Глава 5

Субботний выходной почти полностью прошёл в пределах гостиной факультета. Мы с однокурсниками делали домашку, используя как свои, так и библиотечные книги, за которыми с большой готовностью и не менее большими затратами времени бегали Захария и Джастин. Похоже, они просто не особо хотели заниматься. Потому мы — я, Ханна, Сьюзен и Эрни — благополучно сделали всю домашку.

Седрик с другими ребятами из команды по квиддичу развели бурную деятельность, ища кандидатов для отбора в охотники, а точнее — на одно вакантное место.

— …но отбор только через две недели… — суетились те, кто хотел попробоваться, но, судя по всему, в лучших подростковых традициях, оттягивал подготовку до последнего. «Последний» наступил внезапно.

В общем, парни навели суету.

Получив, наконец, свободное время лишь к вечеру, я сидел в гостиной, смотрел на всю эту мирную суету детишек как в обычной одежде, так и школьной, в мантиях с желтым подкладом, и постепенно раздражался. Пальцы сами отстукивали смутно знакомый и очень привычный ритм по подлокотнику кресла, а эта светлая нора хоббита, по недоразумению называемая гостиной, постепенной выводила меня из себя. Не сильно, нет. Совсем чуть-чуть. Но учитывая, что ни один ещё внешний фактор не мог поколебать моё душевное равновесие — большое достижение. Скорее всего это связано с разрушенными ожиданиями — всё-таки я ожидал именно подземелий.

Наверное, нужно сделать то, что я планировал сразу, как приехал — написать родителям. Но сейчас, или потом? Вот и сидел, размышлял, закинув ногу на ногу и глядя на всё ту же плавную, неспешную суету учеников.

— Притомился? — рядом с креслом стоял Джастин вполоборота ко мне, и так же смотрел на всё вокруг.

— Незначительно.

— Хм…

— Тебя что-то беспокоит? — спросил я, продолжая смотреть за гостиной.

— Да нет. Просто ты так сидишь на этом кресле, словно Трандуил какой, осматривая владения. Посох бы какой тебе, да меч на пояс.

Трандуил, да? Знакомое имя, но отнюдь не по эльфийским воспоминаниям, хотя звучит именно как эльфийское. Кажется, что-то из книг, фэнтези. Да, точно. Подобное проскальзывало в воспоминаниях аж нескольких жизней. Не буду заострять внимания. Похоже, это неизвестное мне произведение существует и здесь.

Взяв со стоящего рядом стола пергамент и перо, положил листок себе на колено и начал сочинять письмо. Давалось это на удивление просто. Содержание, если отбросить воду, сводится к нескольким словам и фразам: добрался хорошо, разместили, кормят отлично, предметы интересные, ребята хорошие, факультет Хаффлпафф, с наилучшими пожеланиями, ваш сын Гектор.

— Письмо? Кому? — поинтересовался стоящий рядом, как и прежде Джастин.

— Родителям, конечно же. Родители, сколь бы взрослым не считал себя ребёнок, всегда будут беспокоиться, томясь в неведении.

Одним слитным движением я встал с кресла и посмотрел на Джастина.

— Разве не мой долг развеять это неведение?

— Пойдём, покажу, где «томятся» совы.

Судя по интонации, Джастину понравилось слово «томиться», а я всё чаще замечаю проклёвывающиеся из осколков нюансы движений, свойственных тем или иным разумным. Надеюсь, из меня не полезет эльфийское высокомерие слишком сильно — его не могут принять взрослые разумные, а уж о детях и разговора быть не может.

Джастин повёл меня прочь из гостиной, по каменным коридорам, освещённым факелами и подвесными лампами с огнём. На нашем, так сказать, цокольном уровне и вплоть до главной башни с движущимися лестницами, мы почти никого не встретили, но вот уже на этих самых лестницах и прилежащих коридорах было несколько оживлённее — одиночки или группы учеников куда-то шли, важно или весело что-то обсуждали, и всякое подобное.

Пройдя по паре лестниц, мы попали в очередной коридор, а из него — на большую винтовую лестницу внутри башни. Каждый виток лестницы встречалось небольшое застеклённое окно во внешней стене башни, через которое открывался вид на Запретный Лес, а каждые два витка — дверь в какое-то внутреннее помещение. Башня была не особо широкой, и помещения вряд ли превышали размером кладовую, но попасть туда и проверить не представлялось возможным — дёрнув одну дверь из любопытства, я не мог не заметить, что она сидит в проёме так плотно, словно имитация, а магия надёжно её запирает.

Поднявшись на самый верх башни, мы оказались в довольно просторном круглом помещении, тускло освещённом лишь одним матовым светильником, но этого было достаточно, хоть и мрачновато. Хитрое переплетение деревянных балок и распорок тянулись вверх, к высокой крыше, а вдоль были ряды из множества жердочек, на которых сидели совы. Сейчас, когда уже почти стемнело, не меньше трети сов, если судить по свободным местам, улетели на свободную охоту. Остальные же глядели на нас своими глазищами. В них не было ни угрозы, ни страха — волшебные птички явно умнее своих обыкновенных сородичей разных видов.

Сделав шаг по помещению, я на что-то наступил и это «что-то» хрустнуло. Глянув под ноги, увидел обглоданный скелетик какого-то очень крупного грызуна. Только сейчас я заметил, что почти весь пол был устлан толстым слоем сена, а тут и там валялись либо скелетики, либо отрыгнутые комки шерсти. Ну и без помёта дело не обошлось. Благо, что помещение было со множеством окон и проёмов, открытое всем ветрам, иначе от запаха тут вполне можно было бы скончаться.

— Ну что? — обратился ко мне Джастин, с явным недовольством осматривая это не самое ухоженное место в замке.

— Хм…

Стоило мне протянуть руку и выпустить во все стороны магию, как большой филин тут же слетел с насеста и приземлился мне на предплечье. Аккуратно приземлился, стоит отметить. Занятно, но похоже, местная магическая птаха с уклоном в доставку почты реагирует на подобный призыв так же, как и в памяти эльфа.

— Здоровая, зараза… — не удержался я от упоминания приличного веса птицы. Приличного, но ниже ожидаемого по размерам. — Что делать-то?

— А? Даёшь письмо, говоришь кому, и всё. Можно добавить, куда именно, или ждать ответа или нет.

— Бесплатно хоть?

— Обычно да, — пожал плечами Джастин. — Что? Я только пару раз письма писал. Совы тут школьные в основном, и работают, походу, за идею.

За идею? Нет. Они подкармливаются магией. Наверное, потому здесь и скелетиков немного, а в магазине на Косой Аллее я видел угощения в виде печенюшек для таких сов — часть рациона в виде обычной еды, часть в виде магии.

— Держи, сова, — вручил я птице письмо. — Доставь моим родителям, Эмме или Роберту Грейнджер. Дождись ответа.

О просьбе ответить при возможности, я упомянул в письме, потому, как мне кажется, ожидающая чего-то сова не будет сюрпризом.

— У-ху… — ухнул филин.

Слетев с моей руки, птица мощным взмахом крыльев вылетела в один из многочисленных проёмов в стене, исчезая в окончательно потемневшем небе.

— Скоро отбой уже, — заметил Джастин, глядя в небо. — Пора бы возвращаться.

— Действительно. Пойдём.

