Хродир Две Секиры

Глава 25. Ars Negotoria

Серпул глянул на Фламмула. Великан снял с пояса цилиндрический кожаный футляр-скрутку, вынул оттуда пергаментный свиток и положил на стол перед Ремулом.

– Ты в этих лесах читать не разучился? – спросил Серпул у Ремула, – читай ты, чтоб у Хродира недоверия не возникало.

Ремул почесал лоб над бровью:

– Учти, мы будем настаивать на изменении текста, если нам что-то не понравится, – сказал он и начал читать договор вслух.

«Я, Кес Серпул Унула, наместник Северной Цислимесной Таветики, говорю от имени народа Ферры. Я, Хродир сын Хельвика из вопернов, прозвищем Две Секиры, говорю от имени таветских племен вопернов, сарпесков, рафаров, марегов и иных племен, что признали либо признают меня риксом над ними…»

– Стоп, – прервал Хродир, – вот те же мареги – они меня риксом не признали. Правда, теперь по сути и нет марегов, но дела это не меняет – Марегенхема нет, а Марегенланд есть, и он подо мной. Меняйте текст.

Серпул глубоко вздохнул, достал стилос и большую церу-триптих, и стал записывать.

– Предложи, как поменять, – сказал он Хродиру.

Рикс открыл рот – и закрыл. Придумать с ходу четкую формулировку по-феррански он явно не мог, и хорошо это понимал. Он вопросительно глянул на Ремула, и тот предложил:

– «От имени населения земель, над которыми простирается мой риксрат», – сказал названный брат рикса, и Серпул записал за ним.

– Читай дальше, – сказал наместник Ремулу, и тот продолжил:

«От имени… Так, тут правим… Далее: Мы говорим: мы отныне утверждаем дружбу народа Ферры и народов, упомянутых как народы под риксратом Хродира сына Хельвика из вопернов. Будучи друзьями, мы договариваемся о следующем…»

– Погоди, – Хродир нахмурился и помотал головой, – а что вообще значит формулировка «дружба с народом Ферры»? Что это за дружба? Как-то мне не хочется младшим другом становиться.

Наместник вздохнул, закрыл церу и отложил ее. Взгляд его, направленный на Хродира, выражал смесь усталости и сожаления.

– Хродир, – сказал он, – мы так, похоже, никогда не договоримся. Давай сделаем проще. Я тебе еще раз абсолютно честно говорю: я по-настоящему заинтересован в союзе с тобой, и мне совсем неинтересно заниматься крючкотворством. А ты, как я вижу, ведешь себя, как обычный ферранский сутяга – придираешься к каждому пункту.

Хродир было открыл рот для возражения, но Серпул, выставив ладонь в успокаивающем жесте, продолжил:

– Давай по-честному. Что ты, рикс Хродир, хочешь от нас, ферранов? – Серпул оперся локтями о стол, наклонившись к риксу.

Рикс почесал за ухом.

– Как-то не с того вопроса мы заходим, – сказал он, – первый вопрос сейчас – это что ТЫ, Кес Серпул Унула, хочешь от меня. Ты же приехал договор заключать – что ты хочешь получить по этому договору?

Серпул улыбнулся по-тигриному.

– Вот это уже другой разговор, – сказал наместник, – ты, похоже, действительно способен стать серьезным человеком. Я уже сказал, чего хочу – спокойного Лимеса. Я хочу, чтобы сразу за Лимесом был лояльный мне сильный рикс, способный сделать так, чтобы мне не пришлось отражать нападения на Лимес. А если вдруг возникнет угроза за Лимесом – то этот рикс должен с угрозой покончить самостоятельно, без ферранских войск. За это я готов платить, и мне теперь интересно, что нужно тебе, рикс Хродир – чем я могу заплатить тебе за это?

Хродир облизнул губы.

