связь выйти, письмо написать. И куда? На имя Тонкс? Кого именно? Теда, Андромеды?

— О, ты знаешь моих родителей?

— Не-а, — мотнул я головой, попутно краем глаза окинув взглядом присутствующих: Сириус, Рон, клюющий носом, близнецы носятся туда-сюда возле лестницы и пока не спешат заходить на кухню, мистер Уизли, сидящий рядом с Сириусом и явно собравшийся на работу, как и раньше, в своём тёмно-коричневом костюме и тяжелой тёмно-зелёной мантии.

— А как так? — Тонкс наклонила голову, глядя с вопросом.

— Просто собираю информацию из разных источников. Всё-таки не каждый день девушка из древнейшей и благороднейшей семьи выходит замуж за волшебника в первом поколении.

— Магглорождённого, что ли? — Рон что-то буркнул, пытаясь разлепить глаза. — Так и говори.

— Я слово «маггл» стараюсь употреблять не часто и только для определённых случаев и в определённом контексте. Всё-таки я сам, хе-х, магглорождённый, и мне порой кажется, что если я буду называть родителей магглами — я их, в каком-то роде, предам. Семантика слова, всё-таки, не самая лучшая.

— М-да… — Сириус, сидевший во главе стола, печально улыбнулся. — Помню, знатная была истерика. Когда кузина вышла замуж, я уж думал, моя дражайшая матушка на дерьмо изойдёт…

— Сириус! — миссис Уизли, только-только начавшая сервировать стол, с укором посмотрела на Блэка. — Не ругайся за столом.

— Прости, но тут иначе смысл не передать, — Сириус пожал плечами, но ни его лицо, ни взгляд не выражали ни раскаяния, ни вины. — Мне вообще порою казалось, что вся семья соглашалась с матушкой, лишь бы она заткнула эту свою противную сирену, что была у неё вместо голоса.

— Понимаю, — тихо подбодрил Сириуса мистер Уизли.

— Какие-то проблемы? — миссис Уизли с ухмылкой во взгляде, но со строгим лицом посмотрела на мужа.

— Нет-нет, то есть, Сириус, — мистер Уизли притворно нахохлился. — Плохо так говорить.

Именно в этот момент на кухню быстро забежали близнецы и Джинни, мгновенно рассевшись по местам.

— Всем доброго утра…

— …и хорошего настроения, — начали они говорить, с улыбками глядя на всех.

— Что разминируем сегодня?

— Пятую комнату?

— Шестую?

— Второй зал?

— Подвал?

— Библиотеку?

— Лично вы, господа, — миссис Уизли покончила со своими обязанностями, сервировав стол, чем вызвала недовольство Рона, до которого только сейчас дошло, что перед ним опять много столовых приборов, и это не сон, — отправитесь в Нору и займётесь своими обычными обязанностями. Пусть дом пока и закрыт, но сад сам за собой не поухаживает, живность себя не покормит.

— Это свинки-то сами себя не покормят?

— Или гуси?

— Или курицы?

— Наказание? — миссис Уизли выгнула бровь на манер Снейпа, а близнецы переглянулись, кивнув друг другу.

— Покормить, так покормить, поняли, не дураки…

— …Были бы дураки — не поняли бы.

После завтрака все занялись своими делами, и это был второй пункт суеты в доме. Я присоединился к наведению порядка, но лезть в комнаты в поисках приключений не спешил, и начал делать то, от чего остальные отлынивали по непонятным мне причинам — магией приводил в порядок кухню. Там чары применить, тут немного подновить, здесь восстановить. В некоторых местах я без всяких подсказок чувствовал сильно ослабшие чары на предметах или поверхностях — магия словно окутывала лишь часть предмета, и именно эта часть казалась наименее изношенной или постаревшей. Восстановив такие предметы, я волевым посылом растягивал эти чары на весь предмет, как, казалось бы, правильным, и насыщал их магией — стояли годами, если не десятилетиями, и ещё столько же простоят после ремонта.

Во время обеда многие приятно удивились обстановке на кухне, которая стала как новая, и хоть она и осталась мрачной, но теперь это мрачность опрятная, красивая, а не развалина допотопная. Ну а после приёма пищи я отправился в свою комнату — ковать. Что делали остальные? Ну, взрослые в лице Молли и Сириуса пытались навести порядок. Близнецы — а кто их знает, чем они заняты в Норе? Рон, наверное, как и всегда, ходил туда-сюда, обивал косяки, листал журналы о квиддиче или плевался в потолок. Джинни же, как и я, старалась проводить время наедине с собой. Что уж она там делает — меня не касается.

Выполнив вторую четверть заказа, я посмотрел на часы — до ужина в этом доме ещё пара часиков. Нужно бы прикинуть, как снимать проклятья. Учитывая те немногие знания по малефицистике, что у меня есть, и моё понимание магии в принципе, можно прийти к некоторым мыслям.

