Хродир Две Секиры

Глава 29. Юный путешественник

Пир по поводу прибытия нового постоянного гостя от ферранов закатили вечером, отложив отбытие в Сарпесхусен до полудня завтрашнего дня. Пир проходил в Большом зале Гротхуса, но в довольно малом составе: были лишь рикс и Ремул с женами, сам виновник пира – молодой ферранский квестор Секст Наний Квартул, Ильстан, Хадмир с женой, Рудо с сыном Гуннаром, Хальнар, Востен, Гронтар, Уртан и родич Уртана, давно знакомый Хродиру – хундрарис Скатир, спешно назначенный младшим командиром всей вопернской дружины, ибо Уртану несколькими сотнями командовать раньше не доводилось.

Секст Наний Квартул оказался совсем мальчишкой – чуть постарше Ильстана, но ровесником Гуннара. Жесткость черт его ферранского лица скрывалась за еще по-юношески мягкими формами: челюсть пока не обрела законченную истинно ферранскую квадратность, а подбородок и щеки еще не требовали бритвы. Тем не менее, цветом и волнистостью волос, а также оттенком глаз, Наний был схож с Ремулом, что выдавало в юном госте старую ферранскую породу – возможно, даже патрицианскую. Ремул, правда, не смог вспомнить конкретно Секста Нания Квартула, хотя номен и когномен «Наний Квартул» были ему смутно знакомы. Одет был квестор по-феррански: туника, короткие штаны до колен и легионерские сандалии-калиги.

После первой чаши мёда – пир всё-таки, поэтому пили не из кружек – Хродир на правах хозяина обратился к сидящему рядом гостю:

– Ну давай, Секст Наний Квартул, поведай нам о себе, – рикс откинулся назад, опершись спиной о стену и положив руку на плечи прижавшейся к мужу Фертейи, – отчего вдруг нам прислали не центуриона-гвардейца, а тебя?

Юноша пожал плечами.

– Я – квестор из Коллегии Путешественников, – сказал он, – пишу труд о Таветике. Я долго изучал труды о вашей земле – и в библиотеке Ферры, и по рассказам купцов и странников. Последний год я провёл у Серпула, но, строго говоря, Цислимесная Таветика уже описана вдоль и поперек, от Аре до Тарара и от коренных ферранских земель до Лимеса. Я давно ждал возможности отправиться за Лимес, тем более, что по этому поводу есть указание самого Императора…

– Лично касающееся тебя? – поинтересовался Ремул, – Императору есть дело до отдельных квесторов?

Наний отрицательно помотал головой:

– Не про меня, – пояснил он, – про Коллегию и Таветику. Император два года назад распорядился предоставить ему описания Кулхеники, Таветики, Роданики, хаттушских и ишимских земель, а также Большого Южного Архипелага, – юный ферран отхлебнул мёда, – и поручил это Коллегии. За Таветику отвечаю я… Ну, не только я, но в том числе и я.

Хродир фыркул и хохотнул.

– У вас в Ферре совсем тяжко с путешественниками стало? – спросил он, – зачем почти ребенка-то посылать?

– Это на самом деле мудро, – сказал Наний, – неизвестно, сколько времени мне придется провести в Таветике, а вернуться мне надо еще молодым, а не сорокалетним стариком.

Теперь рассмеялись Востен, Рудо, Хальнар и Хадмир.

– Сорокалетним.. стариком, – хохотал Хадмир, – ну, я тогда не старик даже, а Древний Обитатель Могил, вот…

Новый взрыв смеха сотряс возрастных участников пира.

– А что смешного? – не понял ферран.

– Кхм, – сказал Востен, первым унявший смех, – я понимаю, юноша, что для тебя сорок лет – это старческий возраст. Но факт в том, что сорок – это не то, чтобы молодость, но во всяком случае не старость. Скорее зрелость.

Наний смущенно покраснел.

– А зачем это вашему Императору? – спросил Хродир, – ваш толстопуз, в смысле уважаемый ландарикс Кес Серпул Унула, друг народа под моим рикстратом, говорил про какой-то «научный интерес», – эти слова рикс поизнес по-феррански, – это правда?

– Ну, он верно говорил, – пожал плечами юноша, – только это интерес самого Императора. Он большой любитель всего нового, его любознательность и ум делают ему честь даже среди мудрецов…

– А у вас что, нет нормальных знаний о Таветенланде? – спросил вдруг Хадмир, – зачем новых путешественников посылать, да еще и рисковать столь юными… э… квесторами?