Спуск был, как и подъём — неинтересным и непримечательным. А вот стоило только оказаться в довольно тёмном коридоре, как события стали всё более и более увлекательными.

— Вы только гляньте, кто у нас тут…

Самодовольный голос Малфоя я могу узнать из многих. Обернувшись на голос, я увидел самого Малфоя, двух его вечных спутников-здоровяков, и вполне приличного шатена, его софакультетника и по совместительству однокурсника.

— Мистер Малфой, какой, не буду лукавить, неприятный сюрприз, — во мне опять включился эльф.

Ну не могу я по-другому, когда передо мной стоят столь очевидные мажоры… И слово-то какое подобралось само собою.

— Это взаимно. И не страшно двум… — Малфой оглядел нас с явным презрением, стремясь не смотреть мне в глаза из-за уже моей «высокомерной» маски эльфа, столь неприятной любому, имеющему хотя бы зачатки гордости.

— …грязнокровкам вечером по Хогвартсу гулять?

— Бояться? Вас?

Сам я уже начал создавать самый простой и эффективный магический контур, предназначенный как раз для подобных встреч. Эльф использовал его так часто при путешествиях, что контур этот чуть ли не сам начал формироваться в полу под моей стопой. И нет, это не какая-то мощная защита и нужен он отнюдь не для нападения. Хитрость — стержень тактики эльфа-одиночки. Даже если столкновение доходит до прямого контакта. Нужно только немного разозлить, отвлечь, и всё…

— А хоть бы и нас, — Малфой выхватил палочку, направляя на меня.

Его товарищи замешкались, а шатен смотрел на Малфоя с недоумением, хоть палочку и достал. Неспеша. Само собой, я даже не дрогнул, смотрел на мальчишку прямо. Джастин засуетился за спиной. Никто не спешил первым атаковать.

— Ты оскорбил меня недавно. И за это ты заплатишь. Даже не пришлось искать тебя специально.

— Гектор, мы в очевидной беде, — произнёс Джастин.

— Я вижу, — прервал я полную опасений речь товарища, — ты ничего не знаешь о подобных мистеру Малфою. Их угрозы — как зимний гром, принесённый ветром. Грохочет вдалеке, вселяя напрасную тревогу. Но иногда гром — всего лишь гром.

Мои слова ну очень не понравились Малфою, и даже недоумевавший ранее шатен выказал выражением лица своё негодование. Теперь нужно отвлечь.

Заведя взгляд за спину слизеринцев, я вежливо улыбнулся пустоте, чуть склонив голову в приветственном поклоне.

— Профессор Снейп…

Мальчишки тут же попытались спрятать палочки в рукава мантий и обернулись за спину. Конечно же там никого не было — лишь темнота ночных коридоров, слабо освещённых рассеянным в облаках лунным светом, проникающим через высокие окна.

Именно этот момент я выбрал, чтобы активировать магический контур под стопой. Воздух, казалось бы, дрогнул на миг, а я отступил на шаг. Положив руку на плечо Джастина, замершего в ожидании атаки, тихо произнёс.

— Отходим за угол.

— Но…

Слизеринцы с негодованием повернулись обратно, но взгляд их мазнул друг по другу. Они тут же, словно в ответ, начали поливать друг друга заклинаниями, громко крича.

— Сту́пефай!

— Петри́фикус Тота́лус!

— Эве́рте Ста́тум!

И ещё несколько раз и ещё. Они в панике атаковали друг друга, уклонялись, лучи заклинаний летели по сторонам, но мы с Джастином шагнули обратно в проём к лестнице до совятни, и находились в безопасности.

Через пару мгновений всё стихло, и я первый высунулся из проёма, осматривая побоище. Ну, ничего критичного. Разве что шатен стоял на ногах, покачиваясь, а в следующий миг — упал без сознания. Финальный аккорд действия контура. Мальчишкам показалось, будто там, где стоит кто-то из их коллег, стою я или Джастин, начиная колдовать в них заклинания. Никакой конкретики, никаких иллюзий или обмана — лёгкая запутанность, ментальный посыл, а мозг достроит необходимый образ. Всегда работало. Но и всегда оставался «последний герой» — специально для него в контуре есть простое усыпляющее.

— Пойдём, Джастин.

Мы вышли из проёма и направились дальше по коридору.

— Это что было вообще?

Хм. Ну, технически, в учебниках за второй курс есть похожее заклинание для одиночных целей, предназначенное для сбрасывания с себя агрессии различных болотных духов и привидений.

— ЗоТИ, второй курс. Вы должны были проходить.

— М-м-м… Это вряд ли… — покачал головой Джастин, пока мы спешным шагом покидали место стычки. — У нас преподаватель был ужасный.

— Да? Хм… Если подумать, среди учебников Гермионы я не видел ЗоТИ за второй курс. Зато видел серию романов некоего Локхарта. Неплохие приключенческие романы. Разве что самолюбования больно много.

— Вот-вот. Он и вёл ЗоТИ. Ужасный преподаватель. Потом ещё выяснилось, что он присваивал себе описанные подвиги.

— И что? — удивился я. — Это же всего лишь книжки.

— Но он выдавал их за реальные. Даже награды за них получал.

— В таком случае, это действительно недостойный поступок. Одно дело — ради литературы. Другое — личной славы и выгоды.

Когда мы уже почти добрались до гостиной, Джастин поинтересовался:

— А со слизеринцами всё хорошо будет?

— Не знаю.

— Э-э-э?

Остановившись у бочек, одна из которых является входом в гостиную факультета, я посмотрел на товарища.

— От моих действий — ничего. Но кто-то может им и подсобить в порче собственного здоровья. Если найдёт раньше, чем они очнутся.

— Они, конечно, не самые лучшие люди… — Джастин постучал в одну из бочек, и проход открылся. — Но и прям зла я им не желаю.

— А вот они тебе желают. И мне. И таким, как мы.

— Обидно. Кстати… — Джастин остановился в самом проходе, снизив голос до шёпота. — …что, если нас будут спрашивать?

— Говори, как есть. Чистую правду, но как бы вырезая ненужное.

— А-а-а, понял. Мне отец рассказывал о подобном.

Мы наконец-то зашли в гостиную. Хотел бы я сказать, что всё было, как и всегда, но нет. Тут явно проходило какое-то собрание. Да ещё и была тут и наш декан, Помона Спраут. Похоже, не только на занятиях она носит глухие одежды, полностью запахнутую тёмно-коричневой мантию и шляпку, из-под которой торчат закрученные седеющие локоны.

Наше появление не прошло незамеченным. Декан обернулась, а выражение лица её было доброжелательным, но строгим.

— А, мистер Грейнджер, мистер Финч-Флетчли, вас-то я и искала.

— А мы вас, профессор, — я тут же взял дело в свои руки.

— Расскажете по дороге, пойдёмте.

Декан бодро пошла навстречу нам, а точнее — на выход, ну, а мы последовали за ней. Стоило только нам покинуть гостиную, как я продолжил разговор.

— У входа в башню с совятней валяются четыре ученика со Слизерина. Мы не знали, что делать и скорым шагом направились в гостиную — вдруг тут старосты, вы, или кто-нибудь, кто знает, как найти… другого «кого-нибудь». Более компетентного.