Например, наиболее часто встречающимся способом противодействия насланным проклятьям являются контрзаклинания, и не важно, в полёте ли проклятье, только сорвавшись с палочки, или это уже внедрённое в объект тёмное заклинание, разворачивающее свой эффект. Но всё это лирика, ибо не стоит считать себя самым умным — владельцы земли наверняка обращались к квалифицированным специалистам в этой области, и я сильно сомневаюсь, что те не пробовали применять свои знания, в том числе и начального уровня.

Так же одним из способов, очевидным как для меня, так и для местных Тёмных волшебников, является «Подмена». Простой в своей сути, но сложный в осуществлении и реализуемый только при определённых условиях способ. Его суть полностью передаётся в названии — просто осуществляется подмена объекта проклятья. Только в этом способе, помимо сложностей в методах осуществления, есть ещё одно важное ограничение — равнозначность объекта воздействия проклятья, и объекта для подмены. В случае с людьми и при отсутствии каких-то особых моральных ограничений, всё довольно просто — человек на человека, волшебник на волшебника. При использовании, как мне кажется — всего лишь догадка — ритуалов и прочих дополнительных манипуляций, можно подменить, например, человека курицей. Проклятье перейдёт на курицу, и остается только вылечить человека от последствий воздействия проклятья.

Но «Подмена» — тоже довольно очевидный способ. И чем больше разница между значимостью и масштабами объектов, тем сложнее осуществить «обман» проклятья. Проще говоря, подменять землю курицей — дело, мало того, что неблагодарное, так ещё и не факт, что получится, как бы ты не старался.

Но можно воспользоваться тем, о чём местные, похоже, вообще не задумываются или даже не подозревают — чисто энергетические манипуляции. Например, наколдовать подобие Лотоса. Суть проста — пусть прорастёт, как Лотос на территории Ноттов, но будет не заражать и процветать, а поглощать и процветать. Как корни поглощают влагу из земли. Но… Это всё догадки — нужно оказаться непосредственно на месте и там определиться.

А значит, остаётся только ждать.

***

Ровно за пять минут до назначенного времени я, скрытый всеми известными мне способами, стоял на пустыре в трансфигурированном и закреплённом костюме Чумного Доктора и держал в руках монетку — именно она была портключом. Стоял, и смотрел на темнеющее небо на западе — солнце уже зашло.

Сам я был готов к любым, как мне кажется, неожиданностям, и сразу же после переноса был готов отвечать на агрессию, если кто-то проявит оную.

Срабатывание портключа, меня затягивает пространственная аномалия и плавно выбрасывает в шаге от огромного чёрного пятака земли, явно скрытого за какой-то интересной защитой. Приземлился я чётко, можно даже сказать, идеально — ни одна травинка не помялась. К моему удивлению, вокруг места моего появления стояли три волшебника в мантиях и указывали палочкой примерно туда, куда я должен был попасть.

— И где он? — нервно спросил один из волшебников. — Время уже.

— Не бзди, — одёрнул его второй. — Может он вообще решил сюда не идти.

— Может кто-то спалил ловушку? — спросил третий. — Или, может это на нас ловушка?

— Ты больной? — возмутился второй. — Хотели бы нас прибить, прибили бы бесплатно, без перевода крупной суммы на счёт.

— Тоже верно.

Хм. Ну и ладно. Активировав браслет с треугольничками, направил их в руки волшебников. Тихий свист, и палочки в руках волшебников буквально взорвались, разлетаясь осколками, а за ними последовали и кисти их рук. Не успели они осознать и закричать от боли, а я уже отправил в них три усыпляющих заклинания. Сконцентрировавшись, выплеснул огромное количество энергии через палочку в заклинание Гоменум Ревелио. Если бы такую магию можно было видеть, то это была бы волна, не несущая никакого вреда, что распространилась в разные стороны и бежала, казалось, до самого горизонта. Вообще никого вокруг.

Подойдя к спящим израненным волшебникам, провёл над ними палочкой — у одного, которого я мысленно называл «второй», обнаружился большой кошель полный звонких золотых монет.

— Это я удачно зашёл.

Не знаю, сколько там денег, но они там точно есть. Защиты никакой на кошеле нет, а единственная магия — Незримое Расширение. Проверив кошель как следует, убедился в «чистоте» и прикрепил себе на пояс. Наведя палочку на бедолаг, начал затягивать раны каждого, используя Вулнера Санентур на чистой энергии жизни. Это заклинание так хорошо начало работать, что срастило разорванные кисти рук, притянув каждый из кусочков, разлетевшихся вокруг. Мило. Теперь пора бы и непосредственно делом заняться.

Подойдя к барьеру, отделявшему большой, действительно большой участок чёрной земли, на котором стоял, как насмешка над миром, почти белый особняк, я укутал себя плотной нейтральной магией и сделал шаг вперёд.