Наний улыбнулся:

– Кто-нибудь из вас знает о мудреце по имени Йеродул? – спросил он.

Востен и Ремул покивали – мол, мы знаем.

Молодой квестор удивленно глянул на Востена. Относительно знаний явного феррана, хоть и одетого и бородатого по-таветски – то есть Ремула, у Нания сомнений не было, а вот старик-тавет с необычным цветом глаз – кто это вообще?

Видимо, этот вопрос слишком явно читался на лице Нания, поэтому Хродир, перехватив его взгляд, сказал:

– Вот что, Наний, – Хродир наклонил голову и рыгнул, – тебе с нами, видимо, довольно долго жить придется, Таветенланд-то немаленький. Поэтому давай-ка я тебя со всеми тут познакомлю, чтоб ты понимал, как и к кому обращаться.

Хродир встал.

– Это Ремул, – сказал рикс, указывая на названного брата, – Квент Ремул Ареог, мой названный брат и муж моей сестры, ландарикс Марегенбурга, великий хейрцог, то есть по-феррански dux legionis, полководец.

Челюсть Нания поползла вниз – он, несомненно, слышал о патриции-перебежчике, но представлял таветский статус Ремула, видимо, по-иному.

– Это моя сестра, Хелена дочь Хельвика, она же Хелена Ремия Ареог, – рикс указал на Хелену, – как ты, вероятно, понял по ее ферранскому имени, жена Ремула. Это – Хадмир, главный мистур всех народов под моим риксратом, то есть по-вашему, видимо, проконсул, и его жена – Хагильда дочь Унрота. Это Рудо Бычья Шея, главный мистур, то есть народный трибун, народа сарпесков, и его сын – Гуннар, тоже трибун. Это Хальнар сын Лаго, главный мистур народа рафаров. Это – Востен, великий мудрец и путешественник, многомудрый, могучий жрец и крофтман, по-вашему – не знаю, но предполагаю, что пропонтифик. Это – Ильстан, мой младший кровный брат. Это – Гронтар, хундрарикс, то есть центурион, из дружины сарпесков, мой доверенный офицер. Это – Уртан, хундрарикс из дружины вопернов, мой доверенный офицер, и его заместитель – хундрарикс Скатир.

Хродир сел на место.

– Да, – сказал Востен, – мы знаем, кто такой Йеродул. И знаем, что он писал о наших землях – практически ничего. Мол, лес до самой тундры, ограниченный с запада Аре, с востока Тараром, и разделенный пополам с севера на юг рекой Ундир. А что там за лесом – мол, неведомо: не то океан, не то Вечная Ледяная Пропасть.

– И по стрррашому лесу бродят стрррашные таветы, – подхватил Хродир, – в звериных шкурах и шлемах из зубриных черепов. Ремул мне речи вашего Йеродула пересказывал.

– Ну, во времена Йеродула так примерно и было, – смущенно сказал Наний, – он же лет триста назад писал…

– Триста семьдесят, – уточнил Востен, – и сам он, естественно, в Таветике никогда не был.

– В принципе, понятно, – поморщился Хродир, – жажда ненужных знаний вашего Императора забросила тебя, юного квестора, на край мира.

Присутствующие хохотнули.

– Ты мне вот что поясни, квестор, – сказал Ремул, – я сам бывший гвардейский центурион, и я слышал, что такое Коллегия Путешественников. Но у меня есть один вопрос.

– Какой же? – поднял брови Наний.

– Почему член Особой когорты Претория носит гражданское, а не военное звание? – Ремул распрямил спину, – или ты еще и преторианец, и не просто квестор, а квестор Претория?

Наний снова смущенно опустил взгляд.

– Я не член Коллегии, – сказал он, – я на оплачиваемой службе Коллегии. У меня нет воинского звания. А как ты знаешь, любой гражданин на службе Претория автоматически приобретает звание квестора, но гражданского квестора, а не квестора Претория.

– Понятно, – усмехнулся Ремул, – что, неужели никого, кроме тебя, не нашли для такого путешествия? Мы же стрррашные таветы, варвары-дикари-людоеды, к нам же лучше бывалого воина, а не вчерашнего схоляра посылать надо, нет? Или тебя просто не жалко – потому и послали? – Ремул широко улыбнулся.

