Где-то во времени. Часть вторая.

Часть 25

— А теперь представь ведущую звездочку такой гусеницы…

Я снова задрал голову, пытаясь прикинуть в голове общий размер конструкции.

— А теперь скажи мне, какого размера, сука, должен быть завод, на котором эту звездочку отлили? Вся эта гигантомания только в «Звездных войнах» убедительно смотрится. Так и то там «Звезду Смерти» хотя бы в космосе из модулей собирали… Хотя бы проблем с давлением на грунт не было…

— Это вам на приборостроительном объясняют? — уточнил Вишняков.

Гарик неопределенно махнул рукой.

— Слушай, — задумчиво протянул я. — А что, если ты мыслишь критериями нашего мира, в котором это действительно технологически невозможно. Но, может, переработка использует какие-то другие принципы, до которых наши светлые умы еще не додумались?

— Точно! — закивал Бабах. — Броневик Трэйтора вспомни! Рельсы в нашем мире нет, но ты же сам видел, как она бахает!

— Бытует мнение, что рельса в нашем мире как раз есть. Америкосы вроде бы разрабатывают для флота, — сказал я.

— Зануда, — отмахнулся Вован. — Ну, хорошо, а наноботы, которые мне рану за полчаса залечили?

— Вот, Бабах дело говорит, — кивнул я. — Может, вся эта махина использует супер-пупер легкие и прочные сплавы. И более мощные источники энергии. Или какие-нибудь антигравитационные установки… К тому же еще месяц назад мы бы не поверили, что между мирами перемещаться можно, и переходы за собой закрывашками подрывать… А теперь сидим на краю огромных следов, посреди чёрт пойми какого мира, а за нами вон целый караван кочевников постапокалипсиса по самодельным мостам перебирается…

Гарик хмыкнул и затянулся.

— А ты чего вообще так из-за следов разволновался?

Мезенцев выпустил струйку дыма и посмотрел на нас с Вованом, щурясь от лучей вечернего солнца.

— Пока своими глазами не увидел, надеялся на то, что это всё глупые выдумки.

— А что это теперь меняет?

— Меняет, — Гарик пожал плечами. — Неприятно осознавать, что когда вернемся домой, туда может вторгнуться вот такая вот хреновина и положить всему конец за считанные дни… Чёрт! Вот ты моралист хренов. Зря мы Нат не пошли искать. Надо этого Трэйтора выцеплять и пусть колется, что о переработке знает… — сказано это было искренним, немного раскаивающимся тоном.

Я добродушно улыбнулся. Как бы Гарик ни старался казаться рассудительным и прагматичным лидером, но в глубине души он всё же проникся судьбами окружающих людей. Теперь я был точно в этом уверен. А по-другому и быть не могло, неспроста же мы друзья. Только я искренне надеялся на то, что Игоря не гложет схожее моему чувство самоедства.

— Всё будет хорошо, — я хлопнул его по плечу, подняв с футболки облачко пыли.

— Тохан не моралист, а зануда, — добродушно улыбнулся Вован. — Кого хочешь своим бу-бу-бу достанет.

— Есть немного, — я согласился. — Но раз уж речь зашла, у меня в голове не укладывается вся эта история с равновесием энергии. Вам не кажется это как-то тупо, что ли? Перерабатывать целые миры, чтобы добиться равновесия.

— Не кажется, — ответил Гарик, делая затяжку. — Но я сейчас не про энергию мира, а про энергию с позиции физики и этой хреновины… Она же буквально перерабатывает мир, понимаете?

— Ну да, она поэтому так и называется, — напомнил Вован.

— Вот логично выходит. Смотрите, если представить, что эта махина полностью автономна, значит должна себя обеспечивать всем необходимым, так?

Я кивнул.

— Вот и получается, что ей нужны материалы, металлы, электроника и всякое такое.

— Еда и вода, — многозначительно добавил Бабах.