– Мне нужно кормить своих людей, – ответил Хродир, даже не задумываясь, – особенно весной, когда за зиму урожай уже съели. Мне нужно, чтобы ферраны приходили сюда только с дружескими намерениями и не пытались мои земли завоевать, да и вообще завоевать хоть что-то с этой стороны Лимеса. Мне нужно, чтобы мои люди – я имею в виду торговцев – могли ходить за Лимес и торговать там, а не как сейчас, только на самом Лимесе.

Серпул кивал каждый раз, когда Хродир озвучивал очередное требование.

– Ничего невыполнимого, – пожал плечами наместник, – только вот с купцами… Загвоздочка есть.

Хродир фыркнул:

– Так и знал, – сказал он, – чем тебе не нравятся таветские купцы к югу от Лимеса? Это честные люди, они не будут обманывать…

– Не о том речь, – перебил Серпул, – скажи мне, чем собираются торговать твои купцы в ферранских землях? Что такого у нас нет, что у вас есть? Разве что меха?

– Не только меха, – рикс вздохнул, и видно было, что ему гораздо интереснее военные, а не торговые дела, – еще ротварк, мёд… Да в принципе, если захочешь – назови товар, я подумаю.

Серпул покивал головой. Предложение Хродира, в принципе, выглядело интересным – надо было обсуждать, пока оно было в силе.

– Ты знаешь, – сказал ферран, – меха и мёд – это интересно, но, признаться, ты не единственный, кто может нам это предложить – вся Таветика этим с нами торгует. Ротварк – это уже интересней, его только твои рафары делают. Но у меня есть… мне интересны три особых товара, которые есть у таветов, но нет у нас. Сможешь их нам поставлять – и лично я, Кес Серпул Унула, буду тебе очень признателен. Увидишь, что такое признательность серьезного человека.

Теперь интересно стало уже Хродиру.

– Что за товары? – спросил он, – какие-нибудь редкие меха? Ледяной медведь, например?

Серпул покачал головой и сказал:

– Нет, – ферран вздохнул, – первый товар довольно прост, но, признаюсь, сейчас в Ферре в дефиците. Это рабы.

Хродир удивленно поднял брови:

– Рабы? – переспросил он, – у Ферры дефицит рабов?

Серпул покивал.

– У Ферры давно не было завоевательных войн, – вздохнул наместник, – поэтому да, рабов у нас сейчас особо не прибавляется, а это немного тормозит замыслы Императора. Лимес на хаттушской границе силами одних лишь легионов не построить.

Хродир на пару мгновений задумался, но всё же до конца не понял, о чем речь – и пожал плечами.

– Не суть важно, – сказал Серпул, – важно то, что нам нужны свежие рабы. Много.

– Ты мне предлагаешь продавать вам таветов в рабство? – поинтересовался рикс.

– И это мне говорит рикс, покоривший три народа, один из которых он в этих самых рабов и обратил, – ответил Серпул, глянув на Хродира с тигриной улыбкой, – рикс, раз уж сами Боги делают так, что ты можешь целое племя сделать рабами – то к кому мне обращаться, если не к тебе?

Хродир вздохнул – ферран был прав.

– Я просто никогда не занимался этим, – рикс развёл руками, – я не знаю, как это делается.

– Я готов хорошо платить за рабов, – сказал Серпул, – ты можешь отдавать их своим купцам, устанавливая свою цену – купцы поедут к нам, продадут рабов, и отдадут тебе назначенные тобой деньги. Что они сверху заработают – то их. Так все риксы поступают, которые с нами торгуют рабами – Хартан, например.

– Хартан? – удивился Хродир, – а мне он говорил, мол, рабами с вами не торгует, мол, сложно это…

Серпул рассмеялся – вместе с ним прыснул басом и Фламмул.

– Это Хартан рабами не торгует? – спросил он сквозь смех, – прекрасно он торгует, особенно роданскими рабами. Роданы, чтоб ты знал, друг с другом постоянно воюют, похлеще вас, таветов – только стараются не убивать, а в плен брать, как раз для продажи. Хартан, видимо, с каким-то роданским конасом дружит – тот ему, судя по тому, что мы от него получаем, рабов-то поставляет исправно.