Намеренно говоря проще привычного, я показывал лёгкую растерянность, касательно ситуации.

— А куда мы идём? — спросил Джастин. — Нам не надо оказать ребятам помощь?

— Директор просил привести вас, джентльмены, — по-доброму ответила декан, продолжая идти впереди нас. — Но теперь у меня хотя бы есть догадки о причинах подобного. А почему же вы сами ничего не предприняли? Оставили их лежать там?

— Мы не знали, что делать, — пожал я плечами, хоть видел это лишь Джастин. — Мне кажется, что в подобном случае не стоит без диагностики трогать кого-то руками или магией. Можно слечь рядом или сделать пострадавшему ещё хуже.

— Верное предположение, — кивнула декан. — Жаль, что нечасто руководствуются подобными мыслями. Но я могу быть уверена в вас? Что бы ни случилось с теми ребятами, это сделали не вы?

— Безусловно, профессор Спраут, — кивнул я обернувшейся на миг женщине.

Подобный маневр выполнил и Джастин, разве что молча. Молча же мы проделали и весь оставшийся путь наверх, до входа в кабинет директора. Очень интересного входа, должен отметить, ведь высокая ниша с огромной магической статуей горгульи, что при произнесении правильного пароля отъезжает в сторону и открывает проход к винтовой лестнице, это довольно необычно для этих мест. Да, в Хогвартсе много ходов, о которых я слышал или уже ходил с остальными, но горгулья пока что остаётся в топе масштабности и сложности — это не поклон портрету, не почесывание нарисованной груши, не постукивание в бочку и прочие танцы с бубном.

В лёгком полумраке, залитый мистическим голубым светом, кабинет директора выглядел крайне занимательно — именно так бы сказал человек, незнакомый с закидонами старых волшебников. Из раза в раз, из осколка в осколок — везде прослеживалась эта манера заставлять всё красивым, атмосферным, загадочным, и абсолютно бесполезным как на первый, так и на второй взгляд, магическим хламом. Обычно, хорошо если каждая пятая вещица может принести реальную пользу. Но, как бы то ни было, всё действительно было атмосферно — и старинная мебель, и непонятные крутящиеся или парящие штучки. А уж огромный старинный глобус между двух кресел, что стояли у лестницы наверх — выше всяких похвал! Хочу себе такой же. Просто, потому что, и всё! Ведь я и сам своего рода старик.

Директор, седой и бородатый, как и прежде, сидел за своим столом, постукивая по нему пальцами. Напротив него стоял профессор Снейп, а чуть дальше, около кресел, но не решаясь сесть, стояли недавно встреченные слизеринцы. Видок они имели непрезентабельный, и в этой внешности всякий бы узнал многострадальных жертв хулиганского беспредела.

— О, Помона, проходите… — директор с нейтральным выражением лица повёл рукой в приглашающем жесте.

— Директор, — кивнули мы с Джастином и прошли вперёд вместе с нашим деканом, вставая рядом с ней.

— Теперь, когда все собрались, — директор сложил руки на столе, чуть подавшись вперёд. — Мы можем разобраться в случившемся. Северус, будь любезен…

— Мои ученики, директор, утверждают, что возле входа в башню с совятней на них напали, — ровным и вкрадчивым тоном говорил профессор Снейп. — Напали и жестоко околдовали опасными заклинаниями, доведя до бессознательного состояния, избив на прощание.

— Это так, мистер Малфой? — Дамблдор глянул поверх очков на смирно стоящего рядом с товарищами блондина.

— Да, директор.

— И кто же только мог сделать такое?

— Грейнджер вместе с Финч-Флетчли, — Малфой косо взглянул на нас, а в голосе его сквозила обида и негодование.

— Мистер Грейнджер, мистер Финч-Флетчли, — директор повернулся к нам. — Это правда?

— Позвольте мне, — я сделал шаг вперёд, и как только директор кивнул, продолжил: — Мистер Финч-Флетчли показывал мне дорогу до совятни, чтобы я мог отправить письмо родственникам. С этой задачей мы благополучно справились. Стоило только покинуть башню и оказаться в коридоре, как мы увидели лежащих без сознания, потрёпанных учеников со Слизерина.

Как только я взял паузу, чтобы перевести дыхание, недовольный Малфой тут же высказал своё мнение:

— Наглая ложь.

— Отнюдь, — качнул я головой. — Мы увидели ребят. Неизвестно, что именно произошло, магические или физические повреждения у них, а судя по палочкам в руках, имело место какое-то происшествие. Я не знаю, как оказывать первую помощь при подобном, как не знаю и диагностических заклинаний, чтобы выяснить, что именно повреждено. А ты, Джастин?

— Нет. Я тоже не знаю.

— Не сговариваясь, мы спешно пошли в ближайшее место, где хотя бы теоретически можно встретить компетентного волшебника или того, кто знает, как этого волшебника найти. В гостиную факультета. Там мы встретили декана, мадам Спраут, и вот, мы здесь.

Лица слизеринцев не скрывали негодования.

— Что же, — директор откинулся на спинку своего громоздкого стула, больше похожего на кресло, — похоже, ученики Хаффлпаффа говорят правду…

— Да проверьте их палочки… — со сдерживаемым негодованием выдал Малфой, и явно хотел продолжить, но профессор Снейп оборвал его одним лишь жестом.

— Проявите сдержанность, Малфой, — сухо сказал Снейп. — Однако…

Профессор посмотрел на нас, на нашего декана, а следом — на директора.

— Предложения мистера Малфоя не лишено рациональности, — Снейп развернулся в нашу сторону и хотел было грозно преодолеть разделявшее расстояние, но не вышло.

— Позволь мне решать, — обманчиво ласково заговорила мадам Спраут, — будут ли подвергнуты палочки моих учеников проверке, или нет.

— А что, и так можно? — мне не пришлось играть удивление. Не пришлось играть, но преувеличить, и очень сильно — это да. Саму возможность подобного я, похоже, учитывал подсознательно, но полученное только что подтверждение играет важную роль в жизни волшебника.

— Хм… — насмешливо фыркнул Малфой, а остальные Слизеринцы явно приободрились, глядя на нас снисходительно. В этих взглядах читался чистый триумф.

Отвечать мне никто не стал, а потому я вновь заговорил:

— Если это поможет разобраться в недоразумении… — я вынул палочку из самодельной кобуры на предплечье и подал рукоятью вперёд. — Для проверки.

— Действительно, — тут же завозился Джастин, доставая свою и протягивая на мой манер.

— Похоже, Помона, — чуть улыбнулся в бороду директор, — дети и сами не против.

— В таком случае, не против и я, — кивнула наш декан, сделав шаг в сторону и пропуская к нам профессора Снейпа.

Снейп. Занятный разумный. Все его манеры и поведение буквально пропитаны «неудовольствием» от всего вокруг, но вот палочку в руки он взял предельно уважительно. Не ко мне — к палочке. Сразу чувствуется, что этот волшебник очень неравнодушен к магии. Поведя рукой над моей палочкой, профессор взял её поудобнее, и медленно, разделяя слова, а главное, что я заметил, чётко проговаривая их на манер латыни и без всякого английского акцента, произнёс:

— Прио́ри Инканта́тем.

