Хродир Две Секиры

Глава 35. Стригульд. Пепел

В назначенный час отряды построились в том порядке, который указал рикс. Закат уже догорал, и оранжевая полоса на горизонте быстро становилась лиловой. Теронгхусен находился на северо-западе от лагеря, поэтому закатная полоса оказалась ровно там, куда отправлялся отряд. Стригульд в последний раз перед походом объехал всю колонну, проверяя правильность построения, и, остановившись у головного дозора – двух десятков воинов из сотни Хронгвиста – скомандовал выступление.

Стригульд ехал на коне, к сбруе которого были привязаны поводья не одного, а сразу двух запасных коней. Через седло второго коня была перекинута связка из двух мешков, туго набитых пряно пахнущими травами – оба мешка наполнились под завязку менее часа назад, когда Скургрим принес охапку сорванных жестких стеблей с редкими решетчатыми листьями.

Громко и гулко запели над лагерем рога, и дружина теронгов двинулась в путь. Стригульд стоял на обочине, пропуская мимо себя передние сотни; когда сотня Хроднельда поравнялась с ним, рикс и его свита заняли места в ней.

Не прошло и часа движения – закатный горизонт всё ещё был чуть светлее остального небосвода – как из головного дозора прискакал воин, доложивший о встреченном конном путнике, назвавшим себя гонцом из Одурарсхольма, селения теронгов на берегу Одурара, на северной границе Теронгенланда. Стригульд приказал привести путника к себе, но останавливаться сам и останавливать колонну не стал.

Гонец оказался юношей, чем-то похожим на Хольго из Скодвальда. Стригульд быстро уловил, в чем сходство – взгляд гонца был таким же застывшим и жутким. Отличие заключалось в том, что этот гонец, похоже, сохранил хоть какое-то самообладание, сумев доложить коротко и по делу.

– Беда, рикс, – сказал юноша, – на нас рафары напали. Я – Курто сын Абальго из Одурархольма. Позавчера рафары напали на наш Одурарсхольм…

– Рафары? – уточнил Стригульд. Теронгарикс даже не удивился факту нападения рафаров, подчиняющихся Хродиру, но уточнить стоило – гонец мог ошибаться, не поняв, кто именно напал на город.

– Красные щиты, красные тряпки вокруг головы, – кивнул Курто, – напали с суши и с реки, а корабли у них – точно рафарские, с красной конской головой на бушприте, и на парусах секиры Хродира Сарпескарикса нарисованы.

– Понятно, – вздохнул Стригульд, – благодарю тебя, Курто. Езжай по этой дороге туда, откуда мы прибыли, – теронгарикс махнул рукой назад, – к прибрежной деревне Суденуфер. Сама деревня захвачена тарутенами, но рядом с ней – наш лагерь. Найдешь там моего родича, Торгара, и скажешь, что ты встретил меня, передал важную весть, и я велел о тебе позаботиться. Я дам тебе воина в сопровождение.

Курто устало сказал «Слава» и отъехал от рикса.

Стригульд улыбнулся – его настроение явно улучшилось. Видимо, это было очень заметно – едущий рядом хундрарикс Хроднельд с удивлением воззрился на теронгарикса.

– Чему ты радуешься? – спросил он, – тому, что еще и рафары напали?

Теронгарикс весело взглянул на офицера.

– Знаешь, в чем между нами разница? – спросил Стригульд, – между хундрариксом теронгской дружины и риксом всех теронгов?

Хроднельд удивленно поднял бровь – мол, что за странный вопрос?

– Разница в том, – Стригульд наставительно поднял палец, – что ты, хундрарикс Хроднельд, видишь только происходящие события, и редко задумываешься об их причинах. Скажи мне, у рафаров есть свой рикс?

– Нет, – пожал плечами Хроднельд, – ими правит рикс Хродир.

– Вот именно, – сказал Стригульд, – они – часть сил Хродира. Куда мы сейчас едем, Хроднельд?

– В Теронгхусен, навстречу войску Хродира, – ответил Стригульд, и вдруг задумчиво нахмурился, – погоди, но если рафары, которые тоже войско Хродира, сейчас в Одурарсхольме, то… Рикс Хродир что, умеет раздваиваться? Быть в двух местах сразу?

Стригульд рассмеялся.

– Войска он делить умеет! – воскликнул Стригульд так, что на него обернулись идущие впереди всадники, – и именно это меня радует. Рафары – это чуть ли не половина войска Хродира, понимаешь? Если рафары напали на Одурарсхольм, это означает, что Хродир разделил основные силы. Поставил кого-нибудь потолковей из своих хундрариксов или мистуров, а то своего ручного феррана, командовать половиной войск – а сам пошел со второй половиной. Понял? – еще раз переспросил рикс.