– Я ж сказал уже, – вздохнул юноша, – отправили меня, потому что непонятно, сколько лет мне понадобится изучать Таветику. Она ж огромная, и мне предстоит пройти ее всю.

– Всю? – Хродир снова сыто отрыгнул, – тогда ты вообще будешь первым человеком после первоотца Грано, которому это удалось. Это невозможно за одну жизнь, Наний.

– А я попробую, – гордо поднял подбородок ферран.

Снова все хохотнули.

– Эх, молодость, – покачал головой Рудо, – попробует он.

– Ну, попробуй, – улыбнулся Хродир, – я так понимаю, ты же по Таво мой гость, да? То есть я за твою безопасность отвечаю, а ты в некоторм роде под моим риксратом на время, пока гостишь у нас?

Наний согласно кивнул.

– Тогда я тебе… не то, чтобы указываю, но на правах твоего временного рикса советую, – произнес Хродир, – не покидать пока тех земель, что под моим риксратом. Если захочешь покинуть мои земли – сходи к тарутенам, это наши друзья, но больше ни к кому не суйся – там я тебя вряд ли выручу. Лучше всего тебе до следующего лета вообще не покидать моего дома, а еще лучше – мою свиту, за исключением тех случаев, когда я с войском в бой иду. В бой тебе пока рано.

Наний возмущенно вздернул подбородок:

– Но ведь ваши, таветские, мужчины моего возраста уже ходят в бой! – воскликнул он, – почему мне нельзя?

– Потому что таветы твоего возраста – уже мужчины, – Хродир взглянул на феррана из-под бровей, наклонив голову, – а вот насчет тебя я не уверен. Я так понимаю, что раз тебя наняла эта ваша Коллегия Путешественников, то ты большую часть жизни провел в компании свитков, а не мечей?

– Я знаю, как сражаться, – Наний подбоченился, – я – завсегдатай гладиаторских игр, я видел сотни поединков, я понял технику лучших бойцов…

Громовой смех всех окружающих не дал ему договорить. Таветы не просто смеялись – они ржали, держась от смеха за животы. Мужскому раскатистому смеху вторил звонкий смех Фертейи, Хелены и Хагильды; Рудо от смеха повалился грудью на стол, опрокинув полупустую чашу с медом, немедленно залившим его бороду; Хелена уткнулась в смехе лбом в плечо Ремула, и тот, хоть и не мог унять собственный хохот, аккуратно обнял ее за плечи; Гуннар, сотрясаясь от хохота, сполз под стол, откуда пытался комично выбраться, усиливая общее веселье; Ильстан утирал слёзы обоими рукавами блузы.

Общее веселье стихло через минуту – просто кончилось дыхание; но тут Наний с абсолютно серьезным видом выдал:

– Я действительно знаток…

Эта фраза вызвала второй смеховой приступ. Только что закончившие смеяться таветы вновь взорвались, и Хадмир уже хватался за бока – у немолодого мистура от смеха, похоже, свело живот.

– Так, – Хродир выставил руку ладонью вперед в сторону гостя, – пощади, юный воин, мне уже смеяться больно!

Зря он это сказал – эти слова привели лишь к тому, что затухающий хохот возобновился с новой силой.

Наний стоял с красным, как флаг-сигма Хродира, лицом. Выросший в мирной, триста лет не видевшей врага, Ферре, он не мог понять, над чем потешаются эти люди – ладно еще, таветы, полудикие варвары, не понимающие значения теоретической подготовки поединщика и созерцания боя истинных мастеров меча – но Ремул! Квент Ремул Ареог, ферранский патриций, пусть и своего рода перебежчик! Он же боевой офицер, должен же понимать, что наблюдение за гладиаторами – хорошая подготовка!

– Гронтар, – сказал, отсмеявшись и утирая слёзы, рикс, – с завтрашнего дня поручаю тебе учить этого юношу драться по-таветски.

– Почему я? – свирепый сарпеск тоже утирал слёзы смеха, – он же меня побъет сразу, он же гладиатуру созерцал! Аж до царапин побъет, а то и синяк поставит!

– Скотина, – Хродир заржал, несколько раз хлопнул ладонью о стол и от смеха сполз с лавки, – Гронтар, кто тебя просил шутить? Я сейчас… я сейчас… у меня рёбра уже болят, духи ночи!

Унялись все только через минуту. За эту минуту Наний успел сначала обидеться на всех присутствующих, затем успокоиться, а затем присоединиться к общему смеху, пусть и не так шумно, как таветы.

