Перерождённый боярин. Наследник запретного рода

Серия 24: Решение: чтобы спасти царство, нужно вернуться

Дни в зале Скрижалей слились в одно непрерывное бдение. Хранители приносили им плиты — не на руках, а заставляя их медленно плыть по воздуху, словно по невидимым рельсам. Скрижали говорили не словами, а образами, чувствами, схемами энергий. Наставник был их главным переводчиком, его древнее сознание лучше всего расшифровывало эти послания из глубины времён.

Они узнали ужасающие детали. Вестник Тлена был не просто духом. Он был «сном наяву» самой Владычицы Хаоса — её бессознательным импульсом к чистому распаду, обретшим форму в эпоху, предшествовавшую Договору. Его запечатали не магией в обычном смысле, а геометрией и резонансом. Сеть из семи менгиров, расположенных по строгим звёздным координатам, создавала поле гармоничного давления, которое удерживало его в состоянии стазиса, подобно кристаллу.

— «Серебряный Путь», в своём фанатичном стремлении «упорядочить» все магические аномалии, — пояснял Наставник, водя пальцем по светящейся схеме на плите, — видимо, принял эту сеть за еретический ритуал и разрушил один из менгиров, чтобы «очистить» место. Они выпустили давление. А Лука… — он взглянул на другую скрижаль, показывавшую принцип «живого ключа», — …его дар, его воля к контролю стали идеальным проводником, чтобы направить пробудившуюся сущность на конкретную цель — тебя, Еремей.

Очищение от скверны Тлена было описано как процесс переплетения. Нужно было не выжечь яд, а вплести его обратно в поток жизни, преобразовав. Для этого требовалась энергия, противоположная распаду — не просто свет или порядок, а сложный, живой узор роста и обновления. Такой узор мог создать только носитель Договора, но ему потребовался бы фокус — артефакт или место чистой, нерушимой жизненной силы. И время. Которого не было.

Пока они изучали скрижали, один из «Вольных», оставленных с Григорием, сумел добраться до них через тайные тропы. Весть была хуже некуда. Зона Тлена расширялась с пугающей скоростью. Она уже поглотила несколько дальних деревень. Не просто убила жителей — превратила их в ту самую нежить. И Вестник, словно чувствуя своё влечение, медленно, но неуклонно двигался к Белограду. Город с его десятками тысяч жизней был для него пиром.

— «Серебряный Путь» в панике, — передавал гонец. — Они пытаются сдержать его своей магией, но она бесполезна. Их заклинания порядка лишь на мгновение замедляют нежить, а затем поглощаются, подпитывая Тлен. Городская стража разбегается. Начинается хаос.

Картина стала ясной и чудовищной. «Серебряный Путь» породил монстра, которого не мог контролировать. Теперь этот монстр грозился уничтожить сердце княжества. Спасти Луку и найти изящное решение было благородно, но на это ушли бы недели, которых не было. Царство могло пасть за дни.

Они собрались в тихом углу библиотеки. Свет минералов отбрасывал на их лица резкие тени.

— Нужно воссоздать печать, — сказал Наставник. — Установить менгиры заново. Но для этого нужны не просто камни. Нужна их изначальная геометрия и привязка к звёздам. И колоссальное количество силы, чтобы активировать сеть. Больше, чем есть у меня, у тебя, у всех нас, вместе взятых.

— Откуда её взять? — спросила Рада.

— Из самого города, — тихо сказал Еремей. Все посмотрели на него. — Белоград стоит на месте древнего капища. Место силы. «Серебряной Путь» подавил его, построил на нём свои храмы, но сила никуда не делась. Она просто… спит. Или искажена. Если мы сможем пробудить её, перенаправить — её хватит. Но для этого нужно быть внутри. В самом сердце города. Возможно, в самом храме «Серебряного Пути».

Это означало одно: возвращение. Возвращение в логово врага, в город, где за их головами назначена цена, в момент его величайшего кризиса и паники.

— Самоубийство, — отрезал Дуб, один из «Вольных».

— Единственный шанс, — парировала Совина, его напарница. — Умрём здесь от Тлена через неделю или рискнём там сейчас — разница невелика.

— Но как пробудить силу? — спросила Рада. — И как убедить этих ослов из «Пути» нас пустить, а не убить на месте?

Еремей смотрел на скрижаль с изображением сети менгиров. И его осенило. Им не нужно было убеждать «Серебряный Путь». Им нужно было использовать их.