Хроднельд задумчиво хмурился, но уже через мгновение его лицо просветлело:

– Понял! – сказал он, – но, рикс, если и мы теперь разделим силы, то…

Стригульд не удержался и постучал перстнем, украшавшим его палец, по ободу шлема сотника.

– Тук-тук! – сказал он, – там есть внутри что? Хроднельд, ты отличный хундрарикс, твои люди тебя любят и за тобой идут в гущу боя. Но вот доверять тебе хоть что-то самостоятельное я точно не буду. То, что Хродир разделил силы, означает лишь, что теперь я его буду бить по частям. Не надо идти вслед за врагом, Хроднельд. Надо пользоваться его глупостью, а не повторять ее. Сколько у Хродира дружины? Тысяча двести? Пять сотен вопернов, пять сотен рафаров, две сотни сарпесков? А теперь, когда он разделил войско пополам, у него в каждой части по шесть сотен дружинников. То есть столько же, сколько и у нас прямо здесь. У нас преимущество – свежее ополчение Терогхусена, плюс то, что соберет Герстен, к тому же мы на своей земле и знаем каждую тропку в наших лесах, а он – нет. Мы легко разобьем войско Хродира, что два дня назад было в Скодвальде, понимаешь? Разобьем его, а потом теми же силами разобьем Хродировых рафаров.

Хроднельд слушал рикса, и было видно, что до него доходит – пусть и не сразу – смысл замысла Стригульда.

– Понял теперь, почему я радуюсь? – хохотнул рикс, – Хродир оказался тупее, чем я думал, и сам себя загнал в ловушку, обеспечив нам победу. Разобьем его по частям – и вернемся к Хартану. Я думаю, Торгар сумеет вымотать его достаточно, чтобы мы могли без труда с ним справиться.

Отряд передвигался настолько быстро, насколько позволяла выносливость лошадей. Почти всё время шли на рысях, меняя лошадей на запасных лишь тогда, когда кони просто отказывались идти таким аллюром. На ночь не останавливались – спали прямо в сёдлах, по очереди, привязав поводы к сбруе едущих впереди коней. Сильно выручало вошедшее недавно в моду полезное новшество – стремена. С этим, как оказалось весьма удачным, изобретением теронги познакомились одними из первых среди таветов – диковину показали им хаттушские купцы, торгующие по Тарару. Ушлые торгаши, видимо, хотели продавать эту полезную вещь втридорога – мол, лесные воины способны оценить такую вещь, но не способны понять, как ее сделать – но хаттуши недооценили сообразительность таветов. Что у теронгов, что у тарутенов полезной штуковиной заинтересовались сами риксы, деды соответственно Хартана и Стригульда – и купили по десятку комплектов стремян, мол, для себя и ближней свиты. По достоинству оценив приобретение, риксы показали стремя своим шорникам и кузнецам – и уже через год обе дружины использовали изобретение юго-восточных мудрецов не менее умело, чем сами изобретатели. Вот и сейчас – когда дружина теронгов вынуждена была двое суток подряд идти верхом – стремена оказались как нельзя кстати, не давая спящему всаднику выпасть из седла. Лошади у теронгской дружины были, конечно, обученные и выносливые – благодарить за это стоило всё тех же хаттушей и шавонов, периодически привозивших на продажу великолепных степных скакунов; но даже обученные кони на маршевой рыси могли вдруг совершать внезапные прыжки, опасные для расслабившего во сне тела всадника.

Дружина догнала отряд Герстена ближе к рассвету. Из почти полной сотни, с которой Герстен вышел из лагеря, с собой у него оказалось шесть десятков – остальные останавливались в селениях по дороге, дабы собрать ополченцев и привести их к месту сбора, и сейчас либо передвигались с собранными людьми самостоятельно (пару таких отрядов Стригульд обогнал по пути), либо собирали людей прямо сейчас. Стригульд кратко поговорил с Герстеном, выслушал его соображения о том, когда собранное ополчение придет к Теронгхусену – и помчался с основной частью дружины дальше.

Пару раз передовой и фланговые дозоры докладывали о встрече с крупными волками – каждый раз теронги устремлялись за ними в погоню, но, не сумев догнать сразу, не рисковали углубляться в лес, а возвращались на дорогу. Были ли это волколаки Харр или обычные лесные звери, дозорным понять не удавалось – все такие встречи проходили в сумерках, когда таветы не могли толком рассмотреть подробности.

Теронгхусена достигли вечером второго дня после выхода – как и рассчитывал Стригульд. Остановив колонну в ближайшем лесу – у деревни Нидерлег, Стригульд сам сходил на разведку, взяв с собой нескольких воинов – он опасался, что Хродир мог опередить его и захватить город за прошедшие двое суток.