Тёмная Магия буквально пудовым молотом начала лупить по мне. Не атаковать, а именно давить. Если я правильно понял посыл этой магии, этого проклятья, оно хотело сломать мой разум, внести галлюцинации, чтобы я во всех видел чудовищ и пытался атаковать, чтобы боялся каждой тени… Чтобы казалось, будто они лезут под кожу и выпивают жизнь. Правда, последнее — реальный эффект, из-за чего всё на этой земле и было мёртвым. Самое забавное, как мне показалось, так это то, что проклятье сильно изголодалось по еде — оно извело всё, до чего могло добраться в зоне действия, и как следует настоялось под чарами консервации, совершенно не желая выдыхаться или выветриваться, или ещё как-нибудь исчезнуть.

Куда забавней было то, что я-феникс проснулся, ощутив поток тёмной магии, переходящий от меня-человека. Как я и рассчитывал, связь работала идеально — тёмная магия, искажённая энергия, она утекала от меня к фениксу, не затрагивая меня, но и не влияя на самого феникса — такая энергия является его сутью. Как энергия может не затрагивать меня, но проходить через меня? А чёрт его знает, но осколок эльфа «утверждает», что не нужно воспринимать мир как сугубо трёхмерное пространство. То есть для магии, как энергии, я-человек и я-феникс находимся, как бы, в одной точке. Сложно… Неполноценность знаний осколка вызывает больше вопросов и непонимания, чем даёт ответов.

Но, как бы всё это не было прекрасно, я могу решить проблему двумя способами. Первый — постоять здесь, поскучать, тёмная магия поглотится мной и уйдёт фениксу, а проклятье просто «кончится» из-за этого. Второй вариант — создать подобие Лотоса, как я и планировал. Лично для меня очевидно, что второй вариант лучше — неизвестно, сколько мне нужно будет тут стоять, чтобы такой метод возымел эффект. А значит…

Направив ладони друг к другу, я начал создавать подобие Лотоса, разумеется, с соответствующими корректировками образов и мысленных посылов. Минута, две — я не особо спешил, но и не медлил, напрягая мозги и волю на максимум.

В один прекрасный момент, между моих ладоней появилась чёрная капля, а когда процесс завершился — она упала на чёрную землю под ногами. Вновь мне показалось, словно одинокая капля упала на бесконечную спокойную водную гладь, расходясь волнами.

Глазами же я видел, как по чёрной земле словно прокатилась волна искажений. Ещё раз. И ещё. Но на самом деле всё оставалось спокойным. Из земли начали тянуться чёрные дымные струи и, словно протуберанцы на Солнце, они закручивались, вновь касаясь поверхности. Некоторые изначально, словно дуги, росли, лопались и втягивались в землю. Занятное зрелище, а в магии так и вовсе творилась какая-то невероятная свистопляска. Но в один прекрасный момент, из земли словно выросла чёрная трава. Выросла кольями, и тут же втянулась. Я чётко ощущал, как проклятье стягивается в одну точку — точно в том месте, куда упала капля. Как раз в этом месте и начал формироваться и распускаться цветок лотоса.

Пара мгновений, и единственным источником тёмной магии, источником проклятья и вообще, заражённым объектом, был именно этот цветок лотоса — совсем не материальный. Я вытянул руку над цветком, и тот оторвался от земли, взлетая и приземляясь на ладонь.

— Красиво, чёрт подери. И совсем не так страшно, как настоящая энергия тьмы или смерти из… Оттуда, — прервал я сам себя.

Один только вопрос — что теперь с этим делать? Нет, я понимаю, скормить фениксу — это пойдёт на пользу, всё-таки его кормить нужно чем-то подобным, если говорить о энергетической диете. Как это пронести в дом на Гриммо? Пусть тёмная магия сейчас чувствуется в лотосе лишь при контакте, а само проклятье надежнейшим образом запечатано… А, ладно, придумаю что-нибудь. Вот, например…

Трансфигурировав при помощи палочки простую на вид деревянную шкатулку, я положил туда Лотос и закрыл крышку — уже этого было достаточно, чтобы даже моя чувствительность спасовала. Разумеется, в дом на Гриммо я это не потащу — припрячу под чарами неподалёку, а потом прогуляюсь с птичкой и скормлю ему.

Сконцентрировавшись, аппарировал так, чтобы даже крохи магии не ушло в фон и не оставило следа. Аппарировал в паре кварталов от Гриммо, в безлюдном и мрачном проулке, где не было ни одного уличного фонаря. Убедившись, что вокруг никого, присел на одно колено, развёл магией землю под ногами и положил туда шкатулку. Пара заклинаний — и это место неделю как минимум будут обходить стороной обычные люди, а волшебники ничего даже не заметят. Простые заклинания для сокрытия, но эффективность их работы увеличивается с уменьшением площади покрытия. Интересно, насколько мощные тогда чары стоят на Дырявом Котле?

Развеяв свою одежду и оказавшись в обычной, в которой вышел на прогулку, смело отправился в дом на Гриммо. Нужно написать Делакуру, что работа сделана. Упоминать ли о засаде? Нет, не буду. Но главное во всём этом, что я могу заниматься решением подобных вопросов, а значит и денюжку получать. Нужно будет раскачать энтузиазм француза, чтобы заказов было как можно больше — пусть попотеет за столь большой процент.

Загрузка...