— Они пытаются сдержать Тлен своей магией и терпят поражение, — сказал он. — Их сила основана на контроле, на подавлении. Но что, если мы предложим им не нашу помощь, а… инструмент? Мы придём не как враги. Мы придём как носители решения. Мы скажем, что нашли в древних архивах (и это будет правдой) способ восстановить «Защитный Порядок Предков» — так они это назовут. Мы дадим им схему установки менгиров. А сами в суматохе подготовки проберёмся к месту силы под их же носом.

— Рискованно, — сказал Наставник. — Они могут узнать тебя.

— У них будут другие заботы. Город в панике, на пороге стоит смерть. А я приду не как Еремей-беглец. Я приду как… посланец Хранителей Скрижалей. — Он посмотрел на Хранительницу, наблюдавшую за ними издалека. — С вашим символом. С доказательствами древнего знания. Они, фанатики порядка и традиции, не посмеют тронуть того, кто говорит от имени самой древней из возможных властей.

Это был гениальный и безумный план. Игра на самомнении и страхе врага. Маскировка под союзника в момент отчаяния.

Хранительница, к которой они обратились, выслушала их. Её свинцовые глаза были непроницаемы.

— Вы хотите использовать наше имя как щит. Это допустимо. Но помните условие: вы должны оставить свою скрижаль. Опыт. Решение. Вы готовы записать его сейчас? Пока не знаете исхода?

Еремей понял. Это была не просто плата. Это было обязательство. Скрижаль, созданная до события, станет свидетельством их намерения, их клятвы попытаться. Если они погибнут, скрижаль останется как памятник их выбору.

— Готовы, — сказал он.

Им принесли чистую плиту бледного, почти белого камня. Все они — Еремей, Наставник, Рада — приложили к ней руки. Еремей — с печатью, Наставник — с ладонью, чувствующей пульс земли, Рада — с пальцами, ещё пахнущими дымом их костра. Они не вырезали букв. Они вложили в камень своё намерение, свой план, свою готовность рискнуть всем, чтобы спасти даже тех, кто их преследовал. Камень впитал их решимость и засветился изнутри тусклым, тёплым светом, зафиксировав момент выбора перед лицом гибели.

Они покинули залы Скрижалей на рассвете. Теперь у них была не только надежда, но и конкретная, отчаянная задача. Наставник нёс в памяти точные схемы менгиров и ритуала активации. Рада вела их кратчайшим путём обратно, к границе растущей пустоши. Они шли молча, каждый обдумывая свою роль в грядущем безумии.

Еремей смотрел на юг, где над лесом висело грязно-жёлтое зарево Тлена. Он возвращался. Не как беглец. Не как мститель. Как спаситель. Ирония ситуации была горькой. Чтобы защитить свой Договор, ему придётся войти в самое сердце системы, которая этот Договор отрицала, и использовать её же ресурсы. Чтобы спасти царство, ему нужно было спасти и тех, кто уничтожил его род.

Он коснулся печати. В её глубине отозвалось спокойное, одобрительное присутствие Духа Рода. Садовник идёт в самое пекло, чтобы спасти сад от пожара, который начали сами глупые садовники. Путь доместика вёл не через уединённое строительство в лесу. Он вёл через самое пылающее горнило кризиса, где нужно было не строить, а чинить сломанную систему, используя её же обломки.

— Григорий и Степан не будут в восторге, — сказала Рада, как бы читая его мысли.

— Они поймут, — ответил Еремей. — Это единственный способ. И на этот раз мы идём не в одиночку. Мы идём с древней мудростью в руках и с общим врагом перед лицом. Возможно, впервые за долгое время, у «Серебряного Пути» и у нас появится одна общая цель — просто выжить.

Они спустились с гор, оставляя позади безмолвное царство камня и знаний. Впереди был хаос, смерть и величайшая авантюра их жизни. Возвращение в Белоград под звон набата, который уже, наверное, гудел над гибнущим городом.

«Проект «Отчаянные меры». Получены исчерпывающие данные об угрозе (Тлен) и теоретическое решение (реактивация сети менгиров). Ресурсов для реализации недостаточно. Принято стратегическое решение: использовать ресурсы противника («Серебряный Путь») и локацию противника (Белоград, место древней силы). Тактика: маскировка под эмиссаров высшего авторитета (Хранители), предложение «технического решения» для отвлечения внимания, скрытый доступ к эпицентру силы. Риски: максимальные. Шансы: низкие, но выше нуля. Цель: спасти населённый пункт (Белоград) и получить доступ к энергии для нейтрализации угрозы. Второстепенная цель: попытка деэскалации конфликта с «Серебряным Путём» через демонстрацию общей выгоды. Статус: движение к точке «Город» с максимальной скоростью.»

Они шли навстречу буре, и в их глазах горел уже не страх, а холодная, ясная решимость людей, у которых не осталось иного выбора, кроме как победить или умереть, пытаясь.