Каждый раз при виде Теронгхусена гордость наполняла сердце Стригульда. Величественный город – самый большой в Теронгенланде, давно мог обзавестись настоящими стенами, подобными стене Лимеса, и получить гордое название Теронгенбурга; но вместо этого город с презрением отвергал такую защиту, словно выплёвывая в лицо врагу свой гордый вид. Вместо стены город был обнесен всего лишь внешними заборами крайних дворов. Двадцать тысяч жителей – каждый пятый теронг – обеспечивали городу такую защиту, которую не способны дать никакие стены. Да и кто мог угрожать Теронгхусену? Рафары – даже мечтать о таком не смеют, хоть и не любят теронгов за чинимые на Одураре поборы. Мареги – не хватит сил для полноценной войны, а для набегов слишком много надо пройти от границы – четыре дня; да и побаивались мареги теронгов всегда. Скардаги – не высовываются из своей долины. Хродир как серьезная сила появился только пару месяцев назад, и до обретения риксрата над вопернами был не страшнее рафаров. Кого же бояться гордому многолюдному Теронгхусену, зачем ему стены бурга?

Опасения Стригульда о том, что Хродир его опередил, оказались напрасны – из города не поднимался дым пожаров, и нигде не было видно следов боя. Стригульда это и обрадовало, и удивило: Хродир имел три дня на взятие Теронгхусена, и все три дня, получается, стоял без дела в Скодвальде? Скодваьд, конечно, большой, но ограбить его, имея войско в пару-тройку тысяч воинов, можно за день подчистую. Что там делать так долго? Ждать… чего? Подхода рафаров, два дня назад напавших на Одурарсхольм? Так прямой дороги для этого нет, ждать долго придется…

Дружина вошла в Теронгхусен под радостные крики жителей, уже осознавших опасность близкого врага. В Нидерлеге теронгарикс оставил одного из десятников с наказом для ополченцев, собранных Герстеном – идти сразу в Теронгхусен. Туда же должны были идти дружинники из сотни Герстена, чтобы соединиться в сотню уже в самом городе. Стригульд достаточно доверял Герстену, чтобы поручить ему самостоятельное командование такими силами, и Герстен после прибытия в Теронгхусен оказывался командиром резервного отряда Стригульда.

Понимая, что уставшее с дороги войско в битве не сможет показать всё, на что способно, теронгарикс велел дружине рассёдлывать лошадей и укладываться спать до рассвета. Сам же он встретился с мистуром Гильви, которого когда-то поставил ландариксом Теронгхусена, и выслушал его доклад о сборе городского ополчения. Теронгарикс снова убедился в точности своего прогноза – Теронгхусен сумел выставить три с половиной тысячи мужей, привычных к копью и топору.

За ночь к Нидерлегу, лежавшему в получасе пути от Теронгхусена, подошло около пяти сотен ополченцев, собранных Герстеном, но сам Герстен с парой десятков дружинников еще собирал людей по селениям вокруг дороги.

Собрав утром всё войско – и выспавшуюся дружину, и ополчение – на поле возле западной окраины Теронгхусена, Стригульд после положенных жертвоприношений в Роще приказал пятистам ополченцам оставаться в городе, а с остальными силами – почти пятью сотнями дружины и тремя с половиной тысячами ополченцев – выдвинулся в сторону Скодвальда.

В этот раз разведке и боевому охранению Стригульд уделил гораздо больше внимания, чем на пути от Суденуфера к Теронгхусену. Теронгарикс прекрасно понимал, что встретит войско Хродира как раз на этом пути – никуда, кроме Теронгхусена, Хродир через Скодвальд идти не мог.

В принципе, можно было и подождать Хродира в самом Теронгхусене, но для самозваного сарпескарикса встреча с войском теронгов в поле явно будет подлинной неожиданностью, тем более, что у Стригульда родился прекрасный план сражения.

Разведка Стригульда в этот раз двигалась не единым отрядом на расстоянии слышимости сигнального рога от основных сил, как в случае быстрого движения колонны, а ушла гораздо дальше, построившись редкой колонной. Стригульд рассчитывал узнать о встрече с Хродиром как можно раньше, и, не выдавая присутствия своих крупных сил, устроить быструю засаду, скрытно построив войско в лесу в виде подковы рогами в сторону врага. Двигающийся вдоль дороги отряд Хродира оказался бы в окружении, и теронги, напав со всех сторон сразу, устроили бы настоящую резню. Чтобы всё сработало, как надо, необходимо было обнаружить войско Хродира до того, как сам Хродир узнает о движении сил теронгов – и Стригульд выделил для разведки лучших охотников, знающих лес от Теронгхусена до Скодвальда. Скрыться от взгляда таких охотников было попросту нереально.