— Не без этого. Ведь наверняка какую-то часть людей содержат где-то до того, как переработают. Ну а вода практически в любом техпроцессе задействована. В общем, я это к чему… Исходя из таких габаритов она должна только и делать, что поглощать миры и ресурсы, перемещаясь от одного к другому, как медленная, но очень прожорливая черепаха. А еще на случай серьезной поломки где-то ремонтироваться. Не поверю, что во время вторжения ни одна ракета или снаряд по ней не прилетает…

— А еще эта штука может вторгнуться только на какое-нибудь условное плато, — заключил я. — Наподобие этого.

— Да, согласен на все сто. Не думаю, что такая громадина способна по горам или болотам лазать. Вояки правду говорили. Есть логика в появлении небольших групп тех же чертей. Они наверняка выискивают подходящее место для громадины. Так что действительно проще их сразу хлопнуть и порталы закрыть, пока эта хреновина не выползет.

— И что, думаешь, в каждом мире такое поле находят? — спросил Вован.

— А почему бы и нет? — Гарик пожал плечами. — Пока что все миры, в которых мы побывали, оказались примерно похожи на наш. А у нас при желании можно до фига открытых ровных участков отыскать.

— В Казахстане степей полно, — заключил я.

— Да много где. Чёртова переработка…

— Я смотрю, ты тоже начал ее недолюбливать, — философично заметил я.

— Знаешь, Палыч, я просто попытался поставить себя на место этих людей, — Гарик согнул ноги в коленях и положил на них руки. — Не получается, конечно, но всё же это очень стремно… Живешь себе, ни о чём плохом не думаешь, а потом посреди ночи тебе черная хреновина вырывает сердце. Или этот кровохлёб прибегает… Повторюсь, не хотелось бы, чтобы такая штука в наш родной мир въехала…

— А в другие миры, получается, хотелось бы? — без всякой издевки спросил я.

Гарик посмотрел в мою сторону и грустно помотал головой.

— Так-так, парни, — затараторил Вишняков. — Вы же помните, что нам надо домой вернуться?

— Конечно, — не стал спорить я.

— Это хорошо. Просто у вас сейчас такой вид, будто вы готовы переработку бежать искать и на винтики разбирать…

— Нет, Володь, — улыбнулся Игорь. — Мы даже не знаем, где эта хреновина паркуется. К тому же я не захватил гаечный ключ походящего размера, чтоб ее разбирать. А ты, Тохан?

Я наигранно похлопал себя по карманам брюк и помотал головой.

— Ладно, пойдем в машину. Похоже, наша очередь подошла.

Гарик докурил и выкинул бычок в отпечаток гусеницы.

«Наше незнание того, где прячется переработка, вполне естественно, — подумал я, поднимаясь. — Мы в эту историю вообще случайно вляпались. А вот почему пресловутые кустосы до сих пор ее не вычислили и не попытались уничтожить — хороший вопрос…»

Отряхнувшись, мы направились к Боливару. Я невольно вспомнил слова Разин Ренас, связанные с шаром. Точнее с окружностью. Жаль, что из-за пресловутого косячка я плохо помнил последнюю часть разговора, но, может быть, эта гусеничная махина тоже была частью этой самой окружности? Окружности, на которой события постоянно повторяются, но не точь-в-точь, а с небольшими вариациями? Что бы это ни значило. Может быть, поэтому кустосы не могут найти и уничтожить переработку, а просто преследуют ее до бесконечности в этом замкнутом круге? Подобно временной петле из «Терминатора»?

За размышлениями на подобные темы я и провел остаток дня. Тем временем, перебравшись через отпечатки гусениц, караван продолжил движение. Гарик оказался прав, и до следующей цепочки следов мы так и не добрались, повернув параллельно имеющимся. Зато их вполне можно было различить сквозь облака поднятой пыли за боковыми стеклами буханки.

Наутро следующего дня шрамы на поверхности плато резко оборвались, и грузовики продолжили движение. Казалось, солнце начало припекать еще сильнее, выжигая и без того редкие островки растительности и мелких кустарников. И вот среди выгоревших красок, бескрайнего светло-голубого неба, огромных облаков белёсой пыли нашему взору предстал торговый город Раухаш.