Из палочки вырвался туман, формируясь в образы предметов, к которым я применял учебные заклинания ещё вчера. Снейп выглядел явно неудовлетворённым, а слизеринцы были озадачены. Следом пришла очередь палочки Джастина. Образы быль чуть более точные, но тоже относились к учебной программе. Снейп с недовольным выражением лица вернул нам наши палочки.

— Похоже, дорогие мои, — директор выглядел показательно довольным. — Мистер Грейнджер и мистер Финч-Флетчли оказались невиновны.

— Но… — хотел было возмутиться Малфой, но вновь был прерван жестом профессора Снейпа.

— Возможно, сугубо теоретически, — голос профессора зельеварения был спокоен. — Эти ученики использовали магию без палочки.

— Северус, не глупи, — отмахнулась мадам Спраут. — Ты, сильный, опытный и талантливый волшебник. Многое ли ты можешь использовать без палочки?

— Достаточно, — ёмко ответил он.

— Мне лестно, — скромно улыбнулся я, — что, учитывая мою историю жизни, вы подозреваете меня в подобном мастерстве.

— Тц… — Снейп повернулся к ухмыляющемуся директору.

— Возможно, — с долей скромности, я глянул на Дамблдора. — Стоит проверить палочки и других ребят? Развеять сомнения?

Профессор Снейп явно хотел воспротивиться.

— Отличная идея, — директор не дал и слова вставить Снейпу. — Так мы сможем узнать примерный облик виновника этого ужасного, вопиющего безобразия.

Нехотя, Снейп повиновался, и подойдя к своим ученикам, молча протянул руку. Похоже, своих оболтусов он держит в ежовых рукавицах. По крайней мере перечить профессору у парней не было даже мысли, хоть и было желание.

— Прио́ри Инканта́тем, — вновь прозвучало заклинание, и вновь мы увидели дымку из палочки.

Образ человека, к которому было применено заклинание Сту́пефай, был ощутимо размыт, но даже так в нём узнавался один из здоровяков, товарищей Малфоя. Процедура повторилась несколько раз, и каждая попытка выявляла различные заклинания атакующего характера.

Сам себя я поймал на мысли, что слово «атакующее», применительно к тем заклинаниям, вызывало с трудом сдерживаемую усмешку. Но какими бы забавными и нелепыми не были эти заклинания, их тип всё равно остаётся атакующим и, в принципе, память эльфа с этим согласна — далеко не всегда атакующая магия должна вызывать сопутствующие разрушения и грандиозные спецэффекты. Порою достаточно лёгкого укола, чтобы обрушить гору. Да и с поставленной перед заклинаниями целью они успешно справляются.

Слизеринцы не понимали вообще, как такое возможно, и лица их искренне выражали это непонимание. А я? А что, обманул детишек, радуюсь. Хотя, какие они детишки? Вон, в одном из осколков есть воспоминания о том, как в этом возрасте, в тринадцать лет, уже и пахал вовсю, и мог даже семьёй умудриться обзавестись. Тут, как говорится, всё зависит от точки зрения и среды обитания.

— Вот мы, дорогие мои, — улыбаясь, директор встал со стула, — и выяснили, как оно всё было. Но за такой обман следует выдать наказание. Ты так не считаешь, Северус?

— Я сам определю наказание своим ученикам, с вашего позволения, — сухо ответил профессор.

— Нет-нет, Северус, — с улыбкой покачала головой мадам Спраут. — Все мы знаем, как ты «наказываешь» учеников своего факультета. А подобное отношение к моим ученикам недопустимо. Минус десять баллов с каждого, мистер Малфой, мистер Кребб, мистер Гойл и мистер Нотт. И…

— Для столь выдающихся слизеринцев, — Снейп посмотрел на мадам Спраут. — У меня особые котлы. И неделя отработок у меня.

— Хорошо, что мы разобрались во всём, — Дамблдор сложил руки за спиной. — Можете быть свободны, время позднее.

— За мной! — коротко бросил Снейп, резко направившись к выходу, а его мантия развевалась за спиной. Слизеринцы бодро поспешили покинуть кабинет вслед за своим деканом.

— Всего лишь гром, — почти неслышимым шепотом сказал я, когда Малфой поравнялся со мной.

— Доброй ночи, директор, — с улыбкой кивнула Дамблдору мадам Спраут, кивнули и мы.

— И вам, — кивнул в ответ директор, направившись куда-то вглубь своего кабинета.

Когда мы покинули это занятное место и направились по коридорам вслед за нашим явно повеселевшим деканом, она, мадам Спраут, решила поговорить о куда более обыденных вопросах.

— Мистер Грейнджер, Гектор. Ты же не против, если я буду по имени?

— Совсем нет.

— Как тебе в школе, Гектор? Как ребята? Как предметы?

В общем, пусть и без особого желания, но я начал рассказывать о сугубо положительных моментах. Будь я помладше, поглупее, без осколков чужой памяти, я бы может и нашёл на что обижаться, что невзлюбить. Но даже понимание того, что дети довольно жестоки, да и подростки от них мало отличаются, меня не особо волновало — вряд ли они смогут «перекошмарить» память осколков, в которых различного ужаса как магического, так и в плане поступков, более чем достаточно. И как я уже усвоил, благодаря всё тем же осколкам — всему своё время. Сейчас, в этой моей жизни, время для, так сказать, «Занимательного Хогвартса» со своей магией, забавами и увлечениями.

В гостиной, когда мы вернулись, было довольно много учеников, и все с неприкрытым беспокойством принялись расспрашивать как у нас с Джастином, так и у мадам Спраут, о причинах вызова к директору, не случилось ли чего, и всё такое прочее. Это даже немного приятно. Но, как и сказал директор, время уже позднее, а режим — важный фактор успешного взросления молодого организма, сиречь меня.

***

Воскресный день — прекрасный день! Выдалась отличная солнечная, тёплая погода, ради которой весь наш курс Хаффлпаффа в числе аж шести человек со мною включительно, отправился на освоение близлежащих территорий. Ну, освоением-то занимался лишь я, а остальные пошли просто гулять, попутно показывая мне местные достопримечательности.

Мы просто гуляли, ребята разговаривали о всяких мелочах, а Эрни наседал на меня с расспросами о жизни обычных людей. Он чистокровный, совсем ничего не знает, и оперирует невероятными «фактами», услышанными то там, то тут. Мне это чем-то напомнило фантазии обычных людей относительно волшебников, только наоборот. А ведь если разобраться, всё совсем одно и то же, разве что у одних для обеспечения собственного комфорта служит наука, у других — магия.

— …а тут у нас Чёрное Озеро, — Джастин указал рукой в сторону этого самого озера, когда мы подошли к берегу.

В спокойной водной глади отражалось голубое небо.

— Тут ещё можно гулять, а дальше — уже начинается территория дементоров, — очень серьёзно пояснила Сьюзен, вызвав тем самым интерес Ханны.

— Откуда знаешь?

— Так у меня же тётя — глава ДМП, — немного скромно пояснила рыжая девушка. — Она мне сразу пояснила, где безопасная зона. Правда…

Сьюзен замялась, и это вызвало интерес уже у всех остальных.

— Правда «что»? — не отставала от подруги Ханна.

— Ну, это же дементоры. Они довольно разумны, но утоление голода — их цель жизни. А тут-то узников Азкабана нет, питаться нечем.