Хродир, наконец, выдохнул и прокашлялся. Лицо его было буквально пунцовым, что в сочетании с золотистым цветом волос и бороды рикса произвело на молодого феррана довольно пугающее впечатление.

– Так, – рикс снова прокашлялся, восстанавливая голос, – слушайте мой суд. Востен и Ремул, возьмёте нашего гостя под опеку. Востен, ты же тоже путешественник – тебе, наверное, интересно будет с юным учеником пообщаться. Ремул, ты среди нас самый близкий к гостю по крови – я вижу, он в наших обычаях пока не понимает, тебе ему проще будет объяснить, что к чему.

– Хорошо, – сказал Востен, а Ремул согласно кивнул.

– Гронтар, – продолжил Хродир, – я не шутил. С завтрашнего дня начинай делать из этого мальчика нормального воина.

Гронтар кивнул, но тут Наний снова раскрыл рот, явно готовясь сказать что-то возмущенное. Хродир успел перебить его:

– Секст Наний, – рикс указал пальцем в грудь юного феррана, – если ты сейчас опять что-нибудь смешное сморозишь, я тебе лично нос сломаю, не посмотрю, что ты гость. У меня грудь и бока от смеха болят, я больше смеяться не смогу. Взгляни, до чего ты довел наших немолодых мистуров – прояви к ним уважение. Взвесь свои слова перед тем, как сказать их, ферран, – Хродир с серьезным видом нахмурился.

Наний облизнулся.

– Я – хоть и юный, но мудрец, – очень аккуратно, подбирая каждое таветское слово, начал Наний, – мои интересы – это свитки и живые знания, а не мечи и копья. Славный рикс, я не знаю, прав ли я, переча твоему суду, но я не уверен, что из меня надо делать воина.

Хродир почесал нос. Взгляд его, хоть и сохранял весёлую искру, обрёл ледяную холодность, выдающую скрываемый гнев – гнев рикса на человека, оспаривающего волю правителя.

– Я не сержусь лишь потому, – сказал он, – что ты, во-первых, юн и глуп, а во-вторых, не тавет. Видишь ли, я не сомневаюсь, что ты мудрец по мнению ферранов – то есть в Ферре твои знания и умения могут счесть мудростью. Но ты сейчас в Таветенланде, и пробыть здесь тебе придется долго. Здесь, в наших лесах, ценится другая мудрость – мудрость меча и копья. Для мистура ты слишком юн, да и не знаком со всем тем, что составляет мудрость мистуров – поэтому пока таветы будут смотреть на тебя, как на молодого воина и охотника, вести себя соответственно и ждать такого поведения от тебя. Я обязан защищать тебя, как своего гостя, но постоянно закрывать тебя своим щитом ни у меня, ни у моих людей возможности просто нет и не будет. Поэтому единственное решение, дабы обеспечить тебе защиту – это научить тебя быть воином, понимаешь?

– Или хотя бы научить вести себя так, чтобы тебе не пришлось быть воином, – усмехнулся Рудо, – а то, признаться, глядя на твое поведение и слушая твои речи, всякие мысли нехорошие в голове возникают. Даже у меня, опытного мистура и воина. Наша же молодежь… Сам понимаешь, варвары.

Наний посмотрел на Ремула, явно ища поддержки.

– Квент Ремул, – сказал он, – скажи мне, тебе тоже пришлось учиться сражаться здесь?

– Я приехал сюда из легиона, – сказал названный брат рикса, – и сражаться уже умел. Пару раз это пришлось показать, все остались довольны. Я так думаю, если ты завтра Гронтару свои воинские умения покажешь – к тебе тоже вопросов не будет. Не справишься – тебе придется учиться. Я даже сам приду посмотреть на эти ludii.

Ремул обернулся к Гронтару, и, указав пальцем на квестора, спросил:

– Ты его когда учить начнешь?

Гронтар сыто отрыгнул и ответил:

– Перед полуднем, – сарпеск поставил чашу на стол, – задача-то нелёгкая, выспаться надо.

В этот раз обошлось без смехового взрыва – таветы ограничились хихиканьем.

– Жаль, Гудо уехал, – посетовал Хродир, – а то можно было и охотничьему мастерству нашего гостя обучить.

– А я и так умею, – начал было Наний, но рикс перебил его, выкрикнув:

– Тихо всем, не ржать! – и, обратившись к квестору, произнес, – надеюсь, умеешь не потому, что наблюдал за чужой охотой?