На подъезде к поселению караван выбрался на старое асфальтовое полотно. Впрочем, надо отметить, что дорогу здесь старались поддерживать в надлежащем состоянии. Деформированное ограждение заботливо выкрасили в бело-черный цвет. Мелкие выбоины и трещины засыпали щебенкой и залили какой-то черной массой наподобие гудрона. Особо крупные дефекты полотна предусмотрительно огородили, а рядом стояли топливные бочки с прикрепленными к ним дорожными знаками объезда. Через окно буханки я отчетливо различил, что емкости для устойчивости были заполнены песком и осколками каменных цветов.

Но, несмотря на всё это, назвать Раухаш гордым словом город можно с большой натяжкой. Очевидно, что он и до вторжения был небольшим, а теперь и подавно. Даже город вырванных сердец на его фоне смотрелся крупным мегаполисом с частой застройкой.

Обитаемыми оказались лишь несколько улиц с рядками двух и пятиэтажных коробок. Остальные же здания, видневшиеся сквозь просветы, стояли неухоженными и без стекол. Как и всё в этом мире, дома казались столь же обыденными, разве что концепция округлых крыш, напоминавших спиленные верхушки цистерн, прослеживалась и здесь.

Зато фасады были выкрашены в приятные пастельные оттенки желтого, зеленого и голубого. Точно такими же клан Песта покрывал элементы своих грузовиков и фургонов. Впрочем, мне подумалось, что изначально цвета наверняка были яркими и насыщенными, а нынешний оттенок приобрели, выгорев на солнце.

Мы уже знали, что Раухаш расположен по пути к точке проведения соревнований за право обладания. Многие кланы останавливались именно здесь для совершения торговых операций и обмена последними новостями. Специально для этого прямо за жилыми улицами расчистили просторные стоянки. Рядом с каждой из них располагался пятиэтажный дом, который хоть и привели в порядок, но он выглядел более обветшалым. Получалось, что востребованы такие здания были лишь раз в пять лет, когда Раухаш наводняли участники соревнований.

Еще в глаза бросалось огромное количество водосточных труб, спускавшихся по углу каждой постройки. Даже вдоль фасадов бесхозных и полуразвалившихся коробок виднелись конструкции из листового железа и громоздкие резервуары, стоявшие рядом.

При подъезде к Раухашу я заметил большие цистерны наподобие тех, в которых хранились ГСМ. И действительно, издалека всё это напоминало самую настоящую нефтебазу, вот только расположена она была вопреки всякой логике и правилам техники безопасности.

Во-первых, полностью отсутствовала земляная насыпь, которая просто обязана окружать подобное хранилище. Во-вторых, цистерны примыкали к фасаду одного из домов. С нескольких балконов даже были прокинуты самодельные пешеходные мостки с аккуратными перилами.

Под большим навесом, вдоль опор которого тоже тянулись водосточные трубы, расположилась тяжёлая строительная техника. Я успел заметить пару гусеничных тракторов и автокран. Видимо, благодаря этим машинами местные жители и возвели данную «нефтебазу».

Территория так же была огорожена забором из бетонных плит, а на углу прилегающего здания виднелся особо укрепленный балкон, выступающий в роли наблюдательной точки.

Всё это казалось крайне любопытным, и нами завладело предвкушение чего-то волнующего и неизведанного. Карта, нарисованная шаманкой Ренас, была тщательно изучена и сейчас покоилась в бардачке. Толстая красная линия, аккуратно следующая изгибу дорог, упиралась прямиком в Раухаш, после чего бежала дальше, постепенно отклоняясь от маршрута к месту состязаний.

Нам же следовало забраться немного выше и уйти в сторону километров на пятьдесят, если масштаб карты не врал. Перепад высот, согласно отметкам, здесь был небольшим, но всё же Боливару предстоял подъем на возвышенность.

— Я же говорил, что Тохан справится, — хитро улыбнулся Мезенцев, когда я закончил рассказ о вечерних посиделках в палатке Разин.

— А с чего вы взяли, что мы там сразу переход найдем? — скептически заметил Вишняков. — Я вот ничего не понял, что именно нас там ждет.