— Логично, — кивнул я. — Голод даже человека может подтолкнуть к необдуманным поступкам. Что уж говорить о существах, цель и смысл существования которых в утолении этого голода. А тут целый замок школьников.

— Дамблдор не допустит, — отмахнулся Эрни, но лицо-то приобрело ещё более серьёзное выражение.

— Знаешь, — я отвернулся от рассматривания водной глади озера и зелёных холмов на далёких берегах. — У обычных людей есть много поговорок, общий смысл которых сводится к фразе: «В высшие силы верь, а сам не плошай».

— Хм? — не совсем понял он, да и остальные посмотрели на меня с интересом.

Подставив лицо лучам солнца и лёгкому прохладному ветерку, я продолжил мысль:

— Даже если рядом есть сила, способная защитить и уберечь тебя от бед, это не повод эти самые беды целенаправленно искать. Нужно обезопасить себя от дементоров, а «безопасную область» сократить. Невозможность некоторое время посещать берег озера — несравнимо незначительная потеря, по сравнению с шансом лишиться души.

Теперь ребят немного пробрало, и мы пошли ближе к замку, что высился на скале. Бредя по широким просекам в подлеске, которые являлись здесь аналогом дороги, ребята быстро отошли от внезапно открывшегося осознания того, что некая «безопасная зона» вовсе не является таковой.

— И как защищаться? — задал закономерный вопрос Джастин, задумчивое лицо которого слишком уж сильно походило на оное у киношного злодея, замышляющего всемирную пакость.

— Для начала, держаться подальше от территории, патрулируемой этими существами, — Эрни начал загибать пальцы.

— Выучить заклинание Патро́нуса, — подсказала Ханна.

— Да, это тоже, — Эрни загнул второй палец.

— А как?

Этот вопрос Джастина застал всех врасплох. Мы уже почти добрались до замка, и сейчас стояли рядом с большой каменной хижиной на самом краю леса. Сама эта хижина была построена для кого-то явно превосходящего человеческие габариты — это прослеживалось абсолютно в любой детали — от окон и дверного проёма, до лесенок, высоты крыши и некоей объёмности строения. Довольно большой огород у хижины был сплошь в тыквах самых разных, и порой абсурдно огромных размеров.

— Хижина Хагрида, — пояснил мне Джастин, увидев любопытство в моём взгляде. — Он, вообще, лесничий. Говорят, что он отлично разбирается в животных, как практик.

— Ага-ага, — покивал с улыбкой Эрни. — Мне как-то тоже рассказывали. У него критерий «безопасное животное» распространяется, пожалуй, на всех. Легко находит ко всем подход, а по простоте своей совсем не понимает их опасность для других. Сам-то он о-го-го какой здоровый и мощный! Небось и дракона за хвост подёргать для него не вопрос.

— Ага, — с улыбкой поддакнули остальные.

— Маленького, — Захария с улыбкой кивнул.

— О, чегой-то вы тут собрались, ребятишки? — раздался низкий раскатистый бас чуть в стороне от нас.

Для меня приближение здоровенного разумного не было секретом, хоть и заметил я его непростительно поздно — больно уж этот здоровяк по подлеску идёт тихо и чётко. В который раз убеждаюсь, что кем бы ты ни был, но опыт в своём деле может перебороть несоответствие физиологии делу.

Ребята чуть на месте не подпрыгнули, обернувшись на голос.

— Профессор Хагрид! — хором выдали они, почти крича.

— Вы нас напугали… — высказал общую мысль Джастин.

— Я, это, не хотел… И давайте без профессоров всяких да сэров.

Вблизи рассматривать этого здоровенного, очевидно, полукровку, было довольно занимательно. Роста в нём не меньше двух с половиной метров, полный, но мощный. Немного мешковатые кожаные и тканевые одежды делают его более основательным и массивным, а густая и совершенно кудрявая шевелюра и борода хорошо прячут голову, что несколько меньше, чем должна бы, если соблюдать человеческие пропорции тела.

— Гуляете, да? — пробасил он. — Погодка нынче хороша. Прям словно осень и не наступала.

Хагрид подошёл к своему огороду и поставил большое деревянное ведро, что держал в руках.

— Как же без «профессоров», — удивилась Ханна. — Вы же теперь в Хогвартсе преподаёте.

— Эт, конечно, так, — Хагрид обернулся к нам. — Я, конечно, рад детишек, вас то бишь, учить с животными разными обращаться. Но я ведь даже не знаю как… Дело-то какое — я же всё с животными, да с животными. Меня Дамблдор попросил, пока профессора правильного не найдёт, а то совсем ведь никто Уход преподавать не хочет. Вот дело-то какое…

Хагрид размял спину, посмотрел на нас, и как-то даже со стеснением заговорил.

— Вы, это… Я всегда поболтать-то рад, но дел невпроворот. Вон, фестралов ещё кормить надо…

— Мы, тогда, пойдём, — кивнул я новоиспечённому профессору. — Не будем отвлекать.

— Давайте, ребятишки, учитесь хорошо.

Выдав напутствие и махнув рукой, Хагрид потопал в хижину, а мы — дальше, до Хогвартса.

— Простой, как пять кнатов, — кивал своим мыслям Джастин.

Сьюзен шла задумчивая.

— Интересно, кого он приведёт на первое занятие?

— Надеюсь, не особо опасное будет животное… — Ханна вздохнула. — Поспешим? Гектор?

— Да?

— Тебе же ещё нужно практиковаться в заклинаниях?

— Было бы неплохо.

— Тогда, пойдём все в тот же класс? Кружки всё равно ещё недели полторы закрыты будут. А больше и делать-то нечего.

— И то верно, — согласились остальные.

До обеда мы практиковали различные заклинания из школьной программы. Хотя, правильнее было бы сказать, что в основном практиковался лишь я. Остальные ребята потратили на это около четверти времени, а всё остальное — на разговоры, обсуждения, слухи и прочую ерунду. А после обеда в большом зале я отправился в библиотеку. Проводить меня взялся Джастин, к вящему неудовольствию Эрни — тот хотел поспрашивать его об обычных людях. Опять.

Обитель знаний меня даже впечатлила. Если верить осколкам, далеко не каждая школа магии, существующая дольше и обучающая большее количество студентов, может похвастать настолько большой библиотекой — шкафы и стеллажи с книгами были высоченными, на двух этажах, а ряды с ними уходили вглубь огромного помещения.

— Ты ищешь что-то конкретное? — спросил мой товарищ, когда мы подошли к стойке библиотекарши.

— Информацию по разным чистокровным семьям.

— Хо-о? Любопытно.

— Что вам любопытно, мистер Финч-Флетчли? — строго спросила статная дама в больших очках и широкополой ведьмовской шляпе.

— Мадам Пинс, здравствуйте, — кивнул Джастин. — Друга к вам привёл.

— Мистер Грейнджер? — мадам Пинс посмотрела на меня. — Надеюсь, вы будете так же почтительно относиться к книгам, как и ваша сестра. Очень талантливая юная леди.

— Безусловно, мадам Пинс.

— В общем, — Джастин положил руку мне на плечо. — Пойду-ка я отсюда. Уверен, мадам Пинс поможет тебе, если подобная информация здесь вообще есть.

Джастин с важным видом крайне быстро покинул библиотеку, оставив меня один на один с этой чрезмерно строгой, и явно неподкупной дамой.