Основное же войско Стригульда шло не спеша, без подачи далеко слышимых сигналов рогом, зорко следя вокруг – не покажется ли разведка Хродира, жуткие волколаки. Стригульд охотился на войско Хродира – не как волк, открыто преследующий добычу, а как хитрая и умная рысь, устраивающая засаду на лесной тропе.

Нехорошие предчувствия начались у Стригульда ближе к полудню. Доклады от разведчиков не поступали – и это было странно. От Теронгхусена до Скодвальда пешком идти всего день, максимум – полтора, если постоянно останавливаться. Передовые отряды или хотя бы разведка войска Хродира уже должны были попасться на глаза охотникам. Стригульдово войско всё шло и шло дальше на запад, минуя отличные места для засады – а врага всё не было. К вечеру нервы Стригульда были натянуты струной, и теронгарикс постоянно облизывал пересыхающие губы.

Ночью движение не прекратили, остановившись для отдыха лишь в сумерках – охотники, будучи всё же таветами, в это время суток не видели почти ничего, сколь бы остро их зрение не было днем. Но и ночь не принесла ничего нового – вместо долгожданного доклада Стригульд выслушивал лишь звон кольчуг ближайших воинов да крики ночных зверей, потревоженных многочисленным войском.

Когда до Скодвальда оставалось всего полчаса – уже в утренних сумерках – Стригульд почувствовал, что находится на грани срыва. Единственное объяснение, приходившее на ум – войско Хродира зачем-то ждет в самом Скодвальде. Теронгарикс приказал остановить войско, и продолжать движение только разведчикам – удвоив скрытность.

Разведчики вернулись через час, когда в лесу уже заметно просветлело, и первые утренние птицы запели в кронах. Стригульд использовал это время для перекуса – спать он не мог из-за напряжения, но приказал себе поесть.

– Рикс, – доложил сам хундрарикс Хронгвист, лично возглавивший разведку, – в Скодвальде Хродира нет. Там вообще никого нет, на месте селения – пепелище.

Стригульд замер с куском копченого мяса, не донесенным до рта.

– Как – никого? – непонимающе нахмурился теронгарикс, – раз Хродир сжег Скодвальд, то люди, жившие там, должны были уйти в лес, а потом, после его ухода, вернуться… Четыре дня же прошло…

– Ни-ко-го, – повторил Хронгвист, – несколько обгорелых скелетов и ни одного живого человека.

– Я сам гляну, – сказал Стригульд, – веди. Скургрим, ты сопровождаешь.

С этими словами Стригульд, в сопровождении личной охраны, Хронгвиста и двух десятков его людей направился к Скодвальду – верхом до его было не более десяти минут.

Запах гари – горелого дерева, горелого мяса, горелой ткани, горелой шерсти – не выветрился даже за четыре дня. От Скодвальда остались только черные остовы строений, кое-где еще дотлевающие, да попадались иногда обгоревшие до скелета человеческие останки. Один из воинов – родом отсюда – найдя то, что когда-то было домом его семьи, упал на пепелище на колени и завыл горестным воем, будто звериная натура вытеснила у него всё человеческое.

Стригульд бродил по покрытой пеплом площадке, еще пять дней назад являвшейся площадью перед Гротхусом деревни. Взгляд рикса был опущен под ноги – но скорбил он не по судьбе Скодвальда, а совсем по иному: Хродир, похоже, сумел обмануть теронгарикса.

– Рикс, – Хронгвист тронул Стргульда за плечо, – нам удалось найти следы.

Теронгарикс поднял взгляд на воина.

– Следы войска Хродира, уходящего ИЗ Скодвальда, – пояснил хундрарикс, – пришло войско с запада, а ушло на юг.

– Веди, – бросил теронгарикс, резко поднимая взгляд, – покажи их.

Ничем иным, кроме как следом уходящего войска с обозом, это быть не могло. Следы копыт, обуви и колёс уходили в лес на южной окраине деревни – и терялись там: прошло войско врага по жесткой и сухой земле, смоченной дождём через день после прохода.

Теронгарикс прикинул, куда мог направиться Хродир – прямо на юге от Скодвальда крупных селений не было до самой Скарды.

Если только не предположить, что…

Стригульд аж подскочил на месте от внезапной догадки.

– Разворачиваем войско, – огонь блеснул в глазах рикса, – идем на Теронгхусен. Быстро. Твои – в разведке и охранении, остальных я расставлю уже по ходу движения.

Выкрикнув славу, Хронгвист помчался исполнять приказ.