— Что-то важное, — заключил я. — А что может быть важнее, чем вернуться домой?

— Логично, — заметил Гарик.

Вишняков задумчиво почесал подбородок.

— В любом случае иметь цель для движения намного лучше, чем просто бессмысленно крутиться по миру, — добавил я.

Потом, неоднократно обсуждая и фантазируя на тему всего услышанного, Гарик еще раз согласился с теорией о том, что в этом мире что-то блокирует способности медальонов. Во всяком случае, такая мысль, за отсутствием других объяснений, не была лишена смысла.

Караван сбавил скорость. Стоило выбраться на асфальт, как пылевая завеса за бортом буханки тут же рассеялась, и у нас появилась возможность как следует рассмотреть Раухаш.

Местные жители, облачённые в разномастную одежду, провожали гудящие грузовики и фургоны довольными взглядами. Старики о чём-то переговаривались, указывая пальцами в сторону прибывающих машин. Наверное, предвкушали обмен товарами и информацией.

Детвора радостной толпой бежала вдоль дороги, что-то выкрикивая и размахивая руками. Люди постарше кивали и делали приветственные жесты. После однообразного вида за окном было очень непривычно наблюдать красочные фасады зданий, яркие узоры на заборчиках и ослепительный блеск чистых стекол. Так что, быстро насладившись яркой картинкой, я переключил внимание на окружающих. К тому же мне не хотелось отставать от парней в этом вопросе. Я тоже хотел подметить что-нибудь важное для понимания местного уклада жизни, чтобы Вован с Гариком слишком не зазнавались своей наблюдательностью.

Было видно, что далеко не все люди ведут себя одинаково. Жители Раухаша выглядели весьма спокойными и приветливыми. Но разномастная толпа состояла не только из них. Были тут и небольшие группки людей, облаченных в схожую одежду на манер песочных брюк и безрукавок Красных Коней. Как правило, они держались вместе и провожали наши грузовики скорее оценивающими, нежели любопытствующими взглядами.

И больше всего среди них было мужчин в выгоревших коричневых накидках и с лысой головой, прикрытой чем-то, напоминающим небольшой тюрбан со свисающими тканевыми пыльниками. Держались они весьма вальяжно, словно торговый городок был их вторым домом. В отличие от воинов Пасида Песта, данные ребята носили элементы легкой брони, как правило, состоявшей из наколенников, налокотников и щитков, прикрывающих голени и предплечья. На торсе виднелась легкая защита, выполненная на манер игроков в американский футбол.

Позже, когда караван свернул в сторону расчищенной площадки, и мы выбрались из машины, подскочивший Рагат быстро объяснил, что это ребята из клана Костоломов. Они прибыли сюда день назад и уже успели провернуть несколько удачных торговых сделок. Помимо них, в Раухаше сейчас находилось еще два клана поменьше, а внушительная делегация Пыльников вчера покинула город, направившись к месту соревнований, оставив только нескольких наблюдателей, чтобы не пропустить какие-нибудь интересные новости.

Меня поражала скорость, с которой сын Великого Коня умудрялся оказываться в курсе дел. Казалось бы, мы только и успели, что занять почетное место рядом с грузовиком Пасида и подождать, пока припаркуются остальные машины, а паренек уже успел получить нужную информацию.

«Теперь я больше чем уверен, что скоро весь Раухаш будет в курсе того, что в город прибыли странники, — улыбнулся я. — Как он умудряется с такой скоростью всё узнавать? Будто у него в каждой точке есть свой человек, который подбегает к машине, как только она остановится, и быстро выпаливает всё, что знает».

Вокруг царила деловитая суматоха. Фырчали двигатели, скрипели тормоза. С бортов останавливающихся машин осыпались струйки светлой пыли, и отовсюду раздавался гомон голосов.

Мы выбрались из буханки и тут же оказались во власти несмолкающего Рагата. Мне казалось, что он реально способен переговорить даже Бабаха, если будет такая задача. Впрочем, сейчас это было особенно просто сделать, потому что Вовка крутил головой из стороны в сторону, подмечая, куда паркуются кобылицы.