— Мадам Пинс, меня интересует информация по различным чистокровным родам. Социального характера. Кто чем занимается, где был замечен, газетные вырезки, статьи, журналы со значимыми достижениями…

— Я вас поняла, мистер Грейнджер. Правда, я полагала, что вы выберете учебную литературу.

Мадам Пинс вышла из-за стойки и направилась куда-то вглубь, норовя скрыться за монументальными шкафами с книгами. Похоже, она даже не желает убедиться, а следую ли я за ней? Нет, само собой, я отправился следом, но какая феноменальная самонадеянность! Прям как эльфы… И да, теперь я сам оказался на месте обычного человека, которого раздражает эта довольно общая для эльфов черта характера. Пройдя чуть ли не в самую глубь помещения, мадам Пинс подвела меня к одному из рядов со шкафами и, развернувшись, указала на них рукой.

— Вот здесь находится архив различной периодики и прочих не учебных изданий, так или иначе связанных с деятельностью семей чистокровных волшебников Англии, Франции и Германии.

— Я и не надеялся, что подобное можно найти в школьной библиотеке.

— Мистер Грейнджер, — мадам Пинс ещё строже посмотрела на меня. — Библиотека Хогвартса — самая полная библиотека как на островах, так и в Европе. Даже такой нелепый в глазах большинства журнал, как «Придира», удостоен здесь своего места. Вы, смею надеяться, умеете обращаться с книгами?

— Нет, что вы, я даже читать не умею.

Мне показалось, что глаза мадам Пинс сейчас попросту выпрыгнут из орбит.

— М-да, иронии и сарказму нет места в этих стенах, — покачал я головой. — Конечно же умею.

— Не стоит иронизировать. Мой вопрос был не из праздного любопытства, мистер Грейнджер. Вы удивитесь, если узнаете, насколько поразительно безграмотные юные волшебники изредка поступают в эту школу. Еда и напитки запрещены. Руки должны быть чисты. Заклинания к книгам не применять. Лестница…

Мадам Пинс указала на лестницу с колёсиками, приставленную к одному из шкафов.

— Столы для чтения… — теперь она указала в сторону окна, где и располагались пара столов в этом конце библиотеки. Такие же я видел и в концах других рядов, как и в читальном зале.

— Полезного вам времяпрепровождения, — своеобразно попрощалась мадам Пинс и пошла к своей стойке, но обернулась через пару шагов. — И вот ещё. Тишина должна быть в библиотеке.

Как только мадам Пинс скрылась из виду, я осмотрел это огромное число разнообразнейших книг, тетрадей, подшивок и журналов.

— Как говаривал я, без пары галлонов знатного эля добрый дворф с поставленной задачей не справится…

Осмотрев всё ещё раз и как следует прикинув объём самостоятельно возложенной на себя работы, плюнул на всё. Если я решил изучать местную магию, это ещё не значит, что я буду ограничивать себя в столь неоднозначных обстоятельствах. Как следует напрягая волю и разум, «поднатужился», выпуская вокруг тончайшие жгутики из невидимой энергии. Если бы можно было увидеть эти жгутики, то я бы походил на плазменную лампу.

Убедившись, что этот трюк я могу выполнить в принципе, достал из своего рюкзака-треугольника тетрадку, положил на стол и направил к ней один из жгутиков. Теперь нужно сфокусироваться, пожелать найти слово в книгах. Малфой.

Жгутики начали ощупывать литературу на полках. Если один из них находил слово «Малфой», то жгутик, соединённый с тетрадкой, выводил в строке название книги, номер страницы, абзац и строку. Потом уже можно будет подобным же образом найти конкретную книгу — жгутик, нашедший её, словно бы напряжется, а так как они связаны со мной, то я просто пойму, какой именно жгутик подал сигнал.

Что же, пора монотонно поработать.

***

Ментальная усталость — крайне неприятное состояние. Но именно в таком вот состоянии я возвращался вечером из библиотеки в гостиную факультета. Найти упоминания Малфоев удалось в довольно большом количестве литературы, но, если сравнивать с общим объёмом книг в том отделе — очень мало. Остатков времени хватило на то, чтобы разобраться с тремя книгами и пятью журналами, в которых упоминалась эта фамилия — ничего особо значимого.

Зайдя в гостиную, подметил, что атмосфера здесь, как и всегда, довольно дружелюбная. Ученики что-то мирно обсуждают, пятеро возятся с какой-то странной и подозрительной растительностью в горшках, ещё несколько человек играют в шахматы, что двигаются сами по себе. Несколько же девушек, собравшись дружным коллективом на больших диванах, активно и весело обсуждают журналы, порой похихикивая вслед парням. Глянув в тот уголок, где сидел в прошлый раз, заметил там всех пятерых однокурсников.

— Привет, народ, — кивнул я, как только подошёл.

— О, Гектор, — тут же улыбнулся Джастин. — А я тебе тут место приберёг.

И кивает на кресло, в котором я сидел прежде. Удобное, а уж обзор на всю гостиную вообще шикарен.

— И даже не заняли? — спросил я, присаживаясь, и забрасывая ногу на ногу.

— Грех было занять место, на котором ты так по-королевски сидел, — пожал плечами кинозлодей.

— Ага-ага, — кивнул Эрни. — Проходил вчера мимо, видел. Аж споткнулся.

Сами ребята устроились тут ничуть не хуже — притащили диван и кресло, заменили небольшой столик на вполне полноценный. В общем, всё, как у людей.

— Рассказывай, нашел ли, что искал?

— Не совсем, Джастин. Но двигаюсь в нужном направлении.

— А что ты искал? — подобралась Сьюзен.

— Информацию о мире вокруг — ничего больше.

— Оу, ну, ты всегда можешь спросить нас.

— Как только возникнет необходимость — сразу же обращусь, — с улыбкой ответил я девочке, из-за чего-то немного покрасневшей. — А вы что делаете?

— Проверяем, все ли задания выполнили.

— Хм, давайте проверим…

***

Понедельник — день тяжелый. Так все говорят. Однако тяжелым делают его другие люди, поддаваясь лени — это не мой стиль. Зарядка, душ… В общем, соблюдение графика. И конечно же, побудка для соседей! Но мои хитрые товарищи по комнате подозрительно быстро адаптировались самым простым способом — у них теперь есть будильник. Как только я вернулся в комнату, они уже проснулись и потирали глаза. А ведь в гостиной я слышал о существовании неких заглушающих чар. Могли бы их изучить, и всё.

После очередного классического завтрака в Большом Зале, мы всем курсом отправились в башню Рэйвенкло — именно там, по словам Джастина, была большая аудитория для лекций и практик по Чарам и Заклинаниям.

Аудитория действительно была большая, а столы и скамьи стояли тут этаким амфитеатром слева и справа от входа. Напротив же входа в аудиторию было огромное витражное окно и куча книг вокруг кафедры для преподавателя. Не успели мы толком рассесться вокруг, как из смежной двери появился маленький старенький человечек во фраке и зелёной мантии. Очередной полукровка. Занятно.

Профессор Филиус Флитвик, декан Рэйвенкло, оказался довольно хорошим рассказчиком, а главное — увлечён собственным делом, предметом и магией. Слушать его было одно удовольствие, а практика давалась легко не только мне, но и тем, кто поддался энтузиазму этого преподавателя.