Хродир снова вздохнул.

– Хорошо, насчет рабов я подумаю, – рикс кивнул и поерзал на скамье.

– Второе, что нам интересно, – сказал Серпул, – это вот такие камушки, – с этими словами Серпул снял с пояса кошель, развязал его и высыпал на стол горсть желтых камушков разного размера и оттенка.

Хродир взял пальцами крупный камешек, оказавшийся очень лёгким – и сразу понял, что это такое.

– Янтарь, – сказал рикс, – такой камень я видел не раз.

– Мы называем его электрул, – Серпул взял другой камешек пальцами и посмотрел сквозь него на огонь масляной лампы, – и я абсолютно точно знаю, что его везут откуда-то с верховьев Тарара, то есть из Северной Таветики. Ты, случайно, не знаешь, где его добывают?

Хродир покачал головой:

– Нет, но я знаю, у кого спросить, – рикс положил камешек назад на стол, – вроде как Хальнар говорил, что принимал от кого-то оплату за ротварк именно янтарем. У него и спрошу.

– Спроси, – Серпул ладонью сгреб камешки назад, в кожаный кошель, – за него я готов платить очень серьезно. Серебром по весу.

Рикс улыбнулся:

– Если янтарь, как ты говоришь, действительно добывают только на нашем Севере, – сказал он, – то, как я подозреваю, в Ферре за него платят гораздо больше? Серебром по весу за столь лёгкий товар – слишком мало, Серпул.

– А сколько ты хочешь? – спросил Серпул, – я просто прошу тебя поставлять его нам, и всё. Заплачу щедро.

– Я подумаю, – поморщился Хродир, – и я за то, чтобы янтарь продавать не на вес, а по размеру.

– Хорошо, – пожал плечами Серпул, – ты привези, а там договоримся.

Хродир кивнул и сказал:

– А что за третий товар, о котором ты упоминал?

Ферран пожевал губами.

– Рикс, я знаю Таво, а оттого прошу твоего разрешения, чтобы Фламмул обнажил клинок. Без умысла на бой, просто показать.

Хродир пожал плечами – мол, разрешаю. Серпул кивнул Фламмулу, и тот извлёк меч, что раньше уже видели и Хродир, и Ремул – однолезвийную спату с клинком из голубого булата.

– Знаешь, что это? – наместник указал на клинок, – какой это металл?

– Голубой булат, – Хродир пытался скрыть интерес и восхищение, но получалось у него это откровенно плохо, – редкая вещь.

Серпул с улыбкой покивал:

– У нас его называют ледяным булатом, – кивнул наместник, – мечта любого воина. И везут его, рикс Хродир, всё по тому же Тарару, только вроде как не от таветов, а от роданов, а точнее – с Ледяного, или Льдистого, Хребта – это горы далеко на севере. И вот за него, за ледяной булат, я готов платить золотом по весу. Скажу сразу – я просил у Хартана наладить его поставки – Хартан не справился. Возможно, это выйдет у тебя.

Рикс снова вздохнул.

– Если наладишь поставки этих трех товаров мне, – продолжил Серпул, – я буду пускать твоих купцов дальше Лимеса.

– А почему именно тебе? – спросил Хродир, – почему не на ваши рынки, что за Лимесом?

– Потому что без гражданского жетона таветам за Лимесом появляться опасно, – пояснил наместник, – законы Империи защищают граждан куда лучше, чем пришлых. Твои купцы разве имеют имперское гражданство?

Хродир отрицательно помотал головой. Серпул пояснил:

– Я правлю имперской областью, населенной в основном таветами, Хродир, – сказал наместник, – и я тебе могу сказать, что среди ее обитателей есть… не совсем честные люди. Понимаешь, имперское гражданство означает, что человек находится под защитой законов Ферры, Ферранского права – для ферранов Право является тем же, чем для вас Таво. Имперского гражданина, например, невозможно просто так обратить в рабство – за такую попытку предусмотрено очень серьезное наказание. Я сам несколько раз судил разбойников, что ловили граждан и пытались продать их, как рабов – всех этих разбойников я приказал распять на крестах. Так вот, эти нечестные люди, о которых я говорил – то есть такие же разбойники, вполне могут обидеть твоих купцов, и я не смогу ничего сделать – закон не защищает не-граждан.

– И что с этим делать? – спросил Хродир, – как моим купцам продавать тебе товар?

– Я направлю своего человека на Лимес, в Каструл Вопернул, – ответил Серпул, – твои купцы могут продавать свой товар ему. Если твоим купцам в силу каких-то причин придётся ехать южнее – пусть делают это на собственный риск. Я могу запретить своим людям их трогать, но разбойникам что-то запретить сложно.

– Может, я буду снабжать купцов охраной? – пожал плечами Хродир, – я думаю, разбойники не сотенными отрядами ходят, а ватагами человек по пять-десять.

– Нет, – подумав несколько секунд, поморщился Серпул, – еще только таветских вооруженных отрядов мне в провинции не хватало. Я имею в виду отрядов, не подчиненных мне и моим офицерам, – поправился Серпул, уловив неприязнь во взгляде Хродира.

– Почему так? – спросил Хродир, – ты же вроде ландарикс Северной Цислимесной Таветики, то есть вроде как рикс нескольких таветских племен?

Серпул кивнул.

– Одиннадцати племен, – сказал он, – тут ты прав, я им по Таво – рикс, а по Lex Ferranicul – наместник. Моя власть как наместника опирается на ферранское присутствие и ферранское золото, а как рикса – на лояльных мистуров и на… Назовём это местной стражей, Militia Terrum Norda Tauetica Cislimes. Эти отряды стражи набираются из таветов одиннадцати племен Северной Цислимесной Таветики – если бы у каждого племени был рикс, эти отряды были бы их, риксов, дружинами. Только вот командуют этими отрядами ферранские офицеры – центурионы и префекты когорт, а все бойцы в них – хоть и таветы по крови, но ферраны по гражданству. И у меня, рикс Хродир, нет ни малейшего желания, чтобы какие-то иные вооруженные таветы, кроме моей Милиции, ходили по дорогам вверенной мне провинции.

Хродир помотал головой:

– То есть ты настаиваешь, чтобы мои купцы продавали товар твоему человеку на Лимесе?

– Нет, – сказал Серпул, – но так будет лучше для всех, включая самих этих купцов.

В разговор вступил Ремул:

– Серпул, – сказал он, – а почему бы тогда твоим доблестным «милиционерам» не сопровождать наших купцов за отдельную плату?

Серпул снова по-тигриному ухмыльнулся и почесал подбородок:

– Плата за такое большой будет, – сказал наместник, – сам подумай: товар ваши купцы повезут дорогой, охотников до него будет много – риск моих воинов должен оплачиваться. Выгодна ли тогда будет такая торговля?

– Ну, это уж купцам решать, – буркнул Ремул, – их дело – нам наше отдать, а уж сколько они себе наторгуют – их дело…

– Ладно, – пожал плечами Серпул, – я готов давать вооруженное сопровождение вашим купцам, но о цене пусть договариваются сами купцы с моими преторами – там же, в Каструл Вопернуле. Давайте-ка обсудим еще одну вещь, которая должна быть в Договоре…

Хродир и Ремул напряглись – всё, что они хотели обсудить, уже было проговорено.

– Я, кажется, уже упомянул, – сказал Серпул, – что мне нужен серьезный рикс за Лимесом. Рикс, способный помочь в ферранских делах за Лимесом, – наместник облизнул губы и замолчал.

– Каких еще делах? – пожал плечами Хродир, – на мой взгляд, никаких дел у Ферры за Лимесом быть не должно.

– Не должно, – кивнул Серпул, – а они есть. Поэтому-то мне ты, Хродир, и нужен. Иначе вообще в договоре смысла нет – я тебя бесплатно кормить не обязуюсь.

– Так не бесплатно же, – сказал рикс, – а за спокойствие Лимеса.

Серпул растянул улыбку так широко, что очень хорошо стали видны клыки, делавшие эту улыбку тигриной.

– Ты думаешь, я намерен тебе платить едой и золотом, чтобы ты сам не нападал на Лимес, Хродир? За такое, рикс, платят сталью мечей и пилумов, а не едой. Мне отсутствие в провинции легиона не помешает остановить любой твой набег – зачем мне платить за это? Еще раз – я тебе намерен платить за безопасность Лимеса, а не за отсутствие опасности от тебя. Понимаешь разницу?

Хродир вздохнул.

– А разница, Хродир, – взгляд Серпула похолодел, – заключается в том, чтобы ты своими силами ликвидировал опасность для интересов Ферры за Лимесом, а не просто сам не был такой опасностью. Вот за это я готов платить. Твой отец, славный Хельвик, да пирует он с Богами, это понимал – поэтому и щипал сарпесков периодически, а ты, как я вижу, мыслишь иногда не как рикс, а как разбойник.

Рикс сжал зубы:

– Я. Понял, – раздельно сказал он, – хорошо. Я готов за твою плату решать твои вопросы за Лимесом, но и плата будет…

– Такой, о какой мы сейчас договоримся, – перебил Серпул, – и не надо так злиться. Я, видишь ли, всегда готов и сам помочь тебе военной силой, если ты попросишь – но ведь ты сам сказал, что ты не допустишь ни единого отряда ферранов на свою сторону Лимеса.

– Я и сейчас это говорю, – произнес Хродир, – я не хочу видеть севернее Лимеса даже одной центурии ферранов.

Серпул, оставив локти на столе, поднял ладони вверх:

– И не увидишь, – сказал он, – раз это так для тебя важно, мы это в договоре пропишем. Но…

– Что – но? – жестко спросил рикс.

– Слушай, Хродир, – ферран, кажется, слегка замялся, – а как ты смотришь на добычу? На возможность похода за добычей в другие земли?

Хродир удивленно глянул на собеседника:

– Ты же сам сказал, чтобы я не смел посягать на Лимес, и других от него отгонял! – рикс выпрямил спину, – ты же для этого договор со мной заключаешь, нет?

– Несомненно, – сказал Серпул, – но это не значит, что ты не можешь пересекать с войском Лимес по моему разрешению.

Рикс молча слушал.

– Есть две ситуации, в которых твоя военная помощь может понадобиться мне южнее Лимеса, – Серпул поднял два пальца, – во-первых, если у меня возникнут проблемы с моими таветами.

– Ты не веришь своим людям, у которых ты риксом? – спросил Хродир.

Серпул покачал головой.

– Я – наместник Северной Цислимесной Таветики, – сказал он, – помимо моей провинции, есть еще Южная Цислимесная Таветика. Знаешь разницу между ними?

– Северная – ближе к Лимесу, – предположил Хродир, а Южная – видимо, к Ферре.

– И поэтому, рикс Хродир, – подхватил наместник, – население их сильно отличается. И там, и там живут таветы – только вот в Южной Таветике они таветы лишь по цвету глаз и волос да по названию, да и то – настолько сильно смешиваются с ферранами, что через сто-двести лет каждый житель тех мест будет чем-то средним между таветом и ферраном. Уже сейчас они одеваются как ферраны, говорят по-феррански даже между собой, живут по Lex Ferranica, а не по Таво – в общем, они в полном смысле этого слова имперские граждане. А вот в моей провинции, в Северной Цислимесной Таветике, жители – такие же таветы, как и за Лимесом, и у них принятие Империи только началось. Бунты против новых порядков всё ещё случаются, и мне иногда нужна помощь, чтобы их давить.

Хродира, кажется, просто захлестнуло вспышкой возмущения:

– Ты серьезно считаешь, что я буду помогать тебе превращать таветов в ферранов? – спросил он, не скрывая возмущения, – что я пойду против своих? Что, по-твоему, может заставить меня сделать это, ферран?

Серпул ухмыльнулся:

– Три вещи, – спокойно сказал он, – первое: я тебе за это плачу. Второе: ты возьмешь себе половину добычи от таких походов. И третье: твои предки, такие же воперны, еще лет двести назад на матасгов – ваших южных соседей – ходили каждую осень. Эта, хм, добрая традиция, прервалась только со строительством Лимеса. Вы, таветы, постоянно ходите друг на друга, и считаете это вполне нормальным. Ты меня упрекаешь, что я тебя попрошу таветскую кровь пролить?

Наместник откинулся чуть назад, опершись спиной на стену. Скамья под ним заскрипела.

– Посмотри на свои руки, – продолжил он, – там таветская кровь в два слоя: мареги поверх сарпесков. Ты даже своего тестя убил – кстати, таветского рикса, и трон у него отнял. Так что не надо взывать к моей совести, Хродир, ты совсем не весталка в белом.

Рикс взглянул на Ремула, ища у того поддержки – похоже, неприятная правда слов Серпула его задела. Названный брат сидел, закрыв глаза и положив руку на лоб – похоже, тоже не был в силах противостоять аргументации Серпула.

Хродир вздохнул.

– Хорошо, – тяжело произнес он, – рикс должен давать добычу своим людям, а у южан всегда есть, что взять. Ты прав – таветы всегда дрались с таветами, и кто я такой, чтобы менять заведенный Богами порядок…

– Вот и отлично, – сказал Серпул, – я рад, что твой разум возобладал над сердцем. Вторая же ситуация, когда ты можешь мне пригодиться с точки зрения военной помощи – за добычу, естественно – это походы на внешних врагов Ферры…

– Ну уж нет, – перебил Хродир, – это без меня. Мне Хартан рассказал, как вы, ферраны, обошлись с ругтанами, которых в такой поход позвали.

Серпул выпрямил спину и вопросительно взглянул на Хродира:

– И как мы с ними обошлись, просвети? – пожал плечами Серпул, – добычу отняли? Уцелевших перебили? В походе не кормили? Что мы, коварные ферраны, с ругтанами ужасного сотворили?

– Вы отдали им добычу по числу выживших после битвы, а не по числу приведенных бойцов, – нахмурился Хродир, – вы, получается, использовали их – сколько таветов зря полегло!

Тут нахмурился уже Серпул:

– То есть ты нас обвиняешь в том, что мы дали ругтанам добычу по тому же принципу, который применяем к своим легионерам? – спросил наместник, – это ты называешь «бесплатно использовали»? – ноздри Серпула раздувались от возмущения, – может, мы еще специально дали врагу перебить ругтанов, а выживших добили – ну, чтобы совсем уж добычей не делиться, а, Хродир? Мы же жадные и коварные ферраны, мы же вообще не понимаем, что значат слова «дружба» и «союз», да?

Хродир смотрел в стол.

– Я всё же настаиваю, – сказал он, – чтобы в договоре было прописано чётко: добыча, захваченная в совместном походе, делится на ферранов и таветов исходя из начального количества воинов, приведенных каждой стороной, а не из количества выживших после битвы, где была взята добыча. Мне надо семью воина кормить, если воин в походе гибнет.

Серпул закрыл глаза и скопировал жест Ремула – положил ладонь так, чтобы она накрыла лоб.

– Хорошо, – сказал наместник, – иду тебе навстречу. Пусть будет прописано в договоре, как ты сказал…

Через несколько минут Хродир, Серпул и Фламмул уже вновь сидели за столом пира, а в комнате, где состоялись переговоры, теперь была слышна лишь диктовка Ремула – и скрип бронзового стилоса в руках ферранского писца, вычерчивающего канавки на пергаменте для заполнения их чернилами. Ремулу доверяли обе стороны – вот пусть и занимается окончательной редакцией договора.