После Чар по расписанию был один из дополнительных предметов, а конкретно в моём случае — Уход за магическими существами. Честно говоря, я не особо интересовался тем, кто ещё помимо меня выбрал этот предмет, но похоже, таких было очень много, если не почти все.

Нестройной шумной толпой наш курс направился сначала в холл замка, а потом вообще на улицу. Погода была немного пасмурной, но судя по облакам, солнышко выглянет с минуты на минуту. Так и произошло — только мы добрались до хижины Хагрида, первые лучи полуденного солнца принялись согревать нас своим теплом.

— Да что за книга дурацкая! — возмущались многие, но громче всех, что не удивительно, Малфой.

Хагрид уже ждал нас у дверей своей хижины, а рядом с ним сидел почти чёрный дог-переросток. Под стать хозяину собачка, под стать.

— Скорее идёмте! — выкрикнул своим гулким басом Хагрид. — Я вам такой урок подготовил. Все за мной, вперёд!

Похоже, бородач придумал что-то неординарное. Если учесть слухи, стоит ожидать чего угодно.

Хагрид повёл нас вдоль опушки леса, и это вызывало волнение в глазах многих. Мне же лес, наоборот, нравился. По вполне объяснимым для меня причинам. Как только разберусь с надёжной защитой от дементоров, обязательно там прогуляюсь — эльф так и просится.

Хагрид привёл нас к просторному и пустому загону.

— Прошу встать всех вдоль изгороди! — распорядился он. — Чтобы всем, э-э… было хорошо видно. А теперь первым делом откройте книжки…

— Что? — раздался рядом голос Малфоя, обратив на себя внимание присутствующих. — Как это откройте?

И чего он со всем своим факультетом подобрался так близко к нам? Чтобы от гриффиндорцев подальше? Те как раз совсем в другой стороне. О, Дафна.

— Привет, Гринграсс.

— Грейнджер, — кивнула брюнетка, с недоумением глядя на книжку.

— По корешку погладь, — тихо подсказал я, чтобы слышала лишь она.

Дафна глянула на меня довольно подозрительно, но я лишь улыбнулся в ответ.

— Как мы будем их открывать? — продолжал возмущаться Малфой.

В этот момент Дафна открыла книгу. Я открыл книгу. Мои товарищи с Хаффлпаффа тоже открыли — я им говорил, как это делать.

— Тю-ю, мистер Малфой, — ухмыльнулся я, глядя на недовольного блондина. — Первый раз в руки книгу взял?

Незаметным жестом из-под раскрытой книги я направил палочку в сторону такой же, но закрытой, в руках Малфоя, шепотом произнеся: «Алохомо́ра». Застёжка на его книге раскрылась, и это волшебное чудо тут же раскрылось в виде пасти.

— А-а-а! — завопил блондин, когда книга попыталась пожевать его руку.

К чести Малфоя, он тут же её захлопнул и застегнул застёжку. Само собой, подобное происшествие вызвало смех окружающих, и пока все были отвлечены, спрятал палочку в кобуру так же незаметно, как и достал. Эх, скорее бы полностью восстановить эльфийскую моторику, если это вообще возможно. Навыки возвращаются быстро, это да, но хочется уже всё, прямо здесь и сейчас, а лучше — вчера.

— М-да, мистер Малфой, — улыбался я, глядя на недовольного блондина. — Книга чуть не съела лицо факультета.

— Да, дети… — к удивлению Хагрида, большая часть учеников так или иначе справилась, и причина тому не иначе, как сарафанное радио, ведь я рассказывал о методе. — Правильно, нужно погладить по корешку.

— Хороша шутка, — Малфой, под смешки остальных, буквально исходил негодованием. — Рекомендовать учебник, готовый оттяпать руку!

Меня откровенно веселила спесь этого мажорчика, и молчать в такой ситуации я не считал нужным.

— А вы, мистер Малфой, волшебник, или маггл с палочкой, что справиться с волшебной книгой не в состоянии?

— Думаешь, самый умный? — Малфой двинулся вперёд.

— Знаю.

— Ну всё, хватит! Успокоились все, — чуть повысил голос Хагрид, но с его-то габаритами и тембром этого было более чем достаточно. — Теперь вы можете пользоваться учебниками. Но главное, конечно, волшебные существа. Пойду приведу, подождите…

Хагрид быстро скрылся за деревьями.

— Прекрасно! Школа катится Мордред знает куда! — возмущался Малфой, под одобрительные кивки некоторых товарищей со своего факультета. — Этот олух будет нас учить! Я расскажу отцу — его хватит удар!

В нашу сторону буквально прорывались через толпу Поттер, Уизли и Гермиона. М-да…

— Не забудь его добить тем, что не смог открыть книгу, — не вставить такое после его фразы было решительно невозможно, чем я вызвал череду смешков окружающих, и очередную порцию негодования и презрения со стороны самого Малфоя.

— Заткнись, Малфой, — рыкнул добравшийся до нас Поттер при поддержке своей компании.

— Привет, говорящий ёжик-друг-моей-сестры, — поднял я правую руку, словно римлянин. — Я пришёл с миром.

Очередные смешки загасили конфликт.

— А-а-а… Ёжик? — не понял сразу Поттер, но дошло до него быстро, и парень попытался пригладить торчащие в разные стороны непослушные волосы. — Это… Не исправляется.

— А, вы с мистером Малфоем, очевидно, одной крови.

— Чего-о? — подал признаки жизни блондин, но я его не слушал, обратившись к Дафне. — Мисс Гринграсс, вы не знаете, есть ли заклинания для приведения головы в порядок?

— Если фасада — да. А вот с содержимым могут возникнуть проблемы.

— Полагаю, проблемы могут возникнуть и без оного…

Гермиона, подошедшая явно в составе группы поддержки Поттера, попыталась как-то подобраться ко мне и заговорить, но нестройный топот невдалеке привлёк к себе внимание учеников, а уж когда из леса в загон забежали настоящие гиппогрифы, толпа буквально взорвалась шоком, страхом и восхищением.

Крупные существа, напоминающие известных мне грифонов, но ранее не встречавшиеся ни одному из осколков — из местного бестиария вычитал о них. Размерами они сравнимы с породистыми лошадьми, а внешне являются помесью этих самых лошадей и орла — туловище, задние лапы и хвост от коня, передние же лапы, шея, голова и крылья — орлиные. Окрас равномерный, не такой хаотичный, как у грифонов. Но вот когти на передних лапах внушают — клинки настоящие! Да и клюв. Очень любопытное создание, но эльфийская часть меня не проявила особого интереса — всё-таки тот эльф был в большей степени волшебник и целитель, чем заводчик или рейнджер, что так любят общаться с животными.

Дальнейшие рассказы Хагрида я слушал вполуха, почерпывая лишь важную информацию, мол, существа они гордые, любят соблюдать церемонию. Дабы пообщаться с ними, нужно медленно подойти, поклониться и ждать ответного поклона — типичная тактика поведения с грифоном, если тот изначально не настроен агрессивно. Если гиппогриф поклонится в ответ, можно уже подойти вплотную, погладить там, или даже покататься на нём. И да, с грифонами то же самое. Опять же, если они не настроены враждебно. Готов поспорить, что в их природе и повадках есть ещё пара трюков, а если нарушить озвученную схему, то гиппогриф нанесёт упреждающий удар — всегда лёгкая рана. Без исключений. По крайней мере так делает грифон. А если ты вдруг не понял немного кровавого намёка и полез вновь — вот тут и будет крыться твоя погибель.

После инструктажа не осталось желающих идти на контакт с этими животными, и я могу понять опасения учеников. Как-то раз, помнится, будучи человеком, я повстречал стадо лошадей. Умом я понимал, что они не будут нападать или что-то подобное — деревенские, к людям привычные. Но будь они неладны — они же огромные! И челюсти, и зубы, и носом своим, казалось, сможет «снюхать» меня до скелета! А тут животинка даже больших размеров, с клинками на лапах и клювом, способным откусить тебе бестолковку. Неудивительно, что все дети отпрянули от изгороди. Все, кроме замешкавшегося Поттера — его-то Хагрид и выбрал в добровольно-принудительном порядке знакомиться с гиппогрифом.

Поттер, к своей чести, провёл процедуру знакомства правильно, а Хагрид, усадив Поттера на гиппогрифа, отправил последнего в полёт. Восхищены были все.

— Это безумие… — покачал головой Джастин, приоткрыв рот глядя на мелькающий в небе через кроны деревьев образ огромного животного.

— Это Гриффиндор! — Уизли лыбился, иначе не скажешь, предельно самодовольно, словно он сам сейчас там, в небе.

Уже осознав ту степень напряженности отношений между Гриффиндором и Слизерином, а в особенности между командами Поттера и Малфоя, я ожидал от последнего какой-нибудь пакости. Не зря же он вместе с двумя здоровяками, Крэббом и Гойлом, активно что-то обсуждают, слегка отдалившись от других.

Вскоре гиппогриф приземлился, и наездник-Гарри благополучно спешился. Видок у него был лихой и придурковатый. Парень выглядел счастливым и растрёпанным пуще прежнего. После такого многие проявили желание пообщаться с животными — ребята с энтузиазмом, но без особой храбрости заходили в загон, кланялись гиппогрифам, те кланялись в ответ. Правда, не все. Невиллу пришлось побегать от недовольного гиппогрифа — животное, будучи спущенное с привязи Хагридом, словно на незадачливого детёныша щёлкало клювом на Лонгботтома. Оно не удивительно, ведь озвученный Хагридом подход подразумевает именно такую позицию волшебника перед гиппогрифом — детёныш. Правда, если ты всё-таки нагрубишь или оскорбишь его, то не грех и царапнуть наглеца.

Я же не спускал глаз с Малфоя. Когда подобные люди планируют гадость, это желание буквально витает вокруг них — так было и сейчас. А потому, когда гиппогриф, до которого блондин всё-таки добрался и даже гладил, внезапно встал на дыбы, палочка скользнула мне в руку, а я произнёс одно из школьных заклинаний.

— Акцио, Драко Малфой.

Стоявшие рядом со мной ребята, решившие провести урок в безопасности, посмотрели на меня как на идиота. Но ещё более шокированным взглядом они удостоили буквально прикатившегося к моим ногам Малфоя. Тот отплёвывался от пыли и травы. Хагрид уже бросился к оскорблённому гиппогрифу и вмиг его усмирил простым и действенным способом — мощным ошейником. Ну, а с удержанием такого зверя у этого огромного бородача не было никаких проблем.

— Похоже, мистер Малфой, — в лучших эльфийских традициях, я включил максимальную снисходительность и величие. — Я спас вам жизнь.

Тот вскочил с земли и глядел на меня с негодованием. Остальные ученики быстренько собрались вокруг нас и внимательно слушали. А я ждал. Ждал, что скажет Малфой, ведь сейчас он меж двух огней.

— Я прекрасно знал, что делаю! — выдал он одну из возможных реплик, поправив рукой волосы.

— Ох, неужели вы целенаправленно спровоцировали гиппогрифа на упреждающий удар? — заложив руки за спину, я медленно пошёл вокруг блондина. — Дискредитировать мистера Хагрида, получить лёгкую травму? Неужели вы так испугались выступить с командой на приближающемся квиддичном матче. Выступить, в небе с дементорами?

Малфой резко дёрнулся, и молча направился прочь, прихватив с собою своих друзей, Крэбба и Гойла.

На этой замечательной ноте Хагрид решил закончить урок, и все мы отправились обратно в замок. Не смог не завести разговор о случившемся Джастин, шедший рядом со мной.

— Я уже говорил, что Малфой мне не нравится?

— Да.

— Так вот. Он, конечно, мне не нравится, но ты не перегибаешь ли палку?

— Меня просто забавляет этот недалёкий простачок. Все его интриги кната ломаного не стоят. А его спесь и презрение к окружающим так и просятся на ответную реакцию. Подумай, мой дорогой друг. Малфой, помимо прочего, являются заводчиками гиппогрифов, а их питомцы не раз занимали первые места на европейской выставке ездовых волшебных животных.

— А ведь и вправду! — удивился шедший по другую сторону Эрни. — Я читал об этом в Пророке лет в десять.

— Именно, — кивнул я.

Когда мы зашли в холл, ученики начали разбредаться кто куда.

— А также стоит понимать, — краем глаза я отметил прибившуюся к нам Гермиону с Поттером, явно желавшую начать разговор, но ожидавшую конца моей речи. — Малфой замыслил неладное сразу, как только увидел гиппогрифов. Если бы его замысел удался, он бы не только саботировал квиддичный матч, но и урок Хагрида.

— А матч тут при чём? — не понял сути Джастин.

— Малфой — единственный ловец факультета. Замены ему нет. Или известная мне информация не достоверна?

— Да вроде бы так всё.

— А насчёт Хагрида… Кто-то говорил, что с ним дружит Поттер. О конфликте Малфоя и Поттера не слышал только глухой в этом замке. Испоганить жизнь Хагриду — испоганить жизнь Поттеру. Ранение на уроке профессора-новичка, да ещё полукровки — повод для раздутия такого скандала, что Хогвартс лихорадить будет год, а под Дамблдором — шататься кресло. Я уверен, что у такого волшебника должны быть враги.

— Как всё сложно… — почесал голову Джастин. — Ты уверен, что Малфой продумал всё это?

— О, нет. Он туп, как пробка.

Идущие рядом хохотнули.

— Скорее всего, он придумал этот план на ходу. Стоит помнить, как негативно он отзывался о самом факте того, что профессор — Хагрид.

Разговор заглох сам собой, и именно этот момент выбрала Гермиона, чтобы заговорить.

— Гектор, привет.

— Привет.

— Нужно поговорить.

— Это ведь не на две минуты, да?

— Само собой!

— У меня сейчас Руны, а после — у нас обед. Садись к нам за стол, поговорим.

— Эм… Хорошо, так и сделаю.

Гермиона быстренько убежала в известном ей одной направлении, за ней же поплёлся и Поттер. Мои товарищи понятия не имели, где кабинет рун, да и самим им ещё на свои занятия идти. Вот и остался я в итоге один посреди коридора. Осталось только повесить мантию на сгиб локтя, и начать оглядываться по сторонам недоумевая. Кажется, будет первый прогул. Эх, скорее бы обед…

